Hustlers

Я: хэй Светофор: Привет, малыш ;* Чонгук моргнул, сжимая губы и чувствуя, как щеки слегка покраснели. Честно говоря, он не был тем человеком, который любит ласковые прозвища. Впрочем, парень сделал бы исключение, поскольку понимал, что пойдет на уступки во многом ради Тэхена. Я: нормально добрался до дома? Светофор: Боже, мам, я уже взрослый, не надо со мной нянчиться >:( Светофор: А ты? Гук фыркнул и закатил глаза, хотя рядом никого не было. Я: ты такой… -.- Я: вздыхаю, во всяком случае, я дома в целости и сохранности Светофор: Скучаю по тебе </3 Я: остановись Светофор: Никогда Я: не будь приставучей девчонкой или иначе ты никогда меня больше не увидишь Светофор: У-у, ты такой агрессивный, мне нравится это ;) Я: я не верю тебе Светофор: Я тоже Светофор: Типа посмотри на меня, я же настоящий подарок Светофор: Я слишком хорош, чтобы быть реальным Я: … хорошо, отдаю тебе в этом должное Светофор: Ты мой парень Сердце Чонгука пропустило десять тысяч ударов из-за такого простого сообщение, отчего парень невольно улыбнулся, хотя почувствовал себя немного озадаченным этим неожиданным заявлением. Я: … да? Я: …? Светофор: Ничего, я просто хотел сказать это :) Парень уронил телефон, чтобы затем закрыть лицо руками, уставившись в экран, словно интенсивность его взгляда каким-то образом передавалась через кибепространство и доставлялась этому ужасному человеку на другой стороне. Он не мог подавить улыбку, как бы ни старался, и после сдался, отправляя ответ, когда сердце затрепетало где-то в горле. Я: ты такой сентиментальный Я: такой сладкий, что меня словно облили сахарной глазурью Светофор: Но я милый, а тебе это нравится Гук замер. Ну, Тэхен был прав. Я: конечно Я: в любом случае, ты же знаешь Чимина, верно? он мой лучший друг и сказал мне сегодня, что является тоже твоим другом Я: разве это не странно Сообщения Тэхена в этот раз приходили гораздо медленнее, чем обычно, как будто тот решал, что сказать, или печатал, потом удалял, снова печатал и снова удалял, отчего Чонгук ощутил явную вспышку беспокойства. Светофор: Что???? Ни за что!! Светофор: Это то, что ты ждал услышать от меня :Р Светофор: Это довольно маленький мир, милый Чонгук-и, привыкай к нему Светофор: Чимин иногда рассказывал мне о своем «милом друге». Я предполагаю, что это был ты Я: … что за хрень? зачем это Чимину? Я: он сказал, что в последнее время вы редко виделись Я: он казался немного странным, когда я сказал, что у тебя ярко-оранжевые волосы Светофор: Ах, да ладно, ему стоило ожидать подобного от меня Последовала небольшая пауза. Светофор: И да, я его почти не видел с тех пор, как он перестал приходить в казино Светофор: Я не думаю, что ему зашло до глубины души Светофор: Жаль, конечно, но теперь у меня появился новый приятель по игре в карты =} Я: ты собираешься завтра в bighit? Светофор: Ага Светофор: Я почти живу там Я: тогда увидимся завтра :) Я: мой отец внезапно вернулся домой Чонгук остановился, обдумывая, стоит ли говорить о том напряжении, что образовалось в столовой. Судя по выражению лица Чимина, это была бы, кажется, деликатная тема, потому, возможно, было бы неуместно обсуждать ее с кем-то другим. Ему нужно было докопаться до сути, парень гудел от любопытства и смутного, трепетного ощущения предчувствия и опасения. Я: он был довольно зол, поэтому мне следует пойти посмотреть, что произошло Светофор: Твой страшный отец, который генеральный директор и который уехал в Америку примерно два месяца назад??:о Гук почувствовал, как у него екнуло сердце, а глаза медленно расширились. Тэхен тоже знает? Каким образом? Я: … откуда ты знаешь, что он был в америке? Светофор: ?? Ты же сам рассказывал о своем отце в кафе, помнишь? Ты сказал, что он будет в Америке около полугода из-за какой-то деловой поездки Чонгук моргнул, чувствуя, как головокружение пробегает по его мозгу, когда парень снова позволил себе дышать. Действительно. Он становится параноиком. Откуда Тэхен мог знать о его отце? Они даже никогда не виделись. Я: точно Я: да, так и есть Я: думаю Светофор: ЛОЛ сколько у тебя отцов Я: ывадлыоад заткнись Я: ладно, пока Светофор: Сладких снов Чон практически увидел ухмылку на другой стороне их разговора и встрепенулся, решив отложить телефон в сторону, чтобы у него не было соблазна вернуться к переписке с Тэхеном на всю ночь.

***

Чимин проверил время на своем телефоне. 20:23. Интересно, Юнги все еще в казино или уже вернулся в свою квартиру? Сегодня был вечер пятницы, так что, скорее всего, старший был на работе. Пак может написать ему и узнать, где он, но, скорее всего, Мин скажет ему не приходить. Парень невесело улыбнулся. Если он все равно придет к нему, то старший не сможет попросить его уйти, поскольку будет поздно. Чимин тоже был частью казино. Он брал такси, чтобы добраться до Чонгука, и теперь мог снова вызвать его и поехать в BigHit… Но у него не было желания быть там в кратчайшие сроки. Пак решил оттянуть неизбежное, медленно прогуливаясь по знакомым пейзажам оживленного ночного Сеула, по улицам, ярким как день, залитым пронзительным светом уличных фонарей, мимо возвышающихся и внушительных зданий, освещение в которых работало без отдыха. Рев нескончаемого дорожного движения служил ночной музыкой на фоне, маскируя незначительные, бессмысленные звуки, такие как усталые шаги человека или тихий вздох, пока свежий прохладный воздух кусал бесцельно блуждающих прохожих, таких как Чимин. Он втянул холодный воздух сквозь щели между сжатыми зубами, ощущая на языке запах выхлопных газов и едкую горечь листьев. Что если Юнги разозлится на него за то, что парень облажался? Или, что еще хуже, разочаруется в нем? Будет ли старший недоволен, если ему придется прикрывать его? Чим покачал головой. У него было достаточно времени подумать об этом после того, как он позже опишет ситуацию Мину. Теперь, когда с началом новой фазы его роль больше не была так уж важна, возможно, это ни на что не повлияет. Однако, что еще важнее, у него была еще одна мысль, не дающая покоя. Почему мистер Чон вернулся так быстро? Разве он не должен был быть в Америке до конца года? Что-то произошло? Зачем он вернулся? Это были вопросы, решение которых было необходимо найти как можно скорее. Может быть, это все вообще ничего не значит, а мистер Чон просто завершил свои дела в штатах на четыре месяца раньше, чем ожидалось. В любом случае, Чимину придется разобраться с этим. Подозрительное, совершенно растерянное и настороженное выражение лица Чонгука промелькнуло в его голове, заставляя парня вздрогнуть и испустить вздох. «Прости, Чонгук», ― подумал Пак с кривой усмешкой, ― «Твой отец очень занятой человек». Разблокировав телефон, Чим открыл список контактов. Когда ему удалось найти номер Чонгука, парень заблокировал его.

***

Его отец уехал в командировку снова всего через несколько дней после того, как вернулся, и, несмотря на то, что он был не занят все то время, что был дома, у Чонгука не было возможности задать вопрос о Чимине, да и с самим Паком у него не вышло об этом поговорить. Чон пытался, но телефон друга был выключен каждый раз, когда он звонил. Если бы не осознание, что здесь что-то не так, Чонгук был бы уверен, что ничего не произойдет: он нашел бы Чимина, но после долгих размышлений парень пришел к несколько тревожному осознанию того, что понятия не имеет, где живет Пак. Его лучший друг каким-то образом превратился в полную загадку за несколько месяцев. Возможно, Чонгук избегал мысли о том, что все его опасения начали появляться вскоре после того, как Чимин впервые познакомил его с картами. Может быть. Гук не мог перестать думать об этом, даже когда он сидел на бархатном диване в стороне от комнат и столов во взрывной части казино, в своеобразной тени «зоны отдыха». Хотя в карточные игры обычно играют сидя за столом, иногда это оказывалось физически утомляющим. «Особенно, если ты взволнованный, вспыльчивый, нервный победитель, как та леди, которая разбивала ему барабанные перепонки», ― подумал Чонгук. Она собиралась проиграть парню, сидящему слева от нее, может быть, в следующем раунде ― Чон не был уверен. Он прикусил от волнения свою нижнюю губу, мысленно перебирая каждое свое взаимодействие с Чимином за последние несколько месяцев, настолько погруженный в размышления, что даже не заметил, как кто-то подошел к нему, пока теплые пальцы не коснулись его подбородка и не приподняли голову, что заставило его взглянуть в блестящие глаза напротив. ― Позволь мне сделать это за тебя. ― пробормотал Тэхен, наклоняясь, чтобы поцеловать губы младшего, резко вздыхая, когда Чонгук прикусывает его нижнюю губу, слегка оттягивая. Все мысли были стерты из его разума, когда руки парня автоматически поднялись, чтобы пальцами коснуться шеи Кима, потянув еще немного: тело жаждало больше прикосновений, больше близости, больше запаха и вкуса старшего, даже когда его разум не до конца осознавал это. Казалось, все казино исчезло на фоне, когда Тэ укусил чуть сильнее, и Чонгук неуверенно выдохнул, чувствуя, как это действие вызывает резкий всплеск тепла в нижней части живота. Тэхен отстранился всего на мгновение, прежде чем снова поцеловать его, и Гук почувствовал, что он слегка улыбается. Ким пальцами сжал чужой подбородок, чуть склоняя голову парня, и, воспользовавшись удивленно приоткрытыми губами Чонгука, влажно скользнул языком по чужому, теплому и мягкому. Младший едва сдержал стон и потянул Тэхена вниз, практически затащив его к себе на колени, отчего огонь с новой силой буквально начал будоражить кровь, отдавая приятным тянущим чувством в низ живота. Ким слегка споткнулся, но в итоге буквально оседлал Чонгука, крепко прижавшись к нему бедрами, и на этот раз Гук не сдержал стон, который тут же проглотил резвый язык Тэхена, буквально вылизывающий полость рта младшего. Пальцы Тэ скользили по чужим волосам, слегка сжимая пряди, и целовал он так, как будто это была последняя возможность поцеловать Чонгука. Его губы были невероятно мягкими, что отдавало сильным контрастом на фоне настойчивого языка, и Гук почувствовал, что его самоконтроль все больше меркнет. Младший внезапно осознал, насколько соблазнительный, манящий и чертовски горячий и сам Ким, сидящий у него на бедрах, и быстро попытался рассеять эту мягкую дымку, окутавшую его разум: он прижал руку к груди Тэхена и немного оттолкнул его, заставляя отстраниться. Парень немного запыхался не только от поцелуя, но и от вида покрасневших пухлых губ старшего, которые немного блестели от слюны; его глаза были затенены, а зрачки расширены, опрометчивый взгляд, в котором явно черти плясали, устремленный на Чонгука, заставил его слегка покраснеть, и только спустя пару секунд он смог сформулировать мысли в целостное предложение: ― Я недостаточно пьян, чтобы целоваться с тобой на публике, но и я недостаточно трезв, чтобы себя контролировать. Пожалуйста, пойми. ― Чонгук говорил обыденно, но его тон был смягчен буквально до звука вздоха, и губы Тэхена изогнулись в улыбке, а кончики пальцев все еще поглаживали волосы, прежде чем он выпрямился и мгновенно встал, усаживаясь рядом с Гуком на диван, будто абсолютно ничего не произошло. Младший завидовал его расслабленности и пустому выражению лица, но ему и самому пришлось немного изменить положение и собрать остатки самообладания в кучу. Он быстро окинул взглядом их окружение, но нет, все были в капкане безумной эйфории или возмущенных потерь, потому никто не обращал на них внимания. ― Значит, ты выпил? ― Тэ улыбнулся ему ярко и несколько невинно. ― Пару шотов. ― Чонгук ответил, и Ким щелкнул языком, вскакивая на ноги и улыбаясь. ― Ты начал вечеринку без меня? Давай, пошли. Я постараюсь напоить тебя настолько, что ты забудешь слово «публичный». ― Тэхен потянул за руку Чона, на что тот встал и услужливо последовал за ним, пока Ким был намерен направиться к ближайшему бару. ― Что на этот раз ты собираешься купить мне выпить? ― старший немного озорно улыбнулся, и Чонгук фыркнул, вытаскивая бумажник из заднего кармана, когда сел рядом с Тэ. ― Дай угадаю: классическая маргарита? ― Гук протянул руку, и Ким рассмеялся, коротко, но ярко, постукивая пальцами по полированному черному стеклу барной стойки. ― Давай возьмем текилу. ― Тэхен ответил легко, и Чонгук кивнул, не сказав больше ни слова. Хотя, на самом деле, его организм в алкоголе больше не нуждался: одного присутствия Кима было достаточно, чтобы чувствовать себя пьяным, даже вкус, оставленный на его губах, вызвал у Чонгука головокружение, учащенное дыхание и чувство сильного опьянения. Но старшему не нужно было этого знать. Гук внимательно смотрел на него, пока он ждал свой заказ, и почти плакал, глядя на резкую подводку для глаз и тонкий блейзер, очерчивающий линию его торса, которая красиво изгибалась, очерчивая его тонкую талию, с низким вырезом рубашки под ним, идущим от острых ключиц, которые Чонгук хотел испачкать рядом засосов. Он не осознавал, что смотрит немного навязчиво на выступающую кость, едва удерживая себя от того, чтобы коснуться, пока Тэхен и не сдвинулся, немного посмеиваясь и подперев подбородок кулаком. Гук быстро поднял глаза, чтобы сравняться с удивленным взглядом Кима, слегка покраснев от его лукавой ухмылки. ― Я думал, что ты оценишь этот наряд. ― весело заявил старший, медленно дотянувшись до воротника рубашки и слегка потянув его вниз кончиком пальца. Он засмеялся в полный голос, и Чон не мог должным образом сосредоточиться на его словах, так как его широко раскрытые глаза были прикованы к тому лишнему одежды сантиметру кожи, который открыл Тэхен. ― Ага… что это? Что ты... имеешь в виду? ― Чонгук говорил растерянно, немного запинаясь, и Ким резко отпустил рубашку, поворачиваясь лицом к бармену за барной стойкой, принимая напитки с благодарной улыбкой. ― Ну, ты мог упомянуть вчера около двух часов ночи, что у тебя есть фетиш на ключицы. Впрочем, вполне понятно. Как бы то ни было, все три раза, когда я видел тебя и подходил к тебе, у тебя был хмурый вид, а глаза смотрели на что-то другое, выглядя так задумчиво, что я подумал сделать заметки о глубокой философии, которая, очевидно, работает. Ты к этому стремишься? ― Тэхен ухмыльнулся, и Чонгуку не хотелось признавать это, но он немного покраснел от его слов, понимая, что да, когда Ким впервые подошел к нему в баре, он сосредоточился на чем-то другом, когда Тэ вчера подошел к нему в кафе, он был рассеянным, а сегодня он снова продемонстрировал свои нахмуренные брови и необычное выражение лица. Два раза из трех он думал о Чимине, теперь же, когда он не думал об этом, Чонгук закусил губу, гадая, стоит ли ему рассказать об этом Тэхену. В конце концов, Ким тоже был его другом. Но, может быть... может быть, не сейчас, когда выражение лица старшего было расслабленным и счастливым, как будто он был совершенно доволен даже просто глядя на младшего. ― Мой единственный вайб был «горячий, молодой, богатый и веселый холостяк», пока ты не появился. ― Чонгук фыркнул, и Тэ расплылся в широкой красивой улыбке, на что Гук не мог не ответить, все еще думая, что довольно странной была мысль, что этот парень, которого он встретил два дня назад, был его парнем, и он вполне мог прикоснуться к нему всякий раз, когда хотел. Ким отпил со своего стакана, прежде чем ответить. ― Боюсь, дни твоей свободы, одиночества и дикости закончились. Мои тоже. Странно об этом думать. ― задумчиво сказал старший, кладя руку на колено Чонгука и проводя большим пальцем по нему круговыми движениями. Он бросил на парня быстрый взгляд с легкой улыбкой. ― Но у меня полное чувство того, что скучать по этому я не буду. ― Перестань мне льстить, ты меня даже не знаешь. ― Чон пробормотал немного неловко и попытался скрыть улыбку. Тэ хмыкнул, наклонив голову и глядя на него широко раскрытыми глазами. ― Может быть. Но я хочу, и ты дали мне шанс, так что. ― Тэхен ответил мягко, и Гук закашлялся, оттолкнув его без энтузиазма и решительно отвернувшись, чувствуя прилив тепла к щекам. ― Боже мой, остановись. – Чонгук практически заскулил, несколько раз быстро моргнув, не обращая внимания на широкую улыбку Тэхена. Он выглядел так, будто собирался сказать что-то еще, но рядом с ними внезапно появился Хосок, положив одну руку на плечо Кима, а другую руку на бедро, и, как обычно, поприветствовал их ослепительно яркой улыбкой. ― Я не знал, что вы двое такие приятели. Что случилось с этим Тэхеном? Я думал, пару дней назад он тебя очень сильно избил. ― Хосок усмехнулся, и Тэ легко рассмеялся, качая головой. Чонгук почувствовал, как его брови слегка приподнялись, когда он понял, что они очевидно знакомы. Итак, Тэхен был близок не только с Чимином, но и с Хосоком? ― Ой, ты меня знаешь, я не злюсь. Я ничего против него не имел, но я бы предпочел противостоять ему. ― Ким бросил на Чонгука резвый взгляд, почти неприлично ухмыляясь, и Гук подавился воздухом, повернул голову в другую сторону, бесконтрольно прокашлявшись в кулак. Внутри него вспыхнуло тепло, вызванное сочетанием интереса и смущения. Он знал, что его лицо сейчас должно быть красного цвета, как светофор. – Ох. Оххх, так вот что здесь происходит. ― Хосок говорил понимающе, веселье практически стекало с его слов, и Чонгук повернулся и увидел, что его брови многозначительно приподнялись. Это не помогло. ― Черт, Тэхен, ты явно в выигрыше, поскольку наш Чонгук-и очень горячий. ― Благодарю. ― Чон ответил натянуто, а щеки покраснели еще больше, и Хосок вздрогнул, но его громкий смех абсолютно не помог Чонгуку с его резко подскочившим давлением, из-за которого он отказывался поднимать глаза на Кима. ― Вау, ты, должно быть, произвел на него сильное впечатление, Тэ. Я ни разу не видел его смущенным за те месяцы, которые он провел здесь, даже когда к нему приставали другие люди. ― парень слишком весело прокомментировал это, и Тэхен засмеялся, наклонившись вперед, чтобы поцеловать Чонгука мягко, почти нежно и достаточно смешно, но это напоминало ему нечто чудотворное: это действовало, как успокаивающее, мгновенное заклинание, и Гук уже знал это. Может быть, если бы младший обращал внимание на что-нибудь, кроме теплых глаз Тэхена, он бы увидел, как на лице Хосока отразилось осознание, напоминающее больше предупреждение. ― Почему ты такой напряженный? Это просто Хосок. ― Ким ухмыльнулся и откинулся назад, а младший предпочел проигнорировать воркование Хосока «вы двое очаровательны». ― Это просто я. ― повторил Хосок, ярко улыбаясь. ― В любом случае, я пришел не запугивать тебя, я просто подумал, что ты не играл в приватных комнатах с тех пор, как пришел сюда, и довольно много людей спрашивали о знаменитом Красном Тузе вчера, когда тебя не было здесь, так как насчет того, чтобы сыграть несколько раундов на открытом воздухе и дать людям немного наслаждения? Эти бешеные эмоции, когда вокруг тебя все кричат от возбуждения, люди делают ставки на твою победу, а люди делают ставки на нее, ты же знаешь. Чонгук обнаружил, что инстинктивно смотрит на Тэхена, и тот лишь пожал плечами, приподняв брови. ― Почему нет? Это может быть весело. ― непринужденно проговорил Тэ, а его глаза расширились и округлились от интереса, и, возможно, это подействовало на Чонгука, который сразу же согласился и кивнул Хосоку. Может быть. ― Окей, почему бы и нет? ― Чонгук встал, чувствуя, что Ким следует за ним, и Хосок одарил его улыбкой, подводя его к маленькому круглому столу, пробираясь сквозь толпы людей, толпившихся вокруг столов, разбросанных по всему помещению. Стол был завален фишками и разбросанными колодами карт, также стояла пара бокалов для вина. Вокруг слонялось несколько человек, и Хосок вежливо похлопал одного по плечу, показывая на Чонгука. ― Давай, присаживайся! Это Красный Туз. ― громко объявил Хосок, и человек сел, глядя на Гука, приподняв бровь, в то время как Чонгук удобно устроился напротив него, рассматривая: маленькие глаза-бусинки, немного тонкие, взлохмаченные короткие волосы и вечно хмурый взгляд. Совершенно незабываемо. Почему Чону всегда попадались однотипные игроки? ― Этот ребенок? ― парень, Чонгук назвал его Первым игроком, скептически спросил, в его тоне сквозило некое презрение, и Гук прищелкнул языком, немного наклонившись вперед, чтобы впиться взглядом в чужое лицо. ― Осторожнее, приятель. ― тихо предупредил Чон, слегка улыбаясь, но при этом оставив взгляд совершенно серьезным. Первый игрок ощетинился, усмехнулся и уставился на него. ― «Приятель»? Этот ребенок хочет подраться? ― Первый игрок зарычал, и Чонгук немного откинулся назад, невольно улыбнувшись, когда почувствовал, как теплые пальцы Тэхена легонько коснулись его плеча. ― Осторожнее… Мистер. ― Гук ответил гораздо более вежливым тоном и мило улыбнулся. Как и ожидалось, парень выглядел готовым взорваться, и Чонгук вновь усмехнулся, откидываясь на спинку кресла и позволяя своей небольшой вспышке возбуждения медленно перерасти в пламя. Люди начали собираться толпой от любопытства, и Чон услышал, как имя «Красный Туз» перебрасывается шепотом под указания на него пальцами, и почувствовал, как его ухмылка стала шире. Конечно, он был самодовольным и немного высокомерным в этом отношении, но действительно приятно иметь репутацию, которой можно соответствовать. По крайней мере, он не был в толпе обычных игроков. Сокджин тоже не был. Чонгук задавался вопросом, что же из себя представляют остальные пятеро. Спустя несколько раундов их уже окружала огромная толпа, закрывая их стол этой толстой стеной из возбужденных, шумных людей, которые делали ставки на каждый раунд и новую карту, кричали и болели за победу Чонгука. Первый игрок признал свое поражение, унижаясь и с энтузиазмом отвергая свои предыдущие комментарии, Второй занял его место, но и он не задержался на нем слишком долго, Третий игрок приходил и уходил, как в тумане. Четвертый игрок просидел немного дольше и, как оказалось, послужил гораздо большим развлечением для жадных взглядов зрителей и разнообразия ставок, а Чонгук был в восторге от шумной, невероятно яркой атмосферы, загребая фишки, как опавшие листья. Он пару раз прокрутил в голове мысль о том, чтобы положить конец игре, потому что уже образовалась сауна в этом тесном кругу людей, и он, надо признать, довольно устал, но он взглянул на Тэхена, который был так же взволнован и так же кричал вместе с другими людьми, что... Гук подумал, что сыграть еще несколько раундов было проще простого. Он чувствовал, как пальцы на его плече немного смещаются и иногда подкрадываются, чтобы мягко, но многозначительно касаться кончиками его шеи. Младший не мог лгать, он уже некоторое время был тихо возбужден от ласковых прикосновений. Он не был уверен, что никто не заметил блуждающих пальцев Кима, но это было совершенно неважно. Чем больше он сосредотачивался на них, тем больше отвлекался на игру. Чонгук бросил быстрый взгляд на старшего, почувствовав едва ли не лужу слюны во рту и резкое жжение в животе, когда Тэхен встретил его взгляд темными, огненными, почти голодными глазами. Ким был возбужден прямо сейчас? Потому что это определенно не было публично приемлемым выражением. Его заводило то, что он смотрел игру Чонгука? Черт, это было странно. Странно, но горячо, и Гуку наплевать на все остальное. Он с небольшим трудом сглотнул, оторвав взгляд от Кима, и ударил ладонью по столу, чувствуя, как укол исчезает, мягкая дымка окутывает его поле зрения, наблюдая, как стучат фишки, качаются груды, выстроенные из них, и ощущает любопытные взгляды, когда расплылся в ухмылке. ― На сегодня шоу окончено, все! Вернитесь к своим играм. ― заявил Чонгук, пренебрежительно жестикулируя рукой и продолжая ухмыляться, услышав хор разочарованных стонов. Он встал, схватил сумку с выигрышем за день и натянул ремень себе на плечо, пока толпа уступала ему дорогу, не в силах убрать ухмылку с лица. Кровь хлынула по его венам от явного возбуждения после всего этого, ибо каждая игра была похожа на удар адреналина. Он схватил Тэхена за запястье, когда тот проходил сквозь стену людей, вызвав несколько заинтересованных, блестящих взглядов, но без особой заботы, чувствуя учащенное сердцебиение Кима. Как только они вышли на открытое пространство, где было меньше людей и бдительных глаз, Чонгук быстро прижался к губам старшего, который тихо застонал, пока глаза горели желанием и явным сопротивлением. Это была явная услада для ушей Гука. ― Пожалуйста, скажи мне, что ты наконец-то настроен на что-то большее. ― Тэхен пробормотал тихо и шелковисто, и Чонгук почувствовал резкий всплеск возбуждения, заставивший его ноги начать ускоренную прогулку к выходу, чтобы уйти отсюда и увести Кима в более уединенное место. Так он и сделал: на парковке Чон обнаружил свою машину и уехал намного быстрее, чем обычно, но всё все равно казалось мучительно медленным, особенно когда он мог видеть, как Тэхен кусал губу, боковым зрением. Это было чудо, что он не разбился. Они поспешно решили поехать к старшему, так как Чонгук действительно не хотел проходить мимо всех горничных в его доме, в то время как по пути в спальню могла быть выброшена одежда. После того, что казалось вечностью и еще немного, Чонгук припарковал машину как попало возле многоэтажного жилого комплекса, куда скомандовал ехать Тэхен. На первый взгляд, это казалось действительно красивым, дорогим, кричащим и дальше по списку местом, но Гук не мог сосредоточиться ни на чем, кроме дыхания Кима в этот момент. Осмотр дома и осознание придут позже.

***

Человек, которого Чонгук окрестил «Первым игроком», почесал затылок, слегка раздраженно оглядываясь по сторонам. Он подождал, пока толпа каких-то дерьмовых людей, что собрались в этом месте, уйдет, но даже так все еще не мог разглядеть нигде того тощего парня, Хосока, хотя был уверен в его пребывании здесь. Лучше бы ему получить компенсацию за проигрыш всех денег самоуверенному недоумку, который куда-то исчез с рыжеволосым пацаном. Мужчине пришлось практически целовать ноги мелкого ублюдка, борясь с желанием стереть ухмылку с его хорошенького мальчишеского лица. Человека совершенно не волновало, зачем ему было необходимо играть и проигрывать против него, впрочем, гнев закипал внутри от одной мысли об этой партии. Ему даже не нужно было поддаваться ради чужой победы. Он проиграл честно, поскольку этот сукин сын был раздражающе хорош. ― Ах, да ладно тебе, не надо так расстраиваться. Красный Туз проиграл всего четыре раза с тех пор, как попал сюда, и позволь мне сказать тебе, что он довольно частый гость здесь. ― парень, Хосок, появился из ниоткуда с неприятной яркой улыбкой, пока мужчина просто нахмурился. ― Забудь об этом. Где мои деньги? ― Прямо здесь, мистер. ― Хосок продолжал невозмутимо улыбаться, пока шел по коридору, вдоль которого было слишком много дверей, чтобы вести их счет, и возбужденных криков, звуков больших стопок фишек, толкаемых по столам. Это все резонировало в ушах мужчины, чей хмурый взгляд стал хуже. Приватные комнаты для игры в карты, ага. Кучка ублюдков, у которых слишком много свободного времени. ― Очень хорош, не правда ли? Я имею в виду, Красный Туз. ― внезапно заговорил Чон, а мужчина скривил губы в усмешке. ― Чертов ублюдок жульничал. ― человек едва ли не прорычал свой ответ, отчего Хосок рассмеялся от всей души без тени сдержанности на лице. ― Конечно он это делал. Однако, ты не можешь сказать, как и когда это произошло, верно? ― он усмехнулся чересчур понимающе, пока мужчина лишь скривился, не отвечая. Когда они завернули за угол, Хосок повернул голову и посмотрел вперед, все еще улыбаясь. ― Вот почему он так хорош. И именно поэтому мы обращаем на него внимание. Стоило им подойти к двойным дверям в конце коридора, Хосок распахнул их, шагая внутрь пустой комнаты, что освещалась единственной маленькой люстрой в центре, свет которой, хоть и был резким, белым, не достигал темных уголков помещения. Чон повел его прямо в невероятно темный угол, каким-то образом сумев увидеть перед собой другую дверь, скрытую от посторонних глаз. Он пропустил мужчину вперед, придерживая ее, пока тот осторожно вошел в полутемное помещение, похожее на гараж, с высоким потолком и достаточно просторное, чтобы с легкостью вместить в себя несколько автобусов. В центре сидел Ким Намджун в темных очках при тусклом зеленоватом освещении, развалившись на кожаном диване в своем идеально сидящем костюме и слабо завязанном галстуке, как в первый раз, когда человек увидел его. Он заметил нескольких мужчин, стоящих неподалеку и рассредоточенных возле стен. Пара человек были в костюмах, а другие — в черной коже, а их позы были достаточно небрежными. Впрочем, было очевидно одно: они наблюдали, будучи на страже. Мужчина знал, что Ким Намджун, этот ублюдок, мог позволить себе самое большое здание в Сеуле, но все равно пользовался заброшенным складом с его серыми пыльными стенами, прохудившимися трубами, разбросанными повсюду, и деревянными досками, лежащими вокруг. Земля была окрашена во все возможные виды отвратительных цветов, и, несмотря на отсутствие запаха или какого-либо другого реального ощущения нечистоты, место было запущенным для одного из самых богатых людей в подземном Сеуле. «Атмосферно», ― подумал мужчина. ― Ты принес? ― Намджун даже не сдвинулся со своего места, обращаясь к нему, хотя чужая голова была запрокинута назад, а глаза, очевидно, даже не смотрели в его сторону. Человек взял себя в руки и, изобразив вежливую улыбку, подошел к дивану, чтобы затем сесть напротив Кима и положить свой металлический портфель на ровный черный кофейный столик, что был отполирован так тщательно, что казалось ему здесь не место. Мужчина отодвинул зажимы, поднимая крышку, и повернул содержимое к Джуну, толкая портфель вперед. ― Никаких повреждений. Ни внешних, ни внутренних. Им не пользовались, он практически новый и уже заряжен. ― человек говорил скорее из вежливости, чем из потребности сообщить какую-либо информацию. Все это обсуждалось еще до того, как он вывез партию из Китая. Намджун выпрямился, наклонился вперед и вытащил пистолет из футляра, не обращая ни на кого внимания. Он вертел оружие в руках, как будто изучал каждый дюйм, проверяя ощущения и хватку. Его губы приподнялись в улыбке, и Ким откинулся назад, передавая пистолет Хосоку, что стоял за диваном, легким движением запястья, словно ребенок, бросающий надоевшую игрушку. Именно так и подумал мужчина, с явным презрением наблюдая за этой картиной. Чем скорее он избавится от этого ублюдка, тем лучше. Однако, внешне человек продолжал улыбаться. ― Хороший пистолет. В этом есть какой-то шарм. Хосок. ― Намджун говорил почти пренебрежительно, а Хосок улыбнулся, уходя и возвращаясь с портфелем денег, что причитались мужчине, как за пистолет, так и за выполненную ранее темную работенку. Человек молча взял футляр, поставил его на стол, чтобы открыть и проверить содержимое. Когда его пальцы легли на защелки и уже собирались поднять крышку, Ким заговорил вновь, снова удобно откинувшись на спинку дивана и закинув руку за спинку. ― Я уже отправил деньги твоему боссу. Они все были с пулевыми отверстиями. Ему не показалось это очень смешным, поэтому он разозлился на Сокджина и пригрозил заковать его в цемент или сделать что-то подобное. Сокджин, к счастью, не пострадал и не был брошен в цемент, в отличие от твоего босса. Во всяком случае, большая его часть была погребена. ― небрежные и беззаботные слова Намджуна заставили мужчину замереть, кровь в его жилах застыла, когда он уставился на Кима широко раскрытыми глазами и не мог выдавить и слова из себя. Его… Его босс был…? Неужели этот ублюдок убил его босса…? Холодная волна страха боролась с нарастающим гневом, но тут его осенила одна мысль. Если деньги были посланы боссу, то что было в портфеле? Он открыл его с некоторым трепетом, но только затем, чтобы закричать и откинуться назад, пока желудок скрутило, а глаза еще шире распахнулись. Мужчина вскинул голову и испуганно уставился на Намджуна, который добродушно улыбнулся ему, по-прежнему удобно откинувшись на спинку дивана. Взгляд человека метнулся к Хосоку, когда тот поднял руку. В этот момент сердце застряло где-то в горле, желудок сжался от страха. Хосок же, сжимающий пальцами пистолет, просто выстрелил мужчине в лицо без лишних церемоний. ― Упс. Диван нужно будет немного почистить. Иначе Сокджин будет зол. ― весело прокомментировал Чон, с отвращением разглядывая разбрызганные мозги человека на кожаной обивке. Он улыбнулся Намджуну. ― Впрочем, пистолет неплохой. ― Ох, черт, Сокджин устроит истерику, да? С таким же успехом можно было бы выбросить диван и купить новый, избавившись от головной боли. Как ты считаешься? ― Ким взглянул на Хосока, который одарил его ослепительной улыбкой и сделал небрежный салютующий жест, возвращая ему пистолет, что все еще слегка дымился. Парень ответил ему, глядя на окровавленные и изуродованные пальцы, что лежали аккуратными рядами в открытом портфеле, шурупы, торчащие из-под ногтей, и два глаза, уютно устроившиеся сверху всего. ― Как скажешь, босс.