История по манхве "убить сталкера"

Заявившись в палату он увидел привязаного к койке Бума. -Да как ты посмел попытаться умереть? Ты думаешь всё так просто? Ты обо мне вообще подумал?-Он подошёл и дал тому пощёчину -Я... Я услышал...что я не буду жить... Ну и... Прости....-его бедную кожу стали обжигать горячие, солёные слёзы. -Ну и поэтому надо было даже не сказав мне устраивать тут цирк? Почему ты стал таким бредовым? Ты же не был таким, не в каких ситуациях! -Прости, пожалуйста прости... Я серьёзно не подумал, я... у меня в мыслях только были слова что я услышал... После нескольких минут они успокоились и с нежностью Сану спросил: -Сильно ударил?-своей рукой дрожащей от печали он коснулся холодной и мокрой щёчки -Нет... Всё в порядке.. Ты прав... Вроде бы атмосфера настроилась. Вот прошло ещё некоторое время. Сново вечер. Саня сидел рядом со своим любимым и разговаривал с ним. Тот чувствовал себя очень плохо. -Я устал... Золоте моё, иди домой, я хочу поспать. -Хорошо Тот пожелал сладких снов и вышел. Вскоре он был уже дома, спалось не очень, но он смог заснуть под утро В 6 утра опять раздался звонок -Мистер О Сану, вы простили передать, если с Ю Бумом что-то случится... Он не стал стал слушать, тут же сказав что уже едет,бросил трубку он наспех собрался и вскоре был уже в больнице. -Что с ним?-тут же вывалил он, чувствуя как его сердце вот вот выскочит из грудной клетки- Что с Бумом? -Мистер О Сану... - начался лепетать, девушка, сидящая за стойкой. Она даже привстала, находя как бы помягче сказать, но ничего ей в голову не пришло. Да и Саныч не хотел слушать. Он помчался к лифту, вбежав в него он стал агрессивно нажимать на кнопку нужного этажа. И вырвавшись из лифта, который еле еле плетётся на нужный этаж, он помчался по коридору настолько быстро, как только мог. -Бум! Солнце, что случилось, Бум? - он шёл быстро, по чистому, белому коридору, пройдя мимо какой-то каталки накрытой белой тканью и стоящей в стороне, как вдруг обнаружил, что дверь в нужную палату не закрыта. Он тут же открыл её пошире, замерев на пороге. По его спине пробежался противный холодок. Его тёмные глаза расширились от непонимания и удивления. Кровать бурда пуста. Совершенно, только было видно, что она помята и на ней не так давно кто-то лежал. Сану не веря своим глазам долго смотрел на кровать. Но сделав два шага он остановился и тут же закусил нижнюю губу до боли. Подумав что Бум может быть на терапии или у хирурга, Сану тут же поспешил прочь из палаты, тая в своих глазах огонёк надежды, как вдруг его взгляд опустился на ту каталку, закрытую белой тканью. Из под которой свисала тонкая, бледная, безжизненная и такая знакомая ручка. -Нет.. - выдохнул Сану отрицая каждую мысль в своей голове. - Нет, это... -он нервно усмехнулся, дёрнув головой- нет.. Он подошёл ближе, каждый шаг давался ему с огромным трудом, словно ноги налились свинцом и тянули к полу. Сердце стало колотиться медленнее, практически остановившись несколько раз,прежде чем разразиться с жгучей болью в грудной клетке. -Это ошибка... - прошептал Саня, искренне надеясь, что это не то о чём он думает. Мало ли сколько людей с такими пальцами, разве нет? Но что-то подсказало ему, что это не ошибка. Тот подошёл совсем в плотную к каталке и медленно ухватился за край белой, чистой простыни. Тяжело вздохнул и моргнув, парень приподнял ткань и замер. В его глазах застыл немой вопрос, задушенный крик человека, который не понимал за что ему всё это. Его широко распахнутые глаза стали застилать жгучие слёзы, которые сразу же стали скатывается по щекам и опалять их своим жаром. Губы нервно затряслись, как и плечи.       — Нет, — захлебнувшись прошептал сану. Его глаза бегали по неподвижному худому телу, полностью истощённому и отданному на растерзание вечному забвению. Он глядел на губы, что больше никогда не растянутся в очаровательной улыбке. Глядел на сомкнутые веки, понимая, что больше эти тёмные, но такие живые и умные глаза не посмотрят на него со всей любовью. И на грудь, что больше никогда не вдохнёт воздух. И в которой больше нет огня в сердце. Больше никогда-никогда не будет такого человека, как Бум       Саныч чувствовал, как по его смертельно побледневшему лицу бегут слёзы, одна за другой, но ничего не желал с этим делать. Выпустив ткань из рук, он, качая головой словно в трансе, протянул обе руки к телу, чтобы заключить его посеревшее лицо в свои тёплые ладони.       — Мистер О Сану, — послышался издалека голос девушки с регистратуры, которая наконец-то догнала его. — Мистер Ю Бум, он… Скончался во сне.       Сан стиснул от злости зубы, но ничего не сказал, лишь прижавшись своим лбом ко лбу трупа. Его золото не мог умереть, не мог. Это не возможно, он просто не мог умереть. Это всё ложь. Выдумки. Враньё. Дурной сон, от которого он сейчас проснётся и избавится раз и навсегда. Но почему-то тело по прежнему было не месте и его солнце никак не желал воскресать.       — Мы сожалеем, но врачи сделали всё, что могли.       — Куда его хотят увезти? — спросил Сану, гладя впалую щёку, под которой теперь можно было спокойно пересчитать все зубы. — В морг?       — Да, в морг. И с вашего позволения может быть проведено вскрытие головы, чтобы посмотреть масштабы опухоли.       — Да какое это имеет значение сейчас? — отчаянно крикнул тот, зло вскинувшись на девушку. — Какое? Он умер! К тому же, вам всем далеко было до его интеллекта. Я не позволю копаться в его голове, даже когда он умер! Он бы этого не хотел, как и я!       Девушка в страхе попятилась назад, выставив согнутые руки перед собой. Тяжело дыша, парень вновь взглянул на тело любимого, такое истощённое, что, казалось, даже ребёнок смог бы его спокойно поднять. Ему так искренне хотелось, чтобы труп прямо сейчас открыл глаза и, улыбнувшись, сказал, что просто уснул, но…       — Он умер, — словно в бреду прошептал разочарованый Сану, глядя остекленелым взглядом на Бума, невольно чувствуя, как его сердце рвётся на тысячи осколков.       Он, тяжело вздохнув, рыдая, взял холодную руку брата и сжал её в своей. Прижав чужую ладонь к своему глухо бьющемуся сердцу, тот с огромным усердием сдерживал рыдания, стараясь сохранить свой имидж. Однако он был уже близок к самой настоящей истерике, бьющейся в его мозгу.       — Я дам вам попрощаться, — тихо и виновато прошептала девушка, прежде чем пойти обратно к лифту. Она и правда не знала, что сказать в таком случае, ведь она видела всю ту боль, что испытывал О Сану от потери дорогого ему человека. Однако даже она не знала, не могла себе подумать, насколько глубока была эта боль и, видимо, теперь вечная скорбь.       Саня не знал, сколько он прощался с возлюбленным. Он хаотично гладил его неживое лицо, шептал его имя, словно в бреду и замирал на несколько минут, бездумно держа мёртвые руки, окончательно потерявшие своё тепло. Ему решительно не хотелось прощаться с тем. Он грезил всегда, что они будут вместе до самой старости, пока смерть не разлучит их… И как же тоскливо было от одной лишь мысли, что смерть развела их именно в этот их миг счастья.       Прежде, чем окончательно проститься с золотцем, Сану легко поцеловал холодные губы, прошептав: «Спи спокойно, мой хороший. Теперь ничто тебе не причинит боль».       После того, как тело увезли, Сану отправился обратно в палату. Он долго неподвижно стоял и смотрел на опустевшие простыни, до сих пор не веря тому, что произошло. Всё казалось таким, словно его любимый просто вышел из палаты и скоро придёт. Вот же его обувь. Вот его вещи... Но теперь все предметы разом потеряли какой либо смысл, как и сама жизнь, которая так бесцеремонно ушла от Ю Бума в этот день. Саныч осторожно опустился на больничную койку и, подавшись в бок, прижался к подушке, которая всё ещё пахла Бумом. Мужчина прижался сильнее, обняв её и жадно втянув носом любимый аромат. Возле его уха тихо промурлыкал знакомый голос своего солнышка.       «Тебе нравится, Сану?».       — Конечно, мне нравится, — в ответ прошептал тот. На его воспалённые глаза вновь начали наворачиваться слёзы. — Мне лишь не нравится, что тебя тут больше нет.       Уткнувшись лицом в подушку, Сану отчаянно взвыл, словно раненый зверь. Он уже не сдерживал своих рыданий, ему было абсолютно всё равно, что его именно так увидят. Он только что потерял последнего дорогого человека, чёрт возьми! Как ещё он должен был себя вести? В его голове один за другим мелькали трупы то бума, то друзей, то прошлого, то снова Бума. Отдавшись своим эмоциям, Саня, тяжело дыша, трясся от рыданий, бессознательно повторяя имя любимого. А в то время в голове болезненно крутилось одно воспоминание за другим.       Впав в забытье, тот  просидел так продолжительное время. Он чувствовал себя морально истощённым, ему совершенно ничего не хотелось. Ни пить. Ни есть. Ни даже жить. Он потерял счёт времени, когда вдруг почувствовал, что он начал замерзать. Ему, пока он не приподнял голову, в истерическом бреду, показалось, что чья-то  тёплая рука, заботливо и невисомо гладит его по спине. Но ведь здесь больше никого нет. Тот сново посмотрел в окно и решил порыться в вещах того кого только кто потерял. Там он нашёл записку с последними словами, где бум так чётко угадал происходящее и дал несколько последних просьб. -Бум...-прошептал тот- даже после смерти ты делаешь вид что всё хорошо... Тяжело вздохнув он аккуратно сложил те вещи положив к ним письмо. — Бум… Мой Ю Бум, — стиснув руки, Саня стал кожу на своей руке, не сопротивляясь уже слезам в полном бессилии, позволив им стекать капля за каплей по своим щекам. Ему казалось, что холодный ноябрьский ветер шепчет ему имя того, кого отныне больше не будет с ним. Склонив голову вниз, тот закрыл глаза и последнее, что ему послышалось в отдалённом гуле улицы и шёпота ветра, так это мягкий размеренный голос Бума , шепчущий прямо на ухо:       —Что-то случилось, мой мальчик? (эта часть получалась очень большой и как по моему мнению, печальной. Надеюсь не будете бить за такой конец, ну, а иначе бы эту историю можно было продолжать ещё долго. Надеюсь вам понравилось. Буду любить каждого из вас:›)