Жизнь, проведенная с ангелом

      В тот же вечер Рафаил под неодобрительный бубнеж Азирафаэля очистил сад от колючих роз. Демонами было решено начать расчистку территории в ближайшее время, на это Начало мог лишь согласно закивать.       — Рафаил! Иди сюда! Мне нужна твоя помощь! — Кроули стоял на крыше и активно жестикулировал, подзывая к себе архангела.       — Подожди минут десять я тут закончу! — махнул рукой Рафаил, занятый установкой новой лестницы.       Азирафаэль лишь покачал головой с опаской смотря на сына. Он очень не любил, когда тот забирался на такие верхотуры.       — Азирафаэль, мне нужно с тобой поговорить, — вдруг прервал молчание Рафаил.       — О чем?       — Ну, ты вроде как отец Кроули.       — По людским законам — да. — Напрягся Азирафаэль.       — Я как бы… Я понимаю, что тебе не нравится сама мысль, что мы с Кроули близки, но…       — А-а-а! — Рафаил резко прервался и повернулся на крик.       Азирафаэль не глядя поднялся с места, чувствуя, как по спине течет холодный пот, а сознание накрывает чувство жуткого дежа вю.       Кроули балансировал на крыше, опасно кренясь в сторону.       Азирафаэль не успел моргнуть, как перед ним раскрылись огромные белые крылья, а в следующее мгновение Кроули, прильнув к несущему его на руках Рафаилу, опустился перед замершим и готовым к взлёту Началу.       — Ты же вроде ангел! Используй крылья! — нахмурился Архангел и поставил свою ношу на землю.       — Я все никак не привыкну к ним, — смущенно выдал Кроули.       — Энтони! — Азирафаэль подошел к сыну и принялся его осматривать.       — Со мной все хорошо! Не бойся! — улыбнулся Энтони, — Рафаил вовремя меня поймал. — Кроули неловко почесал затылок, — пожалуй, для меня сегодня достаточно, пойду перекушу. — Ангел кивнул своим мыслям и, немного пошатываясь, пошел в дом.       — Ну так вот. Я хочу подать заявление о единении сущностей с Кроули.       — Прости, что? — Азирафаэль широко распахнул глаза, — да как ты смеешь даже предлагать такое!       — Но я люблю его! И я уверен, он чувствует тоже самое! — удивленно всплеснул руками Рафаил, — в любом случае, это только формальность, глупый человеческий обычай — твое согласие нам не требуется. Только Её, — начал злиться архангел.       — «Любишь»?! С каких пор демоны умеют любить?!       — С тех же, что и ангелы! — рыкнул Рафаил.       — Ангелы не могут любить, только все живое одинаково!       — Да неужто! А что на счет тебя! Что ты чувствуешь к Энтони? — обличающе ткнул Начало в грудь длинный палец       — Это другое! Я просто присматриваю за ним… — неуверенно отвернулся Азирафаэль, — у нас нет не сердца не души. Такова наша природа.       — И неужто у тебя никогда не замирало, не екало что-то здесь… — теплая ладонь легла Началу на грудь, — или в животе не оседали тяжелые камни, когда с Энтони еще даже не произошло что-то плохое, но ты чуял беду. Или по твоей спине никогда не катился холодный пот?       — Это… Это невозможно… Я не могу любить!       — Это было бы очень печально. Ведь я вложил в тебя все самое лучшее, что только имел сам, — мягко улыбнулся Рафаил, — и я точно знаю, что никогда не вкладывал в тебя способность лгать. Тем более — самому себе.       — Но Гавриил…       — И слышать не хочу об этом трусливом и наглом архангеле! — Рафаил весь ощетинился и за его спиной вновь на миг появились крылья.       — Но ты ведь демон… — Азирафаэль странно посмотрел за вновь взметнувшимися белые перьями, — разве вам можно подавать прошение в Небесную Канцелярию?       — Азирафаэль… — Рафаил нахмурился, а после устало потер переносицу, — с чего ты взял, что я демон? — архангел отошел на шаг от Начала и выправил свои крылья.       Азирафаэль замер, не веря своим глазам: значит это был не обман зрения! За спиной архангела расправились ослепляющей белизны перья.       — Но как такое возможно! Я читал хроники! Ты ушел в Ад!       — Я всего лишь тихонечко спустился Вниз, — пожал плечами Рафаил. — Я уже говорил.       Азирафаэля пронзила догадка.       «Лестница… Так вот о чем там было написано!»       — Но зачем? Почему ты оставил нас?       — Мой долг помогать тем, кто нуждается, — высоко поднял голову архангел.       — Но после Битвы на Небе были сотни раненных! Им нужен был врач! — непонимающе заломил руки Азирафаэль, — ты предал своих братьев, но не пал?       — В геенне огненной горели заживо тысячи моих братьев, Азирафаэль. И было бы предательством не помочь им, — холодно ответил архангел.       Азирафаэль отвернулся. Слова наставника ударили по нему будто пощечина.       — Я бы пошел за тобой, если бы ты позвал.       — Ты сторожил сад, мне было некогда звать тебя. Да и потом, некоторые из моих учеников последовали за мной добровольно. Они и сейчас помогают падшим ангелам. Некоторые раны у многих не заживут никогда.       — Поэтому ты не поднимаешься Наверх?       — Мне там нечего делать. Особенно после того, что я услышал от Кроули и тебя — покачал головой Рафаил. — Люцифер нас не трогает, а князья наложили защиту, чтобы сохранить наше инкогнито.       — Я понимаю, — прикрыл глаза Азирафаэль.       — Ну так что скажешь, ты даешь мне разрешение на помолвку?       — А оно тебе еще требуется? — слабо улыбнулся Азирафаэль.       — Мне-то оно может и не нужно, но Кроули никогда не пойдет против тебя.       Азирафаэль печально улыбнулся.       — Разве я могу отказать тебе?       — Ты должен, если считаешь, что это неправильно, — серьезно кивнул Рафаил, — я верю тебе и знаю, что ты желаешь для Энтони только лучшего.       — Что же, совет и любовь вам, дети мои! — улыбнулся Азирафаэль.       — Спасибо! Спасибо-спасибо-спасибо! — архангел прижал Начало к себе и крепко обнял.       — Не за что, сын мой! — ухмыльнулся Азирафаэль, отпуская объятия. — Я рад, что у Энтони есть еще кто-то, кто сможет уберечь его от падения.       Рафаил слегка залился румянцем и потупил взгляд.       — Тогда я пойду готовить Кроули сюрприз. — Подпугнул Рафаил и исчез во вспышке белого света.       — Я выиграл спор!       — А вот и нет! Ты сказал, что они сблизятся за пятьсот лет. Прошло триста. Я выиграл!       — Ах ты пернатая сволочь!       — … и за это ты будешь моим личным шофёром на ближайший миллениум. Должен же кто-то возить меня из книжного домой!       — Ты решил здесь поселиться? А как же «Наверху будут недовольны»? — ухмыльнулся Змий, криво улыбаясь своему лучшему недругу.       — Я подумал, что это глупость. Нет ничего важнее, чем быть рядом со своей семьей.       — Ну наконец-то ты понял это, Азирафаэль.       — Я потратил на это слишком много времени, не правда ли дорогой? — Азирафаэль смущенно улыбнулся и крепко сжал смуглую ладонь. Змий сжал её в ответ и мягко обнял смутившегося ангела.       Азирафаэль чувствовал, как мягкое тепло окутывает всю его сущность. И теперь он точно знал, что это ничто иное, как любовь, что он пронес в своем сердце сквозь века и тысячелетия.

***

      Не стоит рассказывать о том, какая веселая получилась свадьба, как лихо отплясывал на ней Азирафаэль и как мастерски показывал фокусы с исчезновением кроликов в змеиной пасти Змий.       Все это прошло мимо Небесной канцелярии, у которой с недавних пор появилось много забот: после появления Радужного свитка с Её подписью. Радужного свитка с разрешением о единении сущностей новопризванного ангела Кроули и сгинувшего во время Великой Битвы Легендарного Архангела Рафаила.

***

      А тем временем Рафаил и Кроули сидели на крыше, тесно прижавшись друг другу.       Вокруг них летали маленькие звездочки, что с восторгом создавал с помощью мужа Энтони. Архангел лишь тихонько смеялся, уткнувшись в вихрастый затылок и направлял руки ангела.       Как же он был счастлив. И у него нет никакого желания спускаться Вниз или подниматься Наверх. Зачем, если все, что ему нужно — это счастливая улыбка ангела рядом с ним.       И, пожалуй, он это заслужил.

***

      Пока на Небесах шли ожесточенные споры, лишь старый библиотекарь качал головой: ах, если бы на Небесах были еще ангелы, что умели думать и читать важные документы! Жаль, что такой всего один. Поскорее бы он вернулся и проведал старого хранителя. Он уже ужасно соскучился. Библиотекарь тяжело вздыхал и перекладывал еще незаполненные радужные свитки, ожидая, когда ему поступит заявление о единении сущностей того маленького пернатого стража и невыносимого творца звезд.       Хранитель искренне надеялся, что это не займет у них еще одну вечность.