Иная

Навеяно прекрасными песнями CHEN - Hello и BTS - The Truth Untold       - Пит, лови! – Тони кидает юноше упаковку с шипучими конфетами, в этот самый момент рассасывая одну такую и радостно скалясь, как ребенок, совершивший шалость, хотя он и выглядит едва ли старше самого Паркера.       - Тебе что, пять лет? – закатывает глаза парень, посмеиваясь уголком губ, и за это получает неожиданно страстный поцелуй от подошедшего Старка, привычно обвившего рукой его талию и притянувшего к себе.       - У кого-то слишком длинный язычок, я погляжу, может укоротить чуток, ммм? – соблазнительно улыбается этот очаровательный засранец, светящимися граничащей с обожанием любовью глазами скользя по лицу Питера, второй рукой внаглую облапывая его ягодицу, благо, сияющие разноцветием аттракционы привлекают народ куда больше, чем их колоритная пара. И клацает белыми зубами перед чужими губами, заставляя юношу вздрогнуть в сильных руках и следом нервно рассмеяться.       - Я тебя ненавижу, ты в курсе, Энтони Старк? – выгибает бровь, сверкая хитрецой на дне карих глаз, и нарочито медленно облизывает губы кончиком языка, раздразнивая уже потянувшегося к ним Тони, но не позволяя вновь себя поцеловать, приложив указательный палец к опасной улыбке.       - Да брось, малыш, ты меня обожаешь! – хохочет, крепко прижав Пита к себе и закружив в объятиях, не желая отпускать из них юношу ни на миг. Насладившись переливами его звонкого, счастливого смеха, Старк утыкается носом в чужой бритый висок и жарко шепчет в покрасневшее ушко, щекоча его своим дыханием. – А чтобы это обожание закрепить, сегодня ночью, когда вернемся домой, я…       Все-таки удачно они заглянули на эту ярмарку, устраиваемую администрацией города, такую красочную, наполненную жизнью и детским смехом, ароматами карамелизированных яблок и сладкой ваты всех цветов и размеров. Когда после прогулки по Старому рынку и дегустации еды в нескольких ресторанах для инстаграм-блога Питера они катались на байке Тони по Омахе, Паркер увидел в сторис у Мишель креативное видео с ее прогулки с подругами на данном мероприятии. Точнее она его отметила, как и еще нескольких друзей. Девчонки веселились, примеряя друг на друга всякие ушки, шляпки, заколки, потом побежали в будку для фото и снимали, как кривляются в ней, одна их них – миловидная блондинка с симпатичными веснушками – даже поцеловала какого-то абсолютно левого ошарашенного этим парня, обосновав свой поступок фразой: «ну а чего он тут такой одинокий и красивый стоит, жалко же, добро пропадает». Питер очень долго смеялся с нее, но больше всего его привлекли, конечно же, аттракционы. Упросив Тони развернуть байк и срочно отвезти его на эту ярмарку, Паркер всю недолгую поездку жужжал, как он сейчас ворвется туда, как обкатает этих «жеребцов», на что Старк только фыркнул, подумав своими коварными мыслями: «здесь есть только один жеребец, которого ты сегодня обкатаешь, малыш».       Наблюдать за восторженными вздохами парня было настолько забавно и умилительно, что мужчина ни разу не пожалел о нарушенном плане полюбоваться закатом на террасе его дома с прекрасным спутником и бокалом шампанского. Питер любил все эти головокружительные полеты на разномастных каруселях, а Тони любил Питера.       - Боже, малыш! – ловит Старк в очередной раз пронесшегося мимо парня, воодушевленно размахивающего билетиком от еще какого-то аттракциона с заковыристым названием, спешащего скорее испытать на себе «чудеса на виражах», и чмокает в кончик носа, заставляя сморщить последний так, чтобы все бледные родинки оказались на близком расстоянии друг от друга, образовывая новое созвездие. – Тебе уже двадцать два, а все такой же шебутной и эмоциональный, как мальчишка…       - Это что, упрек? – вдруг выпячивает колесом грудь Питер, задирая подбородок и шутливо демонстрируя оскорбленную невинность. – Простите, сэр, но мы люди простые, аристократическим манерам не обучены, премного сожалею, что не достоин Вашей компании, о Вели… ай! Тони, щекотно! Ай… ой… ха-ха-ха! Перестань! – дергается в руках мужчины, самозабвенно щекочущего чужие ребра, извиваясь под его теплыми, но безжалостными пальцами. – Ну прости!... ха-ха… прости! Я просто пошутил!       - Знаю… - сцепив руки за спиной парня, низким тембром произносит прямо в его губы Тони, заставляя податься навстречу в интуитивном желании почувствовать тепло любимого, но тот не позволяет, лукаво щурясь. – Пойдем на колесо обозрения? Должен же я хоть на одном аттракционе покататься с тобой.       - Угу… - разочарованно выдыхает Пит, слабо куснув себя самого за нижнюю губу, покалывающую от предвкушения так и не случившегося поцелуя, но, ощутив ладонь мужчины, бережно обхватившую его пальцы, расплывается в нежной улыбке, поднимая на Старка сверкающий взгляд, который тот тут же ловит, утопая в чужих глазах цвета густой карамели. – Пойдем!       В кабинку они забираются быстро, с энтузиазмом посмеиваясь от царящей вокруг атмосферы волшебства и веселья, обмениваясь касаниями, улыбками, наполненными романтической влюбленностью взглядами, в этой тесноте между ними метафорически искрит высоковольтное напряжение, не позволяя ни на секунду упустить друг друга из виду.       - Почему там сел? – интересуется Тони у устроившегося напротив, а не рядом Питера, сжимая одну его ногу своими и отвлекая от созерцания отдаляющегося ландшафта.       - Я хочу делать то, зачем мы сюда пришли – любоваться красотой города с высоты, а ты точно не позволишь мне этого. Вот уже мешаешь! – возмущенный вид парня может бы и возымел какой-то эффект, если бы его взгляд так не лучился удовольствием от того, насколько сильно он пленил известного предпринимателя и бунтаря Старка, начавшего свою блистательную карьеру с работы обычным механиком после окончания школы, а к двадцати пяти годам уже построившего свой бизнес. И сейчас этот тридцатилетний состоятельный и крайне привлекательный мужчина раз за разом влюбляет в себя еще студента Питера, вскружившего ему голову почти год назад.       - Ах, я тебе мешаю? Мешаю, значит, да? – азартно скалится Тони, готовясь к прыжку, как хищник, наконец нашедший свою главную добычу. – Ты сам напросился! – рывком пересаживается к парню, вжимая его своим телом в стекло кабинки огромного аттракциона, еще не совершившего и четверти своего пути. – Кто тебя отвлекает, а? Кто отвлекает? – тыкается носом ему в шею, как кутенок, то с одной стороны, то с другой, заставляя хихикать от щекотного ощущения. И этому мужчине тридцать лет? Не три разве?       - Так, или ты сейчас меня отпустишь, или я применю секретный прием! – вооружившись грозным тоном произносит Паркер, упираясь руками в плечи Старка и всеми силами стараясь удержать себя в человеческой форме, а не растечься лужицей от переизбытка нежных чувств, граничащих с легким возбуждением от такой тесной близости любимого человека.       - Ради возможности прикасаться к тебе я даже удар ниже пояса переживу! – смеется Тони, совсем не впечатлившись угрозой, уже покусывая чуть покрасневшую от смущения, покрытую россыпью мелких родинок кожу шеи, желая зализать эти неявные следы или сделать их ярче, но зная, насколько юноша чувствительный. Если прямо здесь довести его до грани, домой придется тащить на себе превратившуюся в желе тушку.       - Сомневаешься в моей силе? – легко переняв эту игру Пит, не давая Старку опомниться, кладет ладонь на его сердце, и, приблизившись к чужому уху, выдает прямолинейное, но каждый раз такое важное: «я тебя лю…» - Я твою любимую белую майку с автографом с грязными цветными носками постирал! – и отскакивает обратно, насколько позволяет расстояние между ними, с ехидным выражением наблюдая за сменой эмоций на лице мужчины.       - Ты… что сделал? – неожиданно сипит Тони, поднимая на парня ошалелый взгляд и хватаясь за его плечо, как утопающий за спасательный круг, ища правду в его глазах. – Ты же пошутил? Скажи, что пошутил, пожалуйста!       - Ох, душа моя, ну конечно, как я мог такое сделать… - словив испуг за душевное состояние резко побледневшего мужчины, крепко обнимает его Питер, ласково поглаживая по спине. – Я же знаю, как… - Старк прерывает его сильной хваткой рук на бедрах, закидывая чужие ноги себе за спину и вжимаясь в парня всем телом. Дернувшись от резкого, сладкого давления на пах, Пит возбужденно выдыхает полушепотом. – Тони?       - Ммм? – урчит, наплевав на собственное табу, прихватывая губами мочку уха Паркера и втягивая ее в жаркий рот, осторожно касаясь кончиком языка и тут же ловя дрожь, прошившую чужое тело, заставившую уровень общего возбуждения подскочить, накаляясь. «Будет знать, маленький шутник, как старого больного человека до инфаркта доводить.»       - Нет… Я прошу тебя, не здесь, Тони… - закатывая глаза от ощущения на коже судорожно втянутого живота горячих пальцев, пробравшихся под футболку, и трения, создаваемого медленными покачиваниями бедер Старка. Но последний в этих тихих полустонах слышит «не останавливайся» и «еще», которые пытается скрыть Питер. Он слишком хорошо изучил реакции тела любимого, чтобы поверить сейчас его слабым мольбам.       Лизнув парня в губы, следом срывает граничащий с грубостью поцелуй, поднимая на него тяжелый, томный взгляд из-под полуприкрытых век, красноречиво говорящий: «ты не сможешь от меня сбежать». Стягивает с него кожанку, затем тонкую футболку, чувствуя под пальцами не тело, а пластилин, в который каждый раз превращается Питер, стоит только приласкать языком его шею или пальцы рук. Эта невероятная, неподдельная отзывчивость заводит Тони одномоментно, словно в ладони хлопнули, и лампочка зажглась. Юный и прекрасный похититель его сердца умеет отдаваться так, как ни одной женщине на памяти Старка не дано, а этот его зазывный, помутневший взгляд, так резко контрастирующий с густым румянцем… Черт! Разве могло ему так повезти?!       В момент, когда они зависают на самой верхней точке оборота колеса, кабинка почти вся запотевает от их шумного дыхания, вырывающегося между переплетениями языков и рук, между жаркими, крышесносными поцелуями и низкими, частыми стонами Питера, разливающимися сладкой патокой в пространстве вокруг них.       - Тони… плевать на все, я хочу тебя прямо здесь! – отрывисто бросает Паркер, неожиданно напирая на мужчину, но только распаляя его этим, как красная тряпка быка. Забирается пальцами под край джинсов Старка, ловко расстегивая массивную пуговицу, вжикая молнией и хихикая от своей же смелости, позволяя Тони любоваться блеском отражающихся в его глазах огней аттракциона. Рука парня уже было ныряет под резинку чужого белья, ведомая порывом страсти, как мужчина перехватывает ее, поднимая лицо Питера на себя за подбородок и заставляя его поймать свой взгляд, наполненный непередаваемой бурей эмоций, где ярче всех прослеживаются страдание и боль. Он смотрит так, словно видит юношу в последний раз: жадно впитывая черты его лица, лихорадочно бегая по нему глазами, а затем замирая на черной точке зрачков напротив, нахмуриваясь так болезненно, что каждый залом, каждая морщинка, кажется, причиняют ему адские муки. Губы горько поджимаются в предчувствии скорой разлуки, и горячая влага увлажняет длинные ресницы, от чего Пит вздрагивает недоуменно, касаясь ладонью щеки мужчины, приоткрывая губы и почти спрашивая: «все хорошо?», но его перебивает тихий шелест любимого голоса, пробившийся сквозь образовавшийся из-за высоты вакуум в ушах:       - Я влюблен в тебя, как сумасшедший, Питер Паркер.       Моргает на долю секунды, но Тони уже нет. Исчез, словно и не было этого вечера, не было жарких объятий, страстных поцелуев и нежных рук его на теле Питера. В панике осматривается, ища, за что бы зацепиться взглядом, но соскальзывает со стен кабинки, калейдоскопом закружившейся перед глазами, словно фальшивая реальность такого же фальшивого Мистерио. Стоп. А кто такой Мистерио?       - Тони… Тони! Не оставляй меня… - Питер мечется по мокрой от пота постели вновь, как и каждую ночь последние два месяца, наполненные прекрасными кошмарами разных версий их со Старком отношений.       Иногда они просто знакомятся где-то, позволяя симпатии зародиться между ними, иногда как сейчас, вместе уже какое-то время. Одна история может длиться несколько снов, другая – всего один, но все они неизменно кончаются тем, что Тони покидает его. Внезапно, с резкой болью выталкивая из идеального мира сновидений в серую реальность, где возлюбленный уже неофициально признан общественностью мертвым. И Питер не знает, сколько продлится тот или иной сценарий, но точно знает, что Морфей забирает его в эти миры только через естественный сон. Он пробовал пить снотворное горстями, чтобы не возвращаться, но в этих случаях Тони не приходил.       Последний сон длился почти десять дней. Старк в нем предстал перед Питером крутым байкером и знаменитым автомехаником, сам же он был простым студентом, хотя в реальности закончил обучение еще полгода назад – сдал экзамены экстерном и защитил большой для отрасли нано-технологий проект по замене утерянных конечностей наноботами, которым тут же заинтересовалось Министерство обороны США. Как чувствовал, что не захочет больше выходить из собственной комнаты на белый свет никогда.       Дыхание страдающего юноши затихает, и конвульсивно дергающиеся, напряженные конечности успокаиваются, грузно опускаясь на постель, словно ни них гири надели. С тихим, измученным стоном Питер приоткрывает влажные веки, расфокусированным взглядом цепляясь за их с Тони фото на прикроватном столике с открытого мероприятия в честь Мстителей и победы в битве против Читаури, организованного Пеппер незадолго до нападения Таноса, куда Паркера пригласили в качестве личного протеже самого Старка.       Совершенно случайное фото, сделанное на камеру айфона какой-то фанаткой Железного человека, поймавшей их во время разговора, когда Тони подшучивал над внешнем видом Питера, говоря, что все девчонки здесь бросают на него горячие взгляды. «Я ведь могу и приревновать, карапуз!» - бросает мужчина, лукаво подмигивая смущенному парню. И в этот момент со словами «ребята, скажите сыыыыр» девчонка щелкает повернувшихся к ней смеющегося кумира миллионов и просто Паркера с недовольным «воу!». Их руки синхронно тянутся к чужой камере в желании закрыть объектив во избежание компрометирующих фото, но фанатка успевает их заснять. Через пару дней Питер обнаруживает эту нелепость на заставке своего мобильного. Оказывается, Пятница по указке Старка удалила фото с телефона незнакомой девушки, сохранив копию, а Тони решил, что они получились очень живо и эмоционально, особенно Паучок.       После исчезновения мужчины Паркер распечатал фото, бережно вставил в простую деревянную рамку и отставил там, где сможет каждый новый день видеть любимого, обманывая себя тем, что просыпается вместе с ним. И до тех пор, пока не начались эти слишком реалистичные сны, улыбчивое лицо Тони по утрам делало Питера счастливее, даже в пасмурные дни ему казалось, словно личное солнце светит с прикроватного столика.       Сейчас же… оно мучает его, как напоминание о том, что Старка нет рядом вот уже пять с половиной лет, как волчок из фильма «Начало», олицетворяющий его связь с реальностью, мол, да, ты опять вернулся, очередной сказочный сон кончился, можешь начинать страдать.       Паркер, измученный, изведенный до состояния депрессии, вытекшей из нервного срыва, в очередной раз обманутый собственным сознанием, медленно, но верно ведущим его к шизофрении, с воем утыкается во влажную подушку, глотая горчащие на искусанных губах слезы. Исхудавшее от стресса тело мелко подрагивает, обессилив от этих эмоциональных качелей, тонкие пальцы с остро выпирающими костяшками стискивают одеяло, прижимая его к своей груди в попытке заткнуть зияющую в ней дыру утраты, высасывающую все светлые воспоминания, оставляя мир серым и безжизненным. Питер ненавидит эти сны, но каждый раз с неизмеримой надеждой возвращается в них, зная, что Тони будет там, зная, что они позволят ему забыть о том, кто он на самом деле, на целую ночь. *********************       Питер с интересом и легкой отстраненностью наблюдает из окна своего личного престижного автомобиля, купленного на выручку с последней написанной книги, за известным владельцем одного из самых крупных издательств Нью-Йорка – Энтони Старком, также ведущим крупного YouTube канала в сфере фитнесса. Мужчина, окруженный папарацци, поклонниками и охраной, пробирается ко входу в компанию, где через двадцать минут у них с Паркером назначена встреча. Держа наготове ручку, он попутно размашистым почерком, характеризующим его как уверенного в себе человека, оставляет частые автографы на протянутых блокнотах, записных книжках, книгах, выпущенных издательством, его фотографиях, и даже непосредственно телефонах с пером. У Питера, кстати, такой же, очень удобно записывать свои мысли во время каких-то встреч или мероприятий, когда нет возможности надиктовать.       Сканируя не скрываемую официальным костюмом фигуру Старка, парень в задумчивости проводит рукой по волосам, закусывая губу от такого аппетитного вида и совершенно не замечая насмешливый взгляд Мишель, его подруги и менеджера, направленный сквозь зеркало заднего вида. Она давненько в курсе увлечения мистера Паркера, самого молодого номинанта в категории «лучший автор» за последние три года, горячим фитнесс-тренером и его страстного желания выпускать тексты под началом «самого креативного и лояльного издательства года».       Сегодня они приехали в StarkPublishingGroup или просто SPG, чтобы получить наконец предложение, которого Питер добивался почти пять лет со своего двадцатилетия, работая над книгами, как вол. И труды дали свои сочные плоды. «Разговоры по душам с дядюшкой Фрейдом», актуализирующие вопросы подросткового возраста типа полового созревания, ориентации, первой любви, выбора будущей профессии и многого другого, в контексте современного психоанализа, поданного простым языком, а не заумной терминологией и научной лексикой, стали бестселлером последних двух сезонов. А «Сказки лесных духов», написанные в неожиданном фэнтезийном с примесью ужаса жанре, вообще затребовали в Голливуд, планируют по ним фильм снимать. Пригласили Паркера в качестве второго сценариста. И это не считая маленьких юмористических рассказов вроде «Зачем кроту скотч» или «Аристократ потерял свое пенсне», а также романтической трилогии, жутко популярной среди девушек и женщин до сорока пяти, «Миллиард за мой портрет», «Рукоять его ружья» и «Страсти густо, в чувствах пусто».       - Питер. Питер! – уже пару минут безуспешно пытается дозваться парня Эм Джей, нервно поглядывая на наручные часы. Десять минут осталось, а они еще в машине. И, получив долгожданное внимание, продолжает. – Почему мы не заходим? У тебя будет как минимум полчаса, чтобы лично налюбоваться на частого гостя твоих эротических фантазий. Сидим тут, как придурки. – не может не съязвить девушка своим любимым равнодушным тоном, закатывая при этом глаза.       - Я же сказал, они зайдут, потом мы. Видишь, в дверях уже. – кивком указывает Паркер на эту делегацию, чуть сощурившись и потирая подбородок. – Мишель, смотри, рядом со Старком блондинка – это его правая рука Вирджиния Поттс, а кто вон та огненная барышня? Не знаешь?       - А, эта, которую я бы с удовольствием лицезрела прикованной к своей кровати? – расплывается в хищной ухмылке Мишель, приласкав взглядом ладную фигурку красотки, и по слогам произносит, четко выговаривая. – Наталья Ро-ма-но-ва. Личный адвокат твоего любимчика. Видимо, ради тебя ее вызвал. – усмехается, стрельнув в подопечного тонко подведенными черным карандашом глазками. – Так, все, мне надоело, пошли. – подхватывает сумку с важными бумагами и планшет и решительно выходит из машины, прекрасно компенсируя иногда неуместную робость Питера своим пробивным характером.       - Нет, стой! – но девушка лишь хлопает дверью, обходя автомобиль и жестами показывая «я тебя не слышу», любезно открывает дверь со стороны Паркера, проводя рукой по воздуху со словами «на выход, моя нить Ариадны в мир богатой и безоблачной жизни!».       - О, мистер Паркер! Добро пожаловать. – поднимаясь с кресла в зале переговоров лучезарно улыбается Энтони, протягивая парню свою в меру ухоженную руку с печаткой на мизинце. – Надеюсь, Вас не задушила толпа под издательством.       - Здравствуйте, мистер Старк. – крепко пожимает Питер протянутую сухую руку, позволяя уголку губ чуть нервно приподняться. – И часто они Вас так встречают?       - О нет, что Вы. Я больше по миру мотаюсь, налаживаю связи и все в таком духе, в издательстве бываю реже, чем следовало бы, а они где-то выяснили, что сегодня приеду с визитом, и вот что из этого получилось. – весело хмыкает Старк, разводя руками. – Если бы не мисс Поттс, решающая большинство вопросов и подписывающая договоры от моего имени, мне бы пришлось себя клонировать. Присядем?       - Конечно. Это мой менеджер, Мишель Джонс, все организаторские вопросы решает она. – указывает на уверенно расположившуюся в кресле девушку, сразу обозначившую границы своего личного пространства, обложившись всякими папками. «Интересно, если он оставляет все вопросы в США на откуп блондинке, почему сегодня явился лично?» - выпадает на секунду из реальности Паркер, в задумчивости проводя большим пальцем по нижней губе и чуть оттягивая ее. Подняв взгляд на вдруг притихшего Старка, он замечает, как тот откровенно пялится на его рот, а затем ухмыляется, хищно прищурившись, сразу превращаясь из делового мужчины в горячего секс-символа, заставляя Питера вцепиться пальцами в край стола, чтобы выдержать волну необузданной сексуальной энергии, хлынувшей на него от собеседника.       - Очень приятно… мисс Джонс. – явно с трудом вспомнив имя и смотря прямо в глаза парню каким-то магнетическим взглядом, Старк придвигается к нему ближе, произнося низким, бархатным тоном, словно питон Каа гипнотизирует свою жертву. – Вы же понимаете, Питер, могу я Вас так называть? Хорошо. Понимаете, что издательство и я лично в Вас очень заинтересованы? – а на дне его бесовских глаз пляшут огоньки-хитринки, что наводит Паркера на мысль – лично мужчина заинтересован в нем явно не только как в писателе. И он соврет, если скажет, что это не тешит его самолюбие.

Неделю спустя. Вечеринка по случаю заключения договора, устроенная SPG в самом известном пятизвездочном отеле Нью-Йорка.

      - Черт, Тони, я застрял в этой водолазке! Поможешь? – в темноте номера-люкс, одного из специально снятых для гостей вечеринки, Питер безуспешно пытается стянуть предмет гардероба, по дороге постоянно натыкаясь на разные препятствия и слыша рядом шуршание одежды Старка и его шумное дыхание. Еще бы! Паркер постарался довести его, охотно отзываясь на флирт приглашенных людей обоих полов. В итоге тот не выдержал и, подойдя к нему, с очаровательной улыбкой прошипел на ухо: «либо ты сейчас идешь со мной, либо я всем здесь продемонстрирую, что флиртовать с тобой опасно для жизни». Ну разве можно было отказать столь милой просьбе?       Питер вздрагивает, не получив ответ, но ощутив прикосновение сухих и горячих пальцев Тони к своему обнаженному боку, а затем и легкие поглаживания. Спустя секунду мужчина снимает с него водолазку одним аккуратным движением, открывая парню вид на рельефное абсолютно нагое тело. Видимо, Старк не планировал церемониться, разозленный провокациями Паркера.       - Нравится? – довольно хмыкает он, услышав участившееся дыхание парня в кромешной темноте, притягивая его к себе за бедра, почти касаясь своими губами его.       - Ты себя видел вообще? – шумно сглатывает Питер, кончиками пальцев обводя каждый кубик идеального золотистого пресса мужчины сверху вниз, а затем опускает загоревшийся интересом исследователя взгляд на возбужденный, перевитый тугими венами крупный член с открытой головкой. Быстро облизывает губы, больше не в силах скрыть свое желание попробовать его на вкус. – Ох… Ты хоть в чем-то плох?       - Ну… - задумчиво тянет Старк, чувствуя, как под таким пристальным вниманием орган твердеет больше, прижимаясь к животу в полной боевой готовности, – Обсудим это позже? Не могу больше ждать. – и нетерпеливо нажимает на плечо Питера, заставляя опуститься на колени перед собой, второй рукой обхватывая ствол, поблескивающей смазкой головкой прижимая его к приоткрывшимся алым губам.       - Наконец-то… - шепчет Паркер, смежая веки и размашистым движением языка собирая чуть горчащую вязкую каплю, а затем поднимает взгляд на мужчину, желая запечатлеть его реакцию в своей памяти. Но Тони нет. Парень спешно шарит руками перед собой в надежде наткнуться все же на его тело, вдруг в темноте померещилось, но хватает только воздух. – Тони? – жалобно звучит в давящей тишине номера. Питер обхватывает себя руками, спиной вжимаясь в кровать и понимая, что его снова бросили. Уставившись в пространство нечитаемым взглядом сухих, напряженно распахнутых глаз, он думает о том, как ненавидит Старка в этот самый момент. За что он так мучает его? Почему не может просто вернуться навсегда? – Клянусь, такими темпами я свихнусь! – выкрикивает, веря, что его услышат. Кто-то же должен услышать, правда? *****************       - Господи, Питер, что с тобой?! – прилетевшая на уик-энд из Франции Мишель порывисто обнимает бледную тень своего друга, который еще полгода назад пребывал в такой замечательной форме, что мог смело сниматься на обложку журнала «Playboy». – Не хочу показаться бестактной, но выглядишь ты, как умирающий от рака. А ведь ты Человек-Паук, о каких болезнях речь!       - Рад тебя видеть, Эм Джей. – больше похожий на шелест осенних листьев голос, слабо выражающий какие-либо эмоции, настолько тихий, что девушке приходится прислушаться, чтобы разобрать слова. Питер, прилагая большие усилия, поднимает руку, почти невесомо обнимая ее в ответ. – Я не знаю, что со мной… Не знаю…       - Так, давай, садись. – отстранившись, Мишель помогает Паркеру устроиться в кресле, а сама опускается на мягкий ковер с толстым ворсом, прислоняясь спиной к его ногам. – Расскажи мне все, мне очень страшно за тебя, Пит.       Около часа спустя Эм Джей, запустив руки в свои шелковистые волосы и свив из них гнездо, со стеклянным взглядом слушает приглушенные подушкой всхлипы Питера, перебравшегося на кровать из-за невозможности долго сидеть. С каждым звуком сжимая пальцами свой череп все сильнее девушка мысленно проклинает Тони Старка за то, что он сделал с ее вечно жизнерадостным и неунывающим другом. Иначе как привидением или вампиром сейчас она Паркера назвать бы не смогла. Худющий настолько, что дунь – упадет, кожа тонкая и бледная, буквально прозрачная, каждую вену видно даже при слабом освещении. Отросшие волосы лежат безжизненной, посеревшей волной на плечах, кажется, коснись, и осыпятся. Бескровные губы, потускневшие глаза без прежнего живого блеска, торчащие острыми углами суставы. Без слез на друга Мишель взглянуть не может. А после того, что он ей рассказал, она понимает – Питер умирает. Прямо сейчас на ее глазах истончается с каждой секундой, словно не человек, а мираж в пустыне.       И все это знают, но даже лучшие врачи, привозимые Пеппер со всего мира по просьбе Хэппи, озадаченно разводят руками. Анализы показывают действительно пугающие результаты, а диагноза, и уже тем более лекарства для такого явления нет. Клетки саморазрушаются с такой скоростью, что даже паучья регенерация не справляется, хотя и задерживает процесс. Будь Паркер обычным человеком, Мишель прилетела бы не в гости, а на похороны. Вот почему встретившая ее Мэй выглядела непривычно подавленной, как человек, убитый горем.       - Что же это такое, Питер? Что нам делать?! – восклицает девушка, резанув по ушам Пита возмущенным тоном, и, резко поднявшись с пола, присаживается на край его кровати.       – Он ведь не только наяву тебя мучает, но еще и во снах… Как же это бесчеловечно… Как же так можно… - ловит пальцами быстро непрошенные слезы, отворачиваясь от друга, не желая раскисать тогда, когда нужно действовать и срочно.       - Не плачь… Сны – своего рода утешение, там я могу быть с ним, пусть и ненадолго. – пытается улыбнуться Питер, накрывая руку подруги своей ладонью в ободряющем жесте.       - Прости, прости… Ты же такой замечательный, добрый, отзывчивый, ты герой! Стольких людей спас… Ты не можешь просто… просто исчезнуть вот так. Это невозможно, я не верю… - утыкается лицом в грудь парня Эм Джей, удерживая вес своего тела на руках и сотрясаясь в беззвучных, горьких рыданиях. Ее боль сейчас размером со Вселенную, она больше не может сдерживать внутри это разъедающее чувство.       - Шшш… - почему-то блаженной улыбкой реагирует Питер, гладя девушку по волосам своей иссохшей рукой. – Никто не вечен… - и погружается в очередной сладкий сон, который, вероятно, может стать для него последним.       - Питер? – вскидывается Мишель, вглядываясь в едва дышащего, мертвецки бледного друга, и, не дождавшись реакции, встряхивает его сильно за плечи. – Питер! Пожалуйста, не засыпай! Останься со мной, не уходи туда, Питер!       На крики прибегают Мэй и Хэппи, кидаясь к постели племянника. Тетя плачет, протягивая свою трясущуюся руку к парню и с замиранием сердца касаясь холодной, как лед, кожи.       - Что же нам делать? – утыкается в плечо мужа она, пропитывая соленым потоком ткань его рубашки и с благодарностью принимая теплые объятия.       - Как я и думал. – раздается вдруг от стены глубокий, знакомый Хогану голос, заставляя всех присутствующих вздрогнуть от неожиданности.       - Стрэндж? – обращается к явлению Хэппи, сощурив глаза в своей вечной подозрительности. – Ты уже и сквозь стены ходишь, как раньше Вижен?       - Я давно через них хожу, но вы же тут явно не для обсуждения моих талантов собрались. – будничным замечает мужчина, полностью выбираясь из стены над кроватью Паркера и опускаясь на пол. – Мальчик скоро умрет, и я не могу этого допустить.       - Вы можете помочь? – подрывается Мишель, пытливо уставившись на задумчивого Стивена, положившего ладонь на лоб Питера и закрывшего глаза.       - Не любоваться же я на него пришел. – в своей саркастичной манере бросает Доктор, пытаясь скрыть за раздражительностью свою нервозность. Иначе какой из него спаситель, если и сам боится не меньше присутствующих женщин? – Вам придется довериться мне и оставить нас с Питером наедине. Не беспокоить до тех пор, пока не наступит полночь. Если я к тому времени не вернусь, проверьте мальчика. И подготовьте заранее медицинский персонал.       Мэй с сомнением смотрит на Хэппи, молчаливо спрашивая, не опасен ли этот маг, возникший из ниоткуда, на что мужчина лишь кивает одобряюще и выводит ее из комнаты, приобняв за плечи. Следом выходит и пребывающая в растрепанных чувствах Мишель, тихо прикрывая за собой дверь.       - Да уж, Питер, большая нам с тобой работа предстоит. Прости, что не пришел раньше, не мог. Хорошо, что успел. – устало выдыхает Стивен, разом как-то весь сгорбившись, и опускается в уютное кресло, закрывая глаза. Тут же из его тела вырывается астральная проекция, устремляясь к лежащему на кровати Паркеру и исчезая, словно проникая в него. *****************       - Детка, ты просто космос! – восторженно кричит Питеру Локи (странная кличка менеджера, как оказалось, была взята им из горячо обожаемых скандинавских мифов), подбегая к нему после окончания съемки для одного крупного журнала. – Завтра сразишь этого привередливого Старка наповал!       «Да уж…» - думает парень, отпивая из предложенной ему бутылки с водой пару глотков, пока Локи стирает влажным полотенцем бисеринки пота с его шеи. – «С этим свободным фотографом придется побороться за место под солнцем. Но кто его уделает, если не я!»       На следующий день они приезжают на съемки очень рано, так как звездный фотограф затребовал концепт рассвета, который должен подчеркнуть опасную сексуальность модели, прячущуюся за натуральной невинностью. Питер даже не знает, как выглядит эта дива, в интернете есть его фото в кепке, в маске, полубоком, со спины, короче, со всех ракурсов, кроме анфаса. Сегодняшняя съемка интригует, рискуя стать самым трудным и ценным опытом за всю его карьеру.       Незамеченный никем Стрэндж, в своей астральной проекции устроившийся в мини-автобусе напротив Паркера так, словно здесь его личный дворец, с легкой улыбкой наблюдает за этим живым и полным энергии парнем, каким привык его видеть всегда. Представшее ему недавно зрелище высохшего почти трупа, оставшегося от прекрасного, не заслуживающего смерть человека, поистине ужаснуло Стивена. Однако сейчас его цель не Питер, а тот, к кому он мага приведет. Причина кошмара, наяву происходящего с Пауком.       - Здравствуйте, Питер. – приветливо улыбается ему Вирджиния – личный ассистент фотографа – пожимая протянутую руку. – Тони на крыше, готовит Вашу «сцену».       - Очень рад, мисс Поттс. – Паркер задирает голову, пытаясь разглядеть наверху движение, но для этого ему бы понадобилось зрение Супермена – пятнадцать этажей все-таки.       - Просто Пеппер. Пойдемте, покажу Вашу гримерную, там уже ожидает наш стилист, притащивший на съемки столько образов, что пришлось переносить их в несколько заходов. – они заходят в лифт, где девушка нажимает на кнопку десятого этажа. – Что поделать, наш творец обожает разнообразие.       Не так Питер представлял себе встречу с негласным тираном этой индустрии. Сначала его со всех сторон покрутил-повертел высокий, худой, с виду чопорный англичанин, представившийся Стивеном, на деле оказавшийся одержимым перфекционистом, знающим о стиле столько информации, что к концу примерки Паркер уже ничего не соображал. Его раздевали и одевали столько раз, что чтобы не свихнуться от обилия цветов и тряпок, парень ушел в себя, решая в голове задачки по математике. После час на укладку и мейкап. «Его кожа должна выглядеть так, словно он новорожденный младенец, детка, никаких ярких румян!» - наставляет визажиста Стивен.       Стрэндж в этот момент во все глаза смотрит на свою копию – порождение больного воображения Питера, и сильно жалеет, что привязан к мальчику, не имея возможности свободно перемещаться в его подсознании. «Скорей бы это кончилось, я больше не выдержу!»       - Мистер Паркер. – сухо кивает фотограф, оценивающим взглядом скользнув по телу молодого парня, скрытому под черными брюками, выгодно обтягивающими стройные ноги, и насыщенного синего цвета поло, расстегнутой на все пуговицы, и удовлетворенно ухмыляется. – Стивен, очки ему смени, оправа должна быть матовой, мне не нужно сияние на солнце.       «Чего?» - вздрагивает Стрэндж, решив, что Старк его заметил, но по засуетившейся копии себя вспоминает – его тут не одна штука. Стойко вытерпев всю восьмичасовую фотосессию Паркера, при этом наблюдая за подкатами Тони в виде постоянных прикосновений (то воротничок ему подойдет поправит, то блеск для губ пальцем растушует) и похвал парню, Доктор наконец дожидается их расставания, цепляясь за свою цель и проникая через разум Питера в сознание Старка, тут же вытолкнувшего его проекцию в свою реальность.       И никто из них не знает, что Паучок больше не вернется из сновидения обратно в свое тело, впавшее в кому, оставшись ждать Тони в очередном мире, воссозданном его подсознанием, чтобы защитить расшатанную психику. ***************       - Старк, ты ублюдок! – разъяренный Стрэндж, наконец добравшийся до главного вредителя, хватает его за грудки, хорошенько встряхивая. – Какого черта мальчишку мучаешь?!       - Стивен? Что ты… как ты здесь оказался? – разводит руками, демонстрируя то ли храм, то ли пещеру шаманов вокруг себя. Выглядит он откровенно не очень. Не так плохо, как болезненный Питер, скорее неухоженно, как когда-то сам Доктор, потерявший свои золотые руки, перепробовавший всё и отчаявшийся. Эта аналогия остужает пыл мага, помогая разглядеть такую же глубокую рваную рану на душе Старка, как и у Паркера, такую же боль и звериную тоску в глазах.       - Пеппер дозвонилась до меня, сказала, Питер болен, сказала, Тони приходит к нему во снах, помощи просила. – он отступает на пару шагов назад, оставляя чужой ветхий балахон в покое. – Я решил, что, возможно, ты пытаешься с ним связаться, проник в его подсознание, чтобы проверить и…       - Стоп. Что? – перебивает Всевышний, опираясь рукой о стену, странно измученный и ослабевший для своей божественной сущности. – Питер болен? Что это значит?       - Он умирает, Старк! В этот самый момент умирает… - Стивен внимательно смотрит на мужчину, вдруг вспоминая то чувство на Титане. А Старк ли перед ним?       - Долгая история. – машет рукой Тони, улавливая мысли мага. – Нормально мне объясни, что там у вас происходит, потому что умирающий от болезни Питер – это какой-то абсурд! Гены паука ему даже ни разу чихнуть не позволили с момента перестройки его ДНК.       - Послушай, мы сами не знаем! Врачи говорят, что его клетки саморазрушаются слишком быстро, регенерация не справляется, органы начинают отказывать один за другим. Никто не знает, сколько точно ему осталось, но счет идет на часы, Тони.       - Саморазрушаются, говоришь… - «Агапэ создан против природы сущностью ликантропа. Если он не сможет исполнить свое предназначение, то долго не проживет.» - Я дураааак. – обреченно роняет голову на грудь Всевышний. – За своим эгоистическим желанием увидеть Питера забыл о самом главном.       - Нам сейчас и нужно это эгоистическое желание! Почему ты не вернулся? Что здесь делаешь? – начинает злиться Стрэндж. Мысль, что дорога каждая минута, подгоняет его в спину. – Времени нет, понимаешь? Ты должен ему помочь.       - Я не могу! Скитаюсь по мирам уже несколько лет, и не могу найти ваш! Он словно закрыт для меня, поэтому пытаюсь вернуться через Пита, он единственный, с чьим сознанием мне удалось установить связь. Это наказание за уничтожение Камней, но почему оно на меня подействовало, не понимаю.       - Что ты имеешь в виду? – внимательно слушает Стивен, надеясь, что Старк хоть немного приоткроет завесу тайны.       - Сила Камней Бесконечности влияет только на материи, порожденные самими мирами в процессе развития. Я же… Я создал все, понимаешь? И Мультивселенную, и сами Камни! – увидев недоумение на нахмурившемся лице мага, поясняет. – Это правда. Я, как говорят на Земле, Бог и Создатель, по чужой воле был заключен в тело человека миллионы лет назад, короче, просто прими это. Слишком долго рассказывать.       - То есть ты говоришь, что Камни влияют только на созданий, являющихся частью системы конкретного мира? – спустя несколько минут тишины выдает задумчивый Стивен. – А откуда это самое человеческое тело взялось? Разве не из нашего мира?       - Ты откуда такой умный? – высоко поднимает брови Старк, округляя глаза от поразившей его мысли. – Бинго! Отдачей прилетело потому, что это тело – часть системы Вселенной. Оно меня обременяет.       - Так избавься от него и дело с концом!       - Если сделаю это, Питер забудет меня… И ты тоже, маг. – тяжело выдыхает Всевышний, осматривая свою-старковскую руку. Привык за столько миллионов лет к этому костюмчику, уже даже отказывается личину менять перед другими.       - А не сделаешь, и он умрет. Как тебе перспектива? – серьезный тон Доктора наводит Тони на мрачные мысли. Неужели нет другого варианта? Почему он должен выбирать? – А нет возможности разделить свое сознание? Раз уж ты Бог, то всё тебе подвластно, верно? – дождавшись чужого кивка, продолжает. – Отдели человеческую сущность от божественной. Как индуистский Аватар у Вишну. Отправляешь на Землю свое воплощение и одновременно существуешь и там, и где тебе еще надо, хоть в другой Вселенной.       - Хм… Может сработать, но мне понадобится твоя помощь. Я пущу тебя в свое подсознание, а ты выведешь оттуда Тони Старка, каким он был до победы над Таносом.       - То есть… он все забудет? Про то, что является Богом, про то, где был пять лет? – догадывается маг, чувствуя зов своего тела – из-за столь дальнего перемещения астральная проекция отнимает много сил.       - Не забудет, а не узнает никогда. Говоря языком компьютеров, откат системы. Придумаешь легенду, например, что он пять лет в коме провалялся, потому что использовал перчатку для уничтожения Камней. Она его чуть не убила, но ты нашел полумертвое тело на Титане, поместил в летаргический сон для исцеления. Да что угодно! – всплескивает руками Всевышний, устраиваясь на холодном полу из какого-то камня, загадочно поблескивающего в темноте. – Это место силы, а не пещера Паука, Стивен, я нахожусь на одной из первородных планет, таких же древних, как я сам, только отсюда могу связаться с Питером. Энергия, витающая здесь, поможет нам с этим опасным экспериментом. Надеюсь, человеческая часть меня не сгорит в процессе.       - Ты серьезно?       - Ну, по ощущениям это будет, как вхождение в атмосферу Земли, вот и вообрази. Готов? – Всевышний смыкает веки, концентрируясь, и открывает своё подсознание Стивену, направляя его, иначе маг будет блуждать там до самой своей смерти. *****************       Долгие дни и бессонные ночи Антоний проводит возле постели Питера, не уходя дальше ванной комнаты, находящейся всего в нескольких шагах. Он не знает, сколько прошло времени, да ему и все равно. Вместе с Мэй и Хэппи ликантроп забрал Паучка на базу Мстителей, где в круглосуточном доступе медики и лаборатории. Покинул Агапэ почти на шесть лет… Чем он думал, решив уничтожить перчатку в одиночку?! Почему не оставил это на Тора, который вообще-то бог и пострадал бы явно меньше? Последнее, что он помнит – это разговор по-душам с Таносом на Титане и измученное физической болью лицо Питера, которого безумно хочет спасти от щелчка.       Пятилетняя кома, сказал Стрэндж. Получается, они с Паучком местами поменялись? Один возвращается к жизни, другой из нее уходит.       - Очень вовремя ты. – сказал ему тогда Стивен. – Еще немного, и мы бы потеряли пацана.       Тони чуть сильнее сжимает запястье Питера, уже вернувшее живой цвет кожи, всех богов моля о помощи своему Агапэ, даже не представляя, насколько могущественное существо «стоит» за ним.       Нахождение Старка рядом весьма благотворно сказывается на физическом состоянии парня. Почти пришедшее в норму с невероятной скоростью, буквально за пару недель, его тело разительно отличается от того вампира, явно пару веков голодающего, которого увидел здесь Тони в свой первый визит.       Он аккуратно состригает его тонкие, ломающиеся волосы до границы перехода во вновь отросшие, такие же густые и шелковистые, как прежде. По утрам открывает шторы и окна, позволяя свежему воздуху и солнечному свету проникнуть в комнату. Трижды в день делает массаж. Отключается только на пару часов, дремлет на диване, когда приходят доктора за очередными, кажется, бесконечными анализами. Они говорят, что все в порядке, поразительно, но недавний смертник в отличной физической форме, разводят руками они. Советуют ждать и молиться.       «Возможно, юноша настолько глубоко ушел в свое подсознание, что никогда не сможет вернуться.» - ножом по сердцу звучит в ушах ликантропа, но он знает, что не в праве злиться и требовать, потому что сам виноват. Оставил, не уберег, думал не о Питере, а о чертовой высшей миссии, пропади она пропадом!       - Ты идиот, Тони. – качает головой Хэппи, выслушав откровение друга о том, что он не достоен парня. – Он тебя пять лет ждал. Мы все твердили, что ты не вернешься, а он верил, понимаешь? Этот ребенок ангел. Если ты еще хоть раз причинишь ему боль, я самолично тебя закопаю на заднем дворе, так и знай. ****************       - Портишь городское имущество? – скрипучим голосом звучит за моей спиной, останавливая избиение мной мусорного контейнера. Медленно оборачиваясь, смотрю на свои окровавленные, трясущиеся руки, мгновенно залечивающиеся на глазах, и поднимаю взгляд на потревожившего меня человека. Бездомный мужчина в длинном черном пальто и с безобразными шрамами на нижней части лица стоит предо мной. Как он подкрался незамеченным? Почему чутьё не сработало?       - Откуда ты взялся?       - Поблизости гулял, увидел эту картину и подумал: «может я смогу помочь?»       - Что ж… Советую тебе валить, мужик. – зло выплевываю, тыча пальцем в сторону выхода из тупика. – Ты не представляешь, какое у меня поганое настроение.       - Вообще-то, держу пари, что представляю. – спокойным тоном продолжает он, заставляя меня насторожиться. Пытается усыпить мою бдительность? – А давай я куплю тебе гамбургер, и мы пройдемся?       - Слушай, если это какая-то подстава…       - Никаких подстав, ты выглядишь голодным… - секундная пауза, - Питер.       - Знаешь меня? Ах да, я же местная знаменитость. – горько усмехаюсь, отводя взгляд. После раскрытия тайны личности я мелькаю в новостях чаще, чем поп-звезды. – Кто ты?       - Брось, Питер, ты знаешь, кто я. – голубые глаза бездомного вдруг загораются светом самого солнца, вводя меня в ступор. От него исходит отливающая перламутром аура. Где-то я ее уже видел… Тони!       - Знаю…       - Вот и чудно. – возвращает человеческий облик, продолжая сверлить меня пронзительным взглядом. – Перекусим? Я плачу. Полчаса спустя сидим в парке на лавочке, обложившись фаст-фудом, на который я кошусь скептически, не притрагиваясь.       - Тебе нужно поесть, чтобы восстановить силы. – замечает мой собеседник, вгрызаясь в гамбургер.       - Это обязательно?       - Питер… - качая головой, выдыхает он, смотря на меня с заботой во взгляде. Неужели тебе в кое-то веки есть до меня дело?!       - Прости! – выдавливаю сквозь зубы, распаляясь. – Я знаю, ты занятой и всемогущий, а я… просто ничто! Но раз уж ты явился, может просветишь меня?! Бросить меня гнить на Земле, подыхая от тоски – это часть твоего грандиозного плана?! Твой магический проект моей никчемной жизни?!       - Даже если это так… - смотрит мне прямо в глаза, не моргая и не выражая голосом ни единой эмоции. – Что ты сделаешь, Питер?       - Буду умолять тебя вернуть мне его. – сдавшись, выдыхаю тихо, опуская голову, а затем отвечаю на его пытливый взгляд своим уверенным. – Скажу, что откажусь от всего, чтобы он продолжал жить.       - Даже от правды? Сможешь отказаться от воспоминаний о его истинной сущности?       - Зачем они мне, если его не существует? – усмехаюсь горько, смаргивая непрошенные слезы. – Знаешь, я ведь уже почти сломался… Объясни мне, для чего это все?       - О, Питер, Питер… - звучит в моей голове знакомый голос, объемный, густой, словно гипнотизируя, вводя в транс. – Человеческие страдания – это непостижимая тайна… У всех есть свое предназначение, Питер.       С болью распахиваю глаза, уставившись в потолок нашей с Тони огромной комнаты на базе Мстителей, ловя черных мушек, а через мгновенье вижу любимого мужчину, нависшего надо мной. Он бегает неверящим взглядом по моему лицу, словно чудо увидел, затем его глаза стремительно наполняются слезами. Горячие капли падают на мою кожу, возвращая ей чувствительность, Тони касается привычно сухой ладонью моей щеки, губами жадно прижимаясь к моим, остро все ощущающим, что удивительно – тело словно онемевшее.       - Ты вернулся. – с широкой, нежной улыбкой шепотом произносит он, выглядя при этом самым счастливым человеком на свете.       - Разве это не моя фраза? – хриплю отвыкшими от разговоров связками, взглядом пытаясь передать всю ту нерастраченную любовь к нему, копившуюся эти бесконечно долгие пять лет.

Как звезды пронзают космос, Как солнце рождает день, Как птицы седлают воздух, Как в окна стучит метель, Как лунные стынут слезы, Лаская ночную тень, Как в сквере растут мимозы, Нарушив мирскую лень. Как спешно текут капели В час солнечный по весне, И звонко рисуют трелли Дорогу твою ко мне, Так я растекаюсь тихой Кристальною гладью рек, Так я замолкаю рядом С тобою на целый век.