Розка и Янка: Истории

— Вставай, блин, повядшая от мороза! — громкий звонкий голос молотом ударил Розу по голове. Она лишь промычала что-то невразумительное и посильнее завернулась в одеяло. — Розка, нахрен, я тебя откипитярю сейчас, в буквальном смысле! Вставай! — одеяло сдёрнули с ног, отчего они тут же покрылись мурашками. Роза с огромным усилием разлепила глаза и увидела нависающую над ней Яну. Лицо её было грозным настолько, насколько она вообще могла его таким сделать. — Ты чё, вообще окислилась тут, нахрен? — убирая лезущие в рот короткие рыжие пряди, продолжила злиться Яна. — Сколько ты вчера выжрала? — Я… Не жрала ничего, Яночка, — снова опустила тяжелые веки Роза. — Я… Ну… — Черняжкой своей опять втихаря ширанулась? — округлила глаза Яна. — Ну чуть-чуть! — виновато закрыла лицо руками Роза. — Ну ты вообще, блин! — ахнула Яна. — Встала! Быстро! У нас поезд через три часа! На Москву! — Я не могу, хреново очень. — Хочешь, чтобы я тебя, дылду, сама поднимала? — Ты не сможешь… Я тебя килограммов на двадцать, а то и все сорок больше вешу, — прошептала Роза. — Ты меня, по ходу, недооцениваешь! В ту же секунду с Розы было сорвано и брошено на пол одеяло. Она поёжилась и свернулась калачиком. Всё тело болело, а желудок прилип к позвоночнику — видимо, вчерашняя наркота была совсем плохого качества. Когда же на её щиколотку легки холодные пальцы с ещё более холодными кольцами, Розу просто-таки прошибло дрожью. — Ян, ну не надо, — слабо попыталась она ухватиться за изголовье кровати. Та, ничего не ответив, резко дёрнула её за ногу, и, на удивление, стащила Розу сантиментов на тридцать вниз. Ещё одно такое же движение — и Роза оказалась на полу. — Не смогу? Как же! — блеснула своими ярко-синими глазищами Яна, крепко обхватила Розу за талию и рывком поставила её на ноги. От столько неожиданного подъёма у Розы перед глазами всё закружилось, словно в бешеной карусели, и она, схватившись за голову, присела на край кровати. — Роз, ну ты чего, блин? — больше не со злобой, а с какой-то обидой сказала Яна. — Да вообще коллапс, — прошипела Роза, массируя виски. — Так, ладно, — будто сама себе сказала Яна и унеслась на кухню. Через пару минут перед носом Розы возник стакан тёплой воды, пачка угольных таблеток и цитрамона. Она выдавила себе на ладонь все десять таблеток угля, а когда принялась делать то же с цитрамоном, Яна, ахнув, перехватила её руку: — Ты чего, блин, творишь? А ну, дай сюда. Не в силах сопротивляться или парировать, Роза заглотила все нужные медикаменты, запила их показавшейся ей невероятно тошнотворной водой, и захотела было завалиться обратно на кровать, но Яна вовремя её остановила: — Куда? В ванную давай! Положив её руку себе на плечо, так чтобы она могла опереться, Яна провела Розу в санузел и указала ей на раковину: — Голову подставляй. — Ты… Хочешь… — Да, отрезвеешь вмиг, я тебе кричу. Давай, блин, заодно волосы помоешь, — усмехнулась Яна. Делать было нечего — Роза, изогнувшись буквой «зю», подлезла под низкий кран и, когда ей на темечко полилась холоднющая вода, чуть не захлебнулась от шока. Яна аккуратно погладила её по спине, а потом накинула на плечи полотенце. Вытащив, наконец, Розу из-под воды, Яна коснулась её щеки и улыбнулась: — Лучше? — Лучше, — стуча зубами, и дрожащими руками убирая от лица намокшие волосы, закивала Роза. Это и вправду было так — конечно, оказаться под ледяной водой было не шибко приятно, но разум у неё сразу прояснился. — Теперь тебе надо поплотнее поесть, и совсем хорошо будет. — Я не хочу… До сих пор тошно, — не в силах долго находиться в строго вертикальном положении, Роза привалилась к стене. — Ну, ничего, будешь, блин, знать, как черняги по венам гонять, дорогая! — хлопнула её по плечу Яна. — Пошли на кухню. Продолжая дрожать, Роза под строгим надзором Яны всё же смогла запихать в себя три бутерброда с колбасой и сыром и чашку чёрного чая, по количеству сахара напоминающего сироп. После этого Яна высушила ей волосы, заплела косу и помогла одеться. — А теперь посидим на дорожку! — подобрела и развеселилась, наконец, Яна. Роза послушно плюхнулась на пол рядом с барабанной установкой и задала всё утро не дававший ей покоя вопрос: — А зачем нам в Москву? — Разгонять тоску, нахрен, — опустила тёмные линзы очков Яна. — Переговоры со спонсорами, блин, ты чего, не помнишь уже нихрена? Ну, ты вообще, конечно, подруга. Ещё раз такая хрень повторится — поедешь у меня в больницу, а не в столицу, ясно? — Ясно, — вздохнула Роза. Ей было по-настоящему стыдно. — Ты… спасибо и прости меня, хорошо? — Да ты чё разводишь тут! — коротко приобняла её Яна. — Всё в поряде, блин. А теперь погнали, а то реально опоздаем. На поезд они, однако, успели. Забежав в вагон, Роза с Яной расселись на свои места и улыбнулись друг другу. Конечно, Роза чувствовала себя и выглядела не лучшим образом — под глазами у неё залегли такие тени, что не нужна была никакая косметика, да и подтрясывало её ещё знатно, но она была безмерно благодарна Яне. Та с лёгкостью могла бы не бороться с ней и её отходняком, а оставить её валяться дома, но она, как истинная подруга и компаньонша, позаботилась о том, чтобы Роза поехала на важные переговоры с ней и даже чувствовала себя относительно неплохо. — Что бы я без тебя делала, — озвучила свои мысли Роза. — Не знаю, честно, блин, — рассмеялась Яна. — Люблю тебя, — шёпотом добавила Роза. — А вот это уже знаю, — подмигнула ей Яна, и они, переплетя пальцы, повернулись к окну, за которым медленно проплывали леса и болота близ Катамарановска…