Планета Океан

             «Ошибок не бывает. События, которые вторгаются в нашу жизнь, какими бы неприятными для нас они ни были, необходимы для того, чтобы мы научились тому, чему должны научиться».       Ричард Бах

***

      Жизнь продолжалась. В делах и заботах минуло три года. Серебряный Дождь подрастал, из неуклюжего, порой забавного детёныша, постепенно превращаясь в молодого самца. Подросток вступил именно в тот переходный возраст, когда бывшие мальки начинают задумываться о своём жизненном предназначении. Понемногу он осваивал профессию отца и даже стал неплохо справляться. Правда, далеко в море Лира его не пускала, на промысел они отправлялись вдвоём и нередко возвращались с хорошим уловом.       Но пытливый ум Серебряного стремился полнее узнать окружающий мир, чтобы постичь извечные законы и найти области их применения. Особенно подростка привлекали морские глубины с богатым разнообразием живых существ. Он плавал под водой в маске, наблюдал, а после обдумывал и анализировал увиденное. Часами сидел на берегу, поглощённый размышлениями и делая интересные выводы. Конечно, любознательный юнец обучался в местной школе, только этого бывало недостаточно: душа рвалась к недоступным вершинам знаний.       Глядя на Серебряного Дождя, окружающие день ото дня замечали, что тот всё больше походил на своего отца. Становился таким же рослым и стройным, с гибким телом пловца. Длинные, очень чёрные отростки густой гривы украшали его голову, а светлые, переливчатые по цвету глаза казались то зеленоватыми, то голубыми — точно морская вода, пронизанная лучами солнца. Только кожа была не просто серой, как у Сердолика, а имела серебристый оттенок. Когда солнечный свет попадал на обнажённого подростка, чешуйки на коже блестели, словно настоящее серебро, а тёмные подпалины на боках и крапинки на лбу усиливали это сходство с драгоценным металлом.             — А малёк-то Серебряный Дождь скоро превратится в сущего красавца, каких у нас в посёлке отродясь не бывало, — с доброй улыбкой говорили поселенцы.       На него уже заглядывались молодые самочки и мечтали, когда же он повзрослеет, чтобы выбрать одну из них.       Однажды жарким полднем, когда в воздухе висела влажная духота, Серебряный сбросил с себя всю одежду и с облегчением развалился на песке возле моря. С блаженством он раскинул руки в стороны и закрыл глаза.       «Хорошо бы собрать тех розовых жемчужин из подводной пещеры да нанизать на нить. Матушка любит носить украшения из жемчуга», — вяло подумал Серебряный, нежась на тёплом песке. Но шевелиться совершенно не хотелось; лучше всего было просто лежать и предаваться лени.       На побережье возвышалась чёрная скала, мрачной громадой нависая над морем. Иногда мелкие и среднего размера камни срывались с её верхушки и с приглушённым всплеском падали в лёгкие волны. Каро резвился около каменной глыбы. Он то и дело высовывал любопытный нос из воды и хитро поглядывал на разленившегося друга, как бы намекая: «Хватит валяться на песке, как полудохлая медуза! Иди искупайся да поиграй». Тогда Серебряный задумал подшутить над весёлым заводилой. Для этого надо забраться на вершину скалы, а затем быстро спрыгнуть в глубину, резко вынырнуть рядом с дельфином и крепко обхватить его гладкую спину руками, чтобы озорник не вырвался. Играть так играть! Каро всегда нравилась такая забава. Следом начиналось дружное барахтанье в тёплых волнах с заплывами наперегонки. Славный дельфин всегда побеждал и очень этим гордился!       Не спеша, осторожно цепляясь за скользкие камни, Серебряный Дождь поднялся на вершину скалы и смело шагнул на самый край. Оставалось только с силой оттолкнуться ногами, кувыркнуться в воздухе и стрелой войти в воду с вытянутыми над головой руками. Вот юный ныряльщик сгруппировался и резким толчком попытался оторваться от поверхности. Но именно в этот момент камень под его ногами предательски дрогнул, пошатнулся, отломился и с грохотом полетел вниз — увлекая за собой ныряльщика. Тот жёстко ударился головой об острый выступ, неуклюже рухнул в море и потерял сознание. Волны тотчас окрасились его зелёной кровью. Серебряный несомненно бы утонул, но верный дельфин не допускал этого, старательно поддерживал друга на плаву и зорко следил, чтобы его лицо не погружалось в воду. Травма оказалась настолько серьёзной, что пострадавший не приходил в сознание, и его начало относить течением всё дальше от берега.       Однако Каро не отставал и продолжал помогать другу. Неизвестно, на сколько затянулся бы этот свободный дрейф, но конец-то вполне предсказуем. Вот только Серебряному не суждено было погибнуть в море, как его несчастному отцу. Вероятно, юному яутжа готовилась иная доля — которую предстояло принять и испытать в жизни.       Фортуна оказалась к нему благосклонной и явила большую белую яхту, которая неторопливо следовала намеченным курсом, рассекая лазурные волны. С палубы обратили внимание на необычное поведение дельфина: напрягаясь всем туловищем, тот носом старательно поддерживал некий предмет на поверхности моря, а сам уже еле шевелил хвостом. Непонятный объект походил на длинное тело. Моментально спустили катер и достали пострадавшего, он ещё дышал, но ни на что не реагировал, похоже — потерял много крови. Радости Каро не было предела: удалось спасти друга! С громким криком дельфин выпрыгивал из воды рядом с катером, провожая до яхты. Серебряного быстро подняли на палубу и перенесли в каюту.       Через минуту в помещение энергичной походкой вошёл крупный пожилой яутжа, наверное, врач. Тщательный осмотр показал: у подростка пробита голова и повреждены два шейных позвонка — просто удивительно, что он остался жив! Нахмурившись, доктор отдал команду отправляться в сторону побережья; яхта полным ходом заскользила по волнам. На берегу их ждал челнок для межпланетных перелётов. Пострадавшего занесли на борт, следом вошли сопровождающие. Космолёт немедленно взмыл в высоту и взял курс на Аттур. Да, Серебряный летел на ту самую, закрытую для непосвящённых планету Аттур и ничего об этом не ведал. Так, силой причудливой судьбы сын рыбака Серебряный Дождь оказался оторван от дома и родных мест, вырван капризным роком из привычного мира.       Больше недели Лира на берегу высматривала сына, но дождаться так и не пришлось. Только дельфин Каро крутился и прыгал в воде поблизости. Он громко кричал на своём языке и, казалось, пытался что-то сказать, но никто животное не понял. Наконец, жители посёлка пришли к единому мнению, что Серебряный Дождь погиб. Лира от горя слегла; несчастную поддерживали соседи, кто чем мог. Позднее сильной самке удалось справиться с бедой. Рыбачка стала жить одна. Она часто выходила на побережье и пристально вглядывалась вдаль — мать продолжала ждать сына, упрямо отказываясь верить в плохое, надеялась на чудо…

***

      Ласковый солнечный луч позолотил оконную раму и смело переместился на край подушки, где лежала перевязанная голова юного яутжа. Тот спал, но сон его не походил на беспокойный бред больного и оставался вполне безмятежным. Подросток выздоравливал. Лучик ещё немного поблуждал и резво скользнул на лицо спящего. Вот он высветил опущенные тёмные веки, метнулся на аккуратные белые жвала, пробежался по стройной шее. Вдруг носовая складка юного яутжа сморщилась, он звонко чихнул и открыл глаза. Тотчас в зрачках застыло недоумение: где он? Что произошло? Озадаченный этими вопросами подросток опёрся на согнутые в локтях руки, сел и решительно спустил ноги с кровати. Затем поднялся и направился к двери. От лёгкого прикосновения гладкие створки широко разъехались в стороны — словно этого только и ждали. Подросток шагнул на порог целой анфилады комнат, которые, подобно звеньям длинной цепочки, выходили одна из другой. Подгоняемый любопытством, он пошёл вперёд, пока не остановился у прозрачной панели, сквозь которую виднелся сад. Юнец отодвинул преграду и спустился по ступеням в это удивительное место.       Он попал в волшебную страну! Солнце щедро поливало благодатными лучами всё, что здесь росло. С громким щебетанием проносились крылатые создания, гоняясь за мошками. В воздухе душистой волной разливался тонкий аромат диковинных цветов самых ярких окрасок. Так и тянуло прилечь возле нарядной клумбы. Поддавшись желанию, юный яутжа растянулся на траве и засмотрелся в небеса — дивного сине-зелёного оттенка, где проплывали лёгкие белые облачка с серебристыми краями. Ощущения радости и покоя наполнили душу, глаза сами собой закрылись, и он не заметил, как задремал.       Вдруг в доме послышалось громкое взволнованное стрекотание, кто-то быстро побежал. Захлопали окна и двери. Прозрачная панель у входа в сад широко раздвинулась — на крыльцо выскочила запыхавшаяся пожилая самка в белых одеждах. Матрона окинула тревожным взглядом лужайку, увидела подростка на траве и сразу успокоилась. Она подошла и осторожно опустилась рядом. Спящий открыл глаза.             — Зачем ты встал с постели, дитя? Тебе ещё нельзя. Твоя рана на голове не полностью зажила, — добрым голосом проурчала самка. — Послушай меня, сынок, отправляйся обратно в постель, а я тебя провожу.       Подросток бросил удивлённый взгляд на незнакомку и потрогал себя за голову. Только сейчас он ощутил повязку.             — О, не стоит так беспокоиться, уважаемая госпожа, я вполне здоров. У меня ничего не болит. Мне просто приятно лежать на траве в вашем саду, и больше ничего не надо.       С облегчённым вздохом незнакомка раздвинула в доброй улыбке максиллы.             — Я очень рада, дитя, что тебе стало лучше!       Он с недоумением спросил:             — Скажи, где я нахожусь? И вообще, что произошло? Я только помню, как прыгнул со скалы, а дальше провал в памяти.             — Ты в хороших руках, дорогой, — обнадёжила матрона с доброй улыбкой. — Самый выдающийся хирург нашей планеты Аттур помог тебе. Ведь ты едва не погиб.       Подросток ошеломлённо замер. Причём его поразил не сам факт того, что чуть не расстался с жизнью, а как угораздило оказаться на закрытой планете Аттур.             — Прошу, уважаемая госпожа, расскажи мне всё.       Она согласно кивнула и поведала пострадавшему историю его спасения. Когда она закончила, тот взволнованно спросил:             — Как имя этого выдающегося яутжа, что лечил меня?             — Это достопочтенный доктор Ветер, — с готовностью ответила пожилая самка и тоже поинтересовалась: — А тебя как зовут?             — Серебряный Дождь.             — Да ты и впрямь похож на слиток серебра. Твои чешуйки так и сверкают под лучами солнца, — улыбнулась его собеседница и снова спросила: — Есть ли у тебя родители?             — Нет, я сирота. Меня и названого брата Янтаря воспитывала его мать. Я всегда уважал и любил её, как родную матушку. Она вдова друга моего погибшего отца, — с грустью поведал Серебряный.       Самка сочувственно вздохнула.             — Так, спасибо, дорогой. Больше не буду задавать тебе вопросов. И, пожалуйста, пойдём, я уложу тебя в постель.       Серебряный послушно поднялся с травы и последовал за провожатой в дом. Она помогла ему обратно улечься в постель, заботливо укутала одеялом и пожелала сладких снов. Глаза юного яутжа закрылись, и он устало провалился в сон.       Да, наш герой, Серебряный Дождь, действительно оказался в роскошном поместье одного из самых уважаемых и знаменитых учёных современности на планете Аттур. На эту планету, закрытую для всех посторонних, никто не мог проникнуть без разрешения Совета Старейшин. Здесь жили талантливейшие и светлейшие умы расы яутжа — цвет науки, техники и медицины. Именно в общине аттури «двигали науку» вперёд: проектировали и строили звездолёты, создавали сверхмощное оружие, изыскивали и находили новые формулы лекарств. Яутжа всегда ревностно оберегали секреты научных разработок и открытий. Они очень гордились своими поистине грандиозными достижениями.       Доктор Ветер славился как выдающийся генетик, хирург и талантливый изобретатель по части медицины. Его жизнь сложилась довольно удачно: он имел много научных трудов, воспитал немало продолжателей в своей области исследований. У доктора Ветра была хорошая семья и любимая дочь по имени Весна. Другие его старшие потомки уже давно создали собственные семьи и произвели на свет многочисленных отпрысков, а эта последняя дочурка стала подарком и утешением в старости для пожилых супругов, но время ещё не пришло, чтобы думать об устройстве её судьбы.              Эта невысокая, желтокожая в коричневый крап самочка, с тёмно-шоколадными отростками короткой гривы на голове, всегда подвижная и лёгкая на ногу, любила звонко, смешливо стрекотать, но чаще всего невпопад. Вот и сейчас она залезла на дерево, чтобы заглянуть через полуоткрытое окно в комнату. Ей не терпелось посмотреть на спасённого отцом юного яутжа, тот уже заметил шалунью и мило улыбался.             — Да он просто красавчик! — насмешливо стрекотнула она. — Нечего мне улыбаться, я сейчас тебя за это накажу.       Весна ловко спрыгнула с дерева и ненадолго задумалась: «Что бы такое сделать похитрее?» Затем подобрала камень, завернула его в большой лист и вложила внутрь свёртка яркий цветок. С задорным смешком озорница подскочила и метнула поделку в окно между открытыми створками. Траекторию броска она не учла: камень-сюрприз влетел в ценный витраж и разбил его вдребезги. Чтобы не нарываться на неприятность, самочка пустилась бежать по дорожке с громкими воплями:             — Этот злой приблудный малёк хотел меня убить! Он швырнул в меня камень и разнёс витраж! Он вредитель! Скорее накажите его!       Конечно, Весне никто не поверил. Все знали, на что она способна и как далеко заходит в дерзких шалостях, которые ей неизменно прощались. Серебряный Дождь очень расстроился: ему вовсе не хотелось отвечать неблагодарностью за своё спасение и гостеприимство. Однако никто не пришёл в его комнату разбираться, и со временем он успокоился.       Так прошла неделя. Серебряный Дождь начал чаще вставать с постели и выходить в сад. Он постепенно привыкал к окружающей действительности, но при этом часто вспоминал матушку. Ведь Лира осталась совсем одна и наверняка думала, что сын погиб. От этих мыслей Серебряному становилось очень тоскливо и горько на душе. Вот только он не знал, что стоит на пороге новой жизни и совсем близок к исполнению давнишней мечты.