все и ничего

       Туман — это всего лишь образование из конденсации водяного пара скопления воды в воздухе. Звучит не столь страшно, правда? И все бы ничего, если бы этот туман намертво не засел у тебя под кожей. Но если тебе не представляется возможным выживание в потоке теплой воды в тридцатиградусную жару, ты будешь страдать от удушья, через которое тебе придется прорываться в дождь и туман. Так что бояться нечего – смерть совсем близко.        Отступая на шаг назад от пропасти, ты нервничаешь, ты колеблешься.        Это естественно.        Как и все происходящее. Но про то, что тебя уже мучает тоска и не доставляет удовольствия даже общение с другими смертными существами, ты вряд ли задумывался раньше.        Он старался находиться по твою сторону каждый раз, когда ты этого просил и когда ты этого не просил. Он был здесь, когда ты того требовал и когда нужды не возникало. По некоторым причинам он был не слишком нужен, а когда тебе стало лучше – и он старался не создавать тебе проблем. Но стоило тебе отвлечься – и он исчезал без следа. Тебе становилось только хуже.        Мартин был человеком толерантным и искренним. Но то, что он делал, было совсем иным. Ему не приходилось отравлять тебя своими эмоциями – наоборот, ему приходилось это делать чисто физически, – чтобы тебе становилось хуже. Он умел травить тебя неуверенностью и словами, и это вынуждало тебя страдать.        Его вид был характерен для проявлений его силы – но в нем было что-то неуловимое. Это было не страхом и даже не злостью, как тебе в последнее время часто казалось, а нечто другое.        Его руки всегда заменяли собой весь мир. Он видел твою душу, но не стремился исцелить ее. Он мог утешить тебя или приструнить – но этого он никогда не делал. Он искал не зла в тебе, а твоей гармонии. И все было совсем иначе, когда он был рядом.        Каждый раз ты ощущал горечь на языке после того, как он говорил тебе что-то хорошее, и эта горечь на время успокаивала тебя. Но то была пустота, сквозь которую нельзя было увидеть то, что ждет за спиной, и ты с каждым разом понимал, что она – и есть туман.        Мартин был преисполнен сочувствия ко всем, но делал вид, что не замечает твоей боли. И чем дольше ты ее выдерживал, тем сильнее он проникался сочувствием к тебе сам.        Ему было интересно со всем этим разобраться, и часто он углублялся в свой особый мир, чтобы помочь тебе.        Каждое его прикосновение оказывалось на удивление острым и действенным.        Туман… Он имел значение и для тебя самого. Ты даже не мог точно сказать, что это такое. Ты мог сколько угодно его избегать, но это ничего не меняло. Присутствие Мартина было с тобой постоянно. С каждым днем, днем, часом… Ты привык к нему, и иногда он казался тебе чем-то естественным, словно отражение в зеркале. Но ты знал, что это не так.        Он был твоей сущностью, твоей жизнью.        Когда он прикасался к тебе, он пытался достичь того, чего можно было достичь только с тобой. Чем бы он ни занимался, он всегда был с тобой.        Ха, — думал ты. Если Мартин и дальше станет цепляться за эти сказки о всеобщей любви и духовности, он никогда их не достигнет. Любовь сильно разбавлена материальным миром.        Но когда туман исчезал, все становилось на свои места. Потому что не было другого выхода. Мартин уже не мог тебя защитить.        А если не смог защитить даже он, то какая тебе разница?