I'm Sorry I Turned You Into A Girl/Прости, я превратил тебя в девушку

      Это была не его кровать. Она была слишком большой, слишком удобной и пахла совсем свежо.       Это также был не его дом, в нём не было холодно от сквозняка, и трубы не стряхивали краску со стен.       К тому же он был не один. Что-то крепко обхватило его руку, прижимая её к чему-то мягкому. Чему-то действительно мягкому и тёплому. И все же ему было определённо комфортно. Эта кровать была потрясающей.       Наруто открыл глаза и вспомнил, что всё, чем он когда-либо владел, теперь уничтожено и что теперь он живёт в доме Саске. К счастью, у Саске был большой дом, и в нём было более чем достаточно места для него и всего его «ничего». Ну… у него было полотенце и повязка ниндзя. Что заставляло его в значительной степени полагаться на Саске практически во всём.       Не то чтобы он чувствовал себя из-за этого плохо. Начнём с того, что это была её вина! Как она вообще спалила его дом, просто попытавшись что-то приготовить? Может быть, ему стоит посмотреть, не отремонтирует ли Старик для него квартиру? И заставить Саске заплатить за это. Но, вероятно, нет, Старик был скуп и, скорее всего, просто сказал бы, чтобы он продолжал жить с Саске. Что-то там об ответственности.       Он вздохнул и попытался перевернуться, но то, что держало его за руку, остановило его, ещё больше прижимая руку к мягкости. Подняв покрывало, он увидел, как Саске, обнимая его за руку, мирно спит в большой жёлтой рубашке, её стройные ножки обнажены, а грудь пытается «съесть» его руку, как бутерброд.       Наруто сделал единственное, о чём он мог думать, это закричать и размахивать руками, пока он не свалился с постели. — Что за хрень, теме? Почему ты спишь в моей кровати?       Она застонала, садясь и пристально глядя на него, протирая сонные глаза. Она выглядела так мило, что это было почти несправедливо. Вот дерьмо! Он вполне мог схватить её за грудь, когда она спала! Чёрт возьми! Почему он не подумал об этом раньше? Она по-кошачьи зевнула, сидя на кровати и поджав руки между ног. Он должен был дать ей кошачьи уши. Была ли для этого печать? — Добе, — прорычала она, пытаясь прогнать сон с лица. — Ещё слишком рано, чтобы ты был таким громким. — Почему ты спала в моей кровати? — он указал на неё пальцем, изо всех сил стараясь встать на ноги, опираясь на стену. Он был одет в одну из старых рубашек Саске, тех, которые ей больше не подходили, и боксеры. Отстойно, что у Саске не было ничего даже отдалённо оранжевого. Но халявные вещи по-прежнему были лучшими.       Саске оглядела комнату, готовая снова заснуть, если в поле её зрения появится лишняя овца. Затем её глаза расширились, а щёки начали розоветь. С шумом, похожим на то, как будто кто-то наступил на кошку, она плюхнулась обратно на кровать и завернулась в одеяло. — Не то чтобы я хотела с тобой спать, идиот! — её приглушённые крики эхом разносились от кровати. Затем последовала куча невнятного бормотания, которого он не смог понять. — Что? Саске, перестань вести себя как девчонка.       Кровать распахнулась, и Саске впилась в него сердитым взглядом, её лицо теперь было красным от гнева. Ему не следовало этого говорить. Он действительно не должен был этого говорить — Я и есть девушка, ты, засранец! — она швырнула в него подушкой с такой силой, что он опрокинулся на задницу. — И это всё твоя вина! Причина, по которой я оказалась в твоей постели, заключалась в том, что я забыла о тебе, понятно?! — Учиха закрыла рот, гнев утих, и она выглядела робкой, хотя её лице был румянец, но пристальный взгляд всё ещё напрягал. Во всяком случае, она была похожа на сердитого котёнка, который расстроен тем, что его не гладят. — Иногда, когда я иду в ванную, мне лень идти в свою спальню, и я сплю в этой комнате.       Блин, его дом сгорел дотла, и теперь он был плохим парнем. В этом не было никакого смысла! Как его жизнь превратилась в одно из тех паршивых аниме о гареме? Что дальше? Сакура переезжает, чтобы убедиться, что они ничего не сделают? Не то чтобы он собирался, или что Саске когда-нибудь позволит ему. Она всё ещё была Саске, а у него была строгая политика «не встречаться с ублюдками».       Вероятно, он до сих пор не узнал, что такое этот ублюдок, это было плохое слово, что даже Ирука рассердился на него за то, что он так называл Саске. Кроме того, было забавно называть её ублюдком. — Я думаю, всё в порядке, ты на самом деле не разбудил меня. Но, пожалуйста, не делай этого снова, — она надулась, раздражённо скрестив руки на груди. — Что бы это ни было, это мой дом, так что я могу спать в любой комнате, в какой захочу. И не имеет значение, есть ты там или нет! — Мне жаль, что я спал в твоей постели после того, как ты сжёг мой дом дотла, — сказал он с сарказмом. — Я же сказала, что это был несчастный случай, — она снова закуталась в одеяло, так что только её тёмные глаза и волосы торчали, и она пристально зыркала на него. — И что я сожалею. — Хорошо… ты можешь выйти, чтобы я мог переодеться? Кстати, спасибо за одежду, — даже если бы они были немного большими и не оранжевыми, они всё равно были лучше, чем то, во что он был тогда одет. — Да ладно, я всё равно больше не могу это носить, — Саске встала, прихватывая одеяло с собой. Она повернулась и направилась к двери, одеяло тянулось за ней, как свадебное платье. — Я сделаю яичницу, ты её съешь, верно? — Ты же не собираешься снова сжечь дом дотла, не так ли? — это был пример того, как его рот двигался до того, как его мозг смог полностью осознать, что он несёт. Он всё ещё был озабочен сиськами, отсутствием дома и сочетанием этих двух вещей в том, что у него больше нет его тайника. И не похоже, что он смог бы начать новую коллекцию здесь, в доме Саске. Даже если изображение груди Саске было более или менее выжжено на его веках в этот момент.       К счастью, подождите, о чем он снова думал? По какой-то причине Саске улыбнулся и жёстко отрезала: — Как будто я собираюсь сжечь свой собственный дом.       Он надеялся, что нет, снова быть бездомным будет отстойно. Не то чтобы это был его дом. Тем не менее, кровать была удобной.

***

      Неделя пролетела в мгновение ока.       В основном из-за тренировок, но больше потому, что жизнь с Саске на самом деле была довольно рутинной. Она готовила для него, требовала, чтобы он делал какую-нибудь работу по дому, они ели вместе, а потом ложились спать и лежали в разных кроватях. А потом он просыпался от Саске, душившей грудью его руку.       Или в сегодняшнем случае. Она прижалась своей задницей к нему, в то время как она каким-то образом оказалась в его объятиях. — Саске?       Даже если она и услышала его, то не ответила. На этот раз его разум, а точнее его подростковые гормоны, были более или менее ясны, что означало, что он не волновался из-за того, что Саске была рядом с ним в постели. Конечно, он, вероятно, вёл себя немного подло, но в этом было очень легко обвинить ужасных образцов для подражания таких как скрытый извращенец и извращённый отшельник.       Кроме того, Саске была сам виновата, что она залезла в постель к такому известному извращенцу, как он. С улыбкой, которая заставила бы его нового учителя гордиться Наруто, блондин пошевелил пальцами вверх, медленно двигаясь к своему первому реальному опыту с прикосновением к настоящей женской груди. Даже не имело значения, сказал бы потом Киба, что это не считается, потому что Саске раньше был парнем. Грудь была грудью! И это было гораздо больше, чем мог достигнуть Киба.       И снова он понятия не имел, почему это имело значение. Но так и было!       Как только он собирался схватить в охапку холмики Саске, она развернулась на кровати, и он обнаружил, что смотрит на её острый, как бритва, взгляд и кухонный нож, которым она угрожала ему на его кухне. — Если ты попытаешься прикоснуться к моей груди, я тоже сделаю тебя девушкой. Резким и болезненным способом. — Ты спишь с этим ножом? — серьёзно, откуда это взялось? — И почему ты снова в моей постели? Мы даже поменялись комнатами, чтобы этого не случилось! — не то чтобы это действительно имело значение для него, все кровати были крайне удобными и очень большими. — Это не значит, что я хочу обниматься с тобой или что-то в этом роде! — Саске покраснела. — Раньше такого никогда не случалось! Я виню тебя во всём, что ты сделал со мной, в том числе и в том, что превратил меня в девушку! — Я сказал, что мне очень жаль!       Она вздохнула и села на краю кровати, почёсывая затылок. Её волосы стали длиннее, придавая ей восхитительный вид. Они были достаточно длинными, чтобы она собрала их в хвост, и этого было достаточно, чтобы вызвать улыбку на его лице. — Я знаю, что ты пытался помочь и всё такое. Но, я имею в виду, ты же знаешь. Эти вещи… — Должны ли мы спросить у Сакуры советы о том, как быть девушкой? — Саске одарила его таким сухим взглядом, что она могла бы легко превратить океан в пустыню. — Верно, она всё ещё в коме, — Узумаки вздохнул, им действительно стоит навестить её, но это может усугубить ситуацию. Кроме того, автору не нужен гигантский набор персонажей, подобный тому, что произошло с той историей, где его мать была запечатана внутри Орочимару. Или что-то в этом роде. Подождите-ка, что?!       Тряхнув головой и освобождаясь от мыслей о параллельной вселенной, Наруто сел рядом с Саске, одаривая её широкой улыбкой. — Умм, раз уж ты всё время оказываешься в моей постели, мы могли бы просто начать делить кровать.       Саске покраснела. Это не просто какой-то красный, он был такого же алого цвета, когда она использовала своё додзюцу. И снова она сделала то же самое, прикрыв рот руками, но он видел, как на её лице появилась едва заметная улыбка. Её глаза были рассеянно устремлены куда-то вдаль. Это было едва видимое движение, лёгкий кивок. — Хорошо. — Что? Серьёзно? Я как бы пошутил, — даже если было приятно просыпаться утром, когда кто-то обнимает его, это всё равно был большой шаг вперёд! Шаг вперёд для чего? Он понятия не имел! — Ты придурок, — пробормотала Саске, подтягивая её колени ближе, чтобы она могла уткнуться в них головой. — Большая твёрдолобая безмозглая и подлая башка! Гигантское тупое придурковатое лицо, ублюдочный монстр! — громкость её голоса продолжала расти и падать наугад, с каждым словом становясь все менее и менее связной. — Ах, Саске! Мне очень жаль! Я снова сказал какую-то глупость, но что именно не так? Ты действительно хотела спать со мной в одной постели? — конечно, Саске всегда был эмо, но это не значит, что он должен был быть таким эмоциональным! Особенно в виде девочки! — Это не значит, что я хочу спать с тобой, идиот! — она выкрикнула последнюю часть с такой яростью, с какой сравниться могла только Сакура. Теперь она плакала. Он должен был прикоснуться к ней? Обнять её? Девушки были сложными. А девочки, которые раньше были мальчиками, были ещё сложнее. — Я-я просто устала быть здесь… одна, — он едва расслышал, как она пробормотала это. — И было довольно приятно просыпаться с напоминанием о том, что это больше не так, даже если это с таким добе, как ты, может быть, поэтому я продолжала приходить сюда спать? Я не знаю.       Отлично, он снова был придурком. — Не то чтобы мне это не нравилось, я имею в виду, кому бы не понравилось просыпаться рядом с такой красивой девушкой, как ты? — она пискнула и выглянула из-за своего укрытия. — Но я имею в виду, что мне вроде как нравится жить с тобой, и я не хотел всё испортить. Так что я имею в виду, знаешь, если ты хочешь спать вместе, мне бы это тоже понравилось.       Она полностью повернула к нему голову, её большие чёрные глаза посмотрели на него взглядом, который он никогда не забудет, со слезами, выступившими в уголках. Её раскрасневшиеся щёки только подчёркивали лёгкую улыбку, появившуюся на её лице. — Добе, — её голос был подобен первому солнечному дню после грозы.