Октябрь

      Сквозь тонкую рубашку и более плотный Кёин пиджак Мукуро чувствовал всю твёрдость и весь холод крыши — а потом то ли она стала теплее и мягче, то ли ему стало не до того. Не мешая Кёе двигаться, Мукуро поглаживал его поясницу и низ спины — и наслаждался тем, как соприкасались их члены и как Кёя водил по ним рукой. Иллюзия немного ослабла, но Мукуро по-прежнему её держал, поэтому он не испугался, когда дверь на крышу открылась.       Он не сразу почувствовал, что кто-то рушил иллюзию осознанно, — и не сразу понял, что этот кто-то был сильным. Посмотрев за плечо Кёи и увидев Дино, Мукуро так растерялся, что даже не заговорил первым. Пока он путался в обрывках бессвязных, но очень злых мыслей, Дино как-то собрался. На вид такой же шокированный, он с запинками начал извиняться и заверять, что произошла случайность: что, почувствовав Туман, он решил, будто ему нужно было разнять драку. Мукуро даже не волновало, говорил ли тот правду — он в любом случае хотел встать и напасть, чтобы исправить свою ошибку, — но Кёя придавил его к крыше.       — Отпусти меня, — потребовал Мукуро. Дверь на крышу снова закрылась — теперь с другой стороны, — и он прошипел: — Ты хочешь его отпустить?       — Ты побежишь за ним голым?       Мукуро с раздражением опустил взгляд на бёдра и дёрнул свои брюки с бельём наверх, натягивая их, — но только задел молнией чувствительную кожу и окончательно распсиховался.       — Мы не можем оставить в живых свидетеля, — объяснил он как мог сдержанно, взывая к рассудку Кёи.       — Ты хочешь поднять суматоху в Альянсе?       Мукуро криво усмехнулся.       — С каких пор тебя вообще волнует Альянс?       — Меня не волнует Альянс, но если ты хочешь уничтожить одну из его ключевых фигур, то делай это вне Намимори. Мне не нужны здесь люди из мафии.       — Из-за человека из мафии всё это и началось.       — Успокойся.       Стресс и боль сильно ударили по возбуждению Мукуро; перебранка же добила его остатки — особенно то, с какой наивностью Кёя верил, что Дино не захочет насоздавать им проблем. Пускай у того пока и не было материальных доказательств, теперь он знал, что существовала возможность их найти. Очень недовольный, Мукуро направился вместе с Кёей в кабинет Дисциплинарного комитета, чтобы попить воды. Он хотел хотя бы частично избавиться от напряжения, а уже потом — обдумать дальнейшие действия.       На диване с невесёлым видом сидел Дино и держал ладони сложенными в замок.       — Я отпустил Ромарио, — сказал тот. — Нам нужно поговорить.       Новая волна решимости захлестнула Мукуро, но Кёя, остановив его жестом, спросил:       — О чём?       Дино вздохнул и опустил голову.       — Я не осуждаю ваш выбор, но не все в мафии будут относиться к нему так же, как я. Если вы не хотите проблем для себя и Вонголы, вам не стоит афишировать свои отношения.       Ему явно не нравилось объяснять эту мысль.       — У нас нет отношений, но я понимаю, о чём ты, — согласился Кёя. — Если это всё, тебе лучше уйти.       — Я хотел попросить вас использовать иллюзии в общественных местах и внимательно следить за их сохранностью.       — Надо же. Какой неожиданный совет, — насмешливо бросил Мукуро, скрестив на груди руки.       — Тем не менее, сегодня вы им пренебрегли, — напомнил Дино, и Мукуро чуть ли не взорвался от гнева. Дино вздохнул. — Поймите, если бы вас увидел не я, у вас бы уже были проблемы.       — Мы с Кёей умеем их решать, — заверил Мукуро с недоброй улыбкой.       — Это хорошо, но иногда их лучше не создавать.       — Что ж. — Мукуро даже не пытался скрыть полный ненависти взгляд, но по-прежнему улыбался. — Хочешь посоветовать нам что-то ещё, дон Каваллоне?       Закончив со скучными общими сведениями на тему скрытности, Дино заговорил про барьерную контрацепцию. Для Кёи это была больная тема: в его идеальном мире люди трахались, скорее всего, в скафандрах, и его несколько фрустрировало то, что сами они изначально пренебрегли защитой от потенциальных венерических заболеваний — при этом гарантий в виде хотя бы справок никто из них, конечно же, не имел.       Кёя заметно хотел броситься в драку, и Дино, судя по всему, тоже обратил на это внимание. Перед уходом он пообещал никак не использовать полученную информацию против них, хранить секрет, будто свой, и вообще предложил обращаться за помощью.       Мукуро не понимал, где именно крылся обман и пряталось лицемерие, но на всякий случай ожидал всего плохого.

***

      Мукуро нередко спасался в Японии от мелких травм за счёт своей молниеносной реакции — иногда он в самый последний момент понимал, что впереди не было никакой ступеньки вниз, и чудом успевал уйти от столкновения с потолочным светильником.       Тем обиднее было из-за спешки и сонливости по-дурацки удариться лицом о раскрытую дверь шкафа. Мукуро думал, что дело ограничится недолгой терпимой болью, а потом он, наполовину забыв об инциденте, посмотрел в зеркало — и обомлел. Подобный случай наверняка испортил бы человеку, не владевшему Пламенем Тумана, весь день — к счастью, с этим Мукуро повезло.       В работе с Кёей имелось множество преимуществ — к примеру, он сам приходил в Кокуё-ленд, когда им предстояли совместные дела, и благодаря этому Мукуро мог спать до последнего.       Сегодня же ему предстояла работа с Дино — и ранняя встреча на нейтральной территории. Тот приехал в Японию три дня назад, и один раз они уже успели пересечься. С той злополучной случившейся на крыше истории прошёл почти год, но Дино явно её не забыл, и общение получилось сильно натянутым: опять с советами, опять с неуместной поддержкой — будто он решил играть в «старшего брата» не только с Савадой.       Иллюзия пропала всего на пару секунд, потом Мукуро снова её подхватил — но за смешной промежуток времени он уже успел поймать на себе обеспокоенный взгляд. Он порадовался, что сейчас синяк привлекал намного больше внимания, чем старые шрамы — и по случайности понял, как он мог развернуть ситуацию в свою пользу.       — В порядке? — спросил Дино, завершив очередной удар кнутом.       — Да, — согласился Мукуро. — Синяк у меня уже был.       Дино мимолётно нахмурился, но расспрос не начал. Рядом находился Ромарио, поэтому Мукуро в любом случае не мог перевести разговор в нужное русло — возможность отложить беседу его устраивала.       Мукуро даже не пришлось стараться: Дино сам осторожно задал нужный вопрос.       — Да, Кёя, — спокойно ответил Мукуро и, когда лицо Дино вытянулось, негромко рассмеялся. — Кажется, ты неправильно меня понял. Кёя ударил меня во сне.       Дино тоже рассмеялся, правда довольно неискренне, и растрепал свои волосы.       — Рад, что у вас всё в порядке.       — Не всегда. — Мукуро пожал плечами. — Но наяву Кёя умеет не оставлять следы.       — Ты ведь шутишь?       Мукуро покачал головой.       — Просто Кёя такой человек. Если бы я боялся боли, я бы не стал с ним сближаться.       — Ты понимаешь, что это неправильно?       — Возможно, но я знал, на что я шёл. — Мукуро посерьёзнел. — Я только очень прошу тебя не лезть в нашу личную жизнь. Кёя от этого злится.       Хмурясь, Кёя неохотно отвечал кому-то по телефону.       — Не понимаю, что нашло на Коня, — сказал он, закончив беседу.       — Что-то случилось?       — Он хочет, чтобы я поехал в Италию. Обязательно без тебя.       Мукуро негромко рассмеялся в ладонь.       — Думаю, я знаю, зачем.       Кёя с улыбкой выслушал историю про небольшую шутку.       — Раскрой ему правду, — попросил он в конце.       — Боюсь, она прозвучит неудачно.       — Я понимаю. Надеюсь, после этого он сделает выводы и перестанет меня доставать.