Согласно слухам

Все началось с брошенных украдкой взглядов. Иногда радостных, но чаще сочувственных. Поначалу Гермиона не знала, как к ним относится. Начав замечательную карьеру в Министерстве Магии, она озадачилась. Конечно, это было всего лишь исследование, но девушка уже достаточно преуспела в этой среде. Ей также повезло в любви, она состояла в отношениях с Северусом Снейпом. Он пережил нападение Нагайны в Визжащей хижине. Гермиона привела целителей после окончания битвы, чтобы те смогли оказать ему помощь. Обнаружилось, что зельевар жив, но на него были наложены чары стазиса. Они замедлили распространение яда в крови, тем самым давая шанс на спасение. Однако так и не было установлено, кто именно наложил их. Было несколько “подозреваемых”, но так никто и не сознался. Гермиона каждый день приходила к нему, пока он выздоравливал. Северус был недоволен вмешательством бывшей ученицы и каждый раз, когда она навещала его, сидел неподвижно или же становился чересчур жестоким по отношению к целителям. Однажды Гермиона не выдержала длительного молчания, и не удержавшись, стала его бранить. -Черт возьми, Северус! Разве вы не видите, что вам пытаются помочь? Нет! Вы ведете себя, как чертов капризный ребенок. Неужели вы не видите причин, по которым смогли остаться живым?! Все эти годы, вы жертвовали собой, шпионя за Молдевортом – Северус не смог сдержать усмешку, когда Гермиона неправильно произнесла имя Темного Лорда. – А для чего? Чтобы тихо умереть и быть забытым? Почему бы вам не найти пару и вернуть жизнь назад? Вы свободны, Северус, и больше ничем никому не обязаны, кроме самого себя.! – Гермиона отчитывала его за упрямство, мешавшее полному выздоровлению, по ее щекам текли слезы. Он вдруг осознал, что, возможно, она права, он свободен и наконец может сам распоряжаться своей жизнью. С того дня Северус стал принимать активное участие в терапии и вскоре полностью выздоровел. Единственным напоминанием, которое он забрал с собой, были шесть маленьких ранок от клыков Нагайны, по два за каждый нанесенный в шею укус. Как только Северус стал делать усилия для исцеления, они с Гермионой начали разговаривать во время ее ежедневных визитов. Сначала это были чисто академические дискуссии. Однако со временем их беседы стали разбавляться и шутками. Оба были удивлены тем, что во время одной из таких бесед, в процессе спора о свойствах ивовой коры по сравнению с ивовым корнем, Гермиона наклонилась и поцеловала его. - Я… Я не знаю, зачем сделала это, Северус, прости, - пробормотала девушка, отчаянно краснея. Ее руки все еще лежали на плечах зельевара. -Зато я точно знаю, почему ты поцеловала меня. Иди сюда, глупая девчонка. –прорычал Северус, притягивая ее ближе и крепко обнимая. Пока Гермиона доучивалась на седьмом курсе в Хогвартсе, по настоянию мужчины, дальше поцелуев дело не шло. Северуса выписали из больницы Святого Мунго, и он вновь стал профессором зельеварения. Сообщив директрисе Макгонагалл, что останется на посту до тех пор, пока не будет найдена достойная замена. Со времени битвы пришло достаточно времени, но не нашлось преподавателя, соответствовавшего строгим критериям зельевара. Именно в день выпуска Гермионы она и Северус консуммировали свои отношения. К тому времени они были так взвинчены от желания, что, когда наконец все произошло, это могло сравнится со взрывом. Ни романтического ужина при свечах, ни медленных танцев под музыку из радио. После вступительной речи, Северус подхватил Гермиону на руки и с помощью порт-ключа исчез в неизвестном направлении. Их не было в течение недели.

***

Было решено, что в течение следующего учебного года Гермиона будет снимать небольшую квартирку в Хогсмиде, чтобы иметь возможность проводить больше времени с Северусом. Они поочередно проводили ночи в квартире и в комнатах зельевара. Гермиона посещала Министерство и работала над исследованием работ Морганы ле Фэй. Лето же проводила дома у Северуса в Тупике прядильщиков. Договоренность работала, они бы довольны, по крайней мере, так думала Гермиона. Прошло четыре года и несколько месяцев с момента начала их отношений с Северусом, когда Гермиона стала замечать взгляды, наполненные сочувствием, но девушка не обращала на них внимания, она привыкла к подобному, особенно в послевоенные годы. Но за ними последовали шепот и обрывки разговоров, которые резко обрывались, стоило кому-то заметить ее рядом. Но и от них Гермиона старалась отмахиваться, как от глупых служебных сплетен. Но молчание и отстраненность, ощущаемые в отношениях с Северусом, вызвали у нее подозрения. Их любовные ласки были взрывными настолько, что под конец они оба были почти без сознания. Северус был разговорчив во время секса. Он требовал, чтобы Гермиона рассказывала ему о том, что чувствовала, чтобы иметь возможность наблюдать за ее рыданиями в коитальном удовольствии. Гермиона изо всех сил старалась сдерживать стоны и крики, зная, что это сводит его с ума. Это была своего рода игра между ними, и ни один из них не покидал постель неудовлетворенным. Теперь же, казалось, что Северус автоматически двигается, не проявляя прежней страсти, в надежде получить взаимное удовольствие. Достигнув завершения, отворачивался к стене, оставляя девушку безутешной. Все чаще Гермиона становилась инициатором секса, ей было даже трудно назвать это любовью. Северус больше не тратил время, чтобы довести ее до оргазма. Иногда, чтобы доставить юной ведьме удовольствие, он использовал руки и рот, лишь потом нависая над ней, чтобы кончить. Гермиона чувствовала себя так, будто была лишь удобным отверстием, сосудом для его семени. Другие вещи тоже стали меняться. Не было больше долгих разговоров о том, как прошел день, не было вечерних посиделок за книгами. Северус больше не хотел идти в “Три метлы”, чтобы вместе поужинать или выпить. Мужчина стал больше проводить ночей в школе, не посещая квартирку Гермионы в Хогсмиде. А когда девушка сама приходила к нему, то прятался в лаборатории до тех пор, пока она не сдавалась и не ложилась спать. Гермиону терзали подозрения, что зельевар спит на диване, не желая присоединиться к ней. Она несколько раз пыталась выяснить, почему мужчина ведет себя так отстраненно, но тот просто отмахивался от ее беспокойства, сообщая, что погряз в сочинения, школьных обязанностях и личных исследованиях. Гермиона хотела верить Северусу на слово, не желая видеть, что отношения разваливаются, и не имея ни малейшего представления о том, как это исправить. Был ранний апрельский вечер понедельника, когда Гермиона вдруг отчаянно захотелось напиться в “Трех метлах”, но она знала, что не станет этого делать. Алкоголь никогда не решал проблемы, лишь создавал их. Из-за стресса, вызванного теперь уже хрупкими отношениями с Северусом, она готова была потерять себя в алкогольном оцепенении. Но увидев в пабе почти всех профессоров школы, кроме, конечно, Северуса, девушка удивилась. Она направилась к столу, за которым сидела директор Макгонагалл с Флитвиком и Спраут. - Здравствуйте, профессора. - Гермиона, дорогая! Как твои дела? – спросила Минерва, потягивая джиллиуотер. Другие преподаватели лишь ответили на приветствие своей бывшей студентки. -О, у меня все хорошо, Минерва. Но я удивлена, что вижу вас всех здесь. Северус сказал, что вы погрязли в подготовке к СОВ, и ТРИТОНам, а также в других делах. – ответила она. - Нет же, дорогая, подготовка к СОВ и ТРИТОНам начнется только через месяц. Хочешь сказать, Северус не приходил к тебе? – удивленно спросила директор. – Он собирался зайти после обеда. - Нет, он сообщил в прошлые выходные, что мы не увидимся в течение недели или около того, так как у него много работы. Это немного огорчает, ведь мне нужно кое-что ему рассказать. Все попытки связаться с ним были напрасны. Я знаю, Северус получил письма, ведь Архимед вернулся без них, но так и не ответил. – сказала Гермиона, чувствуя, как в животе нарастает боль. Она прижала к нему руку, словно пытаясь успокоить. -Странно, мне Северус сказал, что собирается пригласить тебя на семинар по зельеварению, проходящий в Амстердаме. Сказал, что там сможет найти кого-нибудь, соответствующего его требованиям, на замену к следующему семестру. Он хотел, чтобы ты поехала с ним для помощи в выборе этого человека. Северус ничего тебе не говорил? – спросила Минерва. -Ни слова с вечера субботы, -ответила Гермиона, чувствуя, как боль нарастает из-за подозрений, вспомнились сочувствующие взгляды, быстро смолкающие разговоры в Министерстве и Косом переулке. Северус дистанцировался не только в спальне, но и в остальных аспектах их отношений. Тогда девушка заметила, что в Хогсмиде на нее смотрят не так, как раньше, да и разговоры больше не замолкают. Конечно, если Северус был скрытным, то не выдал бы себя, имея отношения с кем-то на регулярной основе. -Моя дорогая, Северус сказал, что не будет использовать порт-ключ до позднего вечера, я предполагала он ожидал тебя. Если поторопишься, сможешь застать его у себя в покоях. Ах да, он изменил пароль, но, если тебе он неизвестен, я назову его. Наклонись поближе. – попросила Минерва, дождавшись, когда Гермиона покачает головой, показывая, что пароль она не знает. Девушка наклонилась ближе к Минерве, и та прошептала: - Пароль: “фиолетовые сны”. -Большое спасибо, - Гермиона выпрямилась. - Надеюсь, я смогу найти его. Она направилась к замку Хогвартс, в глазах горел огонь, оставив Минерву с чувством тревоги.

***

Гермиона вошла в замок и по коридорам подземелий добралась до покоев Северуса. Она прошептала пароль, названный директрисой. Дверь открылась с тихим щелчком. Гермиона толкнула ее, проходя внутрь. Из радиоприемника тихо звучал Вивальди, а в спальне кружила какая-то тень. По грациозным движениям этой тени, девушка поняла, что та принадлежит Северусу. Гермиона подошла к двери, ведущую в спальню, и открыла ее чуть шире, заставив скрипнуть. -Я почти закончил собирать вещи, любовь моя. – сказал Северус, не оборачиваясь. -А зачем ты собираешь вещи, любимый? – тихо спросила Гермиона. Спина зельевара напряглась, и он резко повернулся к ней лицом. – Гермиона! - воскликнул он. – Что ты здесь делаешь? -Очевидно, собираюсь присоединиться к тебе в поездке в Амстердам, для проверки потенциальной замены на твоем посту здесь, в Хогвартсе. В поездке, о которой я и понятия не имела. Хотя, судя по твоей реакции, Северус, я не та любовь, которую ты ждал, - ответила она. – Скажи мне. Как долго ты собирался мне лгать? Кто твоя новая любовь? – глаза защипало от слез, но Гермиона не позволила им упасть, вспомнились все ее подозрения. Северус смотрел на нее широко раскрытыми глазами, пытаясь придумать оправдание. Он понимал, что не сможет продолжать лгать ей, его плечи поникли. – Лили Эванс, официально Поттер. Мы столкнулись в Министерстве около трех месяцев назад. Ее развод с Джеймсом только что завершился, а я собирался представить свой последний патент, а затем пригласить тебя на ланч. Мы разговорились и даже не заметили, что стемнело. –сказал он. – Будто никогда не расставаясь, мы начали обедать вместе, и не успел я опомниться, как она уже призналась мне в любви, а я ей. - Это продолжается уже три месяца? Я помню тот вечер, когда ты пришел домой, мы занимались любовью всю ночь. И это была самая прекрасная ночь в моей жизни. А теперь я должна задаться вопросом, неужели твои мысли тогда были поглощены Лили? –прошептала Гермиона. -Гермиона, мне очень жаль. Я не хотел причинить тебе боль. Мы просто воссоединились. Я пытался найти способ, сказать тебе, думал, что если дистанцируюсь, будет легче,- сказал Северус, видя блеск непролитых слез в ее глазах. – Я действительно не могу этого объяснить. Мы будто и не расставались никогда, как это было в школьные годы. Это началось как воссоединение двух друзей, а затем переросло в нечто большее. -А я ведь рассказывал ей о нас, и она была счастлива, - Гермиона усмехнулась. – Сказала, что знала, я могу полюбить снова, хотя все и считали, что она мертва. Я готов заботиться о тебе, но пойми, мои чувства к Лили сильнее. - В самом деле? – спросила девушка, используя один из его часто употребляемых вопросов. – Она была так счастлива за нас, что сумела украсть тебя. Ты спал с ней, Северус? И она уже знала о наших отношениях. Ведь я рассказывала, что они с Джеймсом Поттером были на дне рождения Гарри в прошлом году. -Она ничем не показала, что знала о нас, когда мы встретились три месяца назад. И не твое дела, спали мы или нет, - возмутился Северус. – Я собирался рассказать все, ответив на последнее из твоих писем. -Не мое дело?! – Гермиона фыркнула. –Ты, Северус Снейп, мой любовник, мой партнер! И это не мое дело?! -Хорошо, я …- но девушка перебила его. -Значит, вы с Лили собрались в Амстердам, а я бы так и была в неведении, не появись на пороге. И сообщить ты собирался через сову? То есть я для тебя настолько неважна, что ты не мог сказать мне в лицо о том, что нашел кого-то получше? Ты, Северус Снейп, настолько трус, что прислал бы мне письмо “Дорогая Джин”, и все ради чего? Чтобы я не впала в истерику, умоляя тебя передумать? Похоже, я сохраню тебе немного пергамента. Я люблю тебя, Северус, но ты разбил мне сердце, и я не позволю сломать меня окончательно. Желаю тебе счастья! - Гермиона развернулась, собираясь оставить его собираться к новой любви. - Гермиона, подожди! – воскликнул он. Она остановилась в дверях, ведущих в коридор. – Мне очень жаль. Что ты будешь делать дальше? -Поздновато для извинений, не находишь? И да, какое это теперь имеет значение, Северус? Не волнуйся, с нами все будет в порядке, - девушка покинула комнаты Северуса, из последних сил сдерживая слезы.