Зефир

— Быстрее, он уже идет! — шепчет Юй Бинь, передавая торт Ибо, — Все готовы? — Ты спросил уже сто раз, успокойся, — шипит Мэн Цзыи и перехватывает хлопушку поудобнее. Дверь со скрипом открывается, впуская сначала смеющегося Хайкуаня, отчего звериная доля разноцветных конфетти летит в лицо именно ему, а уже потом — виновника торжества Сяо Чжаня. Тот сначала удивленно замирает, а потом расплывается в широкой улыбке, утопая в многоголосом «С днем рождения!» Сяо Чжань продолжает все с той же улыбкой кивать коллегам в ответ на теплые пожелания, но в глубине его глаз таится капелька разочарования, потому что… — Цзи Ли, дай новую зажигалку, эта не работает! — Ибо не может поджечь свечу на именинном торте и торжественно выйти из-за скрывающей его ширмы. Когда Ибо наконец подносит торт к Сяо Чжаню со словами: — Сперва загадай желание, Чжань-гэ, — тот смотрит прямо в глаза Ибо и задувает свечу не глядя. Торт едва не летит вниз, но именинник вовремя подхватывает его, почти переплетая пальцы с Ибо. Парни так и застывают, удерживая килограммовое кондитерское изделие под понимающее хмыканье коллег. — Ну же, давайте резать торт! — кричит кто-то, на кого бы Ибо с радостью наложил заклятие молчания, если бы умел в реальной жизни. В реальной жизни ему приходится аккуратно высвободить пальцы из хватки Сяо Чжаня и передать ему заранее подготовленные нож и бумажные тарелки. Чжань-гэ благодарно улыбается, позволяя теплоте во взгляде укутать Ибо словно в мягкий свитер — такой же, как на нем самом. Или лучше, укутаться вдвоём в один большой свитер, думает Сяо Чжань и едва не отсекает себе палец вместе с бисквитом. Ничего страшного, это даже порезом назвать нельзя, но Ибо вдруг хватает его за руку и, буркнув щасвернемся, передаёт нож Сюань Лу. Девушка тут же возобновляет процесс нарезки и распределения торта, а Ибо тянет Сяо Чжаня за руку в сторону своей гримерки: — Сейчас, Чжань-гэ, у меня были пластыри где-то… — Брось, Ибо, это же просто царапина, — смеётся Сяо Чжань, но послушно заходит внутрь. — Это твой день рождения, Чжань-гэ, разве я могу позволить хоть малейшей царапине омрачить его? — Ибо натурально заговаривает зубы, успевая при этом ловко протереть порез и обернуть его пластырем, получив в ответ лёгкое шипение, — Что такое? Болит? — Ага, — Сяо Чжань очень старается держать лицо, но проваливается, потому что Ибо вдруг оказывается намного ближе, и тихий пожар разгорается на дне его зрачков: — Давай поцелую и пройдёт. Хочешь? — Хочу. И правда — проходит…