Сборник драбблов по КатсуДеку

…Абсолютное ничего. Тьма. Пустота.       И липкий страх, забирающийся во все щели сознания, разбивающийся разум сотней осколков вонзается где-то в районе груди, руки жадно ищут такое знакомое, родное, но такое далёкое сейчас тепло. Пальцы врезаются в густой воздух, рвут его на лоскуты, так и не находя желанного тепла. Пространство без низа и верха внезапно начинает сгущаться и уплотняться в одной точке, в которой через секунду появляется силуэт светловолосого мужчины.       Мужчина молчит. Его губы подрагивают, будто от шёпота, но голос растворяется в густой пустоте. Он вскидывает руку вперёд, словно желая дотянуться, но сам медленно ступает назад, в яркий свет за его спиной.       Пустота выкидывает чёрный туман, медленно образующий длинные щупальца, обвивающие ноги и руки, не дающие сделать ни шагу навстречу мужчине, с таким спокойным лицом исчезающему в ярких лучах света «Будто ангел…» - проносится в голове. Волнами накатывает паника. Тёмные щупальца душат, забираются на лицо, сдавливают руки, а Он всё исчезает.       Сильный удар заставляет содрогнуться всё бесконечное пространство, чёрные щупальца закрывают рот, мешая дышать, закрывая последнюю возможность окликнуть Его. Тяжёлая дверь захлопывается, скрывая за собой сияющий дверной проём и силуэт человека, тихо шепчущего что-то безумно важное.

***

      Изуку просыпается от резкого удара. Липкая от пота рубашка холодной тканью пристала к телу. Над головой нависает тёмный силуэт, окроплённый брызгами лунного света. Катсуки что-то говорит, но Изуку лишь наблюдает за движением его губ. Слова в голове путаются, сбиваются в комок и распадаются, змеёй ускользая от сознания.       Мужчина медленно садится, потирая лицо и прогоняя остатки сна. Он тяжело дышит и молча смотрит на обеспокоенное лицо справа от себя. – Деку, ты кричал. – Изуку наконец удаётся понять, что он говорит. На первый взгляд, спокойный, голос еле заметно подрагивает, выдавая в нём нотки волнения.       Рука Катсуки, мягко лежащая на плече, заставляла тепло медленно растекаться по телу. Бешено бьющееся сердце медленно восстанавливало свой ритм, удушающая паника отступала, но на её месте появлялась странная сдавленная боль. Это чувство росло, заполняя собой грудь, поднимаясь к горлу, ударяя в голову и наконец выливаясь наружу вместе со слезами. Вскинув руки, Изуку утыкается в плечо Катсуки, выпуская наружу всё, накопившееся внутри.       Плачут ли Про-герои?       Каждый раз, находясь на волоске о гибели, наблюдая за смертью и борьбой, каждый день превозмогая боль и слабость. Герой должен быть сильным: на поле боя, во время эвакуации людей, на камеру журналиста - герой должен быть сильным. Именно так, спасая людей, борясь с несправедливостью, герой сохраняет веру в мирную жизнь, всё геройское сообщество трудится, чтобы каждый день мирные граждане чувствовали себя в безопасности, и Символ Мира не должен казаться слабым, не должен давать и повода усомниться в этой силе. Но большая сила это большая ответственность: перед народом, врагом и самим собой. Груз этой ответственности не бывает лёгок, он давит на сознание, крошит его и, иногда, когда давление становится невыносимым, ломает.       Плачут ли Про-герои? – Наверное, всё-таки да.       Герои это скала. Герои – стена между миром и хаосом. Но каждый герой – человек, и тоже не может держаться вечно. Рано или поздно, любой человек может проявить слабость.       Стена не рухнет, если из неё вынуть один маленький камешек, но если вырвать опору – она поддастся, рассыплется по кусочкам. И каждый медийный герой знает, что если публично проявит слабость, покажет, что не может справиться, он может стать той самой опорой, которая разрушит всё геройское общество. Так уже было несколько лет назад, ещё до войны и последовавшей реформы геройского сообщества, когда каждый, кто не мог справиться с причудой, чья причуда пугала, искал спасение у героев, но не находил его. Мнения людей меняются не столь быстро, сознание масс изменить куда сложнее, чем внести поправки. Но что-то всё же поменялось.       Катсуки молча гладил волосы спящего Изуку и думал о том, о чём оба они знали всегда, но молчали. Катсуки думал о том, правилен ли тот мир, где такие люди, как Изуку, вот так плачут в плечо кому-то по ночам, вот так парят над кроватью, так же кричат с болью и страхом, так же боятся открыть глаза по утрам. Последние восемь лет, ещё со школьной скамьи, Герои Номер Один меняют этот неправильный мир, день за днём. И Изуку рвётся вперёд, стараясь исправить эти ошибки, каждый раз показывая, что за ним никому не угнаться. Раньше Катсуки боялся, что Изуку опередит его, оставит его позади. Но сейчас, когда оба они стояли на одной ступени, держались за руки, Катсуки чувствовал, на сколько иногда оба они бывают слабы, как легко разбить это хрупкое равновесие.       И Катсуки опять боялся, видя Изуку рядом с собой.       Он боялся, что тот упадет.