Молчун

      В комнате стало слишком тихо. Стоило только прозвучать этому вопросу, как Рик перестал дышать на несколько секунд — будто бомба перестала тикать за мгновение до взрыва. — Я… я правильно тебя понял, детка? Ты что, просишь, чтобы я тебя… — Да-да, — поспешно согласился Морти. — Именно этого я и хочу! А что еще ему оставалось? Когда-то он был совсем другим. Но того Морти, кем он был раньше — дерзкого, грубого и не гнушающегося воровства — убили в том ужасном доме, а вместо него остался кто-то намного, намного хуже. Остался Молчун, который все обещал себе перестать плакать, но пока не мог сдержать слово, Молчун, который совсем запутался в захлестывающих его эмоциях, Молчун, которого давно уже одолевали порочные мысли… — Я-я… я просто хочу, чтобы мне стало легче, — попытался он объяснить свою просьбу. — И-и я подумал, что… что, если у меня снова будет секс с Риком, но уже по моему желанию, т-то… то… Но дед явно воспринял его идею скептически. — Ты хорошо подумал? П-просто… просто как-то с-сомнительно звучит… — И н-ничего не сомнительно, — продолжил парень гнуть свою линию. — Я ув-верен, что мне это поможет, и… и чего т-тебе это стоит? Всего один раз, чтобы проверить мою п-правоту… Ты ведь любишь эксперименты, т-так? Огонек знакомого научного азарта промелькнул в глазах Рика. — Ну нет, — тем не менее, фыркнул он. — Еще не понравится и б-будешь потом меня ненавидеть… — Не буду, — закрыв глаза, Морти уткнулся лбом в грудь старика. — Обещаю! Они ненадолго замолчали. Слезать с колен не хотелось — уж слишком он на них пригрелся, а Рик, видимо, и не возражал, машинально поглаживая мальчика по спине. — Вот в-ведь маленький засранец… Такое предлагать родному деду, — хрипло рассмеявшись, он спустился ладонью чуть ниже, на оголенную поясницу. — Я п-просто в шоке… Рука у него была широкая, сухая и горячая — мурашки побежали от прикосновения такие, что Морти еле сдержался, чтобы не прогнуться ему навстречу. — М-может, тебе вообще нужно не это? Не торопись, п-пиздюк. Тебе определенно нужно время, чтобы определиться…

***

      Сделки с совестью — всегда самые выгодные. Поначалу мысль о психотерапии при помощи члена показалась Рику просто дикостью, но постепенно его мировоззрение начало гнуться в удобную для всех пороков хозяина сторону. После того ночного разговора тему о сексе они больше не поднимали. Но Молчун с упорством, достойным лучшего применения, лез к нему практически каждый день, одаривая смешными неловкими поцелуями и прочими ласками, которые вызывали больше умиления, чем страсти — ну, а почему бы и нет? Дьявол определенно нашептывал что-то Рику на ухо, когда он отвечал. Когда он заваливал этого паршивца на диван под бормотание телевизора, или сажал на верстак в лаборатории, чтобы показать, как целуются нормальные люди, когда позволял ему забираться к себе на коленочки или даже, упаси Христос, щупал его за маленькую жопку мимоходом… У любого адекватного Рика подобные заигрывания не вызвали бы ничего, кроме приступа истерического ржача и желания выписать зарвавшемуся молокососу люлей, он же все это поддерживал, как очередной странный опыт, про себя думая, что Молчун на этом и успокоится. Какой, к черту, секс, если пиздюк даже от чмока в щечку смущается! Как же он, оказывается, его недооценивал… — Р-рик? В голове у Санчеза крутились одни лишь химические соединения, и он крайне не обрадовался тому, что его прервали. Отставив в сторону колбу, он сердито обернулся, собираясь отчитать Морти, но… Но тот стоял, прислонившись к косяку и как-то странно глядя на сгорбленную спину деда. Штанов на нем не было, босые ноги переминались по полу, и вместе с прерывистым вздохом с губ пацана сорвался вопрос: — Уже за полночь, м-может… может, пойдем в постель? Это предложение Рик встретил с саркастическим смешком. — Н-нет, Морти, д-давай… давай там как-нибудь сам, — ответил он, смешивая прозрачную жидкость с голубой. — Я оч-очень-очень занят… — Завтра закончишь, — с неожиданным напором возразил Молчун. — Я не п-пойду без тебя! — Да неужели? — из колбы начал идти дым, но ученый уже на нее не смотрел. — И для чего же я так тебе нужен? Он уже догадывался и теперь просто подтрунивал над Морти, выводя его на чистую воду. — Я х-хочу, чтобы ты… н-ну, ты понял… — Нет, не понял, — Рик оскалился. — Не трать мое время, п-пиздюк, говори как есть! Какое же оказалось забавное зрелище — смотрел бы и смотрел за тем, как Морти набирается духу, чтобы сказать… — Я-я хочу, чтобы ты… ч-чтобы ты м-меня трахнул! Пыщь — жидкость в колбе, пробурлив несколько секунд, моментально выкипела, плюнув в воздух серым облачком. Парень стоял весь красный, сжав кулаки и глядя в пол, Рик же улыбался, как нализавшийся сметаны кот. — Надо же, как откровенно, — присвистнул он. — И сильно хочешь? — С-сильно, Р-рик, я д-даже… И, смутившись еще сильнее, Морти зашаркал носочком по полу. — Я д-даже… даже подготовил с-себя… Теперь настал черед Рика краснеть — такой решимости он точно не ожидал. — Н-ну, ладно, — откашлялся он. — Если ты так серьезно настроен, то пошли!       Пульс бешено бил в висках и кое-где еще. Во рту пересохло, и, не чувствуя ног, он последовал за Молчуном в свою спальню. Только оказавшись там, этот гаденыш, этот дрянной испорченный мальчишка сразу полез на кровать. Лег, оперевшись на локти, приспустил трусы и, глядя на Рика через плечо полуприкрытыми глазами, не без кокетства вильнул бедрами, и как можно было устоять перед этим простодушным развратом? Белый халат упал на землю. Звякнула пряжка ремня. А что в этом такого, — зашептал дьявол в голове старика. — Только глянь, он ведь сам на это напрашивается… — Не боишься? — Н-нет, — пискнул Морти, отворачиваясь. — Н-ни капли! На эту браваду Рик, само собой, не повелся. — Если передумаешь, то сразу говори, — предупредил он. — Заставлять здесь тебя никто не будет, п-понял? — Понял… Успокоив свою совесть (если та еще была жива), Рик приступил к делу. Слегка шлепнул по круглой розовой заднице, сжал в пальцах половинки, разводя их в стороны, и увидел воочию результат "подготовки". Отверстие было чуть раскрыто и слегка блестело чем-то влажным, и хотя он оценил старания Морти, этого явно было недостаточно. — И как дошел ты до жизни такой? — ехидно спросил он, вытаскивая из-под кровати внушительных размеров бутыль с дозатором. — Много я чего в жизни перепробовал, н-но елдой своей еще никого не лечил! М-можно сказать, э-это… это херовая медицина!.. Этим плоским юмором он просто пытался скрыть собственную растерянность. Конечно, Морти был далеко не грудастой красоткой и даже не коллективным разумом, но вид его почти раздетого хрупкого тела, замершего в покорной позе, все равно по какой-то причине заставлял конец твердеть — какой же ты идиот! Дьявол, уставший от его несговорчивости, начал шумно щелкать калькулятором в голове Рика. С половыми партнерами в Цитадели по понятным причинам всегда был напряг, шалавы обходились в копеечку, так в чем проблема, если он хотя бы раз воспользуется своим Морти, тем более, что тот и сам не прочь… И вообще, это же мой пиздюк, я ведь могу делать с ним все, что захочется, так? — Р-рик… Рииик… Поспешно сорванные штаны и водолазка лежали у кровати, как спущенные паруса на проигравшем в бою корабле. Смазанные прозрачным гелем длинные пальцы медленно дразнили тугую дырочку, разрабатывая ее края — Рик зашел совсем недалеко, но уже чувствовал завлекающий жар. — Имей в виду, Мо-морти, ты можешь остановить это в любой момент… Ага, как же. Хоть пацан и не смотрел на него, и вообще, кажется, был готов сгореть со стыда, Рик чувствовал кожей, что нифига Морти не прекратит. Доведет свою безумную идею до логического конца, чего бы это ни стоило — это ли не признак верности науке? — Ммм… м… Много времени не потребовалось для того, чтобы пацан начал постанывать, шумно дыша и комкая подушку в ладонях, а его скромное мужское достоинство начало показывать интерес хозяина ко всему происходящему. Восприняв это как молчаливое приглашение к дальнейшим действиям, Рик с коварной ухмылкой согнул палец, мастерски находя нужную точку внутри, и был вознагражден за это протяжным сладким криком… Как ему хотелось перейти к самому главному побыстрее — кто бы знал! Но, помня о том, какая ответственность на нем лежит, он просто не мог позволить себе спешить. Не имел права… сломать Молчуна во второй раз. Поэтому, сцепив зубы, Рик удерживал похотливое животное в себе на цепи. А это оказалось ой как непросто — у него стояло уже так, что хотелось выть! В конце концов сдавшись, он вытащил пальцы из разработанного отверстия и, задержав дыхание, приставил к нему головку члена. Повел им вверх и вниз, давая прочувствовать, и, сглотнув, хрипло спросил: — Т-ты… ты правда готов? А опасения такие имелись, судя по тому, как Молчун замер, придержав дыхание, но едва слышный ответ заставил всех внутренних демонов ученого плясать: — Д-да, п-пожалуйста… Еще немного смазки — не для того я все тут зашивал, чтобы порвать снова. Мышцы сжались вокруг органа так, что даже стало неприятно, но Рик, перетерпев это и дав перетерпеть этому малолетнему испытателю, продолжил свое дело. — О-ооо, — Молчун дрожал всем телом, но, похоже, не собирался сдаваться. — Н-не… не останавливайсяяяя!.. Никакие профессиональные стоны самых лучших шлюх Галактики не возбуждали Санчеза так сильно, как этот умоляющий скулёж. Он сам был в шоке от себя, но не хотел думать об этом — ради чего? Уж лучше потратить время на что-то более приятное! — Н-ну, раз ты так просишь, — прошептал он, не без удовольствия оставив засос позади тонкой бледной шейки. — Р-раз ты хочешь побыть м-моей девчулей сегодня, р-разве я могу отказать?.. А что в этом такого? Ради своих экспериментов он и не такой ебаниной занимался! — Н-ну, как тебе? Решив сменить позу, он перевернул пиздюка на спину, пытаясь поймать его размазанный, полубезумный взгляд. Желтая майка оказалась бесцеремонно задрана, свежие следы укусов виднелись у ключиц и рядом с сосками, на судорожно вздымающемся плоском животе блестели прозрачные капли упавшего предъэякулята — действительно, как ему? — Э-это… это так страаанно, Р-рик, я-я… я… И развратный паршивец попытался отвернуться — старик не дал это сделать, поймав его пальцами за подбородок. — Я х-хочу смотреть тебе в глаза, когда ты кончишь! А оно определенно было не за горами — во всяком случае, сам Рик держался на последнем издыхании. Он не ожидал, что вовлечется в процесс так сильно, рассчитывал, что останется холодным и чуть отстраненным, как во время препарации лягушек у себя в лаборатории, но это… Молчун точно оказался не лягушкой. Скорее — неопытной, но вызывающей иррациональное сексуальное возбуждение деткой, которую хотелось и так, и этак, и везде — вот же чертов мелкий искуситель! В отместку за все свои моральные терзания Рик наполнил его задницу спермой. Еще когда он, рыча от напряжения, совершал свои последние фрикции, Морти с тихим писком последовал за ним, и ручонки, крепко обнимающие шею старика, бессильно опали. Вытащив, Рик устало упал рядом, стирая испарину со лба, и, выдохнув, приобнял Морти за плечи. — Ну как, тебе стало легче? — А? Судя по выражению его лица, Молчуна вышибло куда-то в космос, и он с трудом нашел дорогу домой. — Н-не знаю пока, — ответил он, призадумавшись. — Н-но… И, смущенно опустив бесстыжие глазки, он забрался под бок к Рику, закинув на него голую ногу. — Н-но это точно было… з-занимательно…

***

      Открылся портал. Холодный воздух побежал по коже — тут, наверху, дул ветер. — З-зачем мы здесь, Р-рик? — боязливо спросил парень, осторожно переступая по черепице крыши. — На вечеринку, — пожал плечами Рик, доставая фляжку из кармана. — Все гости уже приглашены! — Г-гости? Приглашены?.. Ночь уже почти закончилась, на горизонте начало светлеть. — Держи, — и ученый, не глядя, кинул Молчуну маленькую пластиковую коробочку с кнопкой. Тот, еле успев поймать ее на лету, недоуменно поднял брови. — Ч-что это? — Кнопка запуска в-эээ-черинки, — Рик от души рыгнул. — Можешь нажать, если хочешь… И, смахнув слюну с губ рукавом, он показал пальцем в нужную сторону. Когда Молчун увидел тот дом, его глаза расширились, и он пошатнулся, еле устояв на ногах. — Э-это… это же!.. — Да-да, все гости уже там, — нетерпеливо махнул рукой Рик. — Заждались все, аж горят нетерпением, может, нажмешь уже кнопку? С сомнением покрутив коробочку в пальцах, пацан спросил настороженным тоном: — И-и что будет, если я нажму? — Увидишь. Решится или нет? Похоже, его малыш все-таки оказался не из робких — кнопка продавилась под нажатием пальца, и… ничего не произошло. На первый взгляд. Но дым, вдруг поваливший из-за входной двери, сообщил, что туса уже началась… — Окна и двери заблокированы, — подойдя, Рик положил руку на плечо Морти. — Никто не выйдет и никто не войдет, наши гости будут жечь и плясать до упада, пока есть порох в пороховницах… Круто, а? Мальчик не ответил — он стоял прямо, как солдат на посту, прижимая к груди детонатор, и языки пламени, поднимающиеся по стенам дома, отражались в его глазах, как в зеркале. Тьма рассеивалась. Небо расчищалось, и восходящее солнце слилось по оттенку с пожаром. Слышались ли из дома какие-то крики? Возможно — а может, просто так казалось из-за шума падающей кровли… Огонь чадил и плевался пеплом. Беспощадно жрал все на своем пути, и Морти смотрел на него завороженно, будто маленький дикарь, принесший жертву своим беспощадным первобытным богам, а Рик — Рик просто пил. Пил, зарывшись одной рукой в чудесные каштановые кудряшки — густые и мягкие. Настолько густые, что надо было еще постараться найти под ними шрамы… — Тебе понравился праздник? Молчун кивнул, не сводя взгляда с дома, и слегка улыбнулся, прижимаясь к деду. А дом все горел и горел — красиво и ярко, как самый большой в мире бенгальский огонь…