Клыки, когти и шрамы от них

- Я не думаю, что это этически правильно, - осторожно заметил Намджун, садясь рядом с Хосоком. Тот развалился на диване, озвучив свою необычную просьбу, и выжидающе следил за другом. - Чисто технически, я не труп. Я не разлагаюсь, не воняю, и все такое, - Хосок ожидаемо надулся, посмотрев на свои серые коготки. - Но твои физиологические процессы замедлены или отсутствуют. Я не думаю, что ты способен чувствовать возбуждение. - И ты даже не хочешь попробовать? Побаловать своего друга и помощника? – Хосок устремил взгляд на Намджуна, и если бы у него были зрачки или радужки, то щенячий взгляд получился бы более убедительным. – Ну или хотя бы эксперимента ради. Намджун тяжело вздохнул, он понимал, что Хосока мучает любопытство и скука. Теперь, когда друг стал в самом прямом смысле, ходячим мертвецом, которому не нужно спать, свободного времени стало излишне много. После того самого случая, (Намджун не любил вспоминать, как призывал отошедшую душу в тело), прошло уже три года. Хосок свыкся и смирился с новым статусом и никогда не упрекал Намджуна за то, что удержал его. Они договорились, что привязка разрушится сразу же, как только колдун покинет этот мир, либо раньше, если Хосок сам этого захочет. Вот так мертвец стал верным спутником Намджуна, его поддержкой, опорой и далее по списку. И все бы прекрасно, не учитывая взбалмошный характер, который после возвращения даже в некоторой степени обострился. Хосок стал более открытым, более прямолинейным и это с учетом того, что до этого, он не был тихоней. - Давай попробуем. Только в спальне, ради всего святого, - пробормотал Намджун, Хосок только ехидно хохотнул в ответ, поднимаясь. Он раздевался по пути в спальню, единственную, поскольку сам проводил ночное время на кухне, с плотно закрытой дверью, чтобы не мешать колдуну. Его взгляд скользнул по себе в зеркале, и Хосок слегка поморщился, до сих пор не привык. Он и при жизни боялся всякие страшилки, а то что сам стал одним из них нисколько не помогало. Намджун скинул с себя рабочую мантию, без стеснения разглядывая друга – худощавый, с бледно-серой кожей и черными венами проступающими сквозь неё. Красиво. Нет, в самом деле, у него не было никаких особенных странных предпочтений, но Хосок даже после возвращения выглядел так, что дыхание перехватывало. - Что думаешь? – Хосок лег на кровать, бросив рядом с собой смазку. - Что ты красивый, - честно ответил Намджун, но тот только сделал движение, будто бы глаза закатил. – С чего мне начать? - Просто смажь меня, боли я все равно не чувствую, - Хосок улыбнулся, его заостренные зубы опасно сверкнули. Если не знать, что ему не требуется еда, можно было бы испугаться. Все же Хосок сейчас почти полностью держится на магии Намджуна, точнее на привязке, которая подпитывается из разных внешних источников. Он раздвинул ноги, и Намджун утянул одну из подушек, подкладывая под небольшую округлую задницу. Сняв свои джинсы, чтобы не мешали устроиться с комфортом, он аккуратно вставил два влажных пальца в анус, не встречая сопротивления. Хосок был прохладным внутри, мягким, податливым и это ощущалось очень странно. - Как тебе? - Он взглянул на Хосока, по сложному лицу которого тоже было не понять, что он там ощущает. - Хм… интересно. - Ты ничего не чувствуешь, - догадался Намджун, усмехнувшись и поглаживая средним пальцем простату. - Я бы так не сказал… мне приятно, но не в физическом смысле, - туманно отозвался Хосок, его живот двигался, будто бы он сейчас глубоко дышал. - Звучит, как наебалово, но ладно, - миролюбиво согласился Намджун, раздвинув податливую плоть пальцами и заливая в отверстие смазку. – Ты хочешь, чтобы я воспользовался твоей задницей, будто натягивая резиновую куколку? - Эй! – Хосок лениво провел когтем по своему черному соску и томно прикрыл глаза. – Секс это про чувства тоже. Я могу грустить, могу веселиться, могу любить, значит, могу наслаждаться происходящим. Да и тебя разве не заводит, что ты можешь делать с этим телом что угодно, и это не убьет меня? Даже маленького дискомфорта не доставит. Хотел бы Намджун ответить отрицательно, но влажное пятно на его белье говорило само за себя. - В этом что-то есть, - он почувствовал, как его щеки загорелись, и опустил голову. Вынув пальцы из Хосока, он стащил с себя белье и притерся к отверстию, прикусывая губу. - Давай, - приободрил его Хосок, изящно приподнимая бедра, и Намджун сглотнул, проталкивая член внутрь. Стенки обхватывали его нежно, и влажная прохлада сбивала с толку, он застонал, сразу набирая удобный для себя темп. Хосок наблюдал за ним, медленно поглаживая мягкий член, лежащий на животе, будто бы и правда ощущая что-то больше, чем моральное удовлетворение от выполнения своей хотелки. - Во мне хорошо? – у него даже голос не сбивался, хотя частые шлепки о его бедра, говорили сами за себя. - Да… необычно… но мне нравится, - Намджун опустил голову ему на плечо, по-хозяйски хватая за талию и потянув на себя. - Я тут подумал… - веки Хосока затрепетали. Намджун скучал по его глазам, теплым, с янтарными прожилками. – По сути, если меня немножко растянуть, то ты можешь вставить внутрь кулак и подрочить прямо во мне… - Хосок!.. – судорожно ахнув, Намджун напряженно зажмурился. - Горячо, правда? Используй меня, Намджуни, мне это нравится… Сперма разлилась внутри, принося далекие отголоски тепла, и Хосок довольно замычал. Забавненько.