Ангелы, демоны и святые

Другие виды отношений
PG-13
В процессе
47
автор
Cirtaly соавтор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 28 страниц, 5 частей
Описание:
Если ты - черный колдун, но кто-то называет тебя "святым" и предлагает спастись с костра, наверняка этот кто-то - посланник Дьявола. Или нет? Или просто ангелы, демоны и святые в этом мире выглядят вовсе не так, как тебе раньше представлялось?
Примечания автора:
Сайд-стори к тексту "Ангелы, демоны и музы" (можно читать, как самостоятельный текст): https://ficbook.net/readfic/8662435
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
47 Нравится 53 Отзывы 9 В сборник Скачать

Часть 4

Настройки текста
Кроули продолжал его держать, так же крепко, почти вплотную прижав к себе, покуда оба демона не скрылись между деревьев. Кроули проводил их долгим мрачным взглядом, повернулся к Азирафелю и уставился на него, внезапно сделавшись очень растерянным на вид. Постоял так несколько секунд — и только после этого отпустил, осторожно поставив на землю и медленно разжав руки, будто спохватился. — Ты как, в порядке? — небрежно поинтересовался Кроули, зачем-то стряхнув у ангела с плеча соринку. Которой, кажется, там вовсе не было… или Азирафель заметить не успел. И отступил на шаг назад. — Конечно, я в порядке, — заверил его Азирафель, с некоторым сожалением провожая Кроули взглядом, потому что тот еще и отвернулся, чтобы отправить в костер новую порцию хвороста. — Тебе совершенно не нужно волноваться обо мне. Ангел тоже отвернулся и подскочил к Дэри, который как раз доедал свою куропатку. И тоже, похоже, был в полном порядке, хотя только что взглядом прогнал постороннего недружелюбно настроенного демона. Но Азирафель все равно еще раз проверил его ауру, подогрел вино в его чаше и разве что одеяло не потянулся поправить, потому что наткнулся на неодобрительный взор Дэри. Тот и правда привык рассчитывать только на себя, а заботу принимать не привык, ибо сам обо всех всегда заботился. — Я и не волнуюсь, — предсказуемо заверил Кроули, который продолжал сосредоточенно подкидывать ветки в костер. — Просто уточнил. Если все в порядке, то и славно, — резюмировал он, отойдя от костра, а потом почти сразу, внезапно, как только Кроули умел, вырос прямо за спиной у Азирафеля с двумя кружками вина в руках и сунул одну ангелу. Тот, не сдержав протяжного вздоха, забрал у него кружку, и уселся на землю рядом с Дэри, пытаясь устроиться поудобней. Вздыхал ангел по нескольким причинам. Во-первых, все это была весьма внезапная и волнующая ситуация. Азирафель все время, пока демон его держал, благодарил Господа за то, что они вовремя услышали приближающихся демонов и Кроули сообразил, что надо делать. Во-вторых, он был очень благодарен Дэри, который вообще-то спал, а, проснувшись, не задал ни единого вопроса. И совершил замечательный поступок, деяние истинного святого. Теперь-то ему будет труднее спорить с очевидным, ведь люди знают, что демоны бросаются в бегство только при виде по-настоящему чистых душ. В-третьих, ангел благодарил Кроули, который так крепко держал его. Азирафель с трудом сдержался, чтобы не вмешаться, когда этот демон-креветка полез к Дэри. Что бы было, если б Кроули держал его чуть слабее, Азирафель представлять вовсе не решался. В-четвертых, ангел очень грустил сейчас, когда у Кроули больше не было повода к нему прикасаться. Может, это было не совсем правильно, но ангелу нравилось быть близко к демону. Впрочем, это не только и не столько их тел касалось, верно? Они в принципе были очень близки для ангела и демона. И это неправильно, Дэри верно заметил. Они — двое совсем неправильных эфирных созданий. Опять же, Кроули точно ничего против близости не имел, но не позволял себе, и его можно понять… Азирафель прекрасно увидел, с каким ужасом на него косились оба демона. Им не нравился ангел, не нравился его свет, не нравились его слова. Только одному Кроули почему-то нравилось, когда Азирафель рядом. Но, наверное, не настолько, чтобы быть рядом совсем и доверять полностью, и обнимать при встрече, или хотя бы пожимать руки физических тел. — Это было уморительно, — вдруг высказался Дэри. — Лучше бродячего театра. Сказал он это тоном серьезным и рассудительным, которым всегда говорил. Азирафель рассеянно улыбнулся ему. Какой Дэри все же удивительный человек! Ангел чувствовал, что еще не раз поблагодарит Всевышнюю, что позволила продлить эту земную жизнь. — Не уверен насчет жанра, — ворчливо отозвался Кроули, который, пока ангел размышлял, тоже уселся, под ближайшее дерево, вытянув ноги так, что они почти доставали до Азирафеля, но не совсем. — С другой стороны, персонажам комедий тоже периодически ни дьявола не смешно… Ангел вдумчиво уставился на носок его сапога, которым он чуть ли не упирался ему в колено, и отпил из своей кружки. — Это не может быть трагедия, раз все остались живы, — заметил он. — Кроме куропаток… Хотя ты можешь сочинить что-нибудь действительно жуткое, когда будешь докладывать. Например, что Дэри слопал меня, а его потом все-таки спалили местные… — Ты снова непохож на ангела, — с усмешкой сообщил Дэри, и Азирафель с улыбкой обернулся к нему. Святой все больше выглядел как живой человек, вон, даже шутил и иронизировал. — Ничего, главное, что для тех демонов был похож, — отмахнулся ангел. — Если бы тебя можно было убедительно замаскировать под демона, это бы тоже было решение проблемы, — возразил Кроули. — Но это малопредставимо… А вообще-то жуткое место этот ваш Корнуолл, демоны по лесу расхаживают так, что на них среди бела дня наткнуться может любой мирный беззаботный путник. — Судя по внезапному жалостному выражению лица, под «мирным и беззаботным путником» он имел в виду, в первую очередь, самого себя. — И всех мимопролетающих ангелов съесть угрожают, — подхватил и развил его шутку Азирафель и тут же резко обернулся на Дэри, со стороны которого раздался странный хруст. Оказывается, святой с увлечением наблюдал за ними и машинально грыз кость куропатки. Заметив взгляд ангела, впрочем, перестал и сообщил, как всегда очень искренне: — Может, под любого демона его и нельзя замаскировать, а вот под тебя, по-моему, вполне можно. Азирафель удивлённо хлопнул глазами и оглянулся на Кроули, у которого на лице отразилась напряженная борьба возмущения с любопытством, но наконец он нашел выход и спросил очень недовольным тоном: — И как ты это себе представляешь?.. — Ну, не знаю, вы же наверняка умеете личины менять. Дэри пожал плечами и отложил погрызенную кость. — В любом случае, этот план не годится, когда мы оба вместе. Два демона Кроули это как-то странно, даже для таких, как эти двое, — вставил Азирафель и отправил кости в нору к лисе неподалёку. — Меня и одного-то периодически многовато, — буркнул Кроули, спрятав лицо в кружку. — И дело, как бы то ни было, не только в личине, если ты еще не понял… Хотя должен был бы, не дурак же! Они его чуют. Он отхлебнул из кружки, хмыкнул, пожав плечами, и уставился на Дэри, подняв бровь, ожидая, что тот ответит. — У добра есть запах? — немедленно заинтересовался Дэри, и вопросы посыпались из него, как зерно из туго набитого прохудившегося мешка: — А на что он похож? И у зла запах тоже есть? А им можно пропахнуть, как духами? А ваша одежда, которую вы долго носили, тоже пахнет злом? Азирафель поймал себя на том, что завороженно смотрит на святого, потому что глаза человека блестели искренним любопытством, как у лисенка, которого выманили из норы, и он выглядел совсем не похоже на бледную обреченную тень, которую ангел на рассвете безуспешно уговаривал жить. А когда вопросы закончились, ангел уставился на демона. Ему тоже было любопытно, как Кроули на все это отреагирует. — Теперь понятно, как из тебя святой получился, — заявил Кроули, немного помолчав, но комментировать свои выводы никак не стал, а потом очень быстро ответил на все вопросы по очереди: — Есть, ни на что не похож, как запах яблок похож на яблоки и больше ни на что. Пропахнуть тоже можно. Но ты не только пахнешь, как святой, ты выглядишь как святой. У меня глаза желтые — и ты это видишь. А я вижу, что если ты меня сейчас вопросами вконец замучаешь и я тебя придушу — ты отправишься прямиком в Рай. И что он ангел — тоже вижу. Еще вопросы? — поинтересовался Кроули и сделал большой глоток из кружки. Но Дэри задавать вопросы не стал. Он зачем-то покосился в небо, закутался в одеяло поплотней и пробурчал под нос: — Не придушишь. И тогда вместо него спросил Азирафель: — Что именно тебе понятно? Ему было любопытно, как Кроули видит святых и ангелов. У демонов в принципе взгляд на мир отличался, но у Кроули он вовсе был ни на что не похож, и Азирафелю всегда было интересно в него вникать. Только у них редко случались такие вот беседы, а жаль. — А тебе непонятно? — удивился Кроули, оторвавшись от кружки и подняв брови. — Единственный на всю деревню, а скорее — на всю округу, кого такие вопросы волнуют и кто их задать способен. Сперва становится умнее всей деревни, потом решает, что раз такой умный, то надо всем помогать… А поскольку нос, как и раньше, сует везде, то помогает много… В общем, ему даже колдуном было не обязательно рождаться, результат был бы примерно тот же. Азирафель выслушал его, неудержимо расплываясь в умиленной улыбке. Как он и думал, ответ Кроули был примечателен, и в большой степени про самого Кроули, чем про смертного. Быть тем, кто всем интересуется, и кому не все равно — делает не только святым, и вообще-то вовсе не обязательно святым. Делает тем, кто отличается. Тем, кто заметен на лике Творения больше других и кому неведом страх перед неведомым. Как Дэри, который так пристально разглядывал демона-креветку, что тот испугался, увидев собственное отражение в его глазах. И как Кроули, который был единственным в своем роде демоном, который выносил присутствие ангела и даже к нему стремился. «За это я тебя и люблю, мой дорогой друг», — подумал Азирафель и спрятал растроганное лицо за кружкой с вином. — Ему понятно, — пробурчал Дэри из своего угла под тентом, и ангел весело хмыкнул. Проницательный святой был слишком честным, чтобы так просто выносить их обычную манеру общаться, Азирафель это сразу заметил. А теперь Дэри еще и чувствовал себя намного лучше и не мог просто так молчать, когда ангел тут сидит и по привычке умалчивает половину, или даже всю подразумевающуюся правду. — Он как наш отец Петр, он умер от чумы в прошлую вспышку. Тоже задавал вопросы, чтоб на реакцию посмотреть, а не чтоб узнать ответ. Еще так, наверное, дознаватели делают, но это я не знаю, не видел. Азирафель поперхнулся вином и возвел глаза к небу, мысленно вопрошая Господа, за что Она послала на Землю такое удивительное чудо ангелу на голову. — Ты определенно слишком умный для Корнуолла, — отозвался Кроули, разумеется, ворчливым тоном. — Задавать вопросы, чтобы получить ответы — это самый простой способ обращения с вопросами. Не то чтобы просто всегда было плохо, но все время так делать скучно. И глупо. — Ворчать он продолжал, но, судя по многословным ответам, ему было любопытно. «А ты всегда был слишком умный для Небес, мой хороший», — продолжил Азирафель мысленный диалог с Кроули и вздохнул в чашу с вином. — Это он вас так хвалит, — сообщил он вслух для Дэри. — Возможно, вам и так понятно… Дэри безразлично дернул плечом. — Какая разница, умный-не умный. Хвалит или не хвалит. Сжигают или не сжигают… Святой или не святой. Если разница между ангелом и демоном только в способности улыбаться, — проворчал он не хуже Кроули. — Не только в этом, о нет, дорогой мистер Дэри, — возразил ангел, но разворачивать мысль не стал. Вместо этого он взглядом добавил в костер хвороста. — Я ему не буду больше это объяснять! — еще ворчливее и возмущеннее, чем раньше, пожаловался Кроули Азирафелю. — Пусть что хочет, то и думает, теолог доморощенный… Фома Аквинский из деревни. И нормально у меня все со способностью улыбаться! Азирафель отставил кружку на землю и решительно развернулся к смертному. Он должен был объяснить, без иносказаний и неясностей, иначе этот человек не верил. Слишком проницательный, чтобы не заметить ложь во спасение, слишком прямой, чтобы простить в ней часть про ложь, и слишком сильный, чтобы принять спасение из чужих рук. Слишком святой, вот что. С ним не годилось то, что ангел делал с другими смертными из большого умиления ими, только портило все. Пожалуй, уверенные заявления Кроули тут не годились тоже. Он ведь не объяснял вовсе, славный любопытный демон. Заявлял, что видит, и требовал себе поверить, потому что «старше». Это ничего не объясняло, ничем не утешало. Если бы Дэри был в силах верить тому, кто сильнее, умнее, старше, он бы нашел и силы помолиться, а он до сих пор не мог, это ангел тоже видел. Дэри обернулся к ангелу с самым скептичным выражением лица и уставился на него с явным усилием, будто вовсе не хотел на него смотреть. И сразу отвел взгляд на костер, и ангел внутренне содрогнулся, увидев, как тот отражается в глазах смертного: как погребальный, или для казни. Надо срочно что-то с этим делать, иначе все их с Кроули усилия прахом пойдут. — Дорогой Дэри, правда в том, что любопытство не делает святым, иначе вот этот демон был бы самым большим праведником из всех существ Вселенной, — мягко начал свою речь Азирафель и возликовал, потому что глаза Дэри чуть округлились, и он все же глянул ангелу в лицо, и глаз больше не отводил. — У меня просто здоровое критическое мышление, — не преминул вставить Кроули, и Азирафель тихо улыбнулся, не поворачиваясь к нему, так что Дэри мог наблюдать за сменой эмоций у ангела на лице. Смертный выглядел внимательным и сосредоточенным, слушая и Кроули тоже. — В отличие от большинства прочих разумных созданий. Не очень, правда, понятно, почему они при этом называются «разумными», но я за столько времени почти смирился… Азирафель хмыкнул с недоверчивым умилением, потому что демону смирение меньше всего было присуще, и продолжал, снова поймав взгляд Дэри: — Любовь тоже святым не делает — кажется, и такая концепция ходит среди людей. Можно полюбить и приковать свою любовь цепями в подвале, ломая под себя и заставляя быть рядом с собой — и спуститься в Ад так же верно, как спускаются души убийц, — эту часть ангел говорил очень искренне, он часто про это думал и, в общем-то, говорил про себя. Про то, что как бы ни хотелось называть своего демона ангелом, он оставался демоном, и ангелу следовало каждую минуту об этом помнить, давать Кроули быть тем, кто он есть, а не приковывать цепями. Азирафель надеялся, что Дэри услышит откровенность ангела и это тоже сработает. — Можно из чистого любопытства вскрывать живьем тварей земных, чтобы разобраться, как они устроены, забывать о сочувствии — и тоже обнаружить свою душу в Аду годы спустя… И это не только для людей верно. Ты знаешь, Дэри, что некоторые демоны пали, потому что позволяли себе слишком смелые эксперименты с Творением исключительно чтобы посмотреть, что из этого выйдет? Смертный слушал теперь завороженно, а в ответ на вопрос покачал головой. Конечно, он об этом не слышал. Это и не все ангелы слышали, но Азирафель помнил и видел. — У них вышла очень неудачная попытка критического мышления, — продолжил комментировать Кроули, который тоже слышал, и даже подробности выяснял, еще лет двести после Потопа, пока не выяснил все, что мог. — Им забыли объяснить, чем критическое мышление отличается от кретинского, а сами они разобраться оказались не в состоянии… Для того, чтобы стать демоном, совершенно не обязательно становиться идиотом. Они правда все это время не понимали, чем дело кончится… Я тебе говорил?.. А, да, точно, говорил, некоторое время назад… Все равно что мне бы пришло в голову сделать Солнце в пять раз ярче, просто чтобы посмотреть, что будет. Желательно, уже после сотворения жизни, чтобы последствия были более кошмарными… — Ты бы никогда не сделал ничего подобного, дорогой мой, я знаю, — невольно все так же искренне, со всей симпатией, которую испытывал, отозвался Азирафель на его слова. — Конечно не сделал бы, я же не идиот, — согласился с ним Кроули, и ангел спрятал очередную улыбку, повернувшись к Дэри, а потом решительно вернулся к речи для него: — Святым делает то, как ты со своим любопытством обходишься и со своей любовью. Человек может выбирать, что ему делать, и иногда меняться. Правда в том, мистер Дэри, что ты выбрал сделать помощь Творению стержнем своей личности, и это не может измениться. Поэтому мы видим сияние Небес в твоих поступках. Сейчас, правда, тебе больно, и сияние немного не того цвета, потому что тебя предали, но это пройдет. И может, тебе станет легче, если я скажу, что сегодня кто-то из них совершенно точно сделает новый выбор, потому что поймет, что был неправ. Азирафель замолчал, потому что Дэри вдруг слабо улыбнулся и шепотом ответил: — Вряд ли я захочу услышать от них извинения… — И не надо! Ты не обязан их прощать, дорогой мистер Дэри, — убежденно сказал Азирафель то, что думал. — Ты говоришь странные вещи, ангел. И страшные, — серьезно сказал Дэри, но возражать, к облегчению ангела, не стал. И впадать в отчаяние, вроде бы, тоже перестал. Теперь он размышлял, и это было замечательно. — Нет, страшные вещи еще впереди, — печально усмехнулся Азирафель и правда начал про страшное, но так же честно: — Сейчас люди переживают трудное столетие. По земле скачет Голод на своем вороном коне на пару со Смертью. Иногда Мор, и иногда Война. И кстати, Голод всегда трусливо от меня сбегает, но это не суть. Главное — они не собираются вместе, дорогой мистер Дэри. Никогда не вместе, не вчетвером, это еще не последние времена. Просто так вышло, что полные страха. Даже Голод полон страха, даже Мор. Но еще ничего не заканчивается, еще можно что-то сделать с этим миром. Ты можешь сделать, Дэри, что-то более существенное, чем принять мученическую смерть на костре. Ангел перевел дух и сделал большой глоток из своей кружки. А Дэри промолчал, только опять уставился на костер, но без обреченности. С жесткостью уставился, до играющих желваков.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты