Время войны

Постель Наруто так и не расстелила. Дважды пробовала она лечь и уснуть, но неугасимая ярость пылала в ее сердце. Разъедающий разум и душу гнев заставлял ее то нервно метаться по комнате, выглядывая в окно, то садиться на мягкий футон, чтобы замереть в беспокойном ожидании того, когда бесцеремонный наглец Учиха соизволит объяснить ей свое поведение. Как посмел этот варвар украсть Наруто, словно бессловесную вещь. О, если бы она могла, она расцарапала бы его бесстыжие глаза за то, что он смел смотреть на нее так, будто бы она уже ему принадлежала. Наглый Учиха, решивший, что ему все позволено. Из-за него и его проклятых глаз она сидела теперь, словно птица в клетке. Что ему нужно от нее? Вдруг он решил использовать Наруто, чтобы вынудить клан Узумаки выполнить его требования, какими бы они не были. Неужели Учиха настолько злы из-за будущего союза ее клана с кланом Сенджу? Они предполагали такое. Но в ответ ждали открытых угроз и провокаций, а не похищения одной из принцесс. А ведь ее сердце чувствовало беду. Миссия, порученная Наруто дедушкой, казалась пустяковой, но ей не хотелось расставаться с сестрой. Совсем скоро Мито должна была покинуть родной дом, их милый безопасный остров, чтобы отправиться к своему жениху, Хашираме из клана Сенджу. Тот гостил в Узушио несколько дней, и всем понравился. Особенно матери, что неустанно хвалила такого видного доброго парня. Но он забирал у Наруто ее любимую сестру, и поэтому она его возненавидела. Больше всего на свете Наруто боялась, вернувшись с миссии, не застать Мито дома. Из-за напряженной военной обстановки свадьбу решили провести почти сразу после помолвки, отчего многочисленные тетушки во главе с матерью носились, словно курицы с отрубленными головами. Они закупали дорогие ткани, чтобы не ударить в грязь лицом перед союзниками, и уже составляли списки гостей и блюда, что подадут на стол. Наруто на эту суету было плевать. Как и на то, какой выгодной партией был Хаширама. Ее сестра станет женой наследника, а это значило, что Наруто нескоро ее увидит. Если только не напросится вместе с ней, в качестве свиты. Но тогда возникала опасность того, что и Наруто поспешат выдать за кого-нибудь из Сенджу. Наруто это ненавидела. Ее бы воля, и она ушла бы с Митаби, своим дорогим крестным, в далекое – и очень долгое – путешествие. Она всегда ему завидовала. Он был свободен, а все, что оставалось Наруто – редкие миссии. Да и те дедушка подбирал так, чтобы его любимая внучка не пострадала. Как, например, то задание, с которым одзи-чан отправил ее в Аокаву, маленькую деревушку, затерянную в лесах Страны Огня. Он вручил ей свитки и велел доставить их в целости и сохранности его друзьям, и не задерживаться по пути. Но спешила Наруто не поэтому. Предсвадебная суета пугала настолько, что казалось – Мито покинет Узушио со дня на день. Конечно, никто бы не стал устраивать церемонию без ее родной сестры, но кто знает этих Сенджу. Мысль об этом подгоняла Наруто, отчего она и прибыла в Аокаву за неполных шесть дней. Она почти не отдыхала, спала по три, а то и по четыре часа, и потому едва держалась на ногах. Мито, узнай она об этом, непременно отчитала бы ее за такой риск. Только вот не было никого в мире упрямей Наруто. В конце концов, за последствия своих действий она отвечает сама. И ответила, да сполна. Только тогда она об этом не думала. Явившись в деревню под вечер, она отыскала нужных людей и отдала им свитки. Задерживаться в Аокаве Наруто не планировала, поэтому, переночевав, решила с самого утра двинуться обратно. Но перед этим посетила рынок, чтобы набрать припасов в дорогу. Следовало пополнить сумку рисовыми шариками и травяными мазями, которыми деревушка так славилась. Покупая их, она и столкнулась с незнакомцем. Неловко повернувшись, Наруто уткнулась носом в чужое плечо. Коротко извинившись, она взглянула в лицо парня, вставшего на ее пути. Его взгляд обжег ее. Мурашки пробежали по коже. Но мгновение быстро прошло. Отведя черные, словно угли, глаза, незнакомец прошагал мимо. Лицо его осталось непроницаемым, но Наруто напряглась. От этого парня веяло опасностью. Когда он отвернулся и достаточно отдалился от нее, она позволила себе разглядеть его в упор. Его одежда показалась ей смутно знакомой и, конечно, она со смятением обнаружила на его спине слишком хорошо известный ей мон – веер, распустившийся по темно-синей ткани. Учиха, вот кем был этот парень. Что-то внутри Наруто приказало ей убраться как можно скорее. И не зря. Чутье, присущее всем толковым шиноби, редко ее подводило. И тогда оно вопило о том, что нужно торопиться. Почему, Наруто и сама толком не могла понять. Узумаки не водили дружбы с Учиха, но и никогда не ссорились. Долгое время меж кланами сохранялись нейтральные отношения. Даже несмотря на то, что дедуля привечал Сенджу, как дальних родственников. Но в их мире никогда нельзя недооценивать других шиноби. Сегодня он союзник, а завтра враг. Сегодня он проходит мимо, а завтра нападет. Поэтому Наруто спешно докупила нужные вещи, заплатила за проживание – всего одна ночь – и собралась в путь. Только напрасны были ее усилия. Не успела она удалиться от границы Аокавы, как Учиха догнал ее. Он был не один. Еще несколько шиноби держались рядом, заносчиво ухмыляясь. Они казались расслабленными, но в глазах их Наруто видела жесткую сосредоточенность. Не скрывая враждебных намерений, они окружили ее. Она не паниковала. Без страха смотрела в глаза старшему. Тому, с кем столкнулась на рынке. Она чувствовала, что ему что-то нужно от нее, но не могла взять в толк, что именно. Ведь у их кланов не было серьезных разногласий. Если, конечно, они не успели прослышать о грядущей свадьбе Мито с главой клана Сенджу. Им могло совсем не понравиться будущее усиление врага. Только Наруто ничего не решала. Так что Учиха хочет от нее? – Мы сохраняем нейтралитет, – объявила она, задрав подбородок, сберегая необходимое для внезапной атаки спокойствие. Нужно только выгадать время. Кунай, спрятанный длинным широким рукавом ее халата, скользнул ей в ладонь. Пальцами она обвила его рукоять, для надежности обмотанную бинтами. Шероховатая ткань, ощущаемая под пальцами, придала ей уверенности. Учиха проигнорировал ее слова. Спокойное лицо его не изменило своего выражения. – Как зовут тебя? – спросил он без должного почтения. – Я – Менма, – солгала Наруто. Не стоило ей говорить о том, кем она была на самом деле. – Приправа, да не та, – протянул самый юный Учиха, почти мальчик. Несмотря на мягкие еще черты, лицо его выражало надменность и жестокость. С холодной улыбкой он раскрыл карты. – Мы знаем, что ты – Наруто, сестра Узумаки Мито. Наруто нахмурилась. Боя теперь не избежать, поняла она. Отступила в сторону, уже не скрывая, что держит кунай в руке. Взгляд опустила ниже, не забывая, каким оружием обладает противник. Нельзя смотреть им в глаза, напомнила она себе. Кто-то из них мог уже пробудить легендарный и пугающий Мангеке Шаринган. А Наруто, к сожалению, была отвратительна в гендзюцу. И рядом с ней не было надежного напарника, который помог бы ей вырваться из иллюзии, если ей не посчастливиться попасться. – Если знаешь, почему спрашиваешь, – она тоже умела быть грубой. Сейчас не место ложной учтивости. Кроме того, ей хотелось потянуть время, чтобы придумать, что ей делать дальше. Их было слишком много. С двумя она могла попытаться справиться, но не с целой группой опытных шиноби. – Наруто, – заговорил старший, тот, кого она опасалась больше всего, – я хочу по-хорошему. Ты мне приглянулась. Большая удача, что мне посчастливилось встретить тебя одну. – Я не понимаю тебя. Она ответила ему рассеянно, краем глаза поглядывая в сторону. В сумке у нее была дымовая печать. Если ухитриться незаметно вынуть ее и использовать, она сможет сбежать. Шаринган уже не достанет ее. В клубах дыма он бесполезен. – Идем со мной, Наруто. Я не буду повторять дважды. Наруто вспыхнула. Что он о себе возомнил? – Какого черта ты пристал ко мне? – зло спросила она, не упуская из виду и остальных. Мысли лихорадочно метались в ее голове. Возможно, стоило метнуть в младшенького, стоявшего ближе прочих, кунай, чтобы он отвлекся на мгновение и не помешал ей разобраться со старшим. Который вдруг шагнул вперед, ступая мягко, как кошка. Наруто смотрела только на его ноги в простых синих сандалиях. Они все приближались. Больше нельзя было медлить. – Мадара-сама, – подал голос один из Учиха, предостерегая своего товарища. – Она может быть опасна. Подтверждая это, Наруто прыгнула в сторону, одной рукой послав кунай в младшего, а второй доставая из сумки листок бумаги с вязью символов. Она швырнула его вниз, на землю, складывая пальцы в печать. Раздался тихий хлопок, и воздух оказался заполнен молочно-белым дымом. В нем она растворится, как капля чернил, нечаянно упавшая в воду. Только сбежать не вышло. Тот, кого назвали Мадарой, оказался быстрым, словно порыв ветра. Он выпрыгнул прямо перед ней и схватил за руку, притягивая к себе. Взгляды их встретились. – Ты опасна, – сказал он, неожиданно улыбаясь, – только я опаснее. Первым, что вспомнила Наруто, очнувшись в незнакомой комнате, были эти слова и глаза Мадары, в одно мгновение ставшие алыми, как маков цвет.