Лесная сказа/Forest Tales

"Уф! Не так грубо, любимый!" Голдфур запротестовал, когда его друг и Ши занялись любовью. Гаррек остановился, потрясенный тем, что снова начал терять контроль после своего дикого эпизода с Маленой. Его пыл остыл, он соскользнул с торса Голдфура и рухнул жалкой кучей. «Это бесполезно, Голди», - сказал он, и на его глаза навернулись слезы. «Кажется, я не могу избавиться от желания схватить тебя так сильно, как могу. Я снова теряю контроль над собой». "Бред какой то!" Сказал Голдфур, когда Ши двинулся, чтобы прижать и утешить своего огорченного друга. "Вы просто достигли пика своей колеи, и это слишком сильно давит на вас так скоро после события. Я никогда не ожидал, что вы так быстро вернетесь к нормальному состоянию. На самом деле я не ожидаю, что вы когда-нибудь снова станете прежним . Но дорогая, я знаю, что ты справишься с этим, и я все еще люблю тебя. Никакие отношения никогда не останутся такими, какими они были, и я думаю, что тебе следует сосредоточиться на адаптации, а не пытаться вернуться к чему-то, что навсегда потеряно ". «Но я больше не понимаю, кто я», - возразил Гаррек. «Откуда мне знать, как адаптироваться, если я этого не знаю?» Гольдфур поцеловал его. "Я обожаю тебя, мой большой красавчик, но я чакат, и сейчас я думаю, что тебе нужен кто-то из твоего собственного вида, который проведет тебя через это. Когда мы вернемся на Землю, тебе следует позвонить своей матери и спросить ее если она может что-то порекомендовать или кого-то, кто может вам помочь. Твой случай вряд ли может быть уникальным ». Гаррек немного подумал, затем кивнул. «Вы, наверное, правы, и делать это лучше, чем пытаться сделать это самому». «Хорошо. И теперь, когда это решено, ты оставил меня в невероятном возбуждении, и мне нужно, чтобы ты закончил то, что начал». "Но что, если мое самообладание снова начнет терять силу?" - обеспокоенно спросил Гаррек. «Я пойду на этот риск, любимый. Это часть моей жизни. Но прямо сейчас я хочу, чтобы ты был внутри меня. Ты мне нужен, Гаррек». Гаррек мягко улыбнулся. «Не так сильно, как мне нужна твоя любовь, дорогая». Они снова занялись любовью, и на этот раз Гаррек сохранил контроль, и это было прекрасно. Чакат Быстрый Путь предложил телепортировать Голдфура, Гаррека и их детенышей прямо домой из космопорта, и они были рады принять. Предупрежденные, многие из их семей были там, чтобы встретить их, и они были встречены с большим энтузиазмом. Гаррек был рад, что Малены не было среди них, поскольку он не хотел сразу же противостоять ей. Сначала ему нужно было позвонить матери. Вскоре он отключил связь и сообщил Голдфуру, что ему нужно вернуться в деревню. Голдфур кивнул и сказал: «Я ожидал этого. Я позабочусь о том, чтобы мы полетели туда завтра. У нас есть остаток дня, чтобы узнать новости и решить другие вопросы». Другие вопросы, конечно же, включали общение с Маленой, и его подруга вскоре отвела его в отдельную комнату, где он столкнул ее с суровой реальностью последствий ее действий. Тем не менее, хотя он ясно дал понять свой гнев, часть его все еще жаждала обнять ее и полюбить ее так, как он любил до дикой совокупления. Конечно, он не мог, но это добавляло ему решимости снова исправить положение. Когда Свифтуолк услышал, что Голдфур и Гаррек планируют полететь в Америку, Ши настоял на том, чтобы взять их с собой, прося только, чтобы Голдфур устроил им экскурсию по местности, пока Гаррек был занят. Ши всегда стремился увидеть новые места и, между прочим, добавить к своему запасу места, куда Ши мог телепортироваться. Используя ту же технику эмпатической связи, которая, как они обнаружили, дала Телепортеру необходимое «исправление», они материализовались на одной из троп, ведущих в деревню, в месте, где вряд ли были свидетели их странного прибытия. Хотя секрет чаката с узором в виде скунса был раскрыт, Ши по-прежнему предпочитал не афишировать свой талант. Они шли, пока не добрались до места, где тропа выходила на общину. Голдфур поцеловал Гаррека на прощание, а затем отправился с их детенышами и Быстрой походкой, чтобы устроить ему экскурсию. Гаррек не страдал синдромом территориальной привязанности и не чувствовал тоски по дому с первых недель в академии Звездного корпуса, где он прошел последнее обучение, но он всегда был очень счастлив вернуться в деревню, где родился. Он просто хотел, чтобы на этот раз все произошло не при таких неприятных обстоятельствах. Тем не менее он весело поприветствовал друзей и знакомых, которых встретил по дороге в логово родителей. Ощущение нормальности развеяло его страхи и поддержало оптимизм. Во дворе его было не с кем встретить, но Гаррек понял, что его младший брат, вероятно, в это время учится в школе. Его отец определенно ушел по делам и вернется незадолго до обеда. Однако его мать ждала его, и, если бы ее не было на кухне, чтобы приготовить большой обед, он, вероятно, упал бы от шока. Конечно, не то чтобы она была там всегда, потому что у нее был собственный бизнес, которым она управляла из своей мастерской в ​​другом месте в логове. Она просто обожала своего старшего сына и не могла устоять перед превращением его визитов в большой спектакль. В последнее время Гаррек начал задаваться вопросом, почему она так одержима этим. Лорен от Opal Weasel Однако Гаррек хотел преподнести ей небольшой сюрприз, поэтому не стал объявлять о себе, когда вошел. Однако сюрприз был сделан именно он. Его мать была не одна - ее сводная сестра, Лорен, золотая тетка-фокставр Гаррека, была там с Джалетом, и она, как обычно, была с обнаженной грудью. По пути Гаррек встретил несколько других лисиц, которые предпочитали не носить топы, но он был готов к ним. Лорен была уникальна тем, что обладала двойным набором грудей, наследием ее сэра золотого фокставра, а у Гаррека в молодости был фетиш больших сисек. Встреча с ними неожиданно сильно ударила его, и в его нынешнем состоянии у него мгновенно возникла эрекция. Он поспешно отступил, прежде чем они заметили его, и мужественно попытался очистить свой разум от похотливых порывов, захлестнувших его. Когда он почувствовал, что снова может сохранять контроль, он сделал вторую попытку входа. Он внимательно смотрел на уровень глаз, приветствуя мать и тетю. «Привет, мама. Привет, тетя Лорен». Лицо Джалет озарилось счастьем. «Гаррек! Рад снова тебя видеть!» Она горячо его обняла. "Как дела, сынок?" «В основном хорошо, мама. Все еще нужно решить эту небольшую проблему». Лорен подошла и тоже обняла его, и самоконтроль Гаррека был опасно близок к тому, чтобы потерпеть неудачу, когда он почувствовал, как соски ее четырех дерзких грудей давят на него сквозь его мех. «Добро пожаловать домой, Гаррек. Когда же ты перестанешь называть меня« тетя »? Ты уже взрослый ребенок, а я всего на несколько лет старше тебя». «Я просто привык называть тебя так. Привычка на всю жизнь, понимаешь?» «Попробуй избавиться от привычки, хорошо? Ты заставляешь меня чувствовать себя древним!» она ответила с усмешкой. «Я попробую, Лорен, - пообещал Гаррек. Джалет сказал: «Занимай место за столом, Гаррек. Я приготовил для тебя большой обед». "Когда у вас никогда не было?" - сказал Гаррек с улыбкой, которая говорила ей, что он ценит внимательность. «Я думал, Голдфур будет здесь с тобой?» - поинтересовался Джалет. «Ши здесь, но Ши показывает вокруг человека, который нас устроил здесь. Ши зайдет немного позже». «Понятно. Тогда я приберегу для них немного», - сказала она, подавая еду. Ужин помогла Гарреку отвлечься от атрибутов Лорен, и они поболтали светской беседой. Когда еда закончилась, Лорен встала и извинилась, сказав, что ей нужно снова вернуться к работе. «Увидимся позже, Гаррек», - весело сказала Лорен, уходя. «Не слишком много», - горячо надеялся Гаррек. Когда ее сестра ушла, лицо Джалет стало более серьезным. «Вы сказали мне, что у вас были проблемы с рецидивом от дикого спаривания?» - вопросительно сказала она. Гаррек кивнул. «Проблемы с самоконтролем. То, что здесь Лорен, ничуть не помогло». «Мне очень жаль. Она зашла незадолго до вашего приезда, и когда она узнала, что вы были в гостях, она настояла на том, чтобы остаться, чтобы увидеть вас». «Мама, в тот момент, когда я увидел ее, я был почти готов сесть на нее на месте! В последнее время меня раздражала малейшая мелочь. Несколько дней назад я даже был близок к тому, чтобы навредить Голдфуру, занимаясь любовью. Я должен выяснить, есть ли способ подавить эти чувства, чтобы снова взять себя под контроль ". «Я знаю, дорогая. Вот почему я настоял на том, чтобы ты пришла сюда, а не говорила по комм». «Я не знаю, что вы можете сказать мне лично, чего нельзя было бы сказать мне по коммуникатору, хотя я не возражаю против предлога для посещения». «О, это не я, с кем тебе нужно разговаривать. Если бы я мог дать тебе какой-нибудь совет, я бы сделал это так давно. Это кто-то другой, гораздо более квалифицированный». Гаррек выглядел озадаченным. «Кто же тогда? Доктор Джомандер? Я уже ходил к врачам. Они прописали мне лекарства, чтобы попытаться решить проблему. Я не думаю, что Джомандер поможет больше, даже если он фокставр». «Нет, сынок, тебе нужно поговорить с Саршей. Она сможет помочь тебе так, как не может врач. Хотя Джомандер очень компетентный болван, есть вещи, с которыми деревенский шаман может справиться лучше. Я уверен, что она сможет тебе помочь. " "В самом деле?" Гаррек был немного скептичен - он больше верил в науку, чем в полумистические методы деревенской мудрецы. «Сходи к ней, Гаррек. Это лучший совет, который я могу дать, и я верю в ее способности. Кроме того, что тебе терять?» Гаррек должен был признать, что его мать была права. «Хорошо, я буду. Я люблю тебя, мама». Гаррек повернулся, чтобы уйти, и Джалет ответил: «Я тоже люблю тебя, сынок. Никогда не забывай этого». Гаррек задумался об этом ответе. Он бы еще больше удивился, если бы увидел, как Джалет заплакал, когда он ушел. Хотя у него никогда не было причин навестить ее, Гаррек точно знал, где живет Сарша. У нее было логово на краю леса, окруженное садом с травами. Многие фокставры по-прежнему предпочитали ее альтернативные лекарства более современным лекарствам, которые прописывал Джомандер. Приближаясь, он увидел лисицу, ухаживающую за садами. Однако она была не шаманом, а ее ученицей Сильванной. Она подняла глаза, когда он подошел, и улыбнулась ему. «Добрый день. Ты Гаррек, не так ли?» спросила она. «Да, я», - признал Гаррек. «Сарша ждет вас. Пожалуйста, войдите и пройдите в первую комнату слева». "Она ждет меня?" - удивленно спросил Гаррек, но затем понял, что его мать, должно быть, предупредила шамана. Сильванна кивнула и сказала: «Не заставляй ее ждать». Гаррек сделал, как ему было велено, и обнаружил, что входит в комнату без окон, тускло освещенную свечами - ароматные, как он догадался по приятному запаху в воздухе. Стены были полностью увешаны полками и шкафами, забитыми книгами, банками, коробками и разными принадлежностями, о назначении которых он не мог догадаться. Еще больше вещей свисали со стропил, и верстак был задействован полностью. Было так много всего, что он мог понять, что сначала он не заметил пожилую лисицу, лежащую среди груды развалившихся подушек. Ее глаза были закрыты, и Гаррек подумал, что она спит, что неудивительно, учитывая, что она была самой старой жительницей деревни и, вероятно, проспала как минимум полдня. Мгновение спустя ее глаза резко открылись, и она посмотрела прямо на него пронзительным взглядом. «Добро пожаловать, молодой Тод. Я знал, что ты скоро должен приехать ко мне». «Спасибо, Сарша. Джалет сказал тебе, что мне понадобятся твои услуги?» «Нет, Гаррек, я много лет не разговаривал ни с твоей матерью, ни с твоим сиром. И она не присылала мне никаких сообщений». "Тогда как вы узнали, что я приду?" «Смотреть и слушать - значит знать», - ответил Сарша. «Вы здесь, потому что достигли критической точки в результате вашего дикого спаривания с Маленой». Гаррек едва сдержал свое удивление. «Откуда вы могли знать об этом? Почти никто не знает об этом, кроме меня и моих родителей, и те, кто знает, не будут об этом говорить». «У меня все по-своему, мой мальчик. Я не смог стать шаманом клана из-за того, что не знал, что происходит с людьми, которым я пытаюсь помочь». "Тогда ты знаешь, что мне нужно?" - с надеждой спросил Гаррек. «Сначала я хочу, чтобы вы рассказали мне все с самого начала и до настоящего момента», - сказала она, наливая в кружку дымящееся горячее варево из кастрюли на столе. «Вот - выпей это. Тебе это понадобится». Гаррек подозрительно посмотрел на ароматный напиток, затем спросил: «Для чего это?» «Пересохшее горло», - с усмешкой сказал Сарша. «Вам это понадобится во всех разговорах, которые вы собираетесь делать». "Ох, ну ладно." Гаррек сделал глоток, и, хотя он не смог определить вкус, он не был неприятным, поэтому он сделал большой глоток из кружки. «А теперь скажи мне, с чего все это началось», - приказала Сарша. "Я думал, что у вас есть способы узнать?" - указал Гаррек. «Я не претендую на всеведение, дерзкий юноша, и тебе нужно рассказать эту историю», - ответила она. Итак, Гаррек рассказал ей все, начиная с того момента, когда Малена продолжала просить набор, о ловушке, которую она расставила, об ужасной потере себя на его животную сторону, об ужасе от осознания того, что ему это понравилось, и о его последующей борьбе за восстановление нормального состояния. . Кружку наполняли дважды за время рассказа, но его горло все еще болело от интенсивности его рассказа. Когда он закончил, он слабо опустился на пол, эмоционально истощенный. Затем ему пришло в голову, что в отличие от предыдущих раз, когда он обсуждал свою проблему, у него не было острого желания заняться сексом. Он посмотрел на пустую кружку в руке и спросил: «Вы уверены, что это просто выпивка?» Сарша лукаво улыбнулся. «Что ж, возможно, было что-то, что могло помочь подавить побуждения, которые, как я знала, ты почувствуешь», - признала она. «Спасибо», - горячо сказал Гаррек. «Теперь, когда вы все знаете, пожалуйста, скажите, что вы можете сделать, чтобы вылечить меня». Сарша вздохнул и грустно посмотрел на него. «Мне неприятно говорить вам об этом, но от вашего состояния нет лекарства». «Что ?! Мама сказала мне, что ты можешь мне помочь. Я просто излил свое сердце зря?» "Я могу помочь вам, но вы не должны цепляться за ложную надежду когда-либо вернуться к тому, каким вы были. К сожалению, вы далеко не единственный фокставр, с которым это случилось. Результат всегда один и тот же, и изменения постоянный и необратимый ". Голос Гаррека дрожал от отчаяния. «Что же мне тогда делать? Я теряю самообладание из-за совершенно чуждых мне побуждений!» «Нет, дорогой мой, в этом и проблема. Эти побуждения могут быть незнакомыми, но это ты, ты, который возник из этого опыта. От того, как ты научишься справляться с этими изменениями, будет зависеть, будет ли твое будущее счастливым. или несчастный. Некоторые малыши никогда не учатся справляться, и их жизни и жизни их товарищей разрушены. Вот почему мне нужно было знать все аспекты вашего опыта, чтобы быть уверенным, что я рекомендую наилучший образ действий. . " «Как ты можешь сказать, что эти побуждения - мои? Они возмущают меня и заставляют бояться за своих товарищей. Голдфур очень понимающий, но я не смею даже думать о близости с Касси или Тэйлой. Несмотря на все мои усилия, побуждения были становится сильнее в последнее время. Мы думаем, что начало моей колеи только ухудшает положение ". «Не совсем. Твоя колея - это всего лишь спусковой крючок для чего-то, что строилось с того дня. Первое, чему тебе абсолютно необходимо поверить и принять, это то, что ты больше не тот, кем был до того, как это произошло. Это не Однако обязательно плохо. Все растут и меняются, иначе они застаиваются. Дикий секс - это не способ, который рекомендовал бы любой здравомыслящий человек, но на самом деле это просто очень быстрое и очень глубокое изменение, на которое у вас не было времени ни опыта, с которым можно было бы справиться ". «Но это изменения… чувства… которые я бы никогда в жизни не принял!» - запротестовал Гаррек. "Это правда, и в будущем вы были бы совершенно другим человеком, но цепляться за эту идею сейчас - это просто жестокая фантазия. Вы должны научиться понимать, кем вы являетесь сейчас, и только так вы когда-нибудь добьетесь успеха. мир с собой ". В этот момент в дверях появилась Сильванна. «Простите меня, Сарша, но она приехала». Сарша сказал: «Скажи ей, что я скоро ее увижу. Жди моего звонка». Сильванна кивнула и вышла. Гаррек тем временем думал о том, что сказал Сарша. Он спросил: «Так кто я теперь? Какой-то помешанный на сексе болван? Кажется, ты знаешь лучше меня». «Ваши проблемы возникают не из-за самоконтроля - вы уже обрели большую часть этого. На самом деле главная проблема - это слишком много самоконтроля в неподходящее время». «Что ?! Слишком много? Что, черт возьми, ты несешь?» «Успокойся, дорогой мальчик. Я объясню. Твоя природа изменилась, как я уже сказал, но вместо того, чтобы адаптироваться к ней, ты подавлял ее. Поэтому, когда тебе следовало потакать своим потребностям, вместо этого они были вытеснены вниз и наращивать давление, пока они не будут готовы взорваться. Если вы продолжите так, кто-то пострадает ». «Некоторые люди пострадают, если я просто позволю себе уйти», - с горечью сказал Гаррек. «Нет, это не так плохо, как ты боишься. Гаррек, ты всегда был тихим, почти застенчивым, тод, и глупое озорство Кетты нанесло большой вред твоей психике. В отличие от нескольких лисиц, я был рад, что ты взял этот чакат в качестве своего приятель. Ши смог укрепить ваш дух и сделать вас сильнее, но вы все еще отличались от других малышей. Вам не хватало силы воли, но вы уравновешивали ее своим добрым разумом. Теперь эта более сильная сторона вас открыта и вы боитесь этого, но есть и те, кто находит такие вещи привлекательными ". «Не мои друзья, я не думаю. Что они подумают о новом мне? Это не те отношения, которые я построил с ними. Как я могу ожидать, что они будут мириться с этим все время? " "Им не придется. Я сказал вам, что ваши проблемы вызваны тем, что вы не удовлетворяете свои новые побуждения. Я не говорил, что вам нужно будет делать это каждый день со всеми. Вы должны найти кого-то, с кем вы можете расслабиться и станьте своим новым «я». Как только вы это сделаете, вам нужно будет лишь в незначительной степени скорректировать свои отношения с друзьями ». "А если я никого не найду?" - спросил Гаррек. «Тогда в лучшем случае вы проведете остаток своей жизни, принимая наркотики, чтобы контролировать себя, избегая ситуаций, которые могут вас спровоцировать, и готовясь к последствиям, когда вы все равно неизбежно начнете действовать». "Это лучшее? Что хуже?" «Разрушение ваших отношений с товарищами, отчужденность от семьи, возможно, даже самоубийство». Гаррек вздрогнул. «Нет, я этого не допущу. У тебя есть для меня ответ, или мне придется его найти?» «На самом деле вы долго смотрели на ответ», - загадочно ответила Сарша. «Не могли бы вы быть более конкретными», - раздраженно спросил Гаррек, не в настроении для загадочной манеры шамана. «Я могу сделать лучше, чем это». Сарша взял со стола маленький колокольчик и ненадолго позвонил. Сильванна быстро ответила на звонок. "Да, Сарша?" «Пожалуйста, пришлите сейчас другого нашего гостя», - сказала Сарша. Сильванна ушла, и несколько мгновений спустя другая лисица протолкнулась через занавес двери и сказала: «Сильванна сказала, что ты хотела меня видеть, Сарша». Гаррек разинул рот и выпалил: «Лорен?» Это действительно была золотая лисица, впервые на своей памяти одетая в топ. Это был простой двойной недоуздок, не более чем верх от купальника, но на ней он выглядел очень экзотично. В тусклом свете Лорен не заметила сидящего сбоку малыша. «Гаррек? Что ты здесь делаешь?» Сарша ответил за него. «Он пришел ко мне по поводу своей проблемы, точно так же, как вы пришли ко мне по поводу своей». На лице Лорен появилось выражение «олень в свете фар», и она поспешно сказала: «Возможно, сейчас не лучшее время, чтобы говорить об этом». Сарша покачала головой. «Нет, дорогой, на самом деле сейчас идеальное время. Видишь ли, твоя проблема и проблема Гаррека совпадают». "Они есть?" Лорен и Гаррек хмыкнули, удивленно глядя друг на друга. «Да, они. Вы двое можете решить проблемы друг друга». «Я не понимаю, как», - с сомнением сказала Лорен. «Я тоже», - добавил Гаррек. «На самом деле я бы подумал, что она будет наоборот». Его страх перед неприятной эрекцией тут же развеялся, когда он понял, что травяной чай Сарши по-прежнему оказывает успокаивающее действие. Сарша сказал: «Вы двое были честными и исчерпывающими в своем описании своих проблем, поэтому я уверен, что вы сможете помочь друг другу. Теперь вам пора пойти и вместе начать решать эту проблему». "Это все? Это все, что вы дадите?" - недоверчиво спросил Гаррек. «Это действительно кажется немного расплывчатым», - согласилась Лорен. «Просто будьте абсолютно честны друг с другом, и вы сами увидите, что вам нужно делать», - уверенно сказал Сарша. «О, и Гаррек - один личный совет. Ненависть к себе - худшая и самая разрушительная из всех ненависти. Не позволяй ей разрушать отношения». Гаррек согласно кивнул, но не понял, как это применимо. Хотя он мог быть глубоко обеспокоен тем, кем он мог стать, на самом деле он не думал, что ненавидит себя. «Спасибо за уделенное время, Сарша». «Добро пожаловать. А теперь давай! Старая лисица вроде меня нуждается в отдыхе». Гаррек и Лорен ушли. Они помахали на прощание Сильванне, которая снова ухаживала за садом, а затем некоторое время ушли вместе в тишине. В конце концов Гаррек заговорил. «Вы понимаете, о чем имел в виду Сарша?» он спросил. «Частично, хотя я не уверен, как это связано с тобой. Однако я мог бы кое-что понять из того, что мне сказала моя сестра». "Моя мать доверилась тебе?" Гаррек пришел в ужас от этой мысли. «Не прямо. Она искала эмоциональной поддержки после инцидента с тобой, и она дала намек». «Полагаю, тогда нам лучше перестать гадать и сделать, как сказал Сарша. Кто из нас должен пойти первым?» «Пожалуйста, я предпочитаю, если ты пойдешь первым», - серьезно сказала Лорен. «Мне нужно убедиться, прежде чем я вам все расскажу». Гаррек пожал плечами. Что еще за один человек знает его темную тайну? И поэтому он пересказал эту историю, когда они брели в логово Лорен, осторожно направляясь туда лисицей, не прерывая его, но зная, что они оба ценят уединение. Когда Гаррек закончил, Лорен выглядела очень расстроенной. «Мне очень жаль, что вы прошли через все это. Должно быть, это было ужасно». Она успокаивающе обняла его. «Теперь все имеет смысл - оговорка Джалет, исчезновение Малены, твои странные действия и решение Сарши». «Отлично! А теперь не могли бы вы рассказать мне свою точку зрения, чтобы я тоже мог понять?» «Конечно. Во-первых, ты должен понять, что я никому об этом не говорил, кроме Сарши. Даже Джалет не знает об этом, и я не хочу, чтобы моя семья узнала об этом». «Ты храни мой секрет, а я сохраню твой. А теперь давай с ним!» - раздраженно сказал Гаррек. «Да, извини. Посмотри на наше общество, Гаррек. Первое неписаное, но незыблемое правило - это« Выбор лисиц ». Женщины доминируют во всех аспектах нашего образа жизни. Лисицы занимают большинство руководящих должностей. Лисицы правят семьей. Лисицы соревнуются друг с другом за лучших птенцов. Лисицы делают предложение. Лисицы настаивают на том, чтобы самцы обслуживали лисиц без спаривания каждые пять лет. Мы почти всегда контролируем ситуацию ... и я ненавижу это! Я не хочу участвовать игры с доминированием с другими лисицами. Я не хочу называть себя своим. Я хочу, чтобы кто-то видел меня, желал меня, брал меня. Я хочу, чтобы он знал, что он может попросить меня сделать что угодно, и я сделаю это потому что он - цель моей жизни ". Понимание осенило Гаррека. «Ты покорный». «С тех пор, как я достиг половой зрелости, я всегда чувствовал себя так, но никогда не было никого, кому я мог бы отдать себя. Каждый тод в этой деревне и в деревне золотых фокставров слишком послушен. Они воображают, что у них есть выбор когда за ними так много лисиц, но неизменно есть та, чья личность доминирует над их желаниями, и поэтому они выбирают их. Ни одна из них не возьмет лисицу по своему выбору. Черт! Они даже не взглянут на одну со здоровым похоть из-за страха, что на них обрушится гнев лисицы. Или, по крайней мере, большинство не пойдет ". Лорен посмотрела на Гаррека с кривой улыбкой. "Вы знаете, почему вы никогда не видите меня в топе?" Гаррек рискнул предположить. «Потому что вы пытались побудить группу проявить инициативу?» Лорен кивнула. «Да, это было частью этого. С другой стороны, я получил от тебя кусок того, что хотел». "Мне?" - удивленно спросил Гаррек. «Да, ты. Я никогда не говорил об этом, я знал, но я знал, как ты пялился на мою грудь с тех пор, как достиг половой зрелости. Ты всегда был немного другим, Гаррек. В деревне, где половина лисицы предпочитают быть обнаженными, обнаженные груди очень обычны, и все же у вас есть фетиш сисек. В частности, вам нравится смотреть на мои двойные способности. Мне это нравилось. Я почти чувствовал вашу похоть, ваше желание прикоснуться к ним. каждая возможность взглянуть на вас, надеясь, что именно вы наконец дадите мне то, что мне нужно ». Лорен вздохнула. «Но ты никогда этого не делал. Может, потому, что я была твоей тетей, хотя я всего на три года старше тебя - ничтожно мало. Может, ты слишком увлекся играми о силе лисиц. Я знаю, что тебя там обожгли. и с тех пор ты была стеснительной лисицей. Мой шанс был упущен, но я все равно принимал эти крошки всякий раз, когда ты приходил ». Гаррек был бы смущен тем, насколько сильно он не смог скрыть своего тайного взгляда на дразнящие сиськи Лорен, если бы он не чувствовал себя настолько возбужденным, зная, что она думает об этом. Тогда он понял, что отвар Сарши на травах закончился. Тем не менее он хотел узнать больше. «Во внешнем обществе существует множество внутренних отношений. Не могли бы вы найти там кого-то подходящего?» «Сколько из них являются тодами фокставров? Возможно, вы хотели бы иметь отношения с другими видами, но я хочу, чтобы тод фокставров объявил меня своим». «Не могу поверить, что ни один мужчина в этой деревне не может быть достаточно напористым для тебя», - скептически сказал Гаррек. «Гаррек, ты не совсем понимаешь глубину моих потребностей. Пожалуйста, пойдем со мной - я хочу тебе кое-что показать». Она привела его к закрытой двери. «Вы бывали в моем доме много раз, но никогда не заходили в эту комнату, потому что я никого не впускал». Она открыла дверь и ввела его внутрь. "Это показывает, насколько я серьезен?" Гаррек огляделся, и его челюсть отвисла от ошеломленного изумления. Стена была уставлена ​​приспособлениями для связывания, варьирующимися от шутливых до крайних. Некоторые из них Гаррек даже не хотел знать, что они сделали. В центре комнаты находился низкий козелок, обитый сверху, с кожаными наручниками, прикрепленными к основанию каждой ноги. Над одним концом висела пара наручников, прикрепленных к потолку. Гаррек понял, что это было предназначено для полного сдерживания таура - в данном случае Лорен. Лисица продолжила, когда она решила, что Гаррек понял то, что он видел. «Я хочу быть совершенно беспомощным перед волей того, кому я отдаюсь. Я хочу почувствовать его потребность полностью подчинить меня, и я отдам ему все. Я сделаю для него все, что угодно, Гаррек. Все, что угодно. " Она выжидающе посмотрела на него, и Гаррек понял, что это было решение, которое имел в виду Сарша. У него было желание доминировать, у нее потребность доминировать. Но мог ли он быть таким крайним? Неужели он действительно так сильно изменился? Затем он вспомнил инцидент, который побудил его обратиться за помощью. Он любил Голдфура больше, чем кого-либо в мире, и никогда намеренно не причинял ему вреда, и все же это было то, что он почти сделал вопреки самому себе. Он вздрогнул. Сарша посоветовал ему быть полностью честным, но теперь он понял, что она имела в виду не просто рассказ Лорен о его проблеме. Она также предупреждала его быть честным с самим собой, и правда заключалась в том, что он действительно этого хотел. Его эрекция стала болезненно твердой, но он не пытался ее скрыть. Было бы лицемерно пытаться. Он чувствовал желание забрать эту лисицу, которая дразнила его столько лет. Он чувствовал, как нарастают непреодолимые побуждения, угрожающие преодолеть его рассуждения. Он знал, что никогда не сможет нанести это ни Голдфуру, ни кому-либо из его товарищей, но прямо здесь у него был кто-то, кто не хотел ничего меньшего. Он принял решение. "Встаньте на эстакаду!" - прорычал он. Лорен повиновалась с готовностью, которая показывала, что это именно то, что она ждала услышать. Она засунула ноги в наручники и защелкнула их. Затем она засунула левую руку в одну из наручников потолка и заперла ее. На последней манжете был ключ в замке, который она вынула и протянула Гарреку. «Этот ключ открывает все наручники. Как только вы наденете на меня эти последние наручники, я буду полностью в вашей власти». Гаррек взял ключ и осторожно отложил его в сторону. Затем он взял свободную руку Лорен и намеренно вложил ее в мягкую манжету. Глядя ей прямо в глаза, он плотно закрыл их. Она закрыла глаза, когда ее накрыла волна невыносимых эмоций от достижения ее полутора десятилетий мечты. Мгновение спустя она снова открыла их и сказала: «Я твоя, и делай с ней, как хочешь. Используй меня, как хочешь». Лорен связана и во власти Гаррека Для Гаррека это было несложно, потому что всегда была одна вещь, которую он желал, и которая до сих пор была недосягаемой. Он расстегнул двойной недоуздок, который был на ней, и посмотрел на ее очаровательные груди, восхищаясь каждым их аспектом. Они не были такими большими, как у Касси, и не такими восхитительно твердыми, как у Голдфура, но они были очень красивыми, а розовые соски были приятно большими и красивыми. Сначала он погладил верхнюю часть, потирая большими пальцами соски, чувствуя, как они затвердевают под его прикосновением. Затем он проделал то же самое с более мелкой нижней парой, найдя их столь же отзывчивыми. Продолжая ласкать и сжимать их, он лизнул и покусал одну из верхних сисек, вызвав стон удовольствия у Лорен. Его действия быстро становились все более мощными, поскольку он сосал и ощупывал каждую грудь, возбуждая лисицу еще больше. Затем он резко притянул ее грудь к себе, чувствуя, как четыре твердые точки утыкаются в него, и поднес свою морду к Лорен. Он поцеловал ее долго и глубоко, заставляя ее задыхаться, когда он наконец вырвался. Пока она тяжело дышала, Гаррек подошел к стене и снял намордник, который он там заметил. Он обернул ремни вокруг головы Лорен и прочно застегнул их, пока она смотрела на него с обожанием. Момент кульминации Теперь они оба были полностью готовы к следующему этапу. Гаррек прошел мимо Лорен, проводя пальцами по меху на ее спине. Достигнув ее хвоста, он схватил его и приподнял, показывая, что ее пол очень влажный от желания. Она была более чем готова, и Гаррек знал, что хитрость - не то, чего она хотела, и не то, в чем нуждалось его постоянное желание. Он вскочил ей на спину и без церемоний вскочил на нее. Обняв ее туловище, он взял по одной из ее грудей в каждую руку, сильно сжал их, а затем начал сильно ее трахать. Он не сдерживался. Он позволил этой первобытно-властной части себя полностью обуздать, поскольку он утверждал ее так же тщательно, как любой мужчина может претендовать на женщину. Однажды он почувствовал укол вины, когда Лорен вскрикнула от дискомфорта, когда он врезался в нее, но затем он утих, когда сразу же последовал спазм оргазма, сильно сжавший его член. Она действительно возбудилась от того, что ее тщательно использовали! Это подтолкнуло Гаррека к грани, и он также испытал оргазм, наполнив ее своим семенем и вызвав еще одну кульминацию в лисе. Гаррек ненадолго остановился, чтобы насладиться триумфом. Он отпустил свои запреты, позволил своим самым примитивным желаниям выйти на первый план, полностью наслаждался своим полным господством над Лорен ... но он не стал диким. Он все еще контролировал ситуацию, и его страхи и сомнения были смыты облегчением и удовольствием от этого знания. Одним из побочных эффектов дикого спаривания было то, что его тело не только гораздо более активно реагировало на сексуальную стимуляцию, но и очень быстро восстанавливалось. В последнее время это часто было раздражающей чертой, но теперь это означало, что он был готов к следующему раунду очень быстро после оргазма. Вскоре он снова начал биться внутри Лорен, и он несколько раз доводил ее до оргазма, прежде чем позволил себе снова достичь оргазма, затем рухнул ей на спину, тяжело дыша от своих усилий. Потом ему пришла в голову идея, и он слез с нее. Схватив ключ от наручников, он разблокировал ее путы, когда она с благоговением смотрела на него. Когда он снял с нее намордник, она сказала: «Спасибо, Гаррек. Ты был великолепен. Я могу сделать для тебя больше, если ты хочешь?» - добавила она с надеждой. Гаррек мог сказать, что она будет разочарована, если он уже закончил. «О, мы еще далеки от завершения, Лорен, но ты не можешь делать то, что я хочу, пока ты привязана». "Какова ваша воля?" - взволнованно спросила она. Гаррек лег на мягкие подушки в углу и перевернулся на спину. Одной передней лапой он ткнул в свой полувялый пенис. «Я хочу, чтобы вы дали мне лучшую морду из всех, что у меня когда-либо были». Лорен попыталась подчиниться, но сказала с небольшим сомнением: «Да, Гаррек, но… лучший? Я никогда раньше этого не делал, понимаете?» «Тогда тебе лучше учиться побыстрее», - серьезно сказал он. "Да, Гаррек!" Лорен наклонилась к задаче. Гаррек был рад, что может продолжать заставлять Лорен чувствовать себя использованной, как она того желала, в то же время отдыхая от физических нагрузок. Он лежал с закрытыми глазами, пока Лорен сосала его член и ласкала его яйца. Он не был новичком в этом обращении. Он часто получал такое от Голдфура, который любил доводить его до кульминации таким образом, и он даже иногда отвечал за услугу своей Спутнице жизни. Хотя он был в основном натуралом, он не стеснялся доставлять ей удовольствие таким образом. Так что он был хорошо знаком с тем, насколько это могло быть хорошо, и Лорен выполняла очень достойную работу для человека без опыта. Он считал это ее энтузиазмом и желанием доставить удовольствие. Гораздо быстрее, чем он ожидал, она снова довела его до оргазма и даже проглотила сперму, которая хлынула в ее пасть. Гаррек был удивлен, что у него даже остались хоть какие-то остатки после предыдущих оргазмов. Лорен выжидающе посмотрела на него. "Был ли я достаточно хорош?" спросила она. «Я рада, но ты будешь практиковаться, чтобы продолжать совершенствоваться», - сказал ей Гаррек. Она счастливо улыбнулась. «Я буду! Я буду продолжать практиковаться, пока не стану лучшим, что у тебя когда-либо было. Ты хочешь еще одного сейчас? Думаю, я знаю, что еще я могу попробовать». "Нет, не сейчас." Гарреку срочно нужно было дать пенису отдохнуть, но он понял, что делать дальше, получая удовольствие. Он встал, отодвинул козелок и указал на наручники, свисающие с потолка. «Вернись в это». Она с энтузиазмом сделала это, и Гаррек снял со стены несколько секс-игрушек. Глаза Лорен загорелись от нетерпения. У Гаррека не было опыта использования таких вещей, но, как и Лорен, он использовал свое воображение, чтобы дать ей наилучший возможный эротический опыт, сохранив при этом свою «доминантность». Хотя она оставалась беспомощной, чтобы сбежать от него, она все еще могла передвигаться, чтобы улучшить ситуацию. Иногда его заставляли спрашивать, что должна делать конкретная часть оборудования, иногда отвергая. В конце концов, он использовал каждую игрушку, которую был готов использовать на ней, доводя ее до оргазма много раз, пока она почти не иссякла, но он выздоровел. Затем он освободил ее от пут и указал на подушки. «Ложись на спину», - приказал он. Несмотря на усталость, Лорен с готовностью повиновалась. Гаррек наклонился, чтобы поиграть языком по ее половым губам, прежде чем протолкнуть их внутрь. Он построил ее еще раз, но прежде чем она кончила, он встал, оседлал лисицу и вошел в нее еще раз, но на этот раз мягко. Играя с ее сиськами, он медленно доводил ее до оргазма, но затем отступил. Он снова построил ее еще немного, а затем снова расслабил. Таким образом, он продолжал дразнить ее, опираясь на свой многолетний опыт работы с Голдфуром, чтобы продлить эту чудесную пытку, пока она не умоляла его заставить ее кончить. «Нет», - твердо сказал он. «Ты придешь, когда я решу». В этом было одно большое различие между его подходом к Голдфуру и этим с Лорен. Он никогда не был бы кем угодно, кроме внимательного любовника с чакатом, но с этим конкретным фокставром только полный и полный контроль над ней был идеальным подходом. Он продолжал доводить ее до края, но отрицал ее освобождение еще несколько минут, пока она не начала умолять его положить этому конец. К тому времени, однако, Гаррек уже не мог сдерживаться, поэтому он быстро довел их обоих до огромного одновременного оргазма. Лорен буквально кричала от экстаза. Влюбленные рухнули вместе, грудь Лорен тяжело дышала, и Гаррек тоже тяжело дышал. В течение нескольких минут никто ничего не сказал, слишком потратил, чтобы приложить усилия. В конце концов молчание нарушила Лорен. «Я желаю каждой фиброй своего существа, чтобы я знала, что ты можешь быть таким же десять лет назад», - горячо сказала она. «Я не был таким десять лет назад», - отметил он. «Тем не менее, ты был единственным ребенком, который когда-либо проявил ко мне интерес, которого я хотел. Я должен был рискнуть». "Почему ты тогда не сделал?" - с любопытством спросил Гаррек. «Немного из-за того, что ты был сыном моей сестры, но в основном это был страх». "Как же так?" «В обществе, в котором абсолютно доминируют лисицы, как бы поступили с такими, как я, если бы они узнали? В лучшем случае меня бы высмеяли или отвергли. В худшем случае реакция могла быть прямо враждебной. Посмотрите, как некоторые из них обращались с Голдфуром или Лупу. Многие лисы чрезвычайно противны и не стесняются действовать, исходя из своей веры в то, что правильно или неправильно для нашего общества. Я боялся за себя, но я также боялся за то, что они могут сделать с вами, поэтому я ничего не сделал ». Гаррек вздрогнул. Он прекрасно понимал, что она имела в виду. Он сказал: «Что ж, надеюсь, ожидание стоило того, потому что ты принадлежишь мне сейчас и навсегда». Он надеялся, что сформулировал это правильно. Он все еще привык к своему новому статусу. «Да, я твоя, и ожидание стоило того», - мечтательно сказала она. Гаррек знал, что усталость, которую он чувствовал, по крайней мере соответствовала Лорен, поэтому он сказал: «Спи сейчас. Мы поговорим о твоем будущем позже». «Да, любовь моя», - сонно пробормотала Лорен. Гаррек положил голову на середину ее четырех мягких грудей, чтобы тоже заснуть. Лорен несколько раз ласково погладила его по голове, прежде чем их обоих быстро охватил сон. Когда Гаррек проснулся, дневной свет все еще пробивался сквозь толстые шторы. Он понял, что они скучали по ночному мраку, спали от заката до восхода солнца, они оба так устали. Но теперь он чувствовал себя лучше, чем за несколько месяцев до дикой совокупления с Маленой. Наконец он был в мире со своим новым «я». Его новые побуждения нашли свое место, и теперь он знал, что больше никогда не будет потери контроля. Он мог проводить время со всеми своими товарищами, не опасаясь поставить под угрозу их отношения. Конечно, возникла новая сложность - быть «домом» для абсолютно покорной лисы. Он не был полностью незнаком с такими отношениями в других, но это не приходило ему естественно, хотя его новое «я» было гораздо более комфортно с этой идеей, чем его старое «я», и он мог бы воспользоваться этим. Некоторое время он обдумывал, что делать с ситуацией, репетируя в уме, что сказать и как это сказать. Он был поражен, почувствовав, как рука поглаживает его волосы на голове, только тогда он осознал, что Лорен тоже проснулась. Он повернул голову и увидел, что она с любовью смотрит на него, лаская его по голове. «Доброе утро. Как ты себя чувствуешь?» он спросил. Она улыбнулась. «У меня болит во многих местах», - ответила она, и Гаррек почувствовал укол тревоги, пока она не продолжила, «но это хорошая боль. Я не чувствовала себя такой счастливой с тех пор, как была подростком». «Тогда мы оба получили то, что нам было нужно», - с облегчением сказал Гаррек. «Я так рад, что я был тем, кто смог сделать это для вас, и, надеюсь, еще много раз». В этот момент пустой желудок Гаррека заурчал, и Лорен хихикнула. «Возможно, я могу сделать для вас еще кое-что. Что вы хотите на завтрак?» «Бекон, яйца и тосты с маслом. И кофе, если он у вас есть». «Я могу выпить кофе, если хочешь, или я могу предложить тебе фруктовый сок?» «Подойдет сок». Гаррек неохотно поднял голову с удобных подушек груди Лорен, и она начала вставать. Он схватил ее за руку, прежде чем она успела уйти. «Сначала уберись и расчеши волосы. Я хочу, чтобы ты выглядела для меня красивой». «И дайте ей возможность сделать что-нибудь еще необходимое», - мысленно добавил он. «Да, Гаррек», - сказала она с благодарностью. Гаррек обдумывал свою позицию, гадая, где ее заявление - «Я сделаю все» - подводит черту. Было ли это отношениями или совсем буквально? Он должен был тщательно нащупать свой путь. Когда Лорен закончила в ванной и направилась на кухню, Гаррек воспользовался возможностью, чтобы как следует привести себя в порядок. Он как раз закончил, когда Лорен позвала, чтобы сказать, что еда готова. «Ммм! Это действительно приятно пахнет», - прокомментировал он, когда она накормила щедрую порцию, а затем продолжила давать себе то же самое. Они оба жадно ели, что неудивительно, учитывая количество энергии, которое они оба сожгли накануне. Помня об этом, Лорен много приготовила. Гаррек в конце концов вздохнул от насыщения. «Это было превосходно, Лорен». "Спасибо. Хотите еще чего-нибудь?" «Не есть, но нам есть о чем поговорить. Возьми пару щеток для ухода и присоединяйся ко мне обратно в комнату». Лорен так и сделала и спросила: "Где ты хочешь, чтобы я начал ухаживать за тобой?" Гаррек протянул руку за одной из кистей. «Не только ты. Мы собираемся ухаживать друг за другом, пока я тебе кое-что расскажу. Ложись здесь». Лорен села на нижнюю часть живота и с нетерпением ждала. Гаррек положил руку ей под подбородок и держал ее так, чтобы она смотрела прямо ему в глаза. Он начал свою отрепетированную речь. «Со вчерашнего дня, когда я запер тебя наручниками, я объявил тебя своим, и теперь ты мой пятый денмат». Это не было вопросом или предложением. Это было откровенное утверждение факта, не оставлявшее ей выбора. «Однако, в отличие от других моих товарищей, ты - моя, с которой я могу поступать так, как мне нравится, сейчас и пока смерть не разлучит нас». Лорен выглядела так, словно вот-вот разорвется от счастья. «Да, я твой навсегда, любовь моя». Гаррек почувствовал облегчение и рад, что понял все правильно. Казалось, что быть доминирующим партнером намного сложнее, чем быть покорным. С внутренним вздохом облегчения он устроился рядом с Лорен, но лицом в противоположную сторону. Он начал ухаживать за ее шерстью, а она - своей, в то время как он продолжил то, что собирался сказать. "Вы страдаете синдромом территориальной привязанности?" он спросил. «Нет, я путешествовал между кланами по делам и навещал своих родственников в деревне золотых фокставров, так что у TAS никогда не было возможности поселиться». «Отлично! Я хочу, чтобы вы начали сворачивать все свои дела и продавать свое логово и все имущество, которое вам больше не нужно. Когда это будет завершено, вы присоединитесь к моей большой семье в Австралии. Теперь ваше место со мной». Лорен заколебалась, затем сказала: «Да, конечно, но как быстро вам это нужно сделать? Я могу получить доверенное лицо, чтобы разобраться с некоторыми из них, если вы хотите, чтобы я был там раньше?» «Нет», - твердо сказал Гаррек. "Вы потратите столько времени, сколько вам нужно, чтобы сделать работу должным образом и тщательно. Я не только не хочу, чтобы вы уволились с поспешной работой, подорвавшей вашу репутацию, но я также хочу, чтобы вы получили лучшее предложение на свой дом и товары. . Вы будете приносить свои активы, чтобы пополнить нашу семью, и это будет вашим вкладом в наше общее благо ». «Я понимаю, но я все равно сделаю это как можно быстрее, чтобы снова быть с тобой». Гаррек сказал: «Хорошо. Затем - эти секс-игрушки и устройства для связывания». Он махнул рукой на предметы. «Любые из тех, что я использовал на тебе и которые тебе действительно понравились, можешь оставить, если они тебе понравятся. Все остальное оскорбляет меня. Ты избавишься от них немедленно». Назначение некоторых из этих устройств на самом деле вызывало у него тошноту, но он использовал их как критерий, чтобы указать на крайности, на которые Лорен была готова пойти, чтобы подчиниться толпе. Однако он не изменился настолько сильно, чтобы когда-либо подумать об их использовании, и он никогда не хотел снова видеть эти отвратительные вещи. «Да, Гаррек», - без колебаний ответила Лорен. Он подозревал, что, хотя она была готова позволить ему сделать с ней что угодно, все же были вещи, которые она предпочла бы не делать, учитывая выбор. обеспокоенный, он был рад видеть, что у нее есть некоторые пределы. Гаррек перестал ухаживать за Лорен и встал на передние лапы, показывая, что лисица делает то же самое. Он обнял ее и обнял. Затем он погладил одну из ее грудей. «Я считаю, что есть способ заставить их кормить грудью», - сказал он. «Да, есть. Я не знала, что у тебя тоже есть молочный фетиш». "Я не совсем, но я бы хотел попробовать тебя на вкус и почувствовать, как твоя грудь наполняется молоком, пока я занимаюсь с тобой любовью. Форестуокер - это тот, у кого настоящий молочный фетиш. Я трахаю тебя и играю с твоими другими сиськами ". Они все твои Гаррек почувствовал, как она дрожит от восторга от того, что его использовали таким образом. «Я устрою это как можно скорее. Они все твои, делай, как хочешь». "Лучше привыкнуть к кормлению грудью. Ты будешь кормилицей для тройняшек Малены, когда они родятся. Она не могла бы кормить их сама, так что ты возьмешь на себя слабину. Я получил предложения от Фореста и Quickpaw в помощь, но я думаю, что в наборах фокставров должно быть молоко фокставров, не так ли? " На самом деле он был совершенно счастлив кормить их молоком чаката, но он не собирался позволять Лорен об этом знать. «В этом есть смысл, - согласилась Лорен, - хотя я бы все равно сделала это без этой причины. Я должна исполнить твои желания». «Да, они есть, и они будут использоваться в дальнейшем, когда я решу вложить в вас тоже». «Ох! Сколько тебе нужно, любовь моя?» «Сколько я хочу», - неопределенно ответил он. Это звучало так, как будто он будет часто ее разводить, но лично ему не нужно было слишком много котят. Однако идея иметь четырехгрудных дочерей заинтриговала его, и он позволил себе немного дополнительной фантазии. «Может быть, я попрошу твоего товарища, Голдфура, развести тебя. Я бы хотел увидеть чаката с четырьмя грудями». «Я сделаю все, что ты скажешь», - невозмутимо ответила Лорен. Гаррек понял, что все еще может быть удивлен, насколько она подчинится его воле. Он поцеловал ее и собственнически ощупал ее груди. "Да, вы это сделаете, и мы будем великими денматами. Тем не менее, настало время для меня уйти. У меня есть другие товарищи, которым нужно внимание, и теперь, когда я снова чувствую себя целым, пришло время отдать им их долю . " Лорен неохотно отпустила его. Она последовала за ним к дверям логова и смотрела, как он уходит, зная, что все, что имело для нее значение в ее жизни, теперь неразрывно связано с ним. Она трепетно ​​вздохнула, поскольку мечтала об их совместном будущем. Гаррек вытащил коммуник из набедренной сумочки и позвал Голдфура. Еще до того, как они расстались, они уже договорились, что его оставят одного, если понадобится разобраться со своей проблемой, и что он позвонит, только если ему понадобится помощь Голдфура. К счастью, этого не произошло, но ему все же пора было поговорить со своим Спутником жизни. Голдфур ответил так быстро, что догадался, что Ши с нетерпением ждал новостей. «Гаррек! Как дела? Я тебе нужен?» Гаррек ответил: «Ты мне всегда нужен, дорогая, но не в этом смысле. Я могу сказать тебе, что новости замечательные. Я нашел ответ на свою проблему, и я снова мысленно здоров». «Это потрясающие новости, дорогая! Я так рада за тебя. Что ты собираешься делать теперь?» «Я должен увидеть другие мои денматы и также сообщить им об этом. Я ожидаю, что они захотят, чтобы я остался на некоторое время. Честно говоря, я тоже». «Я не удивлен. Я уже договорился взять Свифтуолк в долгий поход, если ты был чем-то занят. На самом деле, я просто ждал твоего звонка перед отъездом». «Извини, любимый. Я проспал от усталости. Впрочем, это долгая история, и я лучше расскажу ее тебе позже». "Что? Даже намека?" «Хорошо. У вас есть новый напарник, который переедет к нам через несколько недель». «Что ?! Кто? Чем ты занимался, Рыжий?» "Ты уже ревнуешь?" - безобидно спросил Гаррек. «Чакаты не могут чувствовать ревность, ты это знаешь. Нам же чертовски любопытно. Ты не можешь просто оставить все как есть. Ты должен рассказать мне больше!» «Нет. Ты просил намек, и это то, что у тебя есть. Теперь у меня есть другие дела. Поговорим с тобой позже, дорогая». «Подожди! Гарр…» Гаррек отключился с широкой улыбкой на лице. Он любил своего друга-чаката, но иногда Ши требовалось хорошенько подразнить. Гаррек намеревался сначала увидеть Тайлу, и его маршрут пролегал мимо деревенского рынка. Уловив оживленное настроение рынка, он загорелся идеей и зашел в магазин Кожевника Пуртешки. Там он приказал забрать его позже, а затем продолжил путь к своей цели, радостно насвистывая, беззвучно насвистывая. Он добрался до логова Тайлы и тявкнул в дверном проеме, надеясь, что она дома. Спустя несколько мгновений Тейла подошла к двери, счастливо улыбаясь. «Гаррек! Я слышал, что ты был здесь, и надеялся, что ты скоро навестишь меня. Как ты себя чувствуешь?» Не говоря ни слова, Гаррек заключил ее в свои объятия и страстно поцеловал. Она растворилась в его объятиях и с энтузиазмом ответила на поцелуй. Затем они расстались, прежде чем у них перехватило дыхание. «Я пойму, что ты прекрасно себя чувствуешь», - сказала Тейла, затаскивая его внутрь. «Учитывая последние новости, которые я слышал о вас, это стало приятным сюрпризом». "Я вернулся в поисках ответа на свою проблему, Тейла, и нашел его. Ты снова смотришь на человека в целом, и я очень хочу возобновить свои отношения с теми, кого люблю. И, говоря об этом, как ты и комплект делает? " Когда он впервые узнал, что Тейла ожидает ребенка, она была уже на четвертом месяце беременности, но это не проявлялось, если только вы внимательно не смотрели. Еще три месяца спустя, и промахнуться было невозможно. Тейла действительно заполнила набор, растущий внутри нее, и ей это нравилось. «До сих пор это была идеальная беременность, дорогая. В противном случае я бы сообщила тебе. Мы оба в хорошей форме и здоровы, и говорим только за себя…» Она подошла к нему и прошептала ему на ухо: «Я» м ужасно возбужден ". Гаррек широко улыбнулся. «Это кажется общей чертой среди моих беременных подруг, но я уверяю вас, что я готов, хочу и могу что-то с этим сделать». «Я надеялась, что ты скажешь это», - сказала Тейла, проводя его в спальню. Гаррек занимался любовью с Тейлой с нежностью и заботой о ее состоянии. Некоторое время спустя два очень счастливых и довольных любовника лежали в объятиях друг друга и говорили обо всем, что случилось друг с другом с тех пор, как они в последний раз были вместе. «Итак, у меня теперь есть еще одна напарница? Это неудивительно, но я не ожидал, что это будет Лорен. Она хорошо скрыла свой секрет». «В последнее время у меня было много сюрпризов. К счастью, это оказалось хорошим. В любом случае, теперь вы знаете, почему я буду вести себя с Лорен по-другому, и я надеюсь, что у меня есть ваше понимание и поддержка». «Конечно, дорогая. Я не настолько стар, чтобы не принять некоторые изменения, и я, конечно, не осуждаю Лорен за то, что она чувствует. Не волнуйся, твой секрет со мной в безопасности». Они еще немного поболтали, прежде чем Тейла в конце концов сказала, что она голодна и что она приготовит им обед. Были составлены планы по поводу еды, и Гаррек пообещал очень постараться, чтобы родить их комплект. Хотя это и не так надежно, как рождение чаката, он мог быть вполне уверен, что приедет там за несколько дней до назначенного срока, если только что-то еще не нарушит его планы. Гаррек пригласил Тайлу на следующий день поужинать с семьей в логове его родителей, прежде чем ему, к сожалению, пришлось уйти. Гаррек в последний раз погладил раздутый живот Тейлы, пообещав ей или ему, что папа скоро вернется, затем поцеловал Тейлу еще раз и ушел. Следующей остановкой был дом Касси и Зендака. Он тявкнул, как в логове Тейлы, но ответа не последовало. Затем он отправился искать их по месту их работы. Сначала он попробовал их логово, так как оно было недалеко от того места, где жила Тейла, но его не совсем удивило, что их в то время не было дома. Он подумал, что, по крайней мере, Касси может быть там, и ему хотелось, чтобы он мог сообщить ей, что сейчас будет в гостях. Конечно, у него не было возможности узнать, каковы будут его обстоятельства, и он не хотел быть рядом с ними, пока он все еще страдал от своих побуждений. Однако теперь ему было необходимо увидеть своего друга и лучшего друга. Касси и Зендак вели бизнес по продаже товаров из фокставров во внешний мир. Таким образом, у них был большой офис в бизнес-центре. У него было искушение сначала пойти туда, когда он был на соседнем рынке, но он хотел сначала увидеть Тэйлу, потому что ожидал, что Касси и компания монополизируют его до конца дня. Он вошел в их офис и увидел Касси за столом, который что-то работал на мониторе компьютера. Рядом с ней в корзине на полу была причина, по которой ему так нужно было ее увидеть, но не раньше, чем он снова почувствовал себя здоровым. Маленький фокставр спал, свернувшись клубочком - их сын. Касси обратила внимание на новоприбывшего, и ее глаза загорелись. Она вскочила на ноги и чуть не сбила Гаррека, когда бросилась обнять его почти до смерти. Она смеялась, целовалась и плакала одновременно, и, честно говоря, Гаррек тоже. Обоим потребовалось время, чтобы успокоиться, и Касси подвел его к корзине. Осторожно подняв комплект для сна, она вложила его в руки Гаррека. Он с любовью посмотрел на ребенка, у которого была такая же ярко-красная шерсть, как у его отца. «Я назвала его Казенгаром в честь трех самых важных людей в его жизни», - сказала она. «Хорошее имя. Мне очень жаль, что я не смог быть здесь во время его рождения». Касси обняла его, и они оба посмотрели на ребенка, которого зачали вместе. «Тише. Мы поняли, почему ты не мог быть здесь. Зендак гордился тем, что заменял тебя при родах». «Кстати о Зендаке, где он?» «Он забирает груз. Он должен вернуться в любую минуту». Касси подошла к двери и повесила табличку с надписью «Закрыто». Она сказала: «Нет ничего, что могло бы ждать до завтра. Мы вчетвером едем домой, чтобы отпраздновать. О! Я не могу дождаться, чтобы услышать, что произошло. произошло с вами с тех пор, как мы видели вас в последний раз ". «Их довольно много, в некоторые трудно поверить». "Тогда это будет интересно, не так ли?" Касси ответил. «Конечно, он мог рассказывать одну из своих космических ниток», - раздался голос позади них. Гаррек обернулся и увидел своего старого друга, который только что вошел с заднего склада, очевидно, после того, как разгрузил груз у грузовой двери. «Зендак! Как дела, скряга?» Зендак ухмыльнулся. "Лучше теперь, когда ты вернулся, и пора тоже!" Он похлопал Гаррека по спине, но воздержался от чего-либо еще, пока Гаррек все еще держал комплект. «Закрой магазин, Дак», - сказал Касси. «Мы возвращаемся в логово и по-настоящему приветствуем Гаррека». «Молодец, дорогая». Гаррек отнес своего сына обратно в их логово, не желая отпускать его сейчас, когда он наконец смог удержать его. Аптечка проснулась, когда они снова попытались уложить его в корзину, жадно мяча. Касси поспешила сделать это, сняв верх, чтобы накормить набор. Гаррек восхищался пышной грудью Касси, большей, чем когда-либо, с молоком, заполняющим каждую грудь. Зендак настоял на том, чтобы Гаррек расслабился, пока он принес им все напитки и закуски. «У нас запланирован большой обед на потом», - сказал он Гарреку. «Мы знали, что вы посетите, если сможете, и заложили все ингредиенты». «Я никогда не умру здесь с голоду, это точно», - сказал Гаррек с ухмылкой. «Но ты должен спеть за ужином или хотя бы поговорить. Расскажи нам все, что произошло с тех пор, как мы виделись в последний раз». Итак, Гаррек еще раз рассказал свою историю, и они были опечалены его тяжелым положением, обрадованы его выздоровлением и ошеломлены тем фактом, что в их семье появилось еще одно племя. Они также скептически отнеслись к его утверждениям о том, что он телепортировался сюда, будучи уверенными, что теперь он дергает их за ноги. Он решил, что ему нужно попросить Swiftwalk о демонстрации. Зендак показал сделанные им фотографии рождения Казенгара. Касси настаивал на том, чтобы Гаррек получил хотя бы столько. Они прервали разговор только для того, чтобы приготовить и съесть пир, а затем снова накормить Казенгара и уложить его спать. В конце концов, взрослым пора было лечь спать, если не спать. Зендак сказал: «Я проведу ночь с твоим сыном, Гарреком. Иди и отдай Касси то, чего ей так не хватало с момента его рождения». Гаррек хлопнул Зендака по плечу и сказал: «Наш сын, Дак. Казенгар имеет счастье иметь отца и отца. Спасибо, друг мой». Затем он присоединился к Касси в другой комнате, где они занимались любовью, пока оба не слишком устали для большего. «Увидимся позже за ужином», - сказал Гаррек, прощаясь с Касси и Зендаком. Он взъерошил голову Казенгара, и комплект хлопнул его по руке. Гаррек усмехнулся и сказал: «До скорой встречи, сынок». Затем он отправился в логово Лорен. По пути он еще раз позвонил Голдфуру и сообщил ему, что запланированная семейная встреча определенно состоится, и вскоре Ши получит ответы, которые искал Ши. Он вошел в логово Лорен, не объявив о своем прибытии, как в других логовах. Хотя он чувствовал себя немного странно по этому поводу, по стандартам Лорен, теперь это было его логово, и ему не нужно было просить войти в его собственное жилище. Однако, оказавшись внутри, он издал еще один звук - своего рода крик «Дорогая, я дома!», Который он использовал еще в Австралии. Лорен выскочила из личной комнаты и бросилась ему в объятия. Гаррек долго наслаждался объятием, прежде чем спросил: «Что происходит?» «Я начала делать то, что вы мне сказали делать. Я также избавилась от оскорбительных секс-игрушек, и я видела, как Сарша получает лекарство, чтобы начать лактацию. Она говорит, что это займет два дня. в полную силу. Вы хотите, чтобы я начал его использовать сейчас? " Гаррек покачал головой. «Мне придется уехать завтра, и нет никакого смысла держать вас в молоке, пока вы все еще здесь, поэтому оставьте лекарство незадолго до того, как вы будете готовы приехать в Австралию». «Да, Гаррек». Гаррек продолжил: «Сегодня вечером мы устраиваем семейный ужин в логове моих родителей. Вы поговорите с другими моими товарищами о своем присоединении к семье и своем месте в ней». "Вы хотите, чтобы я сказал им, что я полностью отдал себя вам?" «Да, Лорен. Между товарищами не будет секретов. Но они никому не расскажут, кроме семьи». «Я понимаю и сделаю, как вы говорите». «Хорошо. И последнее - у меня не будет много других шансов на какое-то время, так что мы с тобой снова воспользуемся этой комнатой прямо сейчас». «Да, любовь моя», - радостно сказала Лорен. Все свободные концы теперь были связаны, кроме одного, и Гаррека теребило его. Некоторые вещи, о которых говорили люди, сделали ситуацию еще более заметной - почему его мать не предупредила его и Малену, особенно об опасности передозировки пунцов с феромонами для спаривания? Он решил противостоять своей матери, чего старый Гаррек никогда бы не решился сделать, но его более агрессивное новое «я» не стеснялось этого делать. Однако первые лица, которые он увидел, были не взрослыми. "Папа!" Юдора радостно вскрикнула. Ши подбежал к нему и прыгнул в его объятия, за ним последовала его сестра, Хвостовик, которая упала на одну из его передних ног. «Привет, Сквирт», - сказал Гаррек детенышу на руках. «Не сквирт! Я Дора!» - возразил детеныш. «Ты действительно Dorable. И Хвостовик, дорогой, я не могу ходить с тобой, держась за мою ногу вот так». Гаррек повернул Юдору, чтобы положить ее себе на спину, где Ши радостно держался за прогулку на пони. Затем он взял свою младшую сестру и продолжил прогулку по двору, где встретил солнечного Голдфура, пока Ши смотрел, как играют детеныши. Голдфур встал, чтобы крепко обнять и поцеловать свою Спутницу жизни. «Они скучали по тебе почти так же сильно, как и я», - сказал Ши, забирая у него Хвостатого. Ши снова положил его на землю, а затем сильно ударил его кулаком в плечо. "Ой! Для чего это было?" - спросил Гаррек, потирая больную конечность. "Это для того, чтобы держать меня в напряжении все это время!" - с раздражением сказал Ши. «Тогда в следующий раз не проси намеков», - без сожаления сказал Гаррек. Гольдфур улыбнулся. "Я полагаю, что не должен. Как ты на самом деле?" Ши приложил руку к щеке, сосредоточив свои эмпатические способности прикосновением. «Без похоти. Без суматохи. Без страха». Ши посмотрел на него с облегчением. «Вы действительно вылечились». «Скорее, полностью приспособился. У Сарши был ответ, который мне был нужен». "Сарша это новый напарник?" - догадался Гольдфур. Гаррек рассмеялся. «Нет. Сарша делает Тайлу похожей на котенка. Она деревенская шаманка, мудрая женщина». "Так кто же это тогда?" «Ты ее уже знаешь. Она все время была прямо у меня под носом», - ответил он, опуская Юдору на землю. «Ага! Мне придется ударить тебя по другой руке?» Гаррек широко ухмыльнулся, отступая вне досягаемости. «Подождите, пока я всем сразу расскажу всю историю». Затем он быстро побежал в сторону логова. «Гаррек Рэдфокс! Вернись сюда и скажи мне прямо сейчас!» "Нет!" - крикнул он, исчезая внутри. «Мамочка, - сказала Юдора, - ты злишься на папу?» Голдфур ласкал голову ее дочери, чтобы детеныш мог непосредственно почувствовать ее истинные чувства. «Нет, дорогой. Я действительно счастлив, что твой отец снова вернулся к нормальному состоянию, странное чувство юмора и все такое». Затем Ши подмигнул детенышу. «Но это не помешает мне отомстить ему за то, что он дразнил меня». Юдора хихикнула и снова побежала играть. Гаррек нашел свою мать в ее мастерской. Увидев его, она сразу же отложила инструмент, который ремонтировала, и подошла, чтобы обнять его. «Голдфур позвонил мне, чтобы сказать, что с тобой все в порядке. Ты действительно вылечился?» - с отчаянной надеждой спросил Джалет. «Я вернулся к нормальному состоянию, или, по крайней мере, к тому, что стало для меня новым», - ответил он ей, ободряюще обняв меня. "Я чувствую себя хорошо, и теперь все снова под контролем, хотя в моем образе жизни произойдут небольшие изменения. Однако у меня будет новый друг, который будет заниматься этой стороной меня, поэтому мои отношения с другими не пострадают. . " «Я так рада. Я был уверен, что Сарша сможет тебе помочь, но это намного лучше, чем я осмеливался надеяться». «Да, и теперь, когда все нормализуется, пора тебе примириться с Маленой», - твердо сказал он. Джалет напрягся в его руках, затем попятился. «Нет, не буду. Возможно, тебе повезло, что ты так хорошо поправился, но она чуть не разрушила твою жизнь». «Я признаю, что она это сделала, но я простил ее, и вы тоже». «Я не знаю, как можно простить подобное насилие», - сердито сказал Джалет. Что-то щелкнуло в голове Гаррека. «Почему ты так зол? Я тот, с кем она это сделала». «Конечно, я злюсь. Эгоизм Малены чуть не отнял тебя у меня». «Эгоизм, да, но тем более невежество. Почему вы никогда не рассказывали нам об опасностях дикого спаривания?» «Что? Конечно. Ты, должно быть, забыл», - возразил Джалет. "Нет, я бы запомнил это, тем более, что это было так важно. То же самое и с Маленой. У меня есть другие вопросы, например, почему, когда целые семьи фокставров обычно спят вместе, мы с Маленой получали нашу собственную комнату с раннего возраста ? Почему я так отличаюсь от других малышек? У меня есть фетиш груди в обществе, где нагота является нормальным явлением. Кроме того, даже считая тройню Малены за одно зачатие, я произвел на свет столько же самцов, сколько и самок. А как насчет папы? двое сыновей в этой семье, и сколько других из-за Обязательства, и все же вы единственный денмат, которого он когда-либо взял. Почему? Обычно лисички ломились бы в дверь, чтобы отомстить ему, когда вы были повязаны. Почему были Вы так уверены, что Сарша может помочь мне, когда врачи не могут? И затем был комментарий, который Сарша сделала, когда я уходил. Она сказала мне, что ненависть к себе была худшим и самым разрушительным из всех видов ненависти. В то время я думал, что она имела в виду меня, но теперь я думаю, что она дала мне ключ к разгадке. Вы хотите знать, что t Я думаю? " Рот Джалет открылся, но не произнес ни слова. Чем больше Гаррек говорил, тем более парализованной она становилась. Наконец ей удалось каркнуть: «Что?» Гаррек пошел на убийство. "Я думаю, что ты так зол на Малену, потому что ты используешь инцидент, чтобы отвлечь гнев от себя. Ты ненавидишь себя, и ты никогда не прощал себя, поэтому ты не можешь простить Малену. И ты ненавидишь себя, потому что ты сделал то же самое. Папе. Вы передозировали его запахом спаривания. Вы пережили тот же ужасный результат, и папа остался с последствиями. У папы те же побуждения, которые преследовали меня, но он не хотел, чтобы они причиняли вред другим, поэтому он никогда брал любых других самцов, и он не давал нам, детям, видеть, что происходит, когда он теряет контроль. Что еще хуже, во время моих исследований, чтобы попытаться найти лекарство, я обнаружил, что дикие спаривания вызывают физиологические изменения не только у производителя, но и у него. потомство. Вот почему я другой. Может быть, поэтому Малена тоже имеет свои необычные желания, я полагаю. А теперь скажи мне, что я ошибаюсь! " Лицо Джалет было охвачено горем, затем она внезапно расплакалась и взвыла от горя, рухнув на грудь Гаррека, когда сильные рыдания сотрясали ее тело. Гаррек обнял мать, немного сожалея о том, что ему пришлось довести дело до этого, но все же решил, что ситуация будет разрешена раз и навсегда. Он как мог утешал Джалета, размышляя о том, что его прежнее «я», вероятно, не могло этого сделать, но его новое, более агрессивное «я» имело все необходимое, чтобы вывести все наружу. «Все в порядке, мама. Отпусти это. Тебе нужно простить себя и двигаться дальше. Прошло достаточно времени». Джалет посмотрела на сына красными от слез глазами. «Я не могу, Гаррек, потому что мой грех был намного хуже, чем грех Малены». Гаррек был поражен этим признанием. "Как могло быть хуже?" «Когда мы были еще подростками, я боролся за внимание Рика с другими лисицами. Я фактически выиграл соревнование за его сердце, и я знал, что он скоро примет решение, поэтому я решил сделать что-то особенное, чтобы гарантировать результат». «Это когда вы передозировали папу? Тогда вы не знали о последствиях». «О, но ты ошибаешься. Меня учили, что это опасно, но я слышал слухи и сплетни от других лисиц о том, насколько интенсивен такой секс, и полагал, что взрослые преувеличивали проблемы и последствия. Разве вы не видите? Я знал лучше, но я все же сделал это. Я искалечил свою прекрасную ногу, потому что был таким эгоистичным и глупым. Мне некого винить, кроме себя. Рик оставил меня, и я не видел его снова, пока в тот день, когда я родила тебя. Он пришел посмотреть на ребенка, которого мы зачали, и чудо из чудес, он остался. Но прошло несколько месяцев, прежде чем он сказал мне, что все еще любит меня. Я пообещал ему, что буду делать все, что в моих силах, чтобы помочь ему, и я всегда буду делать это, потому что что бы ни случилось со мной, это никогда не уравновесит то, что я с ним сделал ». Гаррек вздрогнул, когда осознал, что его мать десятилетиями переживала жестокие браки, чтобы удовлетворить потребности своего сородича, когда он поддался своим побуждениям. Его отец, по-видимому, так и не восстановил тотальный самоконтроль, как Гаррек, потому что, в отличие от Лорен, его мать просто терпела совокупления, и его отец знал это, поэтому он никогда не мог дать волю этой новой части себя и принять ее как часть себя. , и поэтому никогда не смог полностью исцелить его психику. Он всегда задавался вопросом, почему его отец иногда бывает задумчивым и закрывается от остальной семьи. Его стыд, должно быть, был слишком велик, чтобы он когда-либо говорил об этом. Он никогда не причинил вреда никому из них, будучи детенышами, так что его мать, должно быть, смогла помочь ему больше, чем она думала. Или, может быть, его любви к ней и детенышам было достаточно, чтобы укротить его побуждения. «Забеременеть от папы, возможно, было неизбежно в тех условиях, но все же это было удачей. Это сблизило вас и дало вам обоим повод бороться с проблемой. По крайней мере, у вас не было многоплодной беременности, как у Малены». "Но я сделал." "Какой?" Гаррек не думал, что его снова можно удивить. «У тебя был брат-близнец. Это были очень тяжелые роды, и он был мертворожденным. Мы чуть не потеряли тебя тоже. Это то, что заставило Рика остаться. Он так много работал, чтобы заставить тебя жить. Это заставило его понять, что он все еще заботится обо мне и наш сын, поэтому он остался, чтобы сделать нас семьей ". Наконец, Гарреку стало понятно, почему его мать так чрезмерно опекала его. Она потеряла одного сына, и само его существование изменило невыносимую ситуацию и сплотило семью. Его мать боялась, что потеря его будет означать крушение всего важного для нее. "Я никогда не знала, что папа когда-либо был кем-то иным, кроме любящего, хотя и сурового отца. Ты имела значение, мама. У нас, детей, никогда не было бы такого хорошего детства, если бы ты не заботился о нас и не помогал Папа. Мне просто жаль, что у него не было доступа к решению, которое я нашел, но ты был следующим лучшим выбором. Не думаю, что папа остался бы с тобой даже со мной, если бы ты действительно не люблю его. Поверьте, я знаю, на что это похоже, и именно любовь Голди ко мне помогала мне пережить самое худшее до сих пор ». Джалет фыркнул, а затем сказал: «Ты слишком добр ко мне, Гаррек. Ты лучший сын, чем я того заслуживаю». «Тогда послушай меня, мама. Не повторяй одни и те же ошибки. Перестань мучить себя и сплоти эту семью. Я собираюсь привести Малену сюда, и вы двое примиритесь, хорошо?» Джалет слабо улыбнулся. «Хорошо, Гаррек». Она крепко его обняла. «Я никогда не думал, что ты можешь быть таким сильным». "Бедствия могут укрепить или разрушить вас. Я сильнее, чем раньше, но я не мог бы быть таким без помощи тех, кого я люблю, в том числе и вас. Теперь я должен позвонить Малене, и есть пара вещей, которые мне нужно сделать перед семейным ужином ». «Пожалуйста, предупредите Малену о проблемах, связанных с ношением нескольких комплектов. Я не хочу, чтобы вы потеряли ни одного из них, как я», - сказал Джалет с глубокой озабоченностью. «А еще лучше, расскажи ей сама. Тебе есть что обсудить - у тебя сейчас столько общего опыта. А еще, почему бы тебе не поговорить с папой и не довести это до счастливого завершения». Джалет кивнул. «Да, я сделаю это. Я горжусь тобой, сынок». "Спасибо, мама." Гаррек ушел с ощущением, будто с его спины сняли огромную ношу. Весной в шаге он пошел искать Голдфура. Он нашел его все еще во дворе с детенышами, и когда он подошел к нему, Ши бросил на него любопытный взгляд. «Из логова исходили довольно сильные эмоции, даже для неэмпатов. Я мог бы забрать их отсюда!» «Вы правы, но конечный результат был хорошим. Я объясню вам все наедине позже. Где Swiftwalk?» «Ши вернулся в Австралию - сказал, что хочет немного нашего кофе!» - сказал Голдфур с усмешкой. «На самом деле Ши просто отдыхает, а Ши, вероятно, спит в комнате для гостей». «Мне нужно попросить его об одолжении». «Ши сказал звонить в любое время. Ши посчитал, что Swiftwalk Express не мешает своим клиентам». Гаррек ухмыльнулся. «Теперь я полагаю, что кот вышел из мешка, Ши любит использовать свой талант для разнообразия». «Вы могли быть правы. В любом случае, зачем вам нужен был нанятый?» «Я хочу за Маленой. Мама готова помириться с ней». «Потрясающе! А это значит, что мы можем собрать всю семью на ужин сегодня вечером. Я позвоню ей прямо сейчас». К счастью, Свифтуолк закончил дремать, и ее никто не побеспокоил. Ши отправился на поиски Малены, и всего через несколько минут лисица появилась из воздуха в логове, где ее ждали Голдфур и Гаррек. Она также взяла с собой Блейза, своего детеныша, которого дал Голдфур, и оба выглядели пораженными своим резким переходом. "Ого!" - сказала Малена. «Это действительно было странно. Треть пути вокруг света ни в чем не бывало!» Блейз поправился быстрее. "Папа!" - крикнул Ши, когда Ши бросился к своему сиру, душив Голдфура лизательными поцелуями, пока Ши обнимали. Гаррек сказал: «Мама, наконец, готова помириться с тобой, Малена». Малена почувствовала огромное облегчение. "Как вы заставили ее изменить мнение?" «Это очень личная вещь, которую я расскажу тебе и Голдфуру только на строгой конфиденциальности. Голди, ты можешь напомнить кому-нибудь о Блейзе, пока мы говорим?» Это было организовано, и все трое пошли в комнату Малены и закрыли за собой дверь. Затем Гаррек рассказал обоим о том, что произошло. Малена была потрясена открытием проступка их матери, которое затмило даже ее. Она также была рассержена лицемерием Джалет. В конце концов Голдфур и Гаррек успокоили ее, и она согласилась, что пора помириться с матерью. Затем Гаррек повернулся к Голдфуру и сказал: «Голди, любовь моя, мне нужно связать еще один свободный конец. Не могли бы ты оставить нас с Маленой на некоторое время?» Голдфур поцеловал его и сказал: «Я понимаю. Не торопитесь». Затем Ши обнял Малену перед тем, как выйти из комнаты. Лисица посмотрела на Гаррека с легким трепетом. Он сказал: «Малена, пора нам исправить наши отношения». «Я думал, ты сказал, что тебе нужно время, чтобы снова полюбить меня?» Гаррек кивнул. "Но это было до того, как я обнаружил себя. Я немного другой человек, чем тот, который сказал вам это всего несколько дней назад, и я подумал о ситуации с новой точки зрения. Среди прочего, я должен вам извинения ". Это действительно поразило Малену. "Ты мне должен?" «Да, верю. Все началось с того момента, когда вы попросили меня завести кота, но я ни на что не возьмусь. Ответьте мне честно - если бы я сказал вам плоское« Нет », вы бы сделали то, что сделали?» Малена покачала головой. «Я был бы крайне разочарован, но нет, я бы не стал обманывать вас, чтобы заставить вас произвести его». «Я подумал, что нет. Еще один вопрос, на который нужно ответить честно - если бы я сказал вам« Да », но я хотел бы отложить это до определенной даты, скажем, следующего Рождества, вы были бы готовы ждать все эти месяцы, или вы бы пробовали получить раньше? " «Я мог бы быть немного нетерпеливым, но я бы с нетерпением ждал назначенного времени. Все, что я когда-либо хотел, - это твердое обязательство иметь ребенка. Я знаю, что вы сдержали бы свое обещание». "Совершенно верно, но я этого не делал. Я сказал, что когда-нибудь у нас будет комплект, но не сказал, когда именно. Я подтолкнул вас к тому, чтобы решить эту проблему. Верно, вы сделали это очень эгоистично, но этого бы никогда не случилось, если бы я был честен с тобой, и за это я искренне прошу прощения ». «Как я мог сделать что-нибудь, кроме как принять твои извинения? Я люблю тебя, Гаррек, но иногда ты можешь так расстраивать. Я думаю, нам нужно лучше понимать друг друга, чтобы эти ошибки никогда не повторились». «Согласен, и это единственная ошибка, которую необходимо исправить». "Как это?" «Спроси меня еще раз, чего ты хочешь». "Ты имеешь в виду…?" "Спросите меня." Малена почувствовала трепет надежды, смешанный с неуверенностью. Она сказала: «Гаррек, не могли бы вы завести от меня котенка?» «Я был бы рад сделать это, Малена. Когда ты хочешь получить этот комплект?» На лице Малены появилась улыбка. «Я хотел бы иметь один прямо сейчас». Гаррек нежно посмотрел на свою сестру. «Тогда мне лучше начать немедленно. Малена, ты не могла бы присоединиться ко мне в своей постели? Я хочу заняться с тобой любовью и завести вместе с тобой прекрасного кота». Он подмигнул. «Или, может быть, больше». Малена с трудом сдерживала радость. "Да, Гаррек!" Пара занималась любовью с глубиной страсти, которой у них никогда не было раньше. Гаррек показал ей свою новую сексуальную силу, которая, тем не менее, была сдержана его старой нежностью. Момент ритуального зачатия был столь же великолепен, как она и мечтала до ужасного инцидента. Гаррек и Малена долго лежали, переплелась, не разговаривая. В конце концов, Малена нарушила молчание. «Спасибо, Гаррек. Спасибо за комплекты, но еще больше за то, что вернулись ко мне». "Я так же сильно хотел этого, как и ты, Малена. Я не мог этого сделать до сих пор, но я думаю, что мы положили начало этой перезагрузке наших отношений. Я надеюсь, что у нас больше нет недопонимания . " «Я обещаю сказать вам, если я так думаю, если вы пообещаете выслушать». «Сделка! Между прочим, я договорился, что кто-то поможет накормить тройняшек, которых мы« только что »зачали». "О? Кто?" «Вы узнаете, когда я объясню остальным, что привело к моему выздоровлению. Попробуйте угадать до этого. Это более очевидно, чем вы думаете». Малена закатила глаза. «Теперь я знаю, что ты вернулся в нормальное состояние, когда снова начал тянуть за такие штуки». Гаррек ухмыльнулся. «То, что ты видишь, это я, моя дорогая». Гаррек взял Малену, чтобы противостоять их матери. Сначала они молча смотрели друг на друга, но затем Малена сказала с ноткой гнева, возвращающейся к ее голосу: «Гаррек мне все рассказал». Голова Джалет слегка поникла от стыда. Детям она казалась меньше, чем они когда-либо могли вспомнить. «Мне очень жаль, Малена. Было неправильно с моей стороны избавиться от своих страхов и позора перед тобой». «Трудно не злиться после того, через что ты меня заставила, мама». К Джалету вернулось легкое неповиновение. «Это ничто по сравнению с тем, что мне пришлось вынести на протяжении многих лет, не говоря уже о твоем отце. У него чуть не случился рецидив после того, как я обнаружил тебя тем утром. После этого мне пришлось справиться с его побуждениями в довольно жестоком спаривании». «Тебе бы не пришлось, если бы ты только предупредил меня», - парировала Малена. «Я не должен был предупреждать тебя, чтобы ты не оскорблял Гаррека!» - резко сказал Джалет. "Дамы!" - крикнул Гаррек. Две лисицы были поражены и посмотрели на Гаррека, который сказал: «Мы здесь, чтобы все исправить, а не начинать все сначала. Мама, извинись. Малена, хватит травить маму». «Да, Гаррек», - хором произнесли они, а затем нервно захихикали друг другу. Затем Джалет продолжил: «Малена, хотя ты и заслужила кое-что из того, что я тебе сказал, я признаю, что сам совершил еще большие ошибки. Один из них избегал тебя, и я сожалею об этом сейчас. Ты слишком напомнил мне моя собственная глупость, и тогда это было слишком тяжело. Однако Гаррек заставил меня признать это и простить себя, но для этого мне нужно было простить и тебя. Пожалуйста, вернись домой снова ». Малена успокоилась и немного пожалела, что так сильно подтолкнула мать, даже если она была оправдана. "Мама, я благодарю тебя за твое прощение и твои извинения, но я больше не вернусь домой. Эти недели, которые я провел в Австралии, заставили меня понять, что мне пора жить с семьей на постоянной основе. Я очень счастлив, зная, что это логово остается открытым для меня. Я скучал по нашим старым отношениям ». Джалет подошла, чтобы обнять свою дочь. «Я тоже. Мне очень жаль, что ты остаешься в Австралии, но ты прав - тебе пора съехать. Надеюсь, ты навещаешь часто». «Я буду, мама. Как можно чаще». Слезы эмоций наворачивались на глаза каждой лисице, и Гаррек решил, что пора оставить двоих, чтобы хорошо поплакать, или что бы там ни было лисицам, когда они помирились. Гаррек чуть не забыл забрать свой заказ из Пуртешки, но он надежно хранил его в набедренной сумочке, когда другие его товарищи начали прибывать на семейный ужин. Он использовал прошедшее время, чтобы полностью рассказать остальным членам семьи о своем пути к выздоровлению. Он подумывал не рассказывать матери о своих точных отношениях с Лорен, но в конце концов решил, что сохранить этот секрет будет невозможно, тем более что он взял ее в качестве своей второй половинки. Однако он заставил Джалет пообещать не обсуждать эту тему со своей сестрой. Возможно, Лорен догадалась бы, но они закрыли бы глаза на это. Это никого не касалось. Тэйла пришла последней, извиняясь за опоздание из-за сверхурочной работы совета. Несколько товарищей Гаррека помогали на кухне, но он попросил их всех присоединиться к нему в комнате Малены для последней формальности. Он поговорил наедине со всеми своими товарищами, кроме Лорен, предупредив их о том, что он задумал и по какой причине, чтобы они не подумали, что он немного сошел с ума или что-то в этом роде. Когда дверь за ними была плотно закрыта, Гаррек начал свою небольшую церемонию. "Я просил вас всех собраться вот так, чтобы отпраздновать счастливое событие. Богиня знает, что в последнее время их стало слишком мало. Я снова стал цельным человеком, но я не мог бы быть таким, если бы не любовь и поддержка мои денматы ". Он повернулся к Голдфуру с любовью, сияющей в глазах. «Голдфур, мой первый помощник, инь моему янь, ты раскрыл мой потенциал и заполнил пустоту в моей жизни. Ты всегда будешь первым в моем сердце и душе». Голдфур радостно улыбнулся и поцеловал его, но Ши не прервал его никакими словами. Затем Гаррек повернулся к пышногрудой лисе. «Касси, мы были влюбленными подростками, но я думал, что проиграл битву за твое сердце для моего лучшего друга. Однако настоящая любовь никогда не умирает, и теперь ты мой второй родственник и подарила мне прекрасного сына». Касси последовала примеру Голдфур и поцеловала ее подругу. Следующей была пожилая лисица. «Тайла, то, что ты стала важной частью моей жизни, было восхитительным сюрпризом. Твоя зрелость и мудрость помогли мне взглянуть на мои проблемы с новой точки зрения. Я надеюсь, что наш ребенок унаследует черты своей матери». Тейла пришла очередь поцеловать Гаррека. Следующей была Малена, и Гаррек сказал: «В каком-то смысле моя любовь к Малене превосходит всех моих товарищей, потому что я любил ее с тех пор, как она была моей младшей сестрой. Однако наша любовь выросла за пределы простых братьев и сестер, и это не должно было быть сюрприз для меня, когда она попросила меня спариться с ней тоже. У нас были тяжелые времена, но я никогда не переставал любить ее, и котята, которые она носит, всегда будут знать об этом ». Глаза Малены были влажными от эмоций, когда она тоже поцеловала его. Затем Гаррек перевел взгляд на Лорен. «Однако сегодня мы празднуем прибавление к нашей семье пятого денмата. В юности я жаждал ее, и даже будучи взрослым, я все еще украдкой поглядывал на нее. Но не ее физические способности привели ее в мои руки. Она смогла залечить мои психологические раны так, как не мог никто другой. Сама ее природа была тем, что мне было нужно, чтобы снова стать здоровым, и то, что я хочу сохранить. Поэтому я объявил ее своей . Она принадлежит мне сейчас и на всю оставшуюся жизнь. Лорен, представьтесь, пожалуйста, своим товарищам. " Лорен гордо выпрямилась. "Все вы знаете меня какое-то время, некоторые из вас всю жизнь, и все же никто из вас не знал меня настоящего. Я никогда не был по-настоящему счастлив с тех пор, как осознал, что некому было дать мне то, что я хотел и нуждался. Затем, когда Сарша сказал мне, что Гаррек был моим ответом, я знал, что у меня наконец-то появился шанс. Теперь вы знаете, что я сабмиссив. Только отдавая себя полностью - сердце, разум и тело - Гаррек смог исцелить себя , и мне было дано мое предназначение. Наконец-то я по-настоящему счастлив. Теперь я принадлежу Гарреку. Он повелевает моей любовью, моим послушанием и моим телом. Гаррек хочет, чтобы я присоединился к его семье, и я сделаю все возможное для улучшения всей семьи, потому что это нравится ему, а значит, и мне, и я доволен. Это то, чего я хочу. Это то, что мне нужно. Это мой выбор. Я надеюсь, что вы все уважаете это решение, и я буду польщен считаться твоим напарником ". Все товарищи Гаррека сразу подошли, чтобы обнять ее, одни поблагодарили ее за исцеление, другие приветствовали ее в семье. Никто не осудил ее выбор, хотя некоторые были рады, что их предупредили о ее характере и ее жизненном решении. Затем вмешался Гаррек и сказал: «Часто принято обменивать церемониальную повязку на ногу или хвост, чтобы отпраздновать спаривание, но я придумал что-то более подходящее для этого случая». Он полез в набедренный мешочек, вытащил предмет, который купил у Пуртешки, и поднял его, чтобы остальные могли ясно его увидеть. Это был широкий кожаный воротник с тонкой вышивкой и причудливым узором. У него не было пряжки, но было две пары соответствующих отверстий для заклепок. «Наклонись вперед, Лорен», - приказал он лисе. Глаза Лорен загорелись, когда она узнала, что он держал. Она наклонилась, чтобы позволить Гарреку надеть ошейник ей на шею, и он вставил заклепки на место. Он позаимствовал на случай церемонии ручной клепальный инструмент. Он использовал инструмент, чтобы закрыть заклепки, чтобы навсегда заблокировать воротник на своем месте. Сделав это, Лорен выпрямилась, гордо приподняв подбородок, показывая свой значок рабства. Гаррек сказал: «Пусть этот ошейник будет напоминанием о том, что ты мой и можешь поступать с ним так, как мне заблагорассудится, когда, где и по какой я хочу причине. А теперь поднимите свой хвост». Лорен без колебаний подчинилась, и Гаррек сел на нее. Его член скользнул без усилий, поскольку она была влажной от возбуждения. Он намеревался сделать это просто символическим жестом своего доминирования над ней перед остальными, но она была так возбуждена, что почти сразу испытала оргазм. Гаррек понял, что его новое «я» было так же возбуждено ситуацией, и ее оргазм вызвал у него тоже. С некоторой неохотой Гаррек спешился и сказал: «Думаю, у нас все отлично получится. Добро пожаловать в семью, Лорен». Когда церемония завершилась, настроение резко изменилось на более светлый социальный тон, и лисицы немедленно начали обсуждать, как семья будет жить с Лорен в ней. Гаррек был счастлив видеть, что она казалась беззаботной и счастливой, чем он когда-либо мог вспомнить, когда видел ее в социальной ситуации раньше. Они начали выходить из комнаты, чтобы продолжить подготовку к семейному обеду, но Гаррек и Гольдфур сдержались. "Хорошо?" - спросил Гаррек Гольдфура, когда остальные были вне пределов слышимости. Голдфур сказал: «Мои эмпатические чувства были доведены до предела, чтобы убедиться, что я правильно ее понял. Я признаю, что на самом деле не понимаю мышления человека, который хочет полностью подчинить свою волю другому, но мои чувства скажи мне недвусмысленно, что она не только довольна ситуацией, но она также чуть не испытала оргазм на месте, когда ты надевал на нее этот ошейник. Затем мне пришлось прийти в себя, прежде чем я был захвачен твоей маленькой кульминацией. Гаррек, любовь моя, ты наверняка попадешь в некоторые странные ситуации, но, по крайней мере, я могу сказать с уверенностью, что ты, кажется, поступаешь правильно с твоей стороны, чтобы взять ее вот так ». "Спасибо, Голди. Мне нужно было выбросить это последнее мелкое сомнение из головы, потому что для сохранения моей новой психологической стабильности я буду нуждаться в ней, вероятно, всю оставшуюся жизнь. Как сказала мне Сарша, лекарства от последствий нет. дикого спаривания, но может быть корректировка, чтобы найти хороший баланс, чтобы жить нормальной жизнью. Гольдфур засмеялся. «В тебе нет ничего нормального, дорогая. Это одна из причин, почему я люблю тебя». Гаррек ухмыльнулся. "Пойдем, присоединимся к нашей сумасшедшей семье, хорошо?" Семейный ужин того вечера превратился в грандиозный праздник, который запомнится с любовью на долгие годы.