Твой удивительный мир

Тёплая, почти горячая вода ласкала кожу, как и пушистые облачка пены, окружившие мои руки, ноги и мужчину, сидящего напротив. В этой небольшой ванной было довольно проблематично поместиться вдвоём, но мы всё же смогли это сделать и теперь сидели среди тёплых паров, исходящих от воды, которая была не лучшего качества, но нам было абсолютно плевать. Мы любовались друг другом. Я скользил взглядом по мокрой коже, по прилипшим к ней волоскам, пялился на чуть приподнятое вверх совершенное лицо, открытую шею и адамово яблоко. Он заметно поправился за всё это время, но я просто не позволял ему ненавидеть себя за это. Да и как я мог ему позволить? Он каждый день делал меня таким счастливым и... прямо говоря, заставлял любить эту странную жизнь, разве меня должно было волновать то, как именно он выглядит? Однако... Он был всё так же прекрасен. Прошло три года с тех пор, как мы снова оказались в моей вселенной. Не просто в ней, а в относительно далёком будущем, где всё было ужасно чужим и не было ни одного знакомого человека, способного нам помочь. Нам пришлось познавать мир заново, но в итоге всё сложилось просто замечательно. Джерард больше не рисовал фурри, теперь он писал комиксы, как и мечтал в детстве, а потом, когда эти самые комиксы набрали популярность, выкупил небольшую сеть гитарных магазинов, владельцем которой стал я. Сейчас у нас было не так много денег, поскольку всё ушло на раскрутку сети, но в моих руках была жизнь с самым лучшим мужчиной на свете, и я бы ни за что не променял её на что-то другое. Да, поначалу было тяжело: Джерард долго винил себя, что оставил Майки и ребят посреди войны, а меня мучила противная тревожность и сонные параличи. В итоге мы оба записались к психотерапевту, и спустя какое-то время наше ментальное состояние значительно наладилось. — Твоя красота режет взгляд, — заявил я, ногой поглаживая под водой внутреннюю поверхность бёдра Джерарда, заставляя его удивлённо вскинуть брови и глубоко вздохнуть. — О, прости за причинённые неудобства, — фыркнул он. Пододвинувшись ближе, я собрал руками пену и водрузил ему на волосы, которые стали значительно короче, чем были три года назад, и в сухом виде напоминали ярко-рыжее облачко. — Теперь ты мой король, — заявил я, формируя на его голове что-то странное, но точно не корону. — А ты?.. — А я твой верный рыцарь, — я быстро чмокнул его в губы. — Какая трогательная история любви. Или это попытка начать ролевые игры? — Джерард игриво подмигнул мне, и я, зардевшись, откинулся обратно на свою сторону. Вытащив одну ногу из-под воды, я провёл ей по мягкой коже груди, животу и опустил чуть ниже, к самому паху, заставляя Джерарда нервно сглотнуть. Улыбнувшись, я чуть надавил ступнёй на уже возбуждённый орган, после чего Джерард резко откинул мою ногу в сторону и с громким всплеском бросился ко мне, впечатывая меня в стенку ванной и устраиваясь между моих ног. — Ну вот, ты расплескал всю воду, — проворчал я и, закатив глаза, опустил одну руку вниз, обвивая его эрекцию пальцами и закусывая нижнюю губу. — А нечего было меня дразнить, — усмехнулся Джерард и, коснувшись моего члена, принялся ритмично водить рукой. Наши лица покраснели сильнее, мы тяжело дышали, прижавшись друг к другу, целуясь и соприкасаясь языками. Джерард кончил первым, после чего отнял пальцы от меня и, оперевшись обеими руками о бортик ванной, принялся тереться о моё тело. Такая близость не заставила долго ждать, поэтому я излился быстрее, чем хотел, хотя всеми силами растягивал этот момент. — Теперь вся вода, которую ты умудрился не выплеснуть, в нашей сперме, ты доволен? — усмехнулся я, отдышавшись. — Мне кажется, мы ещё ни разу не принимали ванную вместе адекватно. — Да, из-за тебя это вечно превращается в мини-апокалипсис. — Из-за меня?! — я возмущённо выпучил глаза. — Нельзя быть таким горячим, Фрэнки, — серьёзно произнёс Джерард и, наклонившись к моим губам, накрыл их поцелуем, придерживая меня за талию и опустившись чуть ниже в воду. Отстранившись, он положил голову мне на грудь, прижавшись ухом, будто слушая моё бешеное сердцебиение. Я же обхватил руками его спину, обнимая, и блаженно прикрыл глаза. А потом Джерард вдруг запел песню — ту самую песню, под которую мы когда-то впервые поцеловались. — I love you baby and if it's quite all right I need you baby to warm the lonely nights I love you baby, trust in me when I say, — он поднял голову, с улыбкой глядя мне в глаза. — Oh pretty baby, don't bring me down I pray Oh pretty baby, now that I've found you stay And let me love you baby, let me love you... — Всё ещё помнишь, — я растроганно улыбнулся. — А ты сомневался? — вновь приподнявшись, он прильнул к моим губам, поэтому не успел заметить слезу, пробежавшую по моей щеке. Мы ворвались в жизни друг друга без предупреждения, из двух абсолютно разных вселенных, хотя на самом деле сами же это и подстроили. Слишком запутанная история? Понимаю, но, кажется, иначе у нас и быть не могло. Два сломанных мира повстречались, чтобы излечиться от всех болезней и стать одним — совершенным, удивительным миром. Впереди у нас было ещё пятнадцать лет, полных нового и неизведанного, хотя время, конечно, летело быстрее, чем хотелось бы. Но что-то подсказывало мне, что эти пятнадцать лет далеко не последние. Что-то подсказывало мне, что в наших руках как минимум бесконечность, а может и не одна, и каждую из этих бесконечностей я бы провёл с ним — с человеком, которому всё же решился подарить своё сердце. С тем, для кого я стал судьбоносным предсказанием, а он для меня — последним и самым главным смыслом жизни. Но пока бесконечность не наступила, мы всё ещё лежали в тёплой воде в объятиях друг друга. И наши сердца влюблённо бились в унисон, и жизнь была прекрасна.