Записи из черного дневника

      Я только что чуть не сдох. Дерьмо… Как я не заметил, что это тварь? Благо, что я все же заметил, что эта мразь начала себя вести себя странно. Но руку все же прокусила, дрянь.       И где Путника черти носят? Мне что самому это сжигать?

***

      Путник мертв.

***

      Мне потребовалось несколько дней, чтобы во всем разобраться. Расклад не радует. Совсем не радует. Особенно, если учесть то, что эта… тварь была со мной очень долгое время.       Это надо как-то нормально записать…       Но я все еще не понимаю, как? Как этот засранец мог умереть? Он же, как выражался, «умнее и сильнее» меня, говорил, что «не сдохнет глупой смертью». Дебил. Тоже мне… Он был таким же напыщенным и самоуверенным при нашей первой встрече. По стелсу, собака, устранял. Не скажу, что не благодарен за помощь, но взбесил тогда!       Урыл бы, заразу.       После мы встречались с ним еще несколько раз. Мимоходом. Просто так получилось, что мы ехали на одни и те же происшествия. Рычали друг на друга, но работали. Делать-то было нечего, иначе бы нас сожрали, убили, растоптали или еще что…       Но он был хорошим компаньоном. Лучшим из тех, кто был до него. Во всяком случае, он мог спокойно прикрыть мне спину, когда это могло понадобиться и приехать помочь с трупом. Может из-за этого я и предложил ему партнерство… А может и…       Я думаю, он и так знал, что у меня были «нечистые» планы на него. Я действительно хотел просто воспользоваться им, если бы при зачистке их гнезда что-то пошло не так. Но... Я не знаю, как так получилось. Просто зачистили и стали колесить дальше вместе. Его машина все равно была подорвана к чертям собачьим.       И вот он помер. Сдох. Крайне тупо. Если верить моей чуйке, то он еще в мотеле умер… И как я не понял этого раньше? Но главное, как эта тварь так долго держалась, чтобы не выдать себя и не сожрать меня?       Спалилась она, к слову, так же тупо, как и сдох Путник. У нас есть Братская могила, на которую высыпают прах всех погибших охотников, ну… тух, кого еще можно похоронить. От некоторых бедняг ничего не остается.       Никто не знает точно, лежит ли кто-то в этой могиле. Да и никто уже не знает, кто решил сделать из нее Братскую могилу. По некоторым слухам, на надгробии было написано «Memento mori»*, но на сегодняшний день узнать это уже нельзя – все стерлось.       Так вот... Сидела эта мразь в коже Путника, как я позже выяснил, возле могилы и... жрало этот прах. Слизывал прям с кучи. Это блядство какое-то было, не могу другого слова подобрать. Говно, а не тварь... Я застрелил ее. Десять дробей потратил...       Что делать теперь? Не знаю… От Путника осталась только кожа… Точнее... Остатки кожи...       Хоть что-то.

***

      Только что сжег останки Путника. Развеял прах на могилы и вылил бутыль рома.       Наверное стоило сказать что-то… Но даже говорить не хотелось.       Спи спокойно, Путник… А с ними...       Я сам разберусь.

***

      Вы смотрите на запись. Прикладываете руку к последним словам и дрожите. Почему эти слова вызывают у Вас опасения?       Запись столь непонятно обрывается, что Вы не знаете, жив ли он или мертв. Вы замираете. Перелистываете на прошлые записи и вчитываетесь.       В Вас зарождается надежда.