Девочка влюбилась в море

Маринетт шла по коридорам школы, все взгляды были устремлены на неё. Глаза наполнились слезами… — Эй, смотрите на неё! — крикнул один из задир школы. — У неё самая слабая стихия, она единственная такая в нашей школе. Ха-ха! — все ребята в след за ним начали смеяться. Маринетт расплакалась и убежала в школьный туалет. «Почему всё так? Меня все бросили: парень, родители отказались от меня, даже лучшая подруга». Слёзы медленно стекали по её румяным щекам, кровь пульсировала в висках, а тело трясло.

***

неделей ранее — Крис, как ты думаешь, какая у меня будет стихия? — прошептала своей лучшей подруге синеволосая. — Ой, Мари, даже не знаю, надеюсь это будет ветер, как у меня, тогда мы с тобой будем самыми лучшими подружками в мире, — отозвалась Кристина — Хи, а если у меня будет вода? Ты не перестанешь со мной общаться? — с надеждой в глазах спросила Дюпен-Чен. — Что? Нет конечно, ты моя лучшая подруга, мне не важна твоя стихия, — улыбнулась та мило, но фальшиво.

***

Сегодня день рождения Маринетт, она ждала этого дня 16 лет, и вот наконец у неё появится своя стихия, наконец она узнает какой она масти. Часы стукнули полночь и девушка провалилась в сон. На утро она ринулась к зеркалу и увидела на лице капли воды. — О нет, нет, нет, нет, нет… — прокричала девушка. — Только не вода, только не вода! — девушка начала стирать капли с щёк, но безуспешно… В ванную зашла мама Маринетт. — Дочь, с днём ро… — не успела она договорить. Мисс Чен никогда не испытывала тёплых чувств к своей дочери, а стихия воды вызывала у неё отвращение ещё больше. — Ты мне больше не дочь, — проговорила сквозь зубы женщина и вышла из ванной, громко хлопнув дверью. Слезы полились рекой, а тело задрожало, девушка рухнула на пол. Очнулась она через пару часов. Взглянув на часы, поняла, что в школу уже опоздала. Пройдя на кухню, на столе лежал чемодан с вещами и записка: «У тебя 24 часа чтобы съехать от нас, немного денег мы тебе оставили, дальше сама». Слёзы снова хлынули из глаз. Не зная что делать, Маринетт вышла с вещами из квартиры и поехала в ближайшую гостиницу. Заселившись в самый дешёвый номер, девушка рухнула на кровать, которая, по видимому, сохранилась с 90-х, вся скрипучая, с матрацом из пружин. Рядом стояла ветхая скрипучая тумбочка, а около кровати лежал пыльный коврик. Слева стоял небольшой комод, а на нём засохшие цветы. Дверь в номер сама же еле открывалась, приходилось прикладывать немало усилий. «Ну, а что я хотела за такую низкую цену», — подумала девушка. Она очень долго ворочалась на старой, неудобной кровати, но всё же смогла уснуть. Утро пришлось отнюдь не лёгким. Но причесавшись и умывшись, брюнетка направилась в школу. — Кристи! — крикнула Маринетт в толпу, где увидела свою лучшую подругу. Кристина обернулась и обомлела, ведь у её лучшей подруги стихия воды, самая слабая, самая беспомощная… Пока Маринетт шла по коридору, её все высмеивали и тыкали пальцем, ведь такая слабая стихия не должна учиться в школе Франсуа-Дюпон. Пока девушка шла, опустив голову, она врезалась в одного парня. — Ой, изви... — Маринетт немного обомлела, когда увидела своего бойфренда, — Рейден, любимый, это ты. — она мило улыбнулась своему парню, но взаимной улыбки она не получила. — Фу, я не могу встречаться с девушкой такой стихии, мой статус упадёт, не подходи ко мне больше. У неё в груди что-то громко щелкнуло, звук, отдаваясь эхом в её душе, распространился по всему пространству этой темноты. Она опустила голову и не смогла сдержать слез, которые полились из её светлых глаз океаном несбывшихся надежд и жалких разочарований. В голове отчетливо слышались осуждающие крики, что окружали и обезоруживали несчастную девушку, стоящую на крутом уступе пред непроглядной черной пропастью. Та словно ждала любой ошибки с её стороны, чтобы, наконец, забрать полностью, со всеми горькими слезами, внутренним криком, что не прекращался уже давно, с этими окровавленными руками, с тем же сладким, но разбитым сердцем, с светящейся от слёз щеками, со всем, что у неё было и чего не было, — она с радостью поглотит и не вернет обратно, как бы ты потом не умоляла вернуться назад.