Планета Океан

            «За все наши мужицкие злодейства             Я женщине воздвиг бы монумент,             Мужчина — только вывеска семейства,             А женщина — и балки, и цемент».       Игорь Губерман

***

      С утра пораньше Лава и Серебряный Дождь отправились выбирать участок под новый дом. Им построят не просто большой и уютный особняк, а именно семейное гнездо, где родятся их детёныши, целая орава пухленьких мальков.       Место выбрали в отдалённом, ещё не полностью застроенном районе рядом с лесом. Зато какой прекрасный вид откроется из окон: на тенистые рощицы и весёленькие лужайки с голубой и зелёной травой, откуда выглядывают разноцветные венчики душистых цветов. Среди этой красоты детишки начнут резвиться под зорким присмотром родителей.       План жилища отдали в руки строителей, теперь надо месяц подождать. А пока будущая мать хорошеньких серебряных детёнышей временно поживёт в доме дражайшего самца. Ей не хотелось возвращаться в Сферу, где пришлось испытать немало тяжёлых событий. Лава не любила океан и старалась реже погружаться на подводном челноке в эти тёмные глубины. Она не собиралась жить в зыбком царстве безмолвия, поэтому ей не имело смысла вживлять себе жабры. В их семье вполне будет достаточно и одного супер-пупер существа не от мира сего.       Серебряный почти целыми днями и ночами пропадал в лаборатории или в океане. Лава с этим смирилась. Главного она добилась: самец сделал ей предложение стать его супругой. Так что хватит привязываться к нему с пылкими признаниями и домогаться желанного серебряного тела. У них вся жизнь впереди.             «Я буду сдержаннее, а то и вправду веду себя по-дурацки, — настраивалась Лава на правильные мысли. — Надо мной уже смеются. Всё равно он теперь мой навсегда!»       Она не забыла о прежней глупости Серебряного — плавать под водой без средств защиты, и твёрдо решила обучить жениха владению холодным оружием. С океаном шутки плохи. Этот «гидрокосмос» непредсказуем и до конца не изучен, поэтому там легко нарваться на неизвестных хищников. В случае угрозы надо уметь себя защитить. Серебряный Дождь просто обязан владеть копьём, тем более мать его была охотницей, а дед— Старейшина, тоже в прошлом отважный охотник-воин. Этот удалец и сейчас запросто завалит Королеву Улья. Вроде старый, но рука ещё крепкая, да и богатого опыта хватает. Первый урок боевого искусства Лава собиралась преподать Серебряному уже завтра на берегу океана.       Она вопросительно заглянула ему в глаза:             — Ты отправляешься в Сферу?             — Да, не скучай! Мне надо сплавать к скалам. Мы с коллегами должны там кое-что проверить, — весело мурлыкнул в ответ Серебряный.       Лава улыбнулась его манере всегда оставаться таким милым и ещё раз напомнила о совместных планах:             — Хорошо, любимый! Мне тоже есть чем заняться. Не забудь: завтра начинается твоё обучение боевым искусствам. Приходи рано утром на берег, я буду тебя ждать.       Он в нетерпении блеснул глазами.             — Не забуду! Всё, побежал!       Но она никак не могла отпустить дорогого самца.             — Подожди! Ты кое-что забыл.       Серебряный спрыгнул с летающей платформы. Ему хотелось поскорее рвануть на берег.             — Да?       Лава обняла торопливого жениха. Он наклонился, зарылся жвалами в гриву невесты и мягко, протяжно заурчал.             — Вот так! Уже лучше! Теперь лети, — довольно мурлыкнула она и добавила: — А я тем временем пойду разомнусь немного, не то моя броня скоро заржавеет.

***

      Лава стояла на берегу океана в ожидании ненаглядного самца. В лучах восходящего солнца её начищенные до зеркального блеска доспехи сверкали как золото. Наконец Серебряный выскочил из подводного челнока. Он бежал к ней навстречу по берегу с широко раскинутыми в стороны руками, словно желая обнять всю Вселенную. Его радостное стрекотание сливалось с лёгким шумом волн.             — Лава, ты красавица! Тебе очень идут твои доспехи! — громко и весело кричал он подруге. — Я не опоздал? Ты не сердишься?       Боевая самка вынула из-за спины одно копьё и вложила в руки Серебряному, затем пристегнула ему наруч с запястными лезвиями. Следом достала второй комбо-шест и приготовила для себя.             — Теперь будь внимателен, мой дорогой, и очень осторожен, — напутствовала она. — На тебе нет брони, ты можешь запросто пораниться. Кстати, надо заказать доспехи, хотя бы неполные, но маска обязательно должна быть у тебя. Смотри: копьё раскладывается так.       Привычным движением пальцев Лава надавила на середину комбо-шеста. Из него с двух сторон выскочили острые длинные концы.             — Понял, как делать? А это запястные лезвия.       Охотница слегка повела запястьем и что-то там быстро нажала: из наруча со звоном выскочили два зазубренных острых клинка.             — Вжик-вжик! Делаешь так, и голова с плеч долой.       Лава выполнила несколько ловких движений с опасным оружием, в прыжке сделала сальто и на лету поразила цель копьём. Серебряный никогда раньше не видел, на что была способна его подруга в боевой обстановке, а теперь имел некоторое представление о её умении. Что ни говори, в избранницы ему досталась бравая вояка! Интересно, чем же всё-таки он её привлёк? Ну не своим же унылым видом и вечно задумчивым взглядом. Да уж, самочки всегда умудрялись оставаться загадкой, они так непредсказуемы… Совсем не такие, как эти примитивные самцы. И он тоже в том числе.             — Всё понял? А теперь давай покажи, на что ты способен. Руку сюда, держать так, сильно не сжимай, легче, плавнее заводи лезвия.       Серебряный в точности повторял пассы с зазубренными клинками. Это оказалось не таким уж сложным делом. Главное, быть внимательным и собранным, а то можно запросто отрезать у себя что-нибудь очень нужное.             — Так, отлично! — Лава с довольным видом похлопала его по плечу. — С лезвиями ты всё понял, спрячь их. А сейчас разложи копьё. Остриё должно смотреть вперёд. Не тряси рукой. Так-так, молодец! Ноги упри в песок сильнее, колени чуть согни. Кисть не напрягай, немного разверни корпус. А теперь — нападай на меня!       Серебряный чётко следовал инструкциям воительницы. Сначала не получалось, но потом пошло-поехало, как по маслу.       И вдруг он ощутил свой первый настоящий боевой азарт!       Копьё в руке словно ожило и превратилось в продолжение тела. Вот он уже свободно и вполне уверенно держит смертоносный комбо-шест в крепкой ладони, блокируя натиск Лавы.       Взмах лезвиями — охотница подпрыгивает и со звоном отбивает атаку. Копья замелькали в воздухе. Выпад, блок, поворот, уклонение, защита. Лязг скрещённых лезвий, искры, скрежет зазубренных клинков.       Серебряный вошёл во вкус. Он замечал все свои ошибки и отчётливо понимал: Лава дралась вполсилы, намеренно уступала, пропуская удары. «Ну ничего, — думал он, — уж теперь-то я научусь у неё многому. Ещё покажу себя доблестным воином, достойным сыном отважной матери!»             — Всё! На сегодня хватит, — воительница резко сложила копьё.       Затем не спеша принялась расстёгивать доспехи и по одному сбрасывать их на песок. Серебряный отбросил комбо-шест и разом отстегнул запястные лезвия. С непривычки во всём теле чувствовалась усталость, но зато в душе осталась благодарность славной воительнице за полученный замечательный опыт!       Самец стоял в расслабленной позе и спокойно смотрел на Лаву. От яркого солнца он слегка прищуривался и мягко улыбался кончиками максилл. Его взгляд и улыбка неодолимо притягивали воительницу, манили совершать любовные безумства. Вдруг Лаве страшно захотелось сейчас же всё бросить, упасть с любимым на песок, и пусть весь мир подождёт, а она займётся с желанным самцом делами поважнее. Какой же он невыносимо соблазнительный…             «Ох, как же ты рискуешь! — живо промелькнуло у неё в голове. Лучше не улыбайся так, а то мигом попадёшь в мои острые когти».       Боевая самка неторопливо подошла к ученику и молча остановилась напротив. Она удивлённо склонила голову набок и с интересом уставилась на него. Лава словно заново открывала для себя Серебряного: он неожиданно повернулся к ней своей незнакомой, прежде неизведанной стороной. Да и что, в сущности, она о нём знала? Если быть честной с самой собой — ничего. А ведь Серебряный далеко не слабак! С первого раза освоил основные приёмы владения холодным оружием. Обычно этому искусству воины учатся с детства. Ну а что здесь удивляться? Серебряный Дождь — молодой самец, физически прекрасно развит, мускулатура накачана длительным плаванием под водой и тверда, как железо. Движения гибкого тела быстрые и уверенные. Оставалось только вложить в его крепкие руки оружие и показать, как правильно держать. Умник сразу всё понял, ну а ловкости ему не занимать. Плюс ко всему, он унаследовал очень хорошую генетику. Если регулярно заниматься, тогда из этого самца точно выйдет настоящий охотник-воин!             — Молодец! Ты воин в душе! Зря не полетел в детстве к деду Старейшине и не захотел стать охотником. Мы бы с тобой обяза-а-ательно встретились, — Лава лукаво подмигнула огненным глазом. — Тебе нигде-е от меня не спрятаться. Я чую тебя на расстоянии.       С хитрой улыбкой наставница положила ладони на грудь ученику. Тот в ответ приветливо мурлыкнул, вообще не подозревая никакого подвоха. Как вдруг она резко подпрыгнула и неожиданной подсечкой уронила его на песок! Лава лихо уселась ему на живот, склонилась к лицу и начала пристально всматриваться в его бездонные, будто сам океан, глаза. Серебряный спокойно лежал и с любопытством ждал, что же дальше предпримет эта ловкая особа. Лава замерла. Она неотрывно, со змеиным коварством завораживала жертву долгим пронзающим взглядом. А как только самец расслабился, медленно-медленно провела по его шее длинным языком сверху вниз и тонким кончиком осторожно проникла в жабры. У Серебряного от такой изощрённой ласки по коже пробежала дрожь. Не в силах больше это вытерпеть, он резво вскочил, подхватил Лаву на руки и прыгнул с ней в волны океана с крутого берега.       Сплетаясь языками в страстном поцелуе, молодая пара всё глубже и глубже погружалась под воду. Вскоре Лава ощутила нехватку воздуха. Стоило немалого труда выскользнуть из мускулистых рук Серебряного. Какой же он всё-таки сильный! В его крепких и властных объятиях легко потерять голову, саму себя и даже жизнь. Просто взять и утонуть в океане от жарких поцелуев любимого.       Наконец знойная парочка вынырнула на поверхность. По старой привычке Лава распласталась на сильной спине самца, и тот, словно дельфин, катал на себе подругу. Как же им было хорошо вместе! Они искренне радовались безмятежному счастью, смеялись и играли в океане. Лава осталась довольна собой, ведь ей удалось подобрать ключик к Серебряному. Он сам! Именно сам её целовал. Теперь она поняла, как приучить желанного самца к себе: надо подыскать с ним общее занятие! Тогда медленно и постепенно растает лёд в сердце любимого, и оно вспыхнет в ответ тем же огнём, что пылал в её груди. Жизнь открывала Лаве свои секреты, и чтобы постичь эти уроки, охотнице предстояло превратиться в прилежную ученицу.

***

      Прошёл месяц. Их большой просторный дом построили. Солнце приветливо светило в широкие окна. С радостными трелями молодая хозяйка обустраивалась на новом месте. Мебель и вещи она подбирала сообразно собственному вкусу. Получалось просто замечательно! Нужно всё продумать до мелочей, ведь здесь предстояло жить и растить детей. Первые основные уроки воспитания будущие отпрыски получат в этих стенах.       Охотница любила детёнышей и всегда о них мечтала. Мать Лавы некогда тоже состояла в клане, поэтому судьба дочери была определена с самого рождения. Однако в своих снах Лава видела себя обычной самкой рядом с супругом и целым выводком мальков. Вот только все её прекрасные стремления разрушала знаменитая клятва клану не создавать семейных уз. Зато теперь охотница свободна от всяческих зароков и сможет осуществить заветное желание. Уж она постарается народить побольше детёнышей от горячо любимого самца и в этом обрести истинное счастье!       Под детскую заранее выбрали уютную, светлую комнату и полностью оборудовали всем необходимым для удобства маленьких непосед. В мечтах Лава уже видела Серебряного с сыном на руках. Она закрывала глаза и живо представляла эту картину:             «Вот крошечные пальчики детёныша играют с отцовской длинной гривой. Шалун заливисто смеётся и пробует на зуб золотые наградные кольца. Отец пытается его отвлечь, и сын ласково обнимает тонкими ручками шею родителя. Серебряный с нежностью прижимается лицом к хрупкому тельцу малька».       О, что может быть прекраснее и важнее в жизни, чем детёныш от любимого самца! Эта умильная сцена растрогала Лаву до слёз. Она затрепетала от прилива горячих чувств к Серебряному и к их ещё не рождённым малькам… Вообще, что-то в последнее время воительница совсем расклеилась. Куда только подевался её прежний боевой дух? Но всё равно это радовало, ведь она так стремилась превратиться в обычную самку.       Хозяйка неторопливо обошла дом, заглянула в каждую комнату, не забыла самый маленький уголок уютного жилища. В спальне уже разместилась крепкая семейная кровать. Лава довольно улыбнулась: «На этом широком ложе зародятся наши многочисленные потомки. Но для этого придётся хорошенько постараться и не позволять Серебряному отлынивать от самцового долга».       Лава и Серебряный Дождь терпеливо дожидались доктора Ветра, когда он вернётся с Яутжа-Проксимы и узаконит их отношения. Только после официального оглашения супруги проведут первую брачную ночь. Чтобы не подвергать себя соблазну и сделать любимому сюрприз, Лава пока не пускала Серебряного в новый особняк; она поселилась здесь одна и продолжала обустраиваться с ещё большим комфортом. Самец ночевал в старом домике или в Сфере. По соседству в их отдалённом районе обосновалось несколько семей.

***

      Лава резко проснулась. Вокруг царила тишина, но интуиция подсказывала ей: сейчас произойдёт что-то страшное. Даже при всём усердии превратиться в обычную самку, Лава продолжала оставаться воительницей. Она замечала каждую мелочь, каждый пустяк. Ратные навыки, полученные за годы сражений, никуда не делись и часто напоминали о себе. Вдруг она уловила пока ещё неясный отдалённый шум. Он неудержимо нарастал, с каждой минутой звучал всё громче и сильнее. Лава уже явно различала хриплые крики, похожие на лай, улюлюканье и вопли множества глоток. Тут же сработала многолетняя привычка. Воительница внутренне подобралась, настраиваясь на предстоящий бой. Она схватила копьё и уверенным чётким движением защёлкнула на руке запястные лезвия. Подготовившись, она проворно подбежала к двери и осторожно выглянула наружу.       Из леса сплошным потоком хлынуло целое полчище полуголых туземцев. Яростно потрясая каменными топорами и копьями, дикари собирались сокрушить всё, что попадётся на пути. За считаные минуты они покрыли весь участок между одинокими строениями. Подобно бешеным монстрам, с громким рычанием туземцы выскакивали из каждого угла. Казалось, от этих страшных тварей не будет спасения: они не уйдут, пока не уничтожат всех мирных жителей. Уже слышались крики и предсмертные хрипы застигнутых врасплох несчастных жертв.       Лава едва успела опустить на окна металлические ставни и заблокировать вход, как в крепкую преграду сразу же стали ломиться враги. Они со всего маху ударяли в неё толстым бревном, как тараном. Дикари прилагали немало усилий, пытаясь одолеть трудное препятствие. Наконец, им это удалось. Дверь рухнула под их настойчивым напором. И тут же первые дикари наткнулись на остриё копья воительницы. С неукротимой энергией Лава наносила молниеносные удары, разя врагов запястными лезвиями с чёткостью настоящей машины убийства. Боевая самка устроила яростную бойню, стремясь сурово наказать агрессоров. Вокруг только и раздавались чавкающие звуки. Оружие, как живое продолжение руки воительницы, смачно вонзалось в голую плоть туземцев острым зубом наконечника. Реки красной крови вперемешку с кучами подрагивающих внутренностей заливали и заваливали крыльцо нового дома Лавы. Но дальше варвары не прошли: всей оравой они полегли на месте. Десятки дикарей были убиты сразу, многие оказались тяжело ранены.       Лава двигалась неуловимо, то здесь, то там, умело отражая сильные, но неуклюжие атаки. Она расправилась с ними легко и почти играючи. Туземцы же, наоборот, проявили себя никудышными вояками. Но, к несчастью, врагов нагрянуло слишком много, чтобы одолеть всех враз. Нападавшие всё-таки ухитрились ранить Лаву в бок каменным топором. Да только она не сдавалась и по-прежнему несла смерть смелыми ударами, хотя те постепенно становились слабее. Не ожидая получить такой жестокий отпор, дикари не выдержали и спешно отступили от неприступной крепости.       Победительница уверенно стояла на пороге жилища, крепко сжимая копьё в руке. Повинуясь внезапному порыву, она нанесла себе на лоб один ритуальный символ. Всего один — знак Чёрного Воина, написанный красной кровью врагов. Этот иероглиф означал: дело героя правое — встать грудью на защиту родового гнезда. Никто не смел покушаться на дом семьи Лавы. Так есть и так будет всегда!       Дикари врывались в соседние жилища и подчистую уничтожали поселенцев со зверской жестокостью. Не щадили никого. Они жадно хватали всё подряд, а когда вдоволь потешили свою жажду убийства, внезапно схлынули, подобно океанской волне, утаскивая за собой награбленное добро. На улице, между постройками, в кустарнике — везде лежали трупы мирных обывателей: самцов и самок с детёнышами. Несчастные преодолели огромные расстояния, чтобы безмятежно жить на этой далёкой планете, строить дома, растить детей в любви и радости, но судьба их сложилась несправедливо и трагично.       Серебряный Дождь вбежал в свой новый особняк. Лава лежала на кровати. Белый пластырь закрывал её рану на боку. Воительница потеряла много крови, но осталась жива.       На общей сходке немногие уцелевшие поселенцы решили обратиться в Совет Старейшин и потребовать карательные отряды охотников-воинов для расправы над туземцами.