Delirium

      Утро встретило Сяо Чжаня тяжелой головой и легкой болью где-то в районе затылка, глубоко под корой головного мозга. Словно маленький червяк, сидя глубоко внутри серого вещества, потихоньку откусывал от него кусочек за кусочком, тихо, чтобы не вызвать подозрений, но и надоедливо ощутимо. Психиатр проснулся больше по своим внутренним часам, нежели по будильнику, поскольку его мелодии он не слышал. И если бы сегодняшнее утро отличалось только этим. Приоткрыв глаза, несильно поморщившись перед этим, Сяо Чжань обнаружил, что вовсе не у себя дома и даже не у себя в кабинете. Легкий морозец прошелся по спине мужчины, а сам он сглотнул. В голове было абсолютно пусто, Сяо Чжань не помнил совершенно ничего. Точнее, все его воспоминания заканчивались на кухне и на кружке с кофе, которую мужчина решил выпить на ночном дежурстве. Дальше же была непроглядная тьма. Точнее, что-то крутилось перед глазами, но было столь затемнено, что и не разглядеть. Немного отдышавшись и призвав себя не паниковать, Сяо Чжань поднял глаза и обомлел еще больше. Оказывается, та удобная и теплая подушка была и не подушкой вовсе, а грудью человека. И не просто человека, а Ван, мать его, Ибо, который тихо и размеренно дышал, крепко, даже слишком крепко, прижимал к себе опешившего от такого поворота событий психиатра. Юноша выглядел расслабленным, лишь слегка нахмуренные брови выдавали в нем некую внутреннюю напряженность. Лежа рядом с Ван Ибо, Сяо Чжань всеми силами пытался заставить себя не нервничать и вспомнить хоть что-то после этой пресловутой кружки с кофе. Кстати, где она? И почему за всю ночь его никто не хватился? Неужели даже камеру, что была установлена в палате Ван Ибо, никто не проверил? Или же во всем здании в эту ночь он был совершенно один? Слишком много вопросов. Сяо Чжань ощутил, как легкая, едва ощутимая боль начала усиливаться от всех этих размышлений, поэтому решил для начала выбраться из палаты Ван Ибо, а уже потом, заперевшись в своем кабинете, спокойно поистерить. Осторожно, даже слишком, он убрал руку Ван Ибо со своей талии, медленно отстраняясь от него, с каким-то уж слишком сильным облегчением обнаружив, что и он и сам Ван Ибо в одежде. Иначе вопросов бы стало еще больше. Не только на тему "как", но и "почему" и "а давно ли ты стал геем, Сяо Чжань?". Осторожно приподнявшись, Сяо Чжань неотрывно смотрел на Ван Ибо, чтобы, уловив перемены на его лице, тут же остановиться и подождать, пока юноша снова не провалится в сон. Сев на кровати, Сяо Чжань тихо выдохнул. Пол дела уже сделано. Вновь посмотрев на Ван Ибо, Сяо Чжань не смог сдержать легкой и теплой улыбки. Во сне Ван Ибо казался совсем ребенком: невинным и ужасно милым. Подавив желание коснуться мягких волос юноши, Сяо Чжань встал с кровати и посмотрел на часы. Те указывали без одной минуты пять утра. Обычно Сяо Чжань вставал ровно в пять, поскольку работа в клинике начиналась в семь, а жил он в часе езды от нее. Проверив карманы и обнаружив в одном из них свой телефон, Сяо Чжань выключил будильник и, слегка растрепав волосы, уже было хотел уйти из палаты, как его резко схватили за руку. Подавив испуганный вскрик, Сяо Чжань обернулся, встречаясь взглядом со светлыми, почти прозрачными, глазами, в которых не было и намека на сон. Словно Ван Ибо и не спал вовсе, а просто притворялся всю ночь. - И-Ибо, ты напугал меня.. - тихо выдохнул Сяо Чжань, ощущая просто стальную хватку. - Пожалуйста, отпусти меня. Мне нужно идти. Если меня увидят в твоей палате, то я вылечу с этой работы, как пробка из бутылки. Ван Чжочэн и так на меня уже зуб точит. Просьба не произвела никакого эффекта, поскольку руку психиатра не только не отпустили, но и сжали сильнее. Легко поморщившись, Сяо Чжань положил вторую руку поверх ладони юноши, легко погладив. - Эй, ну все. Отпусти меня, - дружелюбно улыбнулся Сяо Чжань, пытаясь расположить к себе. - Я понял, что ты очень сильный. Извини, что я потревожил тебя этой ночью. Если честно, то я совсем не помню как попал сюда. Ван Ибо молчал. Молчал и смотрел. Смотрел так пристально, что у Сяо Чжаня по спине пробежали мурашки. Взгляд Ван Ибо пробирал до самой души, заставляя что-то шевелиться в ней. Вдруг юноша медленно сел на кровати, все также смотря Сяо Чжаню в глаза, свешивая ноги на пол. Медленно потянув мужчину на себя, Ван Ибо заставил приблизиться к себе, а после и вовсе усадил к себе на колени, заставив обхватить ногами свои бедра. Сяо Чжань тихо выдохнул, неотрывно смотря в светлые глаза, что буквально загипнотизировали его. Непонятное чувство дежа вю захлестнуло грудную клетку. Мягкое, почти невесомое прикосновение к щеке заставило психиатра несильно вздрогнуть, словно к нему прикоснулись чем-то холодным. Рука Ван Ибо была теплой. От ее прикосновений веяло нежностью и заботой, а еще они казались такими привычными. Словно когда-то Сяо Чжань уже ощущал их. И были эти прикосновения не только на щеках. - Ибо.. - тихо прошептал Сяо Чжань. В один миг светлые глаза наполнились болью. Такой, от которой сердце сжимается. Сяо Чжань сглотнул, ведь от такой мгновенной смены ему стало совсем не по себе. Ну конечно. Ибо, точнее, Ванцзи наверняка думал, что сейчас с ним находится его Вэй Ин. Наверное, именно по этой причине Сяо Чжань и оказался здесь. Правда, как именно? Неужели эти приступы обмороков и провалов в памяти у психиатра как-то связаны с тем, что недавно рассказал Хайкуань? Ведь до прихода в эту клинику и встречи с Ван Ибо, Сяо Чжань не замечал за собой никаких обмороков. Быть может, в те моменты, когда мужчина теряет связь с реальностью, в свет выходит Вэй Ин, чья душа на самом деле живет внутри? Тем временем Ван Ибо убрал ладонь со щеки Сяо Чжаня, но смотреть в его глаза не перестал, словно чего-то ожидая. Вынырнув из своих рассуждений и посмотрев на юношу более осмысленно, Сяо Чжань решил кое-что проверить. Сейчас это было для него необходимо. Положив руки на широкие плечи Ван Ибо, Сяо Чжань мягко обнял того за шею, зарываясь пальцами одной руки в волосы на затылке, после поддаваясь вперед и легко, почти невесомо, коснулся губ юноши своими. Пару мгновений ничего не происходило, видимо Ибо совсем не ожидал такого от психиатра, но потом сильные руки с трепетом обняли Сяо Чжаня за пояс, притягивая ближе, а обжигающие губы ответили на поцелуй, почти сразу перехватывая инициативу. Очень быстро поцелуй из легкого и из тех, что "на пробу" перерос в горячий и из тех, что "я люблю тебя". Сяо Чжань позволял Ван Ибо обнимать себя, прижимать к своему телу, гладить и целовать, сам прижимаясь ближе и поглаживая того по затылку, пропуская волосы между пальцев. Тихо выдохнув в поцелуй, Сяо Чжань мягко провел кончиком языка по таким жадным губам, получив в награду тихий стон, после чего его накрыли воспоминания, так похожие на хмельной сон.       Приложив ключ-карту к небольшой панели рядом с дверью палаты Ван Ибо, Сяо Чжань медленно открыл дверь и также медленно, несильно покачиваясь, ступил внутрь, закрывая ее за собой. Взгляд его был легко затуманен, а лицо выражало ни то потерянность, ни то тоску. Посмотрев на Ван Ибо, который всего пару мгновений назад напевал столь дорогую их сердцам мелодию, Сяо Чжань практически кинулся к юноше, обнимая того за шею и ощущая крепкие руки, что подарили такие родные и теплые объятия. - Лань Чжань, ты все еще помнишь ее.. - тихо прошептал Сяо Чжань, будучи уже не тем, кем привык себя ощущать. - Я буду помнить ее всегда, ведь я сочинил ее для тебя, Вэй Ин, - сжимая в своих руках столь любимого и дорогого человека, тихо ответил Лань Ванцзи, не боясь теперь быть самим собой. Его Вэй Ин сейчас был рядом, а большего и не нужно было. Отойдя к кровати, Лань Ванцзи присел на нее, после усаживая Вэй Ина к себе на колени, все также обнимая за пояс и смотря в любимые глаза. Такие же карие, словно светящиеся изнутри солнечным светом, сводящие сердце с ума. Лань Ванцзи не знал, сколько у него времени, но он был рад даже самым крохотным частицам, что выпадали ему, чтобы побыть вместе со своим любимым, которого он искал так долго. А найдя так близок, чтобы вновь потерять. Мягкие ладони коснулись щек, прикрыв глаза, Ванцзи накрыл своей ладонью одну из Вэй Ина, мягко сжимая, а после и нежно целуя ладонь. - Вэй Ин, я так долго искал тебя, - тихий шепот разрушил тишину палаты, а все, что копилось внутри, рассыпалось им по воздуху. - И теперь, когда я нашел тебя, ты совсем меня не помнишь. Неужели ты забыл о нашем обещании? - Я ничего не забывал, Лань Чжань, - тихо, даже слишком. - Я просто не могу стать тем, кем был. Я так долго спал и лишь встретив тебя проснулся. Я хочу быть с тобой, Лань Чжань, но я не могу проснуться окончательно. - Я разбужу тебя, - тихо прошептал Ванцзи, едва касаясь губ своего любимого. - И мы снова будем вместе. Сквозь года, жизни и миры я буду искать тебя в каждых из них, пока не найду. Улыбнувшись и обняв Лань Ванцзи за шею, Вэй Ин тихо прошептал: - Поцелуй меня, Лань Чжань.       Резко распахнув глаза, Сяо Чжань отстранился от слишком распалившегося Ван Ибо, который уже забрался руками под рубашку его рабочего костюма, поглаживая разгоряченную кожу. Вскочив с колен юноши, психиатр кинулся к двери, открывая ее с помощью ключ-карты и вылетел в коридор, закрыв за собой довольно тяжелую дверь на электронный замок. Тяжело дыша и почти не разбирая дороги, Сяо Чжань на всех парах мчался в сторону своего кабинета, ощущая как горят щеки и бешено бьется сердце в груди. Господи, хоть бы эти дурацкие камеры никто не проверил. Распахнув дверь в свой кабинет, психиатр быстро подошел к столу, находя на нем листок с номером Хайкуаня, который тот оставил на случай, если Сяо Чжань передумает и согласиться помочь. Наплевав на то, что время едва перевалило за пол шестого утра, мужчина набрал номер трясущимися руками и приложил телефон к уху. Раздающиеся гудки, казалось, тянулись вечность, но тут на другом конце послышался ответ. - Слушаю? - довольно бодро для человека, который мог спать в столь раннее время, ответил Лю Хайкуань. - Господин Лю, это Вэй Ин, то есть, Сяо Чжань! Я готов помочь вам вытащить Ванцзи из клиники. - Я очень рад это слышать, господин Сяо, - по голосу можно было понять, что Хайкуань улыбается. - Возможно, все пойдет даже лучше, чем я думал.