Когда бежать больше некуда - беги ко мне.

Больничные стены давят со всех сторон. Дышать тяжело то ли из-за тугой повязки на шее, то ли от стянутых бинтами рёбер, а может из-за необходимости открыть глаза. Боль ясно дает понять, что она жива. А значит снова придется вернуться в этот ад. — Ни за что, — тихий стон вырывается непроизвольно при попытке повернуться. Сильные руки сразу же прикасаются к плечам, вызывая приступ неконтролируемой паники. Открывать глаза страшно, лучше уж умереть.  — Малыш, ты очнулась? Как ты себя чувствуешь? — голос Чонгука рядом, на уровне лица, от этого открывать глаза еще страшнее. Как она посмотрит на него после всего что было. — Джихён, ты меня слышишь? — настойчиво спрашивает Чон.  — Убери руки — тихо просит девушка и открывает глаза, точнее один, второй отёк так сильно что открыть его не получается. Одной рукой натягивая одеяло почти до подбородка, она лишь хладнокровно спрашивает  — Зачем ты здесь, зачем ты вообще пришел? Ты всё испортил. Ненавижу тебя! Уйди. Юноша не отводит глаз и пытается взять брюнетку за руку, но она с силой отдергивает её.  — Я прошу тебя уйди! Из-за тебя, мне снова жить в этом аду! Всё это из-за тебя! –пытаясь перейти на крик говорит девушка, но тут замечает повязку на руке парня. — Что это? Он и тебя посмел тронуть? — ярость в голосе сменяется беспокойством и отчаянием. -Скотина! — Нет, нет, нет — усиленно машет головой Чон, это так, мелочи, это не он. Всё хорошо малыш, не волнуйся. Просто отдыхай. Я же сказал, что всегда буду рядом. — парень наклоняется и аккуратно целует маленькие пальчики, как и раньше. Но такой милый и нежный жест, лишь сильнее заставляет сжиматься сердце. «Он жалеет меня. Не хочу» — сквозь боль девушка отворачивается, чтобы не видеть, чтобы не чувствовать, чтобы забыть. Но Чонгук с упорством ледокола продолжал приходить каждый день. Он приносил цветы, щебетал о каких–то глупостях и заставлял есть, даже когда она отказывалась. Рассказывал о школьных новостях и как все сильно ждут её возвращения. Несмотря на сопротивление, расчесывал её волосы и тихо мурлыкал песни, когда она не могла заснуть. Высокий темноволосый мужчина, что был с Чоном в тот день оказался его отцом, а по совместительству генеральным прокурором. Он изредка тоже навещал девушку. Драгоценному дядюшке светил приличный срок даже без показаний Джихён. Привычка Чонгука записывать их разговоры, чтобы прослушивать, когда сильно скучает, сыграла на руку. Иногда приходили Тэ и Сокджин, они робко мялись у самых дверей и почти всегда только извинялись. Она совсем не ела и ни пила, только когда Чон практически силой заставлял её что-то проглотить. Больше не разговаривала ни с кем и на какое-то время все решили, что она и вовсе потеряла голос, но это был лишь посттравматический синдром. Девушка не позволяла прикасаться к себе, исключение составляли лишь несколько медсестер и женщина врач, что проводила процедуры, а еще Чонгук, которому позволено было лишь трогать её волосы и поправлять одеяло. Спустя несколько недель пришла пора выписываться. Мама с отцом были твёрдо намерены забрать дочь домой, но Чон практически умолял позволить ей остаться. Родители юноши видя такую искренность со стороны сына, полностью поддержали его просьбу. В итоге Джи ждала новая жизнь, в новом доме. Чужие люди оказались заботливее и внимательнее родных. Улыбашка Джихён всё еще была погребена под слоем страха и обид, но Чонгук и все её друзья раз за разом потихоньку разгребали эти эмоциональные завалы. В день суда именно Гук настоял, чтобы девушка сходила в зал заседания. Она должна была своими глазами увидеть, что монстр в клетке и больше никогда не посмеет ей навредить. Когда она встретилась глазами с дядей тревога и волнение накрыли с головой, теряя связь с реальностью в панике девушка ухватилась за единственное чему верила в этой жизни. Рука юноши была тёплой и даже немного влажной. Словно боясь разрушить момент, он не шевелился, лишь спустя минуты крепко сжав маленькую ладошку и тихонько проговорил  — Я не позволю никому тебя обидеть. После суда она плакала, долго и много, словно слёзы копились в ней всё это время и сейчас просто лились не переставая. Чонгук, как и обещал, был рядом, он ничего не говори и не пытался успокоить, он просто был рядом, хотя с лёгкостью отдал бы руку на отсечение чтобы забрать её боль себе. Ему хотелось обнять любимую так крепко, как только возможно, но мудрый не по годам юноша понимал, что только начавший таять лёд нельзя бросать в раскалённое масло. Девушке нужно время чтобы справиться с пережитым. И терпение парня было вознаграждено. Робко, одними пальчиками она притянула его за футболку и медленно увела руки за спину, прижимаясь к груди. Всхлипывая она сама попросила  — Обними меня. Дважды повторять не было нужды. Таким счастливым он себя чувствовал, наверное, только тогда, когда в больнице сказали, что рана у девушки не глубокая и её жизни ничего не угрожает. С того дня изредка он замечал на лице девушки улыбку, по которой он невыносимо скучал, слышал звуки музыки из её комнаты и тихое пение. Она перестала запираться на все замки и соглашалась выйти погулять. А в его день рождение даже сама предложила сходить в кафе. Сердечко парня словно устроило марафон, не веря собственному счастью. Никогда еще он так тщательно не собирался на свидание. По сути на их первое полноценное свидание. Когда на кровати возвышалась гора вещей, неумолимо забракованных именинником в дверь постучали. — Можно? — спросила Джихён слегка приоткрыв дверь. -Ка…канечно, ответил парень, пытаясь спиной загородить беспорядок. — Я решила подарить подарок до ужина. Он очень скромный, но, если понравиться можешь одеть его, — краснея девушка протянула парню красивую коробку, перевязанную лентой. Забыв о хаосе в спальне, парень опустился на стул и нетерпеливо развязал бант. Внутри оказался мягкий темно синий свитер с белой вставкой похожей на стрелку, указывающую наверх.  — Он похож на тебя, — негромко начала смущенная брюнетка, — Такой же красивый и мягкий, но при этом защитит от ветра и холода. Единственная светлая полоса в моей жизни за последнее время это ты. Ты вытянул меня из темноты, стал моим спасением, за что я никогда не смогу тебя отблагодарить в полной мере. Я даже не хочу думать, что бы произошло не появись в моей жизни ты. — её слегка передёрнуло от болезненных воспоминаний, но взглянув на растроганного юношу, снова улыбнулась и договорила  — Я люблю тебя Чон Чонгук. Глаза парня и без того большие, распахнулись так широко, как только возможно. Он же не спит? Легонько ущипнув себя за бедро, он собрался ответить на такое неожиданное признание, но в этот момент девушка положила свои ладони на его плечи и глядя прямо в глаза снова повторила  — Я люблю тебя мой заботливый зайчик. С днём рождения! Сказка наяву продолжилась, ведь Джихён медленно как в кино приближалась к его губам. Она поцеловала парня неожиданно смело, совсем не как раньше, невинно и едва касаясь. Это был по-настоящему взрослый поцелуй. Полностью захватив инициативу, язычок любимой проскользнул внутрь, заставляя вздрогнуть от неизведанного до сих пор ощущения. Выйдя наконец из ступора, парень усадил искусительницу на колени не прерывая поцелуя. Голова шла кругом, а тело требовало большего. Руки непроизвольно пустились в самостоятельное путешествие по телу любимой. Но боясь напугать только начавшую доверять ему девушку, он отстранился тяжело вздохнув.  — Это лучший подарок за всю мою жизнь, — хрипло заговорил брюнет  — Я тоже люблю тебя Джихён, больше чем ты, можешь себе представить. И никому не позволю причинить тебе боль. Не в силах устоять перед соблазном он еще раз притянул покорную девушку к себе для нового поцелуя. А вечером в уютном кафе они смеялись и танцевали. А еще держались за руки. Она нежно гладила небольшой шрам на руке и прижимала его ладони к своему лицу. Он улыбался и целовал маленький носик и тонкие запястья. Каждый из них понимал, что теперь всё будет по-другому.