Незатихающая боль

— Ты собираешься скупить весь магазин? — тяжело смотрит Кэра, не веря своим глазам. Дара фыркает, не собираясь отвечать. Но потом меняет своё решение и игриво отвечает: — Вообще-то это на запас, когда мне будет очень плохо и я буду отвратительно соображать. — Я могу тебя понять. Но разве не лучше обратиться к психотерапевту или психологу? — Кэра наклоняется ещё ближе и практически прислоняется боком к плечам подруги. — У тебя явные нарушения в сознании. И хоть ты с этим борешься, иногда успешно, и выживаешь, когда хочется умереть, но до конца это всё равно не проходит и потом возвращается. В чём смысл оттягивать лечение? Дара нажимает на кнопку "заказать" и только после этого прикрывает ноутбук, откладывая его в сторону. Поворачивается к собеседнице и нервно улыбается, снова неуверенная в себе. От этого зрелища Кэре становится даже тошно: её подруга хоть и искренна, и открыта, но вся её боль и борьба не просачиваются наружу полностью. Только такие моменты, как заказ лекарств в аптеке, может сказать о том, сколько терпит девушка, никак не побеждающая свою непонятную ментальную болезнь. Маленькая, наивная, подозрительная, но желающая доверять и видеть в людях хорошее, хрупкая и эмоциональная — лучший человек, который только может быть в жизни Кэры, да и любого другого. Она преданный друг. А ещё она одинока, по многим обстоятельствам не заведшая много друзей, которые могли бы быть у этой солнечной девушки. — Я... Не знаю... Для меня это очень тяжело. Я боюсь того, что походы к ним мне не помогут. Уже два психолога мне не помогли, а только ухудшили состояние. Я, правда, думала про психотерапевта, но не совсем уверена, — Дара с каждым словом волнительно посмеивалась и её улыбка напоминала лихорадочную, совсем незаметную, но маску. Кэра мягко положила ладони на спину подруги. Поддержка, особенно молчаливая, никогда не помешает. — Я никогда не смогу убедить других, что со мной что-то не так. Большинство верит в то, что я просто ленива, дурью маюсь и истеричка, — в уголках глаз у Дары собираются слёзы. Её ненормальная эмоциональность снова себя проявляет. Любые обидные слова, даже незначительные, бьют наотмашь, вызывая предательские слёзы. — Я тебе верю, — говорит Кэра, ничуть не кривя душой. Она-то видит, что происходит. Она понимает то, на что не хотят обращать внимание семья Дары. Тяжесть на душе и какая-то непонятная детская травма мешают Даре нормально жить, спокойно дышать каждый день, не окунаюсь в глубины отчаяния и дикой паники. Дара прислоняется, практически падая в объятия, к подруге. Слёзы обильно текут, вот уже нос покраснел, губы подёргиваются. Начало тихой истерики... Дара не может вымолвить ни слова, зная как горестно и некрасиво будет звучать голос, да и голова отказывается соображать. — Я тебе всегда помогу, — нежно шепчет Кэра, а потом добавляет, улыбаясь. — Заказывай свои лекарства. Даже если их много, это же хорошо. А шоппинг никому не мешал жить. Сквозь подёргивания губ Дары расцветает маленькая, робкая улыбка, и Кэра чувствует, как на сердце при этом опускается покой. Её подруга – самый прекрасный человек, может и с недостатками, но у кого их нет...