Кровь за кровь

После войны, тяжелыми орудиями которой были мука, яйца и щит в виде насмерть перепуганного Не Хуайсана, Усяню пришлось отложить и долгожданный ужин, и разговор с бесконечно любимым шиди, который, к слову, это продуктовые безобразие и остановил. Длинные шелковистые волосы стали белого цвета и, несмотря на то, что Яньли с хохотом сказала, что маска из сырых яиц очень полезна для волос, он все же решил посетить ванную комнату. При этом умудрился отбиться от Хуайсана, который весьма недовольно обмахивался своим полуживым от бойни веером и тоже горел желанием привести себя в порядок. В итоге, быстро юркнув в ванну, Вэй Ин даже внезапно вспомнил, что в другом крыле особняка, вообще-то, есть еще одна, но говорить об этом из чистой вредности, он, конечно, не стал. Горячая вода приятно обжигала его руки, и вампир без долгих раздумий разделся и с блаженным видом залез под упругие струи. Благодаря долговечности, технологии вампиров уже давно ушли вперед от людских. И пока жалкие человечишки довольствовались бадьей с еле теплой водичкой, вампирская раса в горячем душе себя уже давно совсем не ограничивала. Вода хорошо освежала тяжелую голову, и спустя пару минут Вэй Ин, с хрустом потягиваясь, почувствовал себя уже значительно лучше. Трудный день смывался с тела прочь, оставляя после себя приятную расслабленность. Собственная нежная кожа будоражила расшалившееся сознание, и он невольно вспомнил о Лань Чжане, чей поцелуй до сих пор огнем обжигал его искусанные губы. Хотелось раствориться прямо здесь, прижаться к чужому горячему телу и самозабвенно касаться этих сильных привлекательных рук, которые будили в нем похотливое желание. Но, внезапно, поток разбушевавшейся фантазии прервали самым наглым образом. — Чертов Усянь, ты выходить собираешься или нет? Вампир прыснул со смеху, тихо скатываясь по холодному кафелю вниз, и принялся намыливать длинные волосы, аккуратно массируя кожу головы. Стук повторился, и тон Цзысюаня уже не предвещал ему ничего хорошего, но Вэй Ину до этого дела не было. Господи, какой же он напыщенный павлин, и десяти минут с яйцом на волосах провести не может, а ведь это укрепляющая маска, злорадно вспомнил он. Будет теперь их павлинчик как принцесска блистать со своей чудесной шевелюрой. Ну, по крайней мере, Яньли-то точно будет в восторге. Ванну он освободил только минут через десять, нагло выпершись от туда в одном полотенце и, щелкнув Цзысюаня, недовольно сверкающего глазами, по носу, он гордой походкой отправился к себе в комнату. Наводить марафет. В комнате неприятно пахло пылью. Вэй Ин чихнул несколько раз и, не заморачиваясь чистотой белоснежного полотенца, пошел им протирать все плоские поверхности. Правда, Яньли наверняка потом будет ругаться за такое ненормальное решение. Но если он его тихонько потом застирает, то все, конечно, будет окей. Мда, бардак, разведенный им в комнате, требует непосредственного вмешательства Вэнь Нина и, желательно, прямо сейчас. Но как бы ни хотелось ему воспользоваться такой прекрасной возможностью, он хорошо понимал, что А-Нин занят уборкой кухни. И поэтому, устало выдохнув, Вэй Ин, сгреб все вещи с комнаты в одну большую кучу на кровати и понял, что разговор с А-Ченом придется отложить до завтра. К себе его братец точно не пустит, а к нему в такой бардак зайти побрезгует, да еще и шицзе нажалуется. Придется разгребать все быстро и самостоятельно. *** Утро выдалось непривычно холодным и дождливым. Вэй Ин даже шторы открывать не стал, зажег лишь настольную лампу, наслаждаясь приятным полумраком. И отправился с утра пораньше к А-Чену, намереваясь добиться от него хоть пары адекватных слов. Как он и ожидал, дверь была закрыта, и обитатель комнаты явно спал крепким сном, но Усянь бесцеремонно разорвал тишину комнату громким стуком и громогласно прокричал «С добрым утром» прямо в дверную щель, чтобы получить щелчок по макушке от сонного шиди. — Какого хрена ты орешь в шесть утра, чокнутое создание? — Я не ору, а нежно и ласково бужу моего любимого братца, — Вэй Ин обезоруживающе улыбнулся и потащил А-Чена с собой за руку, не забыв захлопнуть дверь в чужую обитель. — Ээ, куда ты меня тащишь? — тот явно оказался не доволен таким раскладом и пытался вырвать свою руку из чужой крепкой хватки, цепляясь за косяки и пытаясь остановить непробиваемого Усяня. В голову закрадывались подозрительные сомнения, потому что заметить его странное поведение в первую очередь должен был именно он. И эта заботливо закрытая дверь с якобы незаметно наложенным заклинанием защиты. Тут явно что-то не так. — Ну давай, рассказывай, — сонно протянул Вэй Ин, стоило только двери в его комнату закрыться с тихим стуком. — Да нечего рассказывать, ты ведь и так все знаешь, — он нервно облизнул пересохшие губы, и сел на кровать, с удивлением отмечая идеальный порядок в чужой спальне, — ты что, девушку завел, раз в комнате так хорошо прибрался? — Кажется, это ты девицу себе завел, притом явно мужского пола, еще и обратить не забыл для пущей надежности. — С чего ты взял? — Ну, давай начнем с простого. Защитное заклинание ты заметил, но смолчал, следовательно, в комнате ты был не один. О том, что ты кого-то прячешь, тоже говорит несколько факторов — ты злой, раздраженный, нервный, все время дергано отшучиваешься и из своего убежища не вылазишь почти. Ты не представляешь, как я вчера удивился, когда зайдя домой, увидел тебя, гоняющегося за бедным Не Хуайсаном. — Да ты хоть понимаешь, что у нас за крыса в доме живет? Он же везде свой любопытный нос сует. Куда ни глянь, везде мелькает эта золотистая мантия с веером. Бесит! — Успокойся. Разошелся тоже мне, блин, сейчас весь дом перебудишь. И я свою сказку буду уже всем рассказывать, хочешь? Твоей ненаглядной пассии, которая ничего не помнит, в том числе. Цзян Чен пристыженно зашипел в ответ и отвернулся в сторону, всем своим видом выражая вселенскую обиду на него. — Ну что ж, я продолжу. Недавно безумно обожаемая тобой крыска поведала мне захватывающую историю про двух необычных охотников s-класса, которые поселились в нашем районе. И знаешь, что самое интересное во всей этой истории? А то, что после этого разговора я встречаю одного из этих милых охотников и, судя по его расшатанному душевному состоянию, кто-то спер его напарника у него из-под носа. Остается только один вопрос, кто же это был? — Все, я понял, не стоит продолжать, Вэй Ин, мы оба знаем, кто это был. И встретил ты в лесу брата моего гэгэ, а совсем не напарника. — Сути это не меняет. А-Чен, я не хочу тебя этим пристыжать или обвинять тебя в чем-то, я всего лишь хочу помочь, потому что прекрасно понимаю, что ты чувствуешь сейчас. — Ага, как же, понимает он, — Цзян Чен раздосадованно фыркнул себе что-то под нос, подтянул колени к груди и свернулся калачиком на чужой кровати, пряча свой испуганный взгляд за рассыпавшимися черной волной волосами. *** Ранний подъем совсем не обрадовал Лань Чжаня и не принес его неокрепшему духу ни капли бодрости. Но делать было нечего. На границе двух вампирских кланов, которые вели себя относительно мирно, был замечен клан именуемый «Жестокими убийцами» даже среди самих вампиров. Они убивали без разбору и желали захватить власть над всем миром — чертов клан Вэнь, несколько сотен лет набиравший силы, вновь дал о себе знать, и Ванцзи даже не представляет, с чем ему придется столкнуться на этот раз. Пробираясь сквозь густые заросли колючих веток, он раздосадованно думал лишь о том, что даже не успел позавтракать и такая прекрасная возможность ему, судя по всему, будет еще нескоро предоставлена. В голове вихрем проносится множество мыслей, и красочные события последних дней мелькают забавным калейдоскопом перед глазами. Кажется, что жизнь хочет игриво махнуть пушистым хвостом и покинуть своего хозяина, потому что она подбрасывает в его воспаленное сознание все более яркие и сочные сцены возможного продолжения вчерашнего концерта, возбуждая и абсолютно сбивая с толку. А ведь ему голова на плечах целой нужна. Он еще Сиченя не разыскал и с тем красивым вампиром не поболтал за обедом. Что же поделать, видимо, придется драться неистово, защищая свою жизнь. И надеяться, что клан Юньмен Цзян сюда не сунется, что, конечно, очень и очень маловероятно.