(Не)взаимно

Глава 9

— Я здесь ни при чем! — Серьезно?! А эта девчонка акуманизированная так явно не думает, — словно в подтверждение слов парня, марионетка Бражника обозначила свои главные цели, среди которых была Кагами и девушка, первая выказавшая недовольство, благо имени ее она не знала. — Я просто попросила поставить определенную мелодию! Остальное сделали за меня. Сейчас главное, чтобы Кот Нуар и Ледибаг разобрались со всем и вернули клубу прежний облик. — То есть, то, что ты испортила всем праздник, тебя не волнует? — Лука усмехнулся, понимая, что попал точно в цель. Он не понимал, и когда эта девчонка только успела стать такой? — Я же говорю, герои Парижа все исправят и все вернется на круги своя. — Послушай меня, не все в этом клубе золотые детки, как ты или Агрест, здесь полно и обычных людей, для которых сегодняшнее событие едва ли не главное в жизни. И я сейчас не про Нино. — Не нужно сгущать краски! И вообще, чего это ты ко мне пристал, мы с тобой друзьями вроде никогда не были. — Это я сгущаю? — Лука покосился на притаившуюся рядом парочку, с грустной улыбкой узнавая парня, которого знает давно, но познакомиться получилось только сегодня у входа. — Есть люди, которые не могут позволить себя элементарные развлечения, я уже не говорю о походах в пафосные заведения вроде этого клуба. — Ну вот, — Кагами высокомерно улыбнулась, — сам говоришь, здесь таких людей быть не может… — Да нет, сегодня тебе не повезло, и такие люди есть. Самое обидное, что из-за такой как ты, он потратил последние деньги. — Зачем тратить последнее на клуб? Или нужно устроиться на хорошую работу и тогда будет хватать на все. — Как у тебя все просто, Кагами, — Лука кивнул на парня в черной толстовке, немного несуразно украшенной какой-то мишурой. — Он работает на автоматизированной мойке, специально для таких девочек как ты, которые не могут запомнить комбинацию простых команд, — Цуруги фыркнула, но незнакомца в черной толстовке все же попыталась рассмотреть. — На другую работу его не возьмут. Незаконченное школьное образование из-за попыток заработать денег, еще и судимость за то, что вынес из магазина батон хлеба для себя и матери и пачку молока для сестренки. — В вашей стране положены выплаты, — Кагами закусила губу и уставилась на собеседника. — Положены, — Лука смотрел в шоколадно-карие глаза девушки, пытаясь отыскать огонек сострадания, — но, если у тебя нет документов или проблемы с ними, то ты мусор, которого нет. Мойка дает хоть какие-то копейки, из которых он может дать младшей сестре на обед в коллеж, чтобы она не выделялась, как когда-то он сам. Чтобы не смотрела голодными глазами на одноклассников. — Зачем ты мне это все рассказываешь? — девушка тяжело сглотнула, не понимая, почему она так остро реагирует на эту историю. — А сестренка, зная о его мечте, умудрялась из этих копеек откладывать цент за центом, чтобы сделать подарок на рождество любимому брату. И вот эти деньги, доставшиеся им с таким трудом, он выкинул на ветер из-за тебя! — Прекрати! — тугой ком в горле не давал Кагами нормально дышать. — А еще ты испортила вечер Маринетт! — Неправда! Ее здесь нет! Адриан даже не вызвал ей такси… — заметив кривую усмешку на красивом лице, девушка отшатнулась от собственной догадки. — Так это она крикнула, да? — А ты у нас, оказывается, догадливая девочка. — Ну и пусть! Так даже лучше! И вообще, ты должен радоваться, я отомстила за нас двоих! — Кагами поджала губы, видя осуждающий взгляд голубых глаз. — Почему, — девушка дернула парня за кофту, — почему ты о ней переживаешь? Зачем защищаешь? — Цуруги зло смахнула подступающие слезы. — И почему ты ее не ненавидишь? Ее и Агреста! — Потому что нужно уметь проигрывать достойно, — Лука качнул головой, — хотя о чем это я, — слишком наигранно воскликнул парень, — тебя вырастили в том мире, где априори нет понятия проигрыша. Я, конечно, не хочу тебя расстраивать, но это у тебя далеко не последнее поражение. А насчет Маринетт, я рад за нее и мне совершенно не на что обижаться, мы были счастливы, пусть недолго, но были… — Она бросила тебя ради Агреста! Сбежала при первой же возможности! — Неправда, и ты это сама знаешь, — парень снисходительно улыбнулся. — Сколько вы с Адрианом были вместе? Месяц? Два? — Три с половиной… — А я с Маринетт год. Мы расстались не потому, что Агрест освободился, просто она поняла, что я не тот парень, который ей нужен. И самое главное, я сумел это принять, теперь твоя очередь, Кагами, перерасти этот разрыв, — Лука коснулся девичьего подбородка, заставляя посмотреть на себя. — Я, — девушка отвернулась, — я не смогу… — У тебя нет выбора. И знаешь, Кагами, я бы на твоем месте очень надеялся на то, чтобы с Маринетт ничего не случилось, в случае чего Адриан тебя никогда не простит. — Да ты! Ты… — Тш-ш, — Лука бесцеремонно приложил свой палец к мягким девичьим губам, вынуждая замолчать на полуслове, — во-первых, девушке не пристойно так выражаться и, я уверен, тебя этому учили, — Кагами зло засопела и отбросила чужую руку от своего лица. — Это давно в прошлом! Теперь я сама все решаю в своей жизни! — Оно и видно, — и до того, как Цуруги начнет вновь возмущаться, Куффен кивнул головой в направлении одного из запасных выходов. — Во-вторых, Нуар открыл проход, пойдем, что-то заболтались мы с тобой, — парень с легкой улыбкой потянул возмущающую девушку за собой. Да, он сам уже давно не тот Лука. Милого и трогательного мальчика, подбирающего мелодии для чужих душ, больше нет. Выйдя на улицу, Кагами зябко передернула плечами, совсем недавно прошел дождь, и воздух до сих пор был влажным. С трудом отыскав в небольшой сумочке ключи от машины, которые по закону подлости были на самом дне, девушка направилась к своему авто. — Ты в таком состоянии собираешься за руль? — Лука шел рядом, явно намереваясь следить за Цуруги весь оставшийся вечер. — Вообще-то да, я выпила всего два коктейля… — Может, мне проводить тебя? — парень отошел к тротуару и протянул руку, оставляя последнее решение за Кагами. — Я далеко живу, — девушка перемялась с ноги на ногу, про себя отмечая, что ее обувь совершенно не подходит для пешей прогулки по мокрым дорогам, да и одета она весьма легко. — Так я никуда не спешу, — Лука сделал шаг на встречу, и Кагами последовала его примеру, вкладывая свою замершую руку в теплую ладонь парня. — Ты, кстати, хоть раз гуляла по вечернему Парижу? — Не приходилось, — девушка покосилась на нахального, по ее мнению, парня, чувствуя, как краснеют щеки, — я как-то всегда на машине. — У тебя просто не было подходящей компании, — Куффен мягко рассмеялся. Эта невозможная, на первый взгляд, девушка оказалась весьма милой. Лука увидел в ней какую-то загадку, которую непременно нужно разгадать. Для себя он уже решил, что сейчас пригласит ее на согревающий чай в уютный японский ресторанчик, а потом они дойдут к его припаркованной в конце длинной аллеи машине. Ведь ее одежда совсем не располагает к пешим прогулкам для конца декабря. Ледибаг скатилась по стене вниз, продолжая прислушиваться к крикам людей. Как герой, она явно провалилась, но и исправлять положение девушка не спешила. Маринетт не хотела видеть друзей, поэтому ждала, когда те уберутся из клуба. Она знала, ее Котенок дождется, он ведь сильный. Кот Нуар раздраженно дернул хвостом, он лишь чудом разминулся с атакой акуманизированной и сейчас пытался отыскать глазами оставшихся в помещении людей, не успевших эвакуироваться. Очередной выпад марионетки Бражника пришелся в незакрытый бок, и Адриан с глухим стуком влетел в стену, ну хорошо хоть не в стеклянный бар, а то травм явно было бы больше. Парень чертыхнулся, здесь было самое неподходящее место для сражения, и его Ледибаг еще не пришла… А ведь он успел еще в самом начале нападения Бражника написать Маринетт, что вечеринка сорвалась, разблокировать один из выходов, эвакуировать всех посетителей, а теперь еще держать оборону в явно проигрышном бою. Взрывающиеся снаряды акуманизированной слепили, да и море пыли было не на стороне Кота. Адриан вздрогнул, когда почувствовал на плече руку, как оказалось напарницы. — Моя Леди, что-то ты сегодня припозднилась, — Нуар своим жезлом отпихнул нападавшую к противоположной стене. — Ну извини, здесь как бы особый фейсконтроль, так сразу и не войдешь, — Ледибаг, присвистнув, оценила масштаб разрушений. — А я смотрю, весело тут у вас было. — Я бы не сказал, — Кот прикрыл спину атакующей Леди, — может, лучше выйдем проветриться? — Ага, а потом будем искать ее по череде подорванных домов? Кстати, сила ей досталась классная, прямо бомбическая, — со знанием дела заметила героиня Парижа. — Осторожнее! — Кажется, прогуляться все же придется, — Адриан потряс головой, стараясь избавиться от мелкого мусора в волосах. — Моя Леди, лучше поторопиться, пока крыша совсем не рухнула. — Да, ты прав, — герои Парижа выбрались из дыры в потолке, оставленной марионеткой Бражника. — Тебе не кажется странным, что вместо того, чтобы нападать на нас, она куда-то бежит? — Скорее всего, ищет свою главную цель. Она еще в клубе порывалась выместить злость на Кагами, — Нуар сжал кулак, отчего когти неприятно впились в ладонь, даже через костюм, — Я думаю, нам лучше найти акуму раньше, — то, что квартира Цуруги находится в непосредственной близости от особняка Агрестов, парень не говорил, стараясь не показывать своей осведомленности. — А она быстрая, — Ледибаг остановилась на одной из крыш, — Кот, а ты случаем не знаешь, где эту Кагами найти? — Предполагаю, — Маринетт покосилась на напарника, но ничего по этому поводу не сказала. — Догоняй. Бражник слишком поздно осознал свою ошибку. Несмотря на то, что Париж был его родным городом, мужчина довольно плохо ориентировался в большинстве районов. Да что там говорить, он дом-то свой не сразу узнал, когда его марионетка притаилась у задней стены высокого ограждения. В принципе, осознание этого только усугубило и без того шаткое положение: мужчина, впервые так растерявшись, ослабил контроль и, практически, сразу поплатился за это. Атака акуманизированной в этот раз была сильнее и сосредоточеннее предыдущих и имела куда больше последствий. Взрывной волной, после атаки квартиры Кагами, зацепило и дом главного антагониста Парижа. Огромные панорамные окна в комнате Бриджит разлетелись на миллиарды осколков. Девочку от физических травм спасло то, что кроватка находилась в глубине ее спальни, да и то, что заботливая мать склонилась над только проснувшимся и расплакавшимся ребенком. Но от взора Натали не укрылись изменения, произошедшие с дочкой, с которой однозначно что-то было не в порядке. Маленькие ножки подрагивали и, как показалось женщине, ребенок не мог это контролировать, этакий непроизвольный тремор, который присущ больше пожилым людям. Попытка взять разревевшуюся еще сильнее Бриджит, провалилась после того, как детские ручонки с отчаянием вцепились в деревянные поручни кроватки. Матери потребовалось несколько минут, прежде чем ребенок, наконец, ее заметил, выходя из странного ступорозного состояния. Натали была слишком погружена в мысли о дочери, чтобы заметить стоявшую в пустых оконных проемах героиню Парижа, и конечно же, женщина не слышала мучительных криков акуманизированной, не сумевшей отбиться от яростных атак Нуара. Убедившись, что Бриджит не пострадала, по крайне мере внешне, и уже стала успокаиваться на руках матери, Маринетт бросилась назад к напарнику. И нужно сказать, как раз во время: герой Парижа припечатал бывшую злодейку к асфальту, причем еще находившуюся под акумой, и жезлом явно намеревался придушить девушку. Ледибаг поджала губы, ей не нужно было соглашаться с напарником и оставлять его одного, лучше бы он пошел проверять ребенка, но нет, Маринетт сегодня была слишком предвзята. Ей хотелось убедиться лично, что сестренка Адриана не пострадала! А сейчас ей нельзя допустить, чтобы Кот перешел грань… — Нуар, остановись! — Ледибаг никак не могла понять, почему у напарника такая дико-жестокая реакция. — Кот! — девушка тряхнула парня, но тот не реагировал, и лишь когда она схватила и потянула его за ремень, имитирующий хвост, ее кажется, заметили. — Леди… — взгляд зеленых глаз становился все более осмысленным и парень, наконец, перестал вырываться. — Акума! Ее нужно очистить! — Маринетт махнула рукой в сторону особняка Агрестов. — В этом доме перепуганный ребенок, которому лучше успокаиваться в своей восстановленной комнате на руках матери, нежели в том ужасе, что есть сейчас. — Конечно, — Нуар сглотнул, осознавая, что дома все нормально. — Прости меня, что-то я увлекся, — страх, охватывающий его тело, стал отступать. Разломав наушники и очистив бабочку, напарники переглянулись. Город продолжали восстанавливать силы Ледибаг, еще несколько секунд и не останется и следа бесчинствам Бражника и его марионетки. Сегодня один из тех немногих дней, когда герои не использовали свои суперсилы, а значит, костюмы еще долго не потребуют подзарядки, что в свою очередь не могло не радовать. Идти домой Маринетт не хотелось и, в глубине души, она рассчитывала на то, что напарник обязательно начнет каламбурить, и они задержатся на одной из городских крыш до глубокой ночи. Но ожидания Ледибаг не оправдались: Кот был странным и непривычно подавленным, так и норовил распрощаться, явно торопясь домой, а разболтать напарника оказалось еще той задачкой. Погода, в принципе, тоже как оказалась, не располагала к длительным беседам, моросящий дождь нервировал Нуара не хуже Бражника и даже кофе из автомата ситуацию спасал мало. Выяснить странную реакцию напарника на сегодняшнее нападение не удалось, и Маринетт впервые почувствовала себя не в своей тарелке, буквально вытягивая из него каждое слово. Этот факт Нуара явно позабавил, губы парня то и дело кривились в улыбке. — Лучше бы снег пошел, — девушка зябко передернула плечами, понимая, что пора возвращаться домой. — Почему? Неужели моя Леди не любит дождь? — Кот принюхался, наслаждаясь терпким запахом кофе. Настроение его заметно улучшилось. — Да нет, просто зимой хочется снега, — Маринетт чисто по-детски широко улыбнулась, — и подарков! Раньше новый год был моим любимым праздником. — Ну, насчет подарков не знаю, — Адриан лукаво улыбнулся, — а вот обещанный сюрприз для тебя уже готов. — Неожиданно, — Ледибаг облизнула губы, — еще и суток не прошло с нашего крайнего разговора. — Я вообще все делаю быстро! — Прямо таки все? — девушка мягко рассмеялась, чем немало смутила напарника. — Какая, моя Леди, все-таки испорченная… — Нуар деланно ужаснулся, за что и получил хороший подзатыльник от напарницы. — С делами, Жучок, я разбираюсь быстро, с делами, а не с тем, о чем ты подумала… — теперь настала очередь девушки заливаться румянцем. — Какой ты дурак, Нуар! — Зато твой, — легко согласился Кот, вызывая новую порцию звонкого девичьего смеха. — Ты не исправим, — Ледибаг покачала головой, пытаясь понять, что такого высматривает напарник, крутясь на крыше. — А теперь пойдем, — парень раскрыл объятия, — но тебе пока придется закрыть глаза. Девушка послушно выполнила просьбу, чувствуя, как ее легко подхватили сильные руки напарника. Маринетт крепче обняла Кота, стараясь скрыть смешок, уткнувшись парню в теплую шею. Она вдруг почувствовала себя ребенком, которому пообещали встречу с Сантой. Мысль, что Нуар думал о ней едва ли не всю прошлую ночь и этот день, приятно согревала. И что греха таить, подогревала интерес. Во время нескольких, особо длинных прыжков парня, Ледибаг сильнее прижималась к его натренированному телу, чувствуя непроизвольный выброс адреналина в кровь. Что не говори, а скакать по крышам с закрытыми глазами было волнительно и совсем не важно, что в этот момент тебя держат на руках и сжимают особенно крепко. — Вот мы и на месте, — Маринетт почувствовала волну мурашек, пробежавших по телу в тот момент, когда Нуар начал шептать ей на ухо, касаясь губами. — Может, ты все же опустишь меня на ноги? — закусив губу, девушка смахнула светлую челку со лба Кота, которая впрочем, практически сразу вернулась на законное место. — Какая ты нетерпеливая, моя Леди, — Адриан аккуратно поставил напарницу на серый гранитный пол балкона и отодвинулся, открывая обзор на вечерний Париж. — Красиво… — Не красивее тебя, моя Леди, — Кот прислонился спиной к стене. — Отсюда не видно Эйфелевой башни… — Маринетт отвернулась, стараясь скрыть румянец от такого бесхитростного комплимента. — Все так, пойдем — парень взял девичью руку и потянул в квартиру, — не думал, что ты поклонница этой достопримечательности. — Иногда она вдохновляет, — девушка пораженно замерла, едва войдя в комнату. Одна стена представляла собой одно сплошное панорамное окно с невероятным видом на главный символ Парижа. Столько стекла Маринетт не видела даже в особняке Агрестов. Ледибаг так погрузилась в свои мысли, что не заметила подошедшего совсем близко напарника, поэтому, когда руки в черном спандексе обняли ее со спины, она вздрогнула и, кажется, только сейчас, обратила внимание, что в комнате по мимо окон была еще и кровать. Белая, огромная, стоящая, кажется, в самом центе. Осознание накатило на девушку слишком быстро: они одни в квартире, и вряд ли им здесь сможет помешать какой-нибудь прохожий или жаждущий сенсации журналист, разве что начавшийся апокалипсис заставил бы Кота отпустить свою добычу. Появившаяся на прояснившемся небе полная луна осветила комнату, позволяя Маринетт хоть немного осмотреться, ведь свет напарник так и не зажег. Продолжая стоять все также непозволительно близко, Кот наслаждался разливавшимся внутри пьянящим чувством эйфории от того, что она рядом. Его мечта была с ним. — Моя Леди, — хриплый голос парня будоражил кровь, не хуже смертельного сражения, и Ледибаг вдруг поняла, что тонет в этих странных и неправильных ощущениях. Неправильных ведь? — Нуар… — девичий шепот проникал в каждую клеточку героя Парижа. Они оба понимали, чем в итоге закончится их полугодичная игра, разве что Маринетт рассчитывала поиграть немного больше. Попытка вразумить Кота провалилась, так и не начавшись: Ледибаг ответила на поцелуй, полностью отдаваясь эмоциям. Девушка искренне верила, что ее действия никак не связаны с тем, что она обиделась на Адриана. Не связаны, ведь правда? Подхватывая возлюбленную на руки, Кот завалился вместе с ней на кровать, подминая хрупкую фигурку под себя. Не сдерживая себя, Адриан позволил себе ласкать девичье тело, о котором мечтал и грезил даже во снах. Парень и не подозревал, что своими действиями вытесняет все сомненья, терзавшие его Леди все это время. Признания, слетавшие с его зацелованных губ, были подобно нектару для неискушенной красивыми речами Маринетт, окончательно притупляя ее волю и остаток мало-мальского рассудка, твердившего, что все это неправильно. Когда Нуар потянулся снять с девушки серьги, Ледибаг протестующе замычала сквозь поцелуй. — Не надо, Нуар, — девушка выдохнула ему в губы, стараясь восстановить сбитое дыхание. — Я больше не могу без тебя, моя Леди, — Кот беспорядочно целовал лицо и шею любимой, — я хочу тебя больше жизни… — Здесь всегда так светло? — услышав вопрос, Адриан мягко рассмеялся, позволяя себе один из самых развязно-пошлых поцелуев за всю свою жизнь. — Ты не хочешь, чтобы я видел твое лицо, моя Леди? — догадался Агрест, отстраняясь, ниточка слюны еще мгновение связывала их. Девушка только кивнула, надеясь, что в легких сумерках комнаты не были видны ее алеющие щеки. Усмехнувшись, парень рукой нашарил на тумбочке крошечный пульт, способный решить их небольшую проблемку – один щелчок и плотные жалюзи заскользили по стеклянной поверхности, погружая квартиру в непроглядную на первый взгляд темноту. — Я надеюсь, ты когда нибудь раскроешься передо мной… — воспользовавшись рассуждениями напарника, Ледибаг ловко поменяла их положение, оказавшись сверху. — Конечно, Котенок, — Маринетт мягко поцеловала напарника, как бы извиняясь. — Закрывай глаза, моя невероятная и самая любимая Леди, — ярко-красно-зеленая вспышка озарила комнату, выпуская из талисманов опешивших таким исходом вечера квами. — Вах, — парень не смог сдержать восторженного возгласа, когда вместо костюма на его напарнице осталось коротенькое, ничего не прикрывающее тематическое платьице и яркая маска, закрывающая большую часть лица. Правда, рассмотреть наряд детально не представлялось возможным, к великому сожалению Нуара. — Моя Леди, так ты все-таки была на вечеринке? — теплые мужские пальцы поглаживали девичьи бедра, сжимали ягодицы, но ответ Адриану был совершенно не важен, его губы уже терзали мягкие уста далеко уже не напарницы. Вечер обещал быть долгим и мучительно сладким. Тикки с трудом уволокла Плагга в ванную – единственную комнатку в этой квартире, где была дверь, которая впрочем, совершенно не спасала от доносившихся со стороны кровати полустонов и громогласного шепота любовников. Тяжелый взгляд квами Нуара порядком нервировал красную квами, но она прекрасно понимала его реакцию. — Тикки, какого черта здесь происходит? — как и ожидалось, Плагга прорвало. — Я думал, тебе-то уж точно удастся убедить свою хозяйку в бедовости их желаний. Маринетт же не мой оболтус, у нее же голова всегда была на плечах… — Я пыталась, — Тикки виновато опустила глаза, — она просто устала. И знаешь, без твоего лоботряса здесь не обошлось, причем в обеих его ипостасях. — Устала? — кажется, такой ответ совершенно не устроил маленького котенка. — Тебе не хуже меня известно, во что это может вылиться… Послушай, я больше не хочу терять хозяина из-за того, что очередная Ледибаг не совладает с чернотой внутри себя, с твоей чернотой, Тикки! — Это было всего один раз! — взвилась красная квами. — Один, — согласился Плагг, — но мне сполна хватило и его. Тогда мой котоклизм унес не только ее жизнь, но и всей Атлантиды, за которую меня сотни лет упрекают! Да, я тогда обещал тебе, что правда умрет с нами, но я не соглашался на возможное повторение событий! Париж, знаешь ли, как-то помноголюднее будет! Ты не рассказывала ей о чем-то подобном? — Тикки лишь отрицательно мотнула головой. — Ну конечно, зачем засорять голову девочки такой мелочью… — Хватит Плагг, ты слишком утрируешь, — квами Ледибаг больше не выглядела виноватой. — Ты прекрасно знаешь, что является спусковым механизмом, — Тикки слегка улыбнулась, — даже если сейчас Маринетт узнает, кто скрывается за маской Кота, она разозлится, но никак не отчается. А в тот раз горе и отчаяние затопило сердце Ледибаг, и она просто не смогла принять смерть возлюбленного! — Которого, кстати, сама и убила! — Она не знала, что он скрывался за маской Нуара! Твоя вина за случившееся тоже есть! Зачем нужно было выставлять Кота виновным в смерти Анития? — Ты… — Плагг шокировано смотрел на давнюю подругу, — ты до сих пор помнишь его имя? — черный квами отвернулся, стараясь скрыть свою растерянность. — Знаешь, Адриан очень похож на него… — А Маринетт совсем непохожа на нее. Я присмотрю за своей девочкой, — говорить Плаггу, что она сама безумно боится повторения истории, Тикки не хотела, — но я уверена, она со всем справится. — Ты слишком предвзято к ней относишься. Я понимаю тебя, потому что сам оказался в подобной ситуации – они выросли на наших глазах. — Да, — Тикки грустно улыбнулась, — впервые мы встретили хранителей наших талисманов, которым не исполнилось и двадцати лет. Знаешь, Плагг, где-то в глубине души я боюсь, что она не простит ему этого предательства… — Они как бы на пару предали друг друга, — со знанием дела заметил черный квами. — Я не об этом,— Тикки зарылась в мягкое полотенце, — Адриан столько лет гонялся за Ледибаг, не замечая, что истинная она всегда была рядом. Он пронес любовь к напарнице через столько лет… в то время как Маринетт все эти годы медленно убивала в себе добрую и наивную девочку, верившую в исполнение заветных желаний. Адриан словно яд для нее… — Любовь? — Плагг примостился рядышком с красной квами. — А что? — Тикки, скажи мне, сколько раз камень божьей коровки попадал на хранение в мужские руки? — Ну… — квами задумалась, стараясь припомнить последние несколько тысяч лет, — два или три. — А у меня сорок три. Поверь мне, я в состоянии отличить любовь от совершенно другого чувства… — Что ты хочешь сказать? — Лишь только то, что для этих двоих еще не все потеряно, если, конечно, они оба опять не накосячат, — черный котенок потянулся, — хорошо, что у меня с камамбером нет подобных проблем. — Фу, — Тикки скривилась, — опят ты все сводишь к своему вонючему сыру. И вообще, знаешь ли, я думала, Агрест сегодня додумается до чего-то более романтичного… — маленькая квами мечтательно улыбнулась. — Пф, какая романтика, мой бедный парень и не ожидал, что ему сегодня так подфартит. Уверен, он и думать-то сейчас вряд ли способен адекватно, хорошо, если не забудет вручить подарок… — Плагг замялся перед дверью, явно планируя сбежать. — А ну стоять! Только не говори, что ты за сыром! — А что?! — Плагг как раз раздумывал, а не слетать ли ему на кухню за своим главным сокровищем. — В кое-то веки свободная минута в хорошей компании…. — Мы год живем под одной крышей, поэтому хватит паясничать! — Тикки, ты же знаешь, как он мне дорог, — котенок состроил грустную мордочку, — и вообще, истинная любовь может быть только к сыру, и как глупые люди этого не понимают! — Кстати, насчет любви, — красная квами, кажется, только сейчас поняла, что минутой ранее имел ввиду квами Нуара, — ты сказал, что Кот не любит Маринетт? — Ледибаг, — поправил черный квами. — Вообще у мужчин с этим гораздо проще, но меня куда больше интересует твоя подопечная. Пусть обладателем камня Нуара девушки становились всего дважды, но насколько я успел понять, у них все куда сложнее… — Плагг впервые не мог подобрать нужных слов, чтобы объясниться с давней подругой. — Очень информативно, — Тикки рассмеялась, заметив насупившегося квами, — знаешь, Плагг, уверена, с сыром все намного понятнее! — Конечно! Сахарок, я надеюсь, если с Маринетт будет что-то не так, ты мне сразу обо всем расскажешь? — красная квами лишь коротко кивнула, скрывая, что с подопечной давно уже происходят странности. Плагг в ответ улыбнулся, сделав вид, что поверил, ведь сегодня в клубе он еще до нападения почувствовал Ледибаг, которая вместо помощи выбрала непонятную выжидательную позицию. Неужели ее не волновали отчаянные крики перепуганных людей? Все это выглядело очень странно. Квами одновременно фыркнули, услышав не то рык, не то урчание Нуара без костюма и предпочли зарыться в комплекте мягких банных полотенец, в надежде сберечь уши от чуждого им времяпрепровождения людей. А в это время Адриан медленно сходил с ума, лаская уже обнаженное тело своей Леди. Ее хотелось сжать в стальных объятиях и целовать, целовать, не переставая, не останавливаясь даже на секунду. Прикусывать нежную кожу и слушать приглушенно-протяжные стоны. Чувствовать на губах ее рваное дыхание, когда его руки касались ее особенно эрогенных зон, когда его пальцы скользили в ее лоно, а зубы чуть сильнее прикусывали ее затвердевшие соски. Агрест с трудом воспринимал реальность, он был опьянен этой близостью, и для него сейчас существовала только его Ледибаг. Отвечая жарким ласкам, Маринетт буквально теряла связь с реальностью. Девушка позволила себе выйти за привычные рамки, впервые так раскрываясь, не стесняясь своих желаний. Она позволила себе то, что никогда не могла сделать с Адрианом, страх быть непонятой сковывал ее в объятиях любимого, но с Котом все было иначе. Нуар был другим, с ним все казалось естественным… или все дело было в том, что она так и не раскрылась перед ним? Или это потому, что он любит ее? В голове Маринетт была такая каша, что ответить даже на самый простой вопрос ей вряд ли бы удалось. Мысли об Агресте подействовали на девушку словно ушат ледяной воды, дыхание перехватило от осознания происходящего. Дурманящая нега стала отступать, оставляя Маринетт наедине с прояснившимся рассудком. Руки мелко задрожали от противного чувства безысходности, ей вдруг захотелось сбежать отсюда и больше никогда не видеть напарника… Сформировать разбежавшиеся мысли во что-то более приличное, чем просто «Извини Кот, я передумала», девушка не успела. Маринетт судорожно выдохнула, когда парень вошел в нее на всю длину, а ведь за своими мыслями, она и не заметила, как он заменил пальцы на эрегированный член. Закусив губу чтобы не разревется, девушка безуспешно пыталась выбросить из головы осуждающий взгляд любимых зеленых глаз Адриана. Маринетт глухо застонала от боли, когда напарник чересчур сильно сжал закинутую ему на плечо девичью ногу. Восприняв это по своему, молодой человек с еще большим усердием принялся услаждать свою любимую Леди. Бисеринки пота на спине Нуара собирались в капельки и медленно скатывались, теряясь где-то между разгоряченных тел, но он их не замечал. Парня куда больше волновало другое. Адриан до боли закусил губу, стараясь хоть немного отвлечься, он уже чувствовал скорую разрядку, которую нельзя было допустить, пока его Леди не придет к финишу первая. Движения парня стали более быстрые и несдержанные, он весь напрягся, почувствовав, как девушка под ним шумно выдохнула, а ее тело пробивало мелкой судорогой. Она буквально сжалась внутри, даря ему невероятные ощущения. Ледибаг была такой узкой и горячей, что не совладав с космическим наслаждением, Нуар излился так и не выйдя из девушки. Маринетт прямо-таки ненавидела свое тело, которое предало ее в самый неподходящий момент, так явно ответив на опостылевшие ласки. Оргазм уже прошел, но удовлетворения она не чувствовала, единственное, что действительно хотела девушка, так это сбежать без оглядки, оставив все воспоминания в этой кровати. Немного уставший Кот прислонил влажный лоб к ее плечу, стараясь отдышаться. На короткий поцелуй Маринетт ответила скорее на автомате, не задумываясь об этой мелочи, ее куда больше заботили подкатывающие к глазам слезы. Выглядеть сумасшедшей истеричкой в глазах напарника все же не хотелось, поэтому Дюпэн-Чэн решила нормально попрощаться с парнем, а вот уж дома вдоволь нареветься в ванной. Нуар, кажется, что-то говорил ей, но Маринетт ничего не слышала из-за непрекращающегося гудения в голове. Девушка лишь улыбнулась, немного вымученно, но он этого не заметил, когда сильными руками притянул ее к своему телу. Адриан зарылся носом в темные мягкие пряди девичьих волос, наслаждаясь сладковатым запахом, никак не понимая, почему на самом пике наслаждения, он видел не любимую Ледибаг, а немного смущающуюся Маринетт… Ответ был до безобразия простым, но признаваться себе в этом Агрест не спешил. Сегодня, впервые в жизни во время секса он думал не о напарнице, а о Дюпэн-Чэн. Это было странно и глупо, ведь он искренне верил, между ними нет никакой любви, поэтому и думать об этом не стоит. Желая отвлечься, Адриан пытался втянуть любимую девушку в ничего не значащий разговор. На глупые и немного наивные высказывания любовника, Маринетт снисходительно улыбалась или тихо посмеивалась, пытаясь глазами отыскать разбросанную одежду. — Мне пора… — Моя Леди, я думал, мы еще побудем немного вместе, — парень обнял девушку со спины, оставляя дорожку влажных поцелуев на шее и плечах. Рывком притянув напарницу к себе на колени и, чувствуя вновь подступающее желание, парень позволил себе сжать упругую девичью грудь, и поиграть с зацелованными и немного покусанными сегодня сосками, которые тут же затвердели под его пальцами. Однозначно, ему было чертовски мало обладать ею лишь раз.