Разбитый витраж

      Нью-Йорк никогда не засыпает. Днем по нему носятся клерки, школьники, мамочки с детьми. Ночью молодежь и не только толпится у клубов, парочки гуляют по улицам и сидят в кафешках, а в темных подворотнях можно наткнуться на менее приятные элементы.       Сумка оттягивала руки. Гретхен тихо ругалась. На всех. На босса, пославшего ее в эту тьмутаракань одну, на синьора Гринд, который и не думал выполнять свои обязательства, на подпольный аукцион, который выставлял не проверенный лот и отдельно на Девятого Вонголу, которому позарез понадобились рога. Да, рога. Оленьи рога, выполненные из золота. ─ И зачем ему эти рога? – бурчала себе под нос девушка, ─ Чтобы всем в очередной раз показать, какой он козел? Тогда форма должна быть другой… ─ Девушка, ─ раздалось сбоку от Гретхен, ─ А что вы делаете одна? Да еще в таком месте? Не боитесь?       Голос был нахальный, от говорящего тянуло алкоголем. Разговаривать с этим не было никакого желания. Гретхен фыркнула, продолжая идти. ─ Эй! Зайка! Не игнорируй меня! Мы могли бы…─ парень подошел ближе и фамильярно закинул руку на плечо девушке. ─ Отстань, а? ─ брезгливо поморщившись, произнесла Маргарита, стряхивая наглую конечность. ─ Не будь такой холодной, киса. Мы знатно развлечемся! ─ Ого! Джон, ты подцепил такую милашку! ─ послышалось впереди.       Гретхен всмотрелась в переулок. Навстречу ей шло еще трое парней. И все под градусом. Но хуже всего то, что парни были гражданскими.       Будь они мафиози, проблемы бы не возникло. Разборки между семьями. Что может быть прозаичнее. Но гражданские… Омертой запрещено втягивать их в подпольные дела. Фактически, она не может применить почти ничего из своего арсенала. Если, конечно же, не хочет загреметь в Вендикаре.       Гретхен поморщилась. Слухи о мафиозной тюрьме ходили самые разнообразные. Один тот факт, что ее глава не меняется уже больше 400 лет, навевает определенные мысли. Но думать сейчас об этом несвоевременно.       Ситуация патовая. Она не может применить силы, если не хочет загреметь за решетку. Она должна применить что-то, потому что противников четверо и к голосу разума они не прислушаются.       Чужое присутствие в черепной коробке радости не прибавило. ─ Только тебя не хватало для полного счастья! ─ зашипела она, обращаясь к Мукуро.       В ответ она услышала смех. И снаружи, и изнутри. ─ Эй, красавица! Мы знали, что ты оценишь нашу кампанию! Ну же, не ломайся. Пойдем! ─ первый пытался потянуть Гретхен вперед, поближе к остальным. ─ Неприятности? ─ и, не дожидаясь ответа, продолжил, ─ Я сегодня добрый. Так что помогу.       А потом по телу пошла Боль. Все внутри выворачивало от чужого агрессивного пламени. Жидкий огонь тек по венам, сосудам, забирался в каждую клеточку, прорывался сквозь кожу. Девушка закричала, схватившись за голову. Из глаз брызнули слезы. Но боль вскоре начала уходить. Когда голова ее перестала кружиться, Маргарита смогла осмотреться. Неприятных парней больше рядом не было, голос из головы тоже пропал. Пропал вместе с рогами. ─ Хреново, ─ констатировала Гретхен, ─ и где мне теперь искать это порождение чужого маразма?