Тёплое сердце с одиночеством внутри.

      Без лишних уточняющих вопросов Камукура двинулся следом за Цумики. Комаэда последний раз бросил взгляд на комнату-склад, из которой они выходили, и, аналогично действиям хозяина, направился в сторону двух удаляющихся фигур. Микан казалась напряжённой под прямым взором двух мужчин, но не сказала ни слова, идя прямо и трогая свои руки, нервничала.       Ничего сверхъестественного их не ожидало. Они направились в подвал больницы, где было множество кабинетов. Свет тут был слабым, мрачновато. Абсолютная медсестра шла уверенно, конечно, она знала куда их ведёт. Нагито редко бывал в таких местах, его лечение в детстве не требовало процедур на цокольных этажах и ниже, исключением из правил были только землетрясения, которые в Японии являлись обычной практикой, но в центре Токио их сила и количество были маленькими, что не позволяло юному счастливчику изучить внутренности больницы полностью. Тут, кажется, атаки отчаянных почти не отразились, хотя подземные места всегда пользовались популярностью не только для временного место размещения единиц создателей хаоса, но и для мирных жителей, которые успели спастись от лап сумашедших и сбежать в более безопасное место, куда почти ничего не проникает. Постоянно жить так – мука, но для выживших выбора не оставалось. Отсутствие жизни здесь вводило в заблуждение. Слуга приблизился к Изуру и спросил: — Камукура-сама, тебя не смущает давящая тишина здесь? – спросил он настолько тихо, что не слышал собственного голоса, это было сделано специально, чтобы услышал вопрос только тот, к кому обращались.       Абсолютный услышал и даже глазом не повёл. Ответил в мыслях: «Если бы меня смущало, я бы не шёл за ней. И глупо задавать этот вопрос мне. Я не такой как ты, Комаэда, я не слабак, я умею анализировать ситуации за несколько миллисекунд. Даже если бы тут была опасность, я бы заметил её сразу же и спас бы… тебя..? Почему я об этом думаю? Сосредоточься.» — Ясно… – сказал Комаэда, словно действительно услышал ожидаемый ответ, естественно, не весь.       Последнее слово сероглазого не ускользнуло от ушей Микан, она остановилась и повернулась, с недоумением глядя на него. До этого она слышала какой-то шёпот, но он был настолько незначительным, что она даже не попыталась уловить суть. Пару секунд осмотра Нагито, он лишь в знак сдачи поднял руки, и они продолжили свой путь. Вся их встреча казалась бредом, каждый из них это понимал. Нелепость превратилась в совместный испанский стыд. Это последнее, что могло волновать Изуру, сейчас было главное другое. — Здесь, – сказала Цумики и толкнула дверь.       Операционная, в которую они зашли после девушки, имела всё то же самое, что и любая другая. Она включила свет. Когда она повернулась в сторону, Камукура уже стоял у небольшого столика, накрытого непрозрачной плёнкой. Он молча смотрел на неё, ожидая действий. Фиолетоволосая лишь фыркнула и приблизилась туда же, доставая небольшую карту. Все трое подошли к массивному операционному столу, на который Микан положила и разгладила карту Японского архипелага. На ней можно было сразу увидеть красные отметины в некоторых областях, в основном, знаки располагались кучно в одном месте, их направление не было разбросанным, оно шло неровной алой линией. Первое, что решил спросить Нагито, чего точно не спросит Изуру: — Это… кровью сделано? Странная экономия маркеров. — Смысл тратить то, что может пригодиться в будущем? — М… Будто бы запасы крови для возможного переливания были бы куда полезнее, чем маркеры, которые в любом случае засохнут, если их не использовать, – пожал плечами Слуга.       Цумики с удивлением посмотрела на Комаэду, но быстро отбросила даже мысли об этом. — В этом мире нельзя надеяться. Да и мало людей со здоровой кровью осталось.       На этом их короткий бессмысленный диалог был закончен, теперь пришло время для более логичного разговора, ради чего они собрались конкретно здесь. Объяснения медсестры не заставили себя ждать. Она отступила на полшага назад и начала: — Думаю, Камукура-сан, ты уже догадался, что это означает, не так ли? — Да. Мне нужны твои слова. — Ясно, – вздохнула Микан и продолжила, – Тогда говорю, метки – места сбора медикаментов с больниц. Где отмечено – там собрано. Мы двигаемся постепенно и собираем всё сначала в какой-нибудь комнате госпиталя, а затем в одном месте, – она проводит пальцем по линии и оставляет на одной точке, – В Токио. Здесь хранятся основные запасы со всей Японии, до куда мы смогли добраться. — Больницы как ключевые центры? Не собираете с аптек? Время? – задумчиво спросил Изуру. — Э… Да. Нет. Да нет? В общем, времени то у нас много, мы не лечим каждый подбитый скот, не наше дело. Аптеки и прочие медицинские учреждения имеют то, чего в больницах можно не обнаружить, если это «что-то» нам необходимо, то, безусловно, мы осматриваем и их. Хотя там больше всего обворовано и разбито, выглядит жалко. — Понятно. Говоришь, что не одна этим занимаешься. Отчаянные в этом не заинтересованы, коллективная работа по сбору медикаментов не их сфера. С кем ты работаешь? Почему доверяешь им?       Цумики слегка прищурила взгляд, глядя на Камукуру. — Имеет значение? — Для нас… – он посмотрел на Комаэду, – Нет. Но вот для тебя это может быть проблематично, не думаешь? — В плане? — Набор очередного «сброда» в свои ряды не даёт тебе безопасности. — Ты меня пугаешь этим? Они – не просто люди, а члены Абсолютных, чтобы называть их сбродом. Они… профессионалы в своей сфере. Я набираю их не как глупый скот, а тех, кто сдержит тайну нашего сообщества, и в ком я точно уверена. Если они готовы на риски и служить делу богоподобной Эношимы Джунко, то в чём проблема? — Легкомысленно. Где они сейчас?       Микан показала пальцем приблизительную область их местонахождения. Все в одной префектуре. Передвигаются кучками и обследуют больницы на наличие нужного оснащения, а затем собираются в столице, чтобы сохранить припасы, и всё ради продолжения отчаяния обычного народа? Да-да. Доспускаем такой вариант. Но, кажется, она совсем не думает о том, что они могут быть засланными крысами, которые сотрудничают с Фондом Будущего и передавать им награбленное, маловероятно, что они перепроверяют запасы, после их складирования. Ладно, дура, к чёрту. Изуру вновь задаёт вопрос: — Где средство передвижения? — Явно не здесь, как вы могли заметить, – подтвердила она отсутствие машины в пределах здания, – Приедут за мной. Было бы очень интересно посмотреть вам, как одна хрупкая девушка таскает целый инвентарь медицинских предметов в авто, а затем в одиночку едет в Токио, ведя транспорт одной рукой и не имея водительских прав? Я не Абсолютная... надежда, чтобы делать всё сразу.       Её слова были разумны, поэтому Камукура с ней спорить по этому поводу не стал. В этот раз начал говорить Комаэда: — И ты не боишься? Ну, что они тебя бросят.       Медсестра тихо усмехается, обнимая себя за плечи, и с фанатическим блеском в глазах произносит: — Они не посмеют. А если посмеют... дух Эношимы Джунко покарает негодников, кто пошёл против последователей отчаяния... Их будет ждать такой ужас, о котором они боятся подумать! — Звучишь как Танака... кстати о нём...       Нагито посмотрел на Изуру, тот в свою очередь коротко кивнул и полностью повернулся к Микан. — С ним произошла одна ситуация... — Сакакура Джузо. Мы ничего не знаем, что произошло в их схватке, но ясно одно: кто-то из них ранен, вероятно, Танака Гандам. Лидер дивизии Фонда Будущего, имеющий абсолютный талант, прямо связанный с битвами, будет безусловно сильнее Абсолютного животновода, особенно один на один. — Так... и чего вы от меня хотите? – Цумики положила руку на бедро. — Эта ситуация произошла до того, как мы встретились с Пекоямой Пеко. Если рассказывать короче, у нас в планах вновь объединить всех отчаянных вместе и противостоять Фонду Будущего, поэтому мы здесь, – договорил Камукура, – как бы от меня это дико не звучало.       Комаэда мягко улыбнулся, видя его неловкость от произнесённых слов, и решил не заставлять его говорить то, что не хочет его возлюбленный. Он перехватил инициативу на себя. Соответственно, внимание сфокусировалось на нём. — Если мы будет работать коллективно, как раньше, мы добьёмся огромных результатов. Мы обязаны вернуть нашу дружбу, не просто сотрудничество, а именно дружбу, которая придёт со временем. Цумики-тян, твоя помощь безумно важна для отчаянных, забота о нас всех от твоих рук не пройдёт зря! Поверь, я тоже был не самой интересной личностью, чтобы ко мне тянулись люди, ты похожа на меня, но это не делает тебя плохой! Я всегда был идиотом, хах, а ты… ты наша надежда на светлое будущее в команде отчаяния! Как иронично, не считаешь? К тебе потянутся другие, не потому, что ты полезна, а потому, что ты интересна! Надо просто правильно себя подать. Тебя обязательно заметят как личность, просто… нужно вновь собраться всем вместе. Мы будем полезны друг другу. Сейчас наша цель спасти Гандама Танаку! Сделать мы это можем совместно. Так, ты с нами? – он с надеждой протянул руку перед ней, понимающая улыбка тронула его губы.       Микан взвесила все «за» и «против» и готова была взять ладонь Нагито в свою, как вдруг заговорил Изуру, расстояние между ними оставалось пару сантиметров, и она замерла, повернув голову к нему. — Комаэда, ты забыл упомянуть, что такая ситуация случилась не только с Танакой, но и с Хиёко Сайондзи и Ибуки Миодой. Они тоже «пропали с наших радаров», как сказала Пекояма.       Казалось, Камукура знал как отреагирует Абсолютная медсестра, и специально подбросил масла в огонь. Так и случилось. Она отпрыгнула, взгляд резко стал недовольным, мимика отражала всё отвращение к одной конкретной фигуре. Слуга удивленно повернулся к ней. — Это правда? Эту мелкую пизду наконец-то поймали? Её убили? Да? О, святая Эношима-сама, спасибо! – обратилась она словно к божеству. — Нет-нет! Никого не убили… наверное. Но смерть своего друга это совсем не то, чему нужно радоваться! Тем более, как мы предполагаем, Фонд Будущего не убивает отчаянных. — Комаэда! Ты понимаешь, что говоришь?! Эта мразотная мышь обязана была умереть, какую пользу она даст Фонду своими… жалкими танцульками? Её должна настигнуть карма!       Пару секунд молчания и возбуждённой дрожи Микан, она решила продолжить, не только же Хиёко брать во внимание. — Вот Миоду очень жаль, она оказалась рядом с ней? Никому не пожелаю…       Нагито перевёл недовольный взгляд на Изуру, он был возмущён тем, что тот словно на зло ему перевернул ситуацию с ног на голову. Тот на него даже не смотрел, алые глаза незаинтересованно взирали на девушку. — Так… Цумики-тян, раз такая ситуация коснулась одной из доброжелательных к тебе людей, то, может быть, ты хотела бы помочь ей и Танаке? Твоя помощь не останется без ответа, я тебе обещаю!       Микан громко и довольно засмеялась. — Конечно, я согласна! Я – Абсолютная медсестра, спасение «коллег» является моей обязанностью, поэтому бросить их в беде не могу, – сказала она деловито, – А ещё я безумно хочу увидеть расчленённый труп ничтожной жёлтой блохи своими глазами. Да пусть будет так! С чего начнём?       Комаэда стоял в шоке, Камукура получил от неё ожидаемую реакцию. — Она конченная… – прошептал Нагито. — «Ты похожа на меня», – процитировал слова счастливчика Изуру.