В капле дождя

— Как уже начался? Не может быть! Слишком рано! Нет, этого не может быть, это не тот дождь, ты что-то перепутал, — Цунаде Сенджу возмущалась так, словно бы Наруто сам призвал дождь непонятными танцами или ещё чем и теперь должен сам же его и остановить. — Взгляните же в окно, вон как капли хлыщут по нему! — взбесился джинчурики. Хотя дождь только набирал обороты, становилось ясно, что на этом он не остановится. Тем более надвигался непростой дождь, а предсказанный, и словно говорил людям — а вас предупреждали, так что теперь держитесь! Цунаде чересчур агрессивно выглянула в окошко, намочив свои прекрасные отливающими солнечным светом волосы, и с мокрой головой обратно села в своё правительское кресло. Её помощница бегом унеслась из кабинета за полотенцем, переживая за здоровье своей главной. — Ты, наверное, что-то напутал. Я понимаю — молодой, неопытный, — Цунаде перешла на смирительный тон, пытаясь вывести Узумаки на спокойный разговор, хотя первая и вспылила. Саске, который тоже здесь присутствовал, молча слушал, никак не выдавая свои эмоции и не пытаясь что-то от себя добавить или встать на чью-либо сторону. — Ты у нас впервые, а другие и по два, а то и три раза приходили. Скорее всего, что ты явно что-то перепутал. Обычно предсказания так быстро не сбываются. — Я ничего не перепутал, я всё правильно предсказал. Лис спит! — Наруто уже не знал, чем ещё подкрепить свои слова. Он не был словесно подкован, чтобы как-то красиво вывернуться и доказать свою правоту. Плюс у него ещё был второй сон, но не мог же он рассказать, что ему приснилась огромная кастрюля на голове. Только Киллер Би мог разъяснить ему сон, но пропавшего наставника нигде не было видно, да и искать времени тоже не было. Саске выволок джинчурики к правительнице на ковёр едва тот глаза успел разлепить нормально, и даже не позавтракав. Точно, Би! — Точно, Би! Он вам докажет, что я прав. Спросите у него. — Сначала его нужно найти, — помотала головой Сенджу с таким выражением как будто знала то, чего не знал Наруто. Этот чисто родительский жест вывел Узумаки из себя. Мало того, что не выспался, бежал сюда со всех ног, чтобы ещё раз сообщить об угрозе и обсудить мелкие моменты, так ему ещё и не верят, считая слепым сосунком, который дальше своего носа ничего не видит и не понимает. — Би всегда разгульничает, когда заявляется к нам. Он считает, что выполнил свою миссию и, скорее всего, отдыхает на каком-нибудь горячем источнике. Пока ты тоже отдыхай, Наруто, как мы его вызовем, то я сообщу Саске, чтобы он привёл и тебя. Это приказ. И пока Наруто не накинулся на женщину как разъяренный лис, Саске сгрёб парня в охапку и потащил к двери. Раз для него не было никаких указаний, то он и дальше продолжал выполнять работу по присмотру за новеньким. Не то чтобы Наруто злился, что его выносят из кабинета на руках, просто он ещё не осознал, что произошло. Саске и дальше по коридору пронёс парня какое-то расстояние под всевозможные словесные возмущения, прежде чем вернуть в вертикальное положение. — Эта старая жаба похоже с утра уши не прочистила, раз не слышит, что я ей говорю, — продолжал возмущения Наруто, уж слишком возбудившись за это утро. Такое чувство, что ещё чуть-чуть и у него вскипел бы мозг от усердной работы. Хотелось всё так вывернуть, так показать себя, чтобы все говорили в деревне и за её пределами, какой Наруто Великий Предсказатель, а то и Спасителей Всея Человеческой Земли. Похоже, что Саске всё это до ужаса веселило, потому что сквозь свою уже до невозможности скрыть усталость он сумел по-доброму ухмыльнуться, если так вообще можно было. — Пошли завтракать, спаситель деревни. — А что будем кушать? — Узумаки зажмурился как довольный кошак, уже знающий, что еду вот-вот покладут в его миску, и полностью переключился с мыслей о спасении и доказательстве своей правоты на мысли о завтраке. Кажется, он уже привык, что Саске полностью заменил ему спящего Кураму, потому что только с ним он теперь разговаривал напрямую и только с ним ходил по пятам. Страх одиночества немного отпустил, и Наруто даже не вспоминал о тех охвативших своими холодными, голодными щипцами судорог остаться совершенно одиноким и никому не нужным. Конечно до того момента, пока его сердце не обогреет своими ласками прекрасная дева.

***

В «Ичираку» было малолюдно. Итак небольшое помещение не вмещало в себя много народу, так ещё эта примерзкая погода: дождь то затихал, и капли становились мелкими и крапали реже, то снова набирал обороты, но в полноценный ливень так и не переходил. Наруто поёжился от наступающей прохлады и подумал, что надо будет прикупить — так говорят люди — тёплой одежды. С собой у него была только одна сменная пара штанов и рубашка. Наруто наслаждался лапшой, и его вкусовые рецепторы уносили парня куда-то вверх, как минимум на высоту горы Мьёбоку, правда в том месте таких вкусных кушаний никогда не бывало. Саске жевал с меньшим энтузиазмом, лишь бы утолить уровень человеческой потребности насытить свой организм энергией. Глядя на него, джинчурики размышлял, что этот человек тоже был чем-то похож на них — своеобразный, задумчивый, одинокий. От мыслей Наруто отвлёк повар, который своей большой внушительной ладонью достаточно скромно положил на столешницу какие-то монеты. — Мне придётся вернуть тебе деньги, парень, больше вы не сможете отведать моей лапши, — не очень весело сказал мужчина. — Что такое? Я влюбился в вашу стряпню, как в любимую женщину, — высказался Наруто в шоке. — Где я теперь буду есть? — Наше заведение новое, но по финансам мы не вытянули и достаточно не укрепили его. Думали, что успеем с дочерью подзаработать, но теперь у нас на это нет времени. Этот небольшой навес не выдержит продолжительного дождя, так что нам придется закрыться и уже потом смотреть, что будет дальше, — грустно завершил повар свой рассказ, но после, словно поддерживая самого себя, добавил: — Однако для нас было честью, что один из джинчурики выбрал нашу еду, чтобы набраться сил. — На что же вы будете жить? — Наруто хватило мозгов, чтобы сложить всё вместе и понять, что семья лишится таким образом своего основного дохода, и неизвестно какие траты организует им погода потом. Может оказаться, что от их небольшого строения после штормов и ураганов и вовсе ничего не останется. Ещё не насытившийся желудок как будто вторил своему хозяину трагическим урчанием. — Как помню себя с детства, мы всегда только лишь выживали, а не жили, — скромно ответил повар, а потом отвлёкся на новых посетителей. Узумаки не знал, что и говорить. До этого момента он не осознавал, насколько эти люди действительно несчастны, как часто их жизни подвергаются сомнению — стоит ли нести эту жизнь вообще и ради чего. Чтобы то, чему ты отдавал всё своё время, в итоге обрушилось в одно мгновение? И все усилия не достигли своего апогея, не было ни счастья, ни семейного благополучия, ни уверенности в завтрашнем дне. Казалось, что народ уже привык к этому всему, но на то, чтобы начинать каждый раз всё по новой, требовалось куча внутренних сил и энергии в себе, которые находил у себя не каждый. Узумаки посмотрел на жующего Саске и не увидел в его взгляде какого-либо сострадания или хотя бы чего-то похожего. Неужели его не тронула трагическая история повара с его дочкой? Или этот человек, истинный вояка, который насмотрелся уже всяких ужасов, что его обледенелое сердце трудно было чем-то растопить. От всех этих мыслей Наруто поёжился, а может и оттого, что на плечо свалилась здоровая мокрая капля. Повар тоже проводил огорчённым взглядом пробегающие по навесу ручейки, ведущие свой путь прямиком к земле. — Пойдём купим тебе одежду потеплее, — Саске увёл Наруто, будто бы прочитав его мысли про вещи, пока тот совсем не расклеился и не растекся там водичкой по стулу от своих переживаний. По его многогранному лицу все его чувства выходили наружу, даже если он пытался их скрывать. Наруто совсем уже не сопротивлялся, только теперь в голове засели мысли о том, что он обязательно должен помочь этим людям. Легко было называть себя спасителям, хотя по итогу джинчурики никого не могли спасти, а только лишь предупредить. Саске помог выбрать Наруто приличный и удобный спортивный костюм в ярко-оранжевом цвете, который Наруто очень понравился. Он радовался ему словно ребенок, скакал перед зеркалом как жеребец, рассматривая себя со всех сторон. Кроме самого главного приобретения купили ещё комплекты чистого белья, несколько разных штанов и рубах, тёплых вязаных свитеров, а также водоотталкивающие плащи и резиновые сапоги. И на всё это добро деньги выделила добродушная Коноха в благодарность за всегда спешащие вести о наступающей на пятки беде. Плащ Наруто сразу накинул на плечи, потому что вода так и лилась с неба, уже намочив всего парня до нитки, а Саске и так был полностью экипирован. То, как парни бродили по деревне, нельзя было назвать прогулкой. После покупки одежды они приступили к прочим не менее важным закупкам, таким как необходимый запас не консервированной еды на первое время, мелочей вроде иголки с ниткой, зонта, открывашек, тапочек и прочего. Узумаки и подумать не мог, что ему всё это может понадобиться, все возможные варианты обдумывал Саске. — Если, конечно, ты решишь провести это время в деревне, — добавил Саске. — А что, можно подняться обратно в гору? — по-глупому спросил Наруто, как будто его кто-то держал тут в заточении. Такой шанс лис обязательно не упустил бы, чтобы пошутить над Наруто, но как только Узумаки обращался к нему в своём сознании, то постоянно натыкался на отвернувшуюся в крепком сне тушку. До сих пор не верилось, что язвительный неугомонный лис укачался как младенец под звуки дождя. — Если больше предсказаний нет и желания остаться с нами тоже, то пожалуйста, — Саске легко отпускал джинчурики в свободное плавание и, кажется, сам был рад наконец избавиться от такой тяжёлой в каком-то смысле миссии. Но, приходилось признать, справлялся он с ней блестяще. Даже если бы сильно захотел, Наруто не смог бы придраться к нему. Но вопрос возвращения никак не стоял, Наруто только рад был проводить время здесь. Тем более компания такого комфортного всепомогающего Учиха начинала ему нравиться. Правда Наруто забыл о нём ровно в тот момент, как только в его видимый ориентир попали три прекрасные девушки. Жители деревни, кто точно знал, что не сможет пережить этот катаклизм без потерь, пытались спасти хотя бы крохи того, что у них было. И многие, как и хозяин Ичираку, просто закрывались в надежде укрепить своё строение закрытым, и дай боги, устоит. Так и эти девушки убирали с улицы цветы, перенося горшки в помещение, а букеты безжалостно выбрасывая. — Роковые красотки, — выдохнул Наруто и побежал помогать со всех ног, обрызгав мимолётом своего спутника водой из лужи. — Извини! То, как Саске нахмурился, вторя дождевым тучам, совсем не напугало Наруто. В порыве своих чувств его ничто и никто не мог остановить. — Девушки, хмурый денёчек, разрешите вам помочь? На обезоруживающую лучистую улыбку три красотки не смогли ответить отказом. Наруто действительно умел «подкатить», тем более таким солнышком, разрезая нависшее серое настроение. Саске куда-то пропал, но джинчурики не чувствовал себя из-за этого как-то в опасении, потому что воспринимал уже Учиха как что-то само собой разумеющееся. Ушёл в туалет наверное, скоро явится. Кроме того, явление Саске было нежелательным, ведь стоило признать, что на мордашку он был очень симпатичен, не милой красотой, как Наруто, а серьёзным очарованием. Если Наруто хотелось обнимать как плюшевого мишку и млеть от счастья, то с Саске чувствовалась твёрдая спина, защита, от которых исходило чувство безопасности и уверенности. — Залетай, милаш, — сказала светлолицая блондинка по имени Ино, — хватай любой горшок и ставь вон на ту жёрдочку, пусть пылится тут пару неделек. — Время от времени будем приходить и поливать, — добавила розоволосая Сакура. — Если, конечно, не зальёт входы как при потопе пятнадцать лет назад, — совсем тихо, в испуге, добавила третья красавица с очень большой грудью, от которой Наруто не мог оторвать взгляд и чуть не схватился за неё вместо горшка, — Хината. И пока Узумаки тратил время на то, чтобы работать и пускать слюни, размышляя, с какой из них лучше познакомиться поближе, да ещё так, чтобы две других не обиделись, случились непредвиденные обстоятельства. В дверном проёме возникли трое парней, и лица их были заранее недовольные, словно они отведали кислой капусты в лавке напротив. Их главарь, а это было понятно по тому, что он сразу выступил вперёд, рявкнул раскатистым басом: — А ну-ка, что это за шавка тут вьётся вокруг тебя, Хината? Наруто не нужно было и лиса, чтобы отголоски его ехидного голоса сказали ему, что трое на трое — вот и думай! Девушки три и парня три, а Наруто тут явно лишним оказался. И тихой тенью внутрь проскользнул Учиха, что Наруто заподозрил во всём этом его явное вмешательство. «Неужели на лужу обиделся? Я же нечаянно», — подумал Узумаки, пока искал пути отступления. — Ли, Киба, Сай, парниша просто решил помочь нам немного, — наивная Сакура стала защищать Наруто, по рассредоточенным глазам которого и так всё было понятно. Косые же взгляды появившейся троицы говорили всё гораздо более явно, чем можно было выразить словами. — Он – джинчурики, а вы знаете, зачем они все шныряют тут, когда уже дела от них не требуется, — сказал один из парней. Теперь точно Наруто убедился в том, что это Саске его сдал — только он мог им сообщить о его настоящей сущности. Внутри взвихрилась как небольшой ураганчик обида на этого обманчивого человека. Наруто уже было доверился ему, расслабился рядом с ним и даже готов был подставить свою спину если что, а он поступил подло. Фактически джинчурики, имея некие звериные способности, и жили иногда по животным принципам. Например, принцип стаи — один за всех, и Наруто уже принял Саске в свою стаю без лишних вопросов. Пока это была стая из трёх — Наруто, Курамы и Саске. Но после этого опрометчивого шага вновь вернулся уже годами проверенный дуэт, один участник которого прохрапывал всё самое интересное. — Ничего вы не знаете о нас, я действительно хотел помочь, — огрызнулся Наруто, словно забитый зверь. Противники окружали его с трёх сторон, заключая в кольцо и прижимая к стене. Парень в зелёной одежде, под цвет листвы видимо, уже встал в боевую стойку, и в это же время Саске, кажется, потянулся за кунаем. Но Наруто уже ни на кого не рассчитывал, а только на себя. В порыве неожиданного страха за себя и свою жизнь, в злостной обиде на этот народ за то, что они считают всех джинчурики одинаковыми и только и пригодными для того, чтобы приносить вести, а больше и не для чего, Наруто прыгнул. На скорости, недоступной человеческому глазу, он достиг выхода и исчез в тени дождя, растворился среди капель, словно сам был дождём.

***

Чувство обиды застилало взор. На самом деле Наруто понимал, что обижен он полностью на себя. Он именно такой, как о нём все говорят. Ни на что не годный, пришедший лишь сообщить то, что люди и так знают, — что обязательно случится новый природный сбой, который испортит их прекрасную жизнь. Он по-любому будет, просто джинчурики их немного конкретизировали. И очень жаль, что Узумаки оказался неспособным на большее, но правда крылась в том, что он действительно хотел помочь этим людям, хоть он и видел их впервые. Они подарили ему первые в жизни яркие впечатления, разные эмоции, полноценный собственный дом. На горе все джинчурики жили на улице, если только не строили себе дома из того, что сами придумают. Наруто забивался в лисьи норы, раскапывая их под свой размер, и таскал туда всякие вещи, которые другие джинчурики приносили из внешнего мира — вроде одеял, подушек, светильников, всяких деревянных игрушек и статуэток, посуды и прочего. Одежду им давали жабы и еду тоже. Поэтому всех прелестей человеческого мира он не видел и знал о нём только по историям и книгам. И вот когда он осознал, что благодарен этим простым поварам просто за то, что они своими золотыми руками делают такую сладостную лапшу, чей вкус, наверное, похож на вкус грудного молока, благодарен всем женщинам и мужчинам, что придумали дома, одежду и прочие предметы обихода, книги, слитки, любовные истории, просто благодарен за то, что они есть и что он может прийти, а они ему скажут «ты тоже один из нас», эти люди отворачиваются от него. И обвиняют его в том, что он больше ни на что не способен, тыкают его лицом в простые человеческие потребности, перед которыми и сами слабы. И всё равно, несмотря на всё это, Наруто обижен только на себя самого. Что природа создала его такого и он не может ей никак противостоять. Саске незаметно следовал за своим подопечным, пока оба они не оказались возле дома Наруто. Тихо поливаемого дождём, одинокого дома на окраине и деревни, и посёлка джинчурики в том числе. — Почему ты подставил меня, Саске? Думаешь, я бы обидел этих девушек? Я похож на неудержимое чудовище? — с горечью спросил Наруто. Учиха был спокоен как скала и только лишь предложил компромисс: — Давай зайдём в дом, ничего хорошего в том, что мы весь день под дождём ходим, нет. Действительно эта сырость уже надоела Наруто, из-за неё он чувствовал себя вдвойне уставшим, ещё и прибавились душевные муки. Вместе с Саске они зашли в тёплое по сравнению с улицей помещение, и Учиха стал разжигать камин. Некоторые люди, в большинстве своём в итоге ставшие ниндзя, обладали малыми природными или иными способностями. Но их было недостаточно, чтобы противостоять самой стихие, которая подарила эти способности людям. Так Саске, например, разжигал костёр, складывая руки в какие-то знаки, и после нескольких движений появлялся небольшой огонёк. Узумаки не знал, насколько большим мог быть этот огонь, как долго Учиха мог его удерживать и обладал ли ещё какой другой стихией или же чем-то иным. Все эти мелкие фокусы он пропускал мимо себя, не видя в людях чего-то сверхординарного. Он всегда считал, что джинчурики — вот кто поистине сильные существа, но и люди, оказывается, не были так просты. — Так зачем ты меня подставил? Даже если мы не друзья, у тебя есть миссия защищать меня, — снова начал разговор Наруто, присев рядом с обсыхающим возле разгорающегося огня Саске. Костёр весело раскидывал искры, и мягко потрескивали дровишки, нагоняя на Наруто сон. Сначала он хотел поругаться с Учиха, но сейчас еле держал веки открытыми. — Разве не было хуже, если бы кто-то из них вдруг увидел, как ты пытаешься, к примеру, поцеловать его девушку? — тихо сказал Учиха, а в его до ужаса усталых и будто бы грустных глазах отражались как в зеркале слишком уж весёлые и не контрастные с ними язычки пламени. Наруто уже жмурил свои глаза и тёр их ладонями, пытаясь отогнать пришедший сон, но у него получалось плохо. По крайней мере он хотя бы мысленно смог согласиться с Саске, что так действительно было бы гораздо хуже, прежде чем окончательно провалиться в свои беспокойные сновидения. Всё-таки Саске на его стороне, он просто хотел сделать как лучше для Наруто, и поступил в чём-то как родитель с ребёнком — пусть малыш поучится на своих ошибках. Курама посмеялся бы такому сравнению.

***

Саске некоторое время раздумывал, стоит ли будить спящего парня. В итоге пришел к выводу, что не сможет просидеть так всю ночь — с ним у себя на плече. Так что пришлось будить. Однако что бы Саске не делал, джинчурики так и не проснулся и, кажется, он не проснулся бы даже если его сонную тушку сбросили с высокой башни. Вроде тяжёлой работы они сегодня не делали, не могло же Наруто так развести из-за внутренних переживаний. Хотя Саске уже уяснил для себя, что сны у них какие-то странные — нечеловеческие, впрочем Наруто и не человек был вовсе. Но и так, лёжа на полу, хоть и застланном пушистым ковром, Саске не мог его оставить. Поэтому ниндзя потащил своего подопечного на второй этаж к его кровати и на всякий случай обложил вокруг подушками, вспомнив утреннее происшествие. Наруто оказался отнюдь не лёгким, но Саске уже привык выполнять самые разные миссии, одними из первых были таскание мешков, закрепление опор на домах, перекрытие домов от дождей. Поэтому он даже не заметил, как очутился вместе с парнем наверху. Джинчурики казался очень горячим, словно при лихорадке. Саске потрогал тёплые ладони и подумал, что для полузверя наверное это нормальное состояние. Холодная постель согрелась моментально, и Саске на секунду дал слабину, когда присел на мягкое одеяло. Не отдохнув нормально, он сразу взял новую миссию, чтобы заработать побольше денег перед надвигающейся бедой и купить некоторые необходимые вещи, и поэтому с того момента чувствовал себя как разбитая ваза, которую склеили из осколков, но она всё равно разваливалась. Преодолев желание лечь рядом и поспать, наконец, чуть больше, чем пять часов в сутки, Саске выскользнул в окно террасы. По пути его взгляд натолкнулся на собирающуюся вокруг оконной рамы влагу. — Я с докладом, — тихой тенью Учиха скользнул в кабинет хокаге, намочив её порог стекающими с одежды водой и грязью. Дама поморщилась и отпила немного саке, чтобы согреться. Промозглая погода только началась, а уже успела надоесть всем за один только этот день. — Как там наш джинчурики? — Уснул. Очень переживает за народ, в этом его отличие. Можно сказать, что ему небезразлична жизнь деревенских. — Наивный мальчик, ничем он не поможет всё равно, а распереживался наверное не на шутку, — вздохнула хокаге. Сколько она уже видела этих зверехранителей. И наглых, требовательных, скромных, трусливых, но такой попался в первый раз. Последний и самый особенный, по видимому. Саске никак не стал реагировать, окончательное мнение насчёт Наруто он ещё не составил. Пока по всем признакам он походил на взрослого ребёнка, который только познавал мир, но при этом у него была очень большая ответственность, из-за которой ему приходилось быстрее соображать, как тут что устроено. — Дом джинчурики непригоден для дальнейшего использования, — также доложил Саске, вспомнив мокрые рамы. — Протекают окна, ремонт во время дождя невозможен, а несколько недель проливных ливней они не выдержат, или Наруто придётся всё время стоять там с вёдрами и чашками. — Я поняла тебя, Саске. Шизуне, — Цунаде обратилась к своей помощнице. Темноволосая миловидная женщина трепетно жалась к ручной свинке, как будто животное могло спасти её от всех опасностей, в том числе и от гнева главной. — Когда последний раз проводился осмотр домов джинчурики? Почему не проверили окна, двери, террасу? — Мы всё проверяли. Вероятно рабочие, сославшись на то, что последний джинчурики никогда не приходит, проверили его дом спустя рукава. Работа кропотливая очень, скорее всего, что так и было. — В любом случае нам некуда его деть, другие джинчурики тоже все горделивые, позабирали ключи от своих убежищ. Так что, если Узумаки Наруто изъявит желание остаться, придётся ему собирать водичку периодически или попробовать самому заделать дырки, — подытожила хокаге. — Свободных рук у нас тоже нет, все готовятся и работают в собственных домах и построениях деревни. Похоже, что Наруто прав, и дождь уже начался. Тот самый. Они обсудили ещё некоторые мелкие вопросы, Саске получил очередной свиток с печатью на финансирование джинчурики и собирался уходить, как личная охрана хокаге доложила ей какую-то новость, из-за которой женщина попросила его задержаться ещё на какое-то время. — Саске, у меня для Наруто плохие новости, — далее женщина не стала мяться или ходить кругами и сказала всё как есть: — Киллер Би, восьмихвостый, пропал. Разведотряд доложил, что все улики указывают на то, что его похитили ниндзя из Деревни Скрытой в Облаке. — Есть какие-то особые указания на этот счёт? — Нет, просто расскажи Наруто. Предупреди его, что в случае, если он остаётся в деревне, мы усиливаем его охрану, а если пожелает уходить, то проводим его до самого подножия горы. Лично я посоветовала бы ему не оставаться тут, потому что мы должны брать в расчёт все варианты и учитывать, что он тоже может быть похищен. — Цунаде какую-то секунду подумала, собираясь с мыслями. — Всегда приходил один джинчурики, на то и был их расчёт. Никто не знал, что прибудут два и скорее всего до сих пор не знают, ведь я не разглашала эту информацию. Но всё равно Наруто следует быть осторожным. — Зачем им красть джинчурики? — удивился Саске. Он не слишком понимал всё, что касалось хвостатых, не потому что не разбирался в вопросе, а потому что не хотел в нём разбираться. Но сейчас это напрямую касалось его миссии по защите одного из них, поэтому приходилось быть внимательным ко всему. — Они ведь уже сделали своё предсказание. Цунаде немного помялась, рассказывать или же нет, но, видимо решив, что раз уж изобразила на лице сомнения, то лучше уже говорить как есть. — Нет, Саске, это может быть не единственное предсказание. Чем больше хвостатые проводят времени с людьми, чем больше получают от них своей энергетики, тем больше они смогут потом принести нам предсказаний, и не только про погоду. Они смогут рассказать что-то и о нас самих, что-то ключевое, исключительное. Если захотят. А Киллера Би наверняка похитили, чтобы он и в дальнейшем предсказывал разное, только уже не нашей деревне, где мы можем использовать эту информацию в свою пользу. — Я понял, — Саске кивнул. Ему очень польстило, что хокаге доверилась ему и рассказала все свои подозрения. В конце концов, это и был знак того, что она ему безоговорочно доверяет, как своему преданному шиноби. Только Саске хотел покорять другие для себя вершины и состоять в личной охране хокаге — анбу, — до которой пока не дотягивал. Его старший брат, Итачи, состоял на службе в анбу, а Саске всегда хотел на него ровняться. Сколько себя помнил, младший Учиха всегда бежал по следам брата, ему нравилось всё, что любил старший — та же еда, увлечения, одежда. Итачи был не против, сильно не напрягаясь, шёл ещё выше в гору, расталкивая на пути попадающиеся преграды без усилий. Саске же спотыкался на каждом камне и тратил кучу усилий, чтобы его обойти. Жизнь будто намекала ему, что не стоило идти не своим путём, но он упорно отгонял все знаки и настырно продолжал, тараня лбом все препятствия. Сейчас, наконец, он почувствовал себя чуть ближе к нему и своей цели.