В капле дождя

Наруто двигался сквозь дымку, видя перед собой только собственные ноги. В нос бил непонятный запах, который кроме этого ещё и раздражал слизистую глаз. Наруто продолжал идти, словно его что-то толкало вперёд, он боялся оступиться или налететь на кого-нибудь, если кто-то вообще был в этом непонятном дыму, похожем то ли на пыль, то ли на пепел. Одно время всё шло хорошо, Наруто просто двигался дальше, хоть босые ноги его и подрагивали от незнания происходящего. Потом из дымки начали появляться где-то воткнутые в землю кунаи, где-то просто так валялись сюрикены, и многие из них были в красных, даже бордовых пятнах. Узумаки сразу понял от чего эти пятна — явно не кто-то решил покрасить металл в цвет божьих коровок. Кап… Наруто всё ждал, когда же он увидит мёртвые или раненые тела, и очень не хотел наступить на одно такое. Но пока были лишь пустынная земля под ногами и набирающий силу звук капающей воды. Джинчурики зажмурился, пытаясь проснуться, но не вышло, и за счёт этого он только больше сфокусировался. Теперь острый слух улавливал не только капли, но и шипение. Нарастающее, угрожающее шипение. — Змеи! — Наруто побежал, царапая ноги о сюрикены. Капли воды нарастали, становились больше, звук при падении чётче. Ближе становилось и шипение. И когда Наруто увидел чёрные змеиные глаза, то проснулся. Он буквально подскочил в кровати, ожидая, что вновь может ослепнуть, но вместо этого ощутил боль в порезанных ступнях. Всё, что ниже щиколоток, было исколото, сильно кровило, и красная жидкость заливала белоснежные простыни. Узумаки закусил подушку и завыл от боли и жалости к себе. Такое кровавое месиво он видел впервые. Собравшись с силами, Наруто попытался пошевелить ногой и понял, что это всего лишь небольшие порезы. В голове промелькнула мысль позвать Саске, его личный сторож в этот утренний час точно уже должен находиться где-то здесь. Но мужская гордость не позволила и пискнуть, в дальнейшем Наруто не простил бы себе этого. Поэтому парень стал соображать, где бы ему найти хоть какие-нибудь бинты. Взгляд упал на уже испорченную простынь, и Наруто без зазрения совести изорвал податливый хлопок на ленты. Но когда он потянулся, чтобы обвязать ступни, то увидел невероятное. Порезы затягивались сами собой, кожа фактически сшивалась невидимой иглой и фиксировалась невидимой ниткой, пока края не срослись окончательно. — Неужели это сила лиса? — сам с собой стал говорить джинчурики, ведь он так привык с кем-то разговаривать, кому-то выражать свои эмоции хоть мысленно, хоть вслух. — Он никогда не говорил, что такое может. Вот же, Курама, тебя уже ждёт знатная взбучка, когда ты проснёшься. Теперь, когда проблема с ногами решилась сама собой, джинчурики смог спокойно встать с кровати, чтобы угодить голыми стопами прямиком в лужу. — А?! Что это? Я до сих пор сплю? Оказалось, что это было вовсе не продолжение сна, а самая настоящая мокрая реальность. Проливной дождь так и хлестал по окнам, чтобы самые затейливые капли удачно попадали прямо в дыры и образовывали целую мокрую орду. Лужа за ночь дотекла до самых ножек кровати, и Наруто забегал по комнате, вытирая это безобразие. Когда Саске появился на пороге его дома, Наруто уже всё убрал и подставил лишнюю тару, какую нашёл, лишь бы была вместительная и сама не протекала. — Тону, Саске, — в шутку пожаловался Наруто и утёр пот со лба. Чтобы волосы не лезли в глаза, пока мыл полы, парень обвязал лоб повязкой и выглядел почти как все эти коноховские ниндзя. Половой ниндзя — гроза протёков. Саске тоже поглядел на воду в тазиках, помог вылить уже набравшуюся жидкость. Потом внимательный парень не мог пропустить мимо своего взгляда сложенные в углу грязную простынь и ошмётки. — Что случилось? — Саске оглядел Наруто со всех сторон, на секунду напрягаясь, что парень мог быть ранен, и он это проморгал. Но джинчурики казался бодрым, весёлым и самое главное здоровым, словно жизнь цвела и пахла, а погода заставляла только улыбаться. — Жуть, как есть хочу, пошли поедим сначала, Саске, чего-нибудь, и я тебе расскажу. Саске, хозяйничая на кухне и не спрашивая на то разрешения, сварил себе кашу, так как Наруто собирался удовлетвориться разведённой лапшой. Хоть они и купили свежих продуктов, Узумаки хотел именно лапши, утверждая, что теперь готов есть её до конца своих дней. Наруто очень удивляло, что в доме было всё, что нужно для жилья. И бельё, и почти вся необходимая посуда, чистящие средства, в том числе веник и совок, почти вся нужная и не нужная мебель. Он чувствовал себя здесь очень уютно, очень по-человечески. Может быть от этого умиротворения, домашнего уюта, которого у него в жизни никогда не было, славного гостя, который хоть и не по своей воле, но приходит каждый день, Наруто больше не чувствовал страха, вызванного тревожным сном. Но пока он и не боялся его ещё и потому, что не знал смысла этого сна, и не сильно уж хотел знать. Саске время от времени бросал на Наруто странные взгляды, расшифровать которые он не смог, и Узумаки стало от них не по себе. Почему-то именно над этими взглядами он начал глубоко задумываться, так, как не задумывался над своим сном. Потом Саске надоело просто смотреть, может он собирался с мыслями или искал нужного момента, и Наруто с непонятным волнением стал слушать. — Я не знаю, насколько близки вы с наставником Киллером Би, но у меня плохие вести насчёт него, Наруто. Согласно нашим данным, он был похищен ниндзя чужой деревни. Мы боимся, что ты тоже в опасности, и наши рекомендации — соблюдай осторожность, по возможности возвращайся обратно в гору, — очень скупо сообщил Саске, как будто выкладывал доклад на стол хокаге. Опять-таки, как и со взглядом, Наруто сильно и натужно над всем этим задумался. Не над тем, что Би исчез, до него именно дела не было, а над тем, как Саске сухо с ним говорил. Они вроде подружились, хоть и были в начале на стадии взаимоподколов, но сейчас это малословное отношение к себе до ужаса сильно задело Наруто где-то в глубине души. Но как сильно бы он не заморочился над этим, то сумел резко переключиться на другое — теперь его волновало, кто сможет разъяснить его сны. — Вот же, Би, не поверю, что они так легко с ним справились. Как мне теперь расшифровать свои сны без него? Тем более снилась такая бесовщина, — потёр щёку Наруто в одном из своих любимых жестов. — Это из-за них у тебя всякие проблемы по утрам? — Наруто в этот момент подумал своим возбуждённым сознанием совсем не про те проблемы, о которых говорил Саске, и секундная заминка выдала его с головой. Учиха издевательски усмехнулся, не сумев сдержаться. — Ты не о том подумал! Я не то имел ввиду, чего ты ржёшь, нянька учиховская, — Наруто обвиняюще ткнул его пальцем в лоб, в порыве эмоций оперевшись коленом об обеденный стол. Саске несдержанно засмеялся в голос от столь безобразного поведения своего подопечного. Наруто, вопреки всему, не злился, а наоборот почувствовал себя свободным и раскрепощённым. Именно так они обычно с Курамой бесились, смеялись друг над другом, и неожиданно нахлынувшие воспоминания окрасили смеющийся образ Саске приятным тёплым светом. — Расскажи свои сны, давай попробуем разобраться, почему они тебя калечат, — предложил Учиха, когда, наконец, смог взять себя в руки. — Вот я сейчас всё расскажу, и ты поймёшь, что был не прав, — настырно продолжал гнуть своё Узумаки, в то время как Саске уже давно забыл. Джинчурики поведал свои сны, в том числе и тот, значение которого он уже знал. — Сон про кастрюлю, может здесь имелись ввиду гром и молнии, хотя дождь был предсказан, так что все вытекающие с этим последствия и так ясны, — сразу стал выдвигать идеи Учиха. Когда он думал, то у него взгляд сразу темнел, поглощаясь полностью мыслями, что Наруто показалось, он мог бы прочитать в зрачках бегающие предположения. А ещё Саске складывал одну руку под другую, и кистью подпирал подбородок. Это были очень манерные привычки. Смотря на него, Наруто ощущал себя в присутствии аристократа, в эти моменты ему тут же хотелось выпрямить спину или не хлюпать, пока прожёвывал лапшу. Потом Узумаки спохватывался, что его не занимало никогда чужое мнение, точнее оно не должно было на него настолько влиять, и сгибал спину, и начинал хлюпать вдвойне усерднее. — Но вот чего я не понимаю, так это почему ты то слепнешь, то у тебя искалечены ступни. В первый сон у тебя ничего такого не было, — Саске распустил руки, что означало, что он не желал больше думать над этим по крайней мере сегодня, и с удовольствием потянулся, позволяя еде провалиться чуть дальше. Выглядел он всё так же замучено, видимо, одной ночи для сна усталому от недосыпа сознанию явно не хватило. Наруто бы сказал, что как минимум до обеда, а то и до вечера, — вот такой сон подошёл бы лучше. Ещё раз запарив себе лапши, как будто это божье снисхождение могло заставить мозг работать быстрее, Наруто стал усердно думать. Его сны сбываются. Но вот что сбывается, непонятно, ведь не ясно, что было предсказано. Однако замкнутый круг. Так почему же они калечат самого предсказателя? — Х-м-м, — Наруто стал в шутку издавать мудрствующие звуки, как старая жаба. Саске слегка улыбнулся, откинувшись головой на спинку стула. Возможно, что эти звуки и впрямь помогли, джинчурики наконец смог выдвинуть дельную идею, отметя другие, похожие на то, что у него какой-то сбой в организме из-за недостатка половой жизни. — Может, предсказания не были сказаны вслух, поэтому жахают предсказателя, чтобы, так сказать, поторопить его. — Это умно, — похвалил его Учиха, и Наруто довольный разулыбался. — Теперь нам бы понять, что там за невысказанные предсказания остались. Что за змеи, слепота, кунаи. Кунаи, сюрикены, кровь — это явно какой-то бой. Но при чём тут змеи? — Но и кастрюля явно не означает, что я буду суп готовить. Может там что-то сравнительное? Может змеи напрямую не означают что-то или кого-то? Оба парня переглянулись от того, как слажено смогли сработаться, чего никак не ожидали друг от друга. Саске задумчиво отвёл взгляд, явно не признавая в Наруто кого-то умного, хоть и похвалил его только что. Наруто даже огорчился, но не стал вслух опять устраивать перепалку, ему не хотелось терять хорошего собеседника, хоть даже и такого бесючего. Саске не стал заострять внимание на повисшей паузе и сделал вид, словно они оба во время неё думали над проблемой Наруто, а не каждый над своими чувствами, по крайней мере Наруто так показалось. Учиха встал из-за стола, говоря на ходу: — Мы ещё подумаем над этим. Ты сегодня не занят, Наруто? Это «мы» очень интересно ёкнуло в сердечке у парня, заставляя его немного сбиться с привычного темпа. Как приятно было осознать, что ты не одинок. Это чувство было похоже на то, как солнце постепенно прогревало землю после долгой студёной зимы, — а Наруто в норе это всё прекрасно чувствовал, — с каждой секундой становилось всё теплее и теплее. Узумаки резво вскочил со стула вслед за парнем, готовый к любым свершениям. — Нет, конечно я свободен. Ну, то есть, мои дела джинчурики явно очень безотлагательные, но ради тебя я легко могу их отложить. — Ты даже не услышал, в чём дело, а уже согласился, — по голосу Саске явно усмехнулся, но его прямая спина, в которую насупившийся Наруто, от злости ускоривший шаг, чуть не врезался, не проявила никаких эмоций.

***

Дождь лениво щекотал каменные дорожки своими аккуратными каплями, как будто ластился к земле. Наруто, играясь, ловил капли языком и фыркал, как самая настоящая лисица, когда брызги попадали на нос или в глаза. Саске смотрел на него и не понимал, как можно так веселиться, когда вчера только переживал за то, какое горе в итоге может принести разбушевавшаяся погода. Наверное он просто воочию ещё не видел гибельной силы стихии, и мог только лишь представить, а потому вчерашние переживания довольно легко были позабыты. Саске, чей клан был основоположником разработки схем перекрытия домов от непогоды в деревне, знал как никто другой её разрушительную мощь. По итогу ему было немного странно видеть такого человека, который ни о чём не переживает, не бегает, как все, пытаясь закончить свои дела до кульминационного момента, но кроме него был ещё один такой интересный кандидат. И именно к ней сейчас Саске вёл своего знакомого. Маленький оружейный магазин был самым настоящим бункером. Он настолько защищён разносторонними методами, так оснащен различными материалами, заборами, перекрытиями, что ребята не сразу отыскали дверь. Хотя Саске вроде помнил о наличии входа, с какой стороны он был, но владелица магазина в полдня перекрыла его всем, что находилось под рукой, потому что считала, что в её магазине будет народу не последняя нужда. И в чём-то она была права — в самые тяжёлые времена начинались разбои и грабежи, люди должны себя как-то защищать, не говоря уже о шиноби, которым по рангу положено носить с собой холодное оружие. Наруто во все глаза разглядывал блестящие кунаи и сюрикены, начищенные до блеска их различные разновидности. Тут были и опасные ловушки, взрывные свитки, боевая броня высшего класса, совсем внушающие ужас одним только своим размером копья, клинки, мечи. Но тот самый огонь интереса разгорелся в глазах Узумаки, как только из комнаты для персонала появилась сама хозяйка и одновременно она же и продавец этого магазина. Девушка с кукольными и от этого очень миловидными чертами лица с ладной фигуркой так привлекла джинчурики, что он мог смотреть теперь только на неё, как будто она его околдовала, применив какое-то джутсу. Саске грустно улыбнулся, понимая, как же легко можно зацепить этого доверчивого парня, чей рассудок полностью затмили женские прелести. Однако он сам привёл его сюда специально. Саске не хотел этого признавать даже мысленно, но он мучался тем, что вчера поступил с джинчурики в какой-то мере нечестно. С одной стороны он сделал всё верно — те девушки состояли в отношениях, о чём стоило просто сказать, но Учиха решил повеселить себя. В тот момент страх в глазах Узумаки отрезвил его, и он понял, какую жестокую совершил ошибку, насколько сильно задели парня слова других людей. — Наруто, познакомься, это Тен-Тен, — представил Саске друг другу молодых людей. Он знал, что девушка в силу своего пробойного характера, а может из-за чего ещё, долгое время была одна и уже устала от этого. Ему казалось, что близкое знакомство с джинчурики могло в какой-то мере ей польстить. — Джинчурики, — удивленно-восторженно вскрикнула девушка, наверняка уже извещённая о внешности парня от Ино или Сакуры. Она очень резво стала жать руки Наруто, а тот от восторга весь раскраснелся и так застеснялся, что мог только бубнить и лепетать под нос что-то неразъяснимое. Несмотря на всё стеснение и волнение от первого знакомства, эти двое довольно близко вскоре нашли общий язык. Пока Саске пополнял свои запасы необходимого оружия, Наруто разошёлся и расслабился, начиная шутить в своём стиле. Тен-Тен смеялась вовсю, и от её хохота на полках подрагивали сюрикены. Саске подумал, что у неё совсем ужасный смех, а Наруто нравилось. Учиха как бы ни старался в их сторону не смотреть, делая вид, что какой-то пыльный свиток ему интересен, обратил внимание, что у обоих словно подрагивали пальцы. Ему могло лишь казаться, но лёгкое притяжение между двумя людьми явно пробежало и стало кидать их в объятия друг друга. Наруто слишком тесно стал стоять, Тен-Тен тоже рвалась к близости, где-то подставляя руку, чтобы лишний раз случайно соприкоснуться. Знакомство явно удалось, и Саске теперь оказался третьим лишним. Учиха приблизился к парочке только чтобы расплатиться и, глядя на то, как рука Наруто выписывала красивые символы на маленькой женской ручке, обратился к джинчурики: — Наруто, мне нужно отлучиться. Теперь кроме меня у тебя есть другая охранная группа, так что я могу оставить тебя временно на их попечение. — Конечно, Саске, — Узумаки выдохнул слишком уж расслабленно, как будто до последнего боялся, что Саске наоборот заберёт его, и был всё это время напряжён словно натянутая тетива лука. Такая мысль — увести Наруто — как маленький демонёнок протанцевала в мозгу, и Саске едва ли не картинно затряс головой, чтобы избавиться от неё. Один раз он уже послушал своё жестокое сознание, потом его малая, но стыдливая и совестливая часть рассудка всё равно над ним возобладала, и он очень сильно пожалел по этому поводу. Так что сейчас просто ушёл, оставляя этих двоих в распоряжении друг друга. Саске думал, что будет чувствовать после своего благородного жеста гордость собой и радость за Наруто, но внутри была только пустота. Учиха не порадовался этой чёрной дырище в своём сердце, так как не знал, чем затянуть провал и отчего она вообще образовалась.

***

— Тен-Тен, ты мечта, самая настоящая мечта. На горе Мьёбоку у нас есть звезда в небе, самая яркая, безымянная. Для каждого она своя, и я для себя назову её твоим именем, — Наруто плёл бессвязный бред, надеясь, что девушка поведётся на все эти комплименты. Он выдумывал все эти романтические глупости буквально на ходу, делая при этом очень серьёзное лицо. Тен-Тен игру поддерживала или действительно верила, по крайней мере велась. Пока, гонимый кое-чем другим, а не чувствами, Наруто совершенно не осознавал, как ведёт себя. Он убеждал себя, что девушка ему очень приятна, ластился к ней как к своей любимой, и получал ответную ласку и нежные улыбки. И это всё только на улице, пока, держась за руки, они бежали под дождём куда-нибудь. Девушка сказала, что ещё не ела, и Наруто очень надеялся, что «Ичираку» ещё было открыто. Однако его надежды никак не оправдались. — Закрыто, — прошептал Наруто себе под нос, читая табличку на заколоченном здании. Тен-Тен взяла ободряюще его за руку, пытаясь поддержать словами: — Ничего страшного, такое бывает, что многие закрываются, пытаясь переждать бурю. Пошли в другое место. Или, — девушка понизила голос до заигрывающих интонаций, — можем купить продукты и я приготовлю у тебя. Это был первый колокольчик в голове, когда Наруто взглянул на «Ичираку» и подумал — что-то не так. Всё было неправильно, он вёл себя слишком не по-настоящему, по-иному, чем он привык. Грусть, разрезающим водопадом готовая оросить сердце, чуть затихла при словах Тен-Тен. И когда девушка совсем утянула парня за собой за руку, то и вовсе растаяла, и Наруто снова окунулся в свои непонятные, нахлынувшие эмоции восторга от этой девицы. В овощной лавке они взяли продукты на салат, какие-то свежие и сушеные фрукты. Наруто, гружёный пакетами, бодро зашагал в сторону дома. Тен-Тен шла чуть позади и весело лепетала что-то про погоду, про свой магазин, про Саске, с которым они знакомы ещё со школы. Наруто в шуме дождевых капель её совсем не слышал, только бормотание, но когда и этот звук вдруг резко оборвался, Узумаки насторожился. Включились звериные рефлексы, и волосы на всём теле вздыбились в ощущении едва различимой тревоги. Парочка уже ушла с шумного даже в такую погоду базара и уходила всё дальше к окраине деревни, где и без того бывало мало людей, а из-за нынешней погоды и вовсе безлюдно. Наруто подумал, что как раз отличное место для засады. Джинчурики бросил пакеты прямо на землю и резко обернулся. Как он и думал — Тен-Тен яростно билась в руках молодого парня, пытаясь отгрызть ему руку, которой он закрывал ей рот. Когда парень увидел, что Наруто на них смотрит, то виновато ухмыльнулся, мол, поймали на месте преступления. Незаметные тени проскочили по краям, пытаясь взять в засаде и Наруто, но джинчурики со своей нечеловеческой скоростью заметил их первый и отскочил. — Что вам от меня нужно?! — вскричал Узумаки в ярости, пытаясь заглушить шум нарастающего дождя. Двое других оказались женщинами. Сознание взвыло — как же неудачлива судьба! Вокруг столько прекрасных красавиц, и все такие недоступные, и даже Тен-Тен, которая была добра и открыта, которая хотела быть рядом, схватили и удерживали. — Что за тупой вопрос? Нам нужен полностью ты, весь такой ценный из-за своих предсказаний! — в грубой форме ответила одна из нападавших. — Каруи, не обязательно разговаривать с целью, чтобы его похитить ему не нужно выкладывать наши планы, — вступил в разговор парень. Тен-Тен в его руках вырывалась очень рьяно, и в конечном итоге он просто приставил ей меч к горлу. — Следите за своими движениями, дама, а то можете порезаться. — Не смей её обижать! Наруто вступил в бой первым, когда увидел горло своей женщины в опасной близости к острому лезвию. Он не мог допустить, чтобы дама, которая ему доверилась, пострадала. Именно когда запахло жареным, Наруто понял, что он не так переживает за сохранность самой Тен-Тен, как больше переживал за свою мужскую гордость. Может жители деревни были абсолютно правы на их счёт, и все они, джинчурики, очерствели до глубины души и могли думать лишь о своих нуждах и чувствах. Пригнувшись и выставив руки назад для большей скорости, Узумаки пулей понёсся прямо на парня, ещё сам правда не зная, как будет противостоять холодному оружию. Однако две другие девушки-похитительницы вдвоём смогли остановить его, несмотря на сверхскорость. — Круто, — сказала молчавшая до этого. Наруто сделал вывод, что главная тут она, так как блондинка была самая старшая и, если присмотреться, подавала невидимые знаки остальным. — Ты понравился Самуи, — хихикнула другая, красноволосая Каруи. — Омои, ты слышал? — Нет, я глухой. Твой мозг, Каруи, похоже не дорос так же, как не доросла и твоя плоская грудь. В ту секунду, когда Каруи вскипела от издёвки и готова была разразиться ругательствами на своего напарника, как разверзшееся жерло вулкана, Наруто не упустил момента и, оттолкнув её, вновь возобновил атаку. Как раз они дали ему время приметиться и понять, что стойка у парня совсем расслабленная — он, видимо, был уверен в силе своих помощниц и в слабости своей пленницы. Ещё один рывок, и Наруто уже почти близко, уже приготовил кулак, чтобы бахнуть со всей силы по выставленному колену, а следом по незащищённой никакой бронёй голове, чтобы уж точно все звёзды перед глазами пролетели. Но Узумаки и сам недооценил двух прекрасных воительниц, что заграждали его путь. Пусть он и смог проскочить отвлёкшуюся импульсивную Каруи, то Самуи, знавшая своих напарников по команде словно собственных брата и сестру, была готова к этому и нанесла Наруто оглушительный удар по рёбрам. Узумаки полетел прямиком в грязь, чья условная мягкость всё равно не уменьшила удара о твёрдую почву. — Наруто! Держись, я выберусь, — крикнула ему Тен-Тен. В местах ударов синяки начали заживать с такой быстротой, что Узумаки почувствовал только нетерпимый зуд. Видимо, чем меньше были увечья, тем быстрее они заживали. И по всем признакам, беря в расчёт ещё то, что похитителям явно нужно привести Наруто живым, а искалечить его у них не получится, лис ухмыльнулся, — у него были все шансы на победу. — Ты чего лыбишься, урод подгорный?! — вскинулась на него Каруи, опасно надвигая в сторону парня острие своего меча. — Потому что вы проиграете так и так, — самоуверенно заявил Наруто, вставая и картинно отряхивая новые брюки от грязи. — Очень жаль, что из-за вас я испачкал одежду, которую мне выбрал друг. — Не ты первый, не ты последний, — изрекла Самуи, главарь банды, как бы заканчивая диалог. Одного её холодного, заточенного как их мечи взгляда, хватило, чтобы напарники начали действовать. Наруто засёк, как Омои стал сотворять одной рукой знаки, похожие на те, которые делал Саске, чтобы разжечь огонь, и природу которых Наруто не понимал. Он весь собрался, не зная, чего ему ожидать. Тем временем Каруи и Самуи напали первыми, стараясь не использовать против него своё оружие в открытую, а только угрожая им. Узумаки отклонялся от лезвия несколько раз, действительно поверив, что его сейчас рассекут как рыбу на доске. Его же удары профессиональные куноичи отражали блестяще — техника боя у джинчурики явно хромала. — Зря тебя похвалила наш лидер, ты слабак в отличие от знаменитого Киллера Би, вон там осьминог покрупнее, — продолжала издеваться Каруи, как будто специально отвлекала внимание. Вот только от чего? И пока Наруто соображал, что именно то были за знаки, сливаясь с дождём, подкрадываясь максимально тихо, сзади его настиг Омои. Перед тем, как потерять сознание, Наруто явно уловил, что их было двое, точно двое. Ещё перед тем, как уплыть в навязанное бессознание, Наруто увидел яркую вспышку света и освещаемые её слепящим огнём вырвавшиеся из ниоткуда железные цепи.

***

— Наруто! Джинчурики обернулся. Этот приглушённый рык он не мог спутать ни с чем. — Курама! Парень сломя голову понёсся по катакомбам собственной души, расплёскивая воду. Как она уже надоела. Слушать целыми днями эти заунывные капания и всплески, от этого у Наруто скоро уже, кажется, голова начнёт болеть, а Лис только всё больше укачивался. Непонятно только, почему он звал Наруто в то время как должен был быть в спячке. И если проснулся, означало ли это конец дождя? Такой непродолжительный дождь и аномалией толком нельзя было назвать. — Что случилось, Курама? Тебя укачать? — усмехнулся Узумаки, смотря на вздымающиеся бока здоровой рыжей тушки. Лис лежал к нему спиной, и волны от его дыхания пускали круги по воде. — Найди… Учиха… Сон одолел Кураму прежде, чем он сумел ясно выразить свою мысль. И также резко, как лис провалился обратно в прекрасную страну дрёмы, Наруто очнулся в кровати. Вокруг него была новая обстановка, которая явно не походила ни на его собственный домик, ни на что другое ему известное. То, что рядом сидел Саске, одновременно и успокоило вздыбившееся после сна сознание, и поселило малюсенький росток страха — что же произошло в итоге там, в подворотне, и что случилось с Тен-Тен? Наруто посмотрел на Саске, который ещё не заметил, что он очнулся, потому что сидел рядом на стуле с полуприкрытыми веками. И вот тогда в голове прозвенел второй колокольчик, благодаря которому Наруто, наконец, осознал, какой же он болван. В мире происходили серьёзные вещи, и он пытался строить из себя серьёзного человека, а на самом же деле был только картинкой, которую сам себе нарисовал в уме. Ненастоящий, как незрелый подросток, не осознающий своей ответственности. При всей своей силе, при всех рассчитанных, видимо немного самоуверенно, шансах, он умудрился проиграть, не защитил девушку, которая ему доверилась, чуть не подвёл деревню, которая рассчитывала на него и предоставила ему кров. Эти все мысли нахлынули неконтролируемым потоком, и Наруто, всплеснув руками, с психу ударил кулаками по кровати, в которой лежал. Саске лениво приоткрыл глаза, никак не удивившись, и ясно дал понять, что уже давно засёк, что Узумаки проснулся. — Ну и как это понимать? — лениво спросил Учиха. — На этот раз тебе приснилось, как тебя бьёт молния, и теперь будешь биться в предсмертных судорогах? — Не смешно, — фыркнул Наруто, вскакивая с кровати. Он чувствовал себя как никогда здоровым, и это всё совсем не вязалось с тем, что находился он в лазарете. — Что произошло? Где Тен-Тен? — Сходу вопросы, ты только проснулся, — Саске не спеша потянулся на стуле, потом встал, размял все конечности, как старый дед. Он будто вечность сидел на этом стуле, что у него аж все косточки захрустели одна за одной. Наруто не мог его торопить, так как чувствовал себя сейчас виноватым во всём. Даже если бы сейчас случился конец света, например, или даже такая мелочь, как Саске бы споткнулся, то и в таких крайностях Наруто обязательно сделал бы виноватым себя. Конец света, потому что Узумаки проспал его начало, а Саске споткнулся, потому что Наруто поторопил бы его быстрее перейти к выдаче сведений. Так и так Учиха пришлось говорить, и по ходу его доклада Наруто краснел всё больше, к концу становясь похожим если не на помидор, то на самую зрелую свеклу. — Ниндзя Деревни Скрытой в Облаке проникли через нашу систему безопасности, оглушили большую часть отряда, защищающего тебя, выбрали подходящее место для нападения. Потом вырубили тебя довольно простой техникой клонирования, на которую тратится даже меньше энергии, чем если бы я создавал свой огненный шар. Но они не учли одного — госпожа хокаге не просто приставила к тебе отряд, она отдала указание всем ниндзя в деревни защищать тебя, а Тен-Тен также является одной из сильнейших куноичи. Она и отразила отаку враждебных шиноби, как только смогла освободиться от Омои, который отвлёкся на тебя. Однако нападающие сумели сбежать, в конце концов их было трое, а она одна. — Так это её цепи я видел во вспышке света? — спросил Наруто, потирая щёку и пытаясь не смотреть на Саске. Был бы здесь кто-то другой, возможно, что ему не было бы так некомфортно, но перед Саске почему-то Наруто начал робеть. Может из-за того, что уже считал его достаточно близким себе человеком, а по его мнению чем ближе был к тебе человек, тем меньше хотелось его разочаровывать. — И сколько я спал? Минут пятнадцать? Вы даже успели донести меня до больницы. Наруто не ожидал, что его слова вызовут такой взрыв эмоций на лице у Саске. Обычно сдерживающий себя Учиха, максимум проявлений чувств которого это язвительная усмешка, сейчас выглядел на редкость удивлённым. Если можно было свести к удивлению недоверчивый взгляд постепенно темнеющих глаз. — Ты спал всего лишь каких-то пять дней, — сообщил Саске ошарашивающую новость. — При том, что со здоровьем у тебя всё в порядке, и твои раны зажили действительно в течении пятнадцати-двадцати пяти минут, тем не менее никто не мог тебя разбудить и даже сказать, что с тобой. Просто спал глубоким сном. Что же тебе такого снилось? — Пять дней?! — шокированным Наруто можно было назвать ещё с мягкостью. Он настолько был поражён этой новостью, что чуть не сел на пол вместо койки, но в конце вовремя опомнился. — Да мой сон даже столько не длился, там буквально минут на десять вышло. Саске устало прищурился, готовый опять спросить, что же ему снилось. И Наруто только сейчас осознал, что возможно Саске всё это время, все эти пять дней, находился тут, рядом с ним, не отходя ни на шаг. От этой мысли его чуть повело, а может и от голода, который проснулся как медведь после спячки и готовился сожрать уже самого Наруто изнутри. Всё-таки пять дней чувствовались и усталостью во всех конечностях, и головной болью. За окном всё также маячил дождь, и нельзя было понять который сейчас час — стояла такая чернота, что невозможным казалось различить расплывающийся пейзаж. — Надеюсь, у тебя есть для меня хоть что-нибудь перекусить, иначе мне придётся съесть тебя, Саске, — очень серьёзно проговорил Наруто. Когда по просьбе Учиха ребятам принесли еду и удалились мелкие ребятишки-шиноби, в глазах которых читался живейший интерес к джинчурики, Наруто решил рассказать Саске про сон. Хотя там даже вопроса не стояло рассказывать или нет, в прошлый раз они так отлично размышляли над этим вместе. Правда из-за последних событий Наруто пребывал без настроения. — Прекрасно, меня защитила девчонка, которую я вообще-то собрался спасти, — от злости даже вкус лапши как-то потускнел и не приносил удовольствия. Теперь Наруто и близко к Тен-Тен не подойдёт, опасаясь насмешек, но ещё больше — своих собственных терзающих стыдливых мыслей обо всей этой ситуации. — Вообще это мне не стоило оставлять вас двоих, — внезапно Саске встал на его защиту, Наруто аж вскинул голову при взгляде на него, пытаясь уловить подвох. Но Учиха, кажется, говорил серьёзно. — Втроём мы явно были бы на равне, и возможно, что смогли бы даже захватить в плен команду Самуи сами. Наруто нашёл в его словах то, чего не мог найти в собственной душе — утешение. А ещё уверенность в себе и своих силах. Этим одним простым предложением Саске поставил Наруто рядом с собой в одну линию, делая его равным себе. Может напрямую он не хотел кидать такой намёк, но Наруто убедил себя в этом. Теперь джинчурики посмотрел на шиноби другими глазами, он смотрел на человека, который после всех насмешек, после всех его косяков, глупых иногда безобразных речей, всё равно равнял его с собой и был готов биться с ним рука об руку. В этот момент Наруто решил для себя несколько вещей: он не уйдёт отсюда, пока не поможет этим людям всеми своими возможностями, и он не спустится никогда с горы обратно в деревню, если хоть как-то подведёт Саске Учиха.