Планета Океан

            «За все наши мужицкие злодейства             Я женщине воздвиг бы монумент,             Мужчина — только вывеска семейства,             А женщина — и балки, и цемент».       Игорь Губерман

***

      С утра пораньше Лава и Серебряный Дождь отправились выбирать участок под новый дом. Им построят не просто большой и уютный особняк, а именно семейное гнездо, где родятся их детёныши, целая орава пухленьких мальков. Место выбрали в отдалённом, ещё не полностью застроенном районе рядом с лесом. Зато какой прекрасный вид откроется из окон: на тенистые рощицы и весёленькие лужайки с голубой и зелёной травой, откуда выглядывают разноцветные венчики душистых цветов! Среди этой красоты детишки начнут играть и резвиться под зорким родительским оком.       План жилища отдали в руки строителей, теперь надо месяц подождать. А пока будущая мать хорошеньких серебряных детёнышей временно поживёт в доме дражайшего самца. Ей не хотелось возвращаться в Сферу, где пришлось испытать немало тяжёлых событий и осталась масса неприятных воспоминаний. Лава не любила океан и старалась реже погружаться на подводном челноке в эти тёмные глубины. Она не собиралась жить в зыбком царстве безмолвия, поэтому ей не имело смысла вживлять себе жабры. В их семье вполне будет достаточно и одного супер-пупер существа не от мира сего. Серебряный почти целыми днями и ночами пропадал в лаборатории или в океане; Лава с этим смирилась. Она добилась своего: самец сделал ей предложение стать его супругой, так что хватит привязываться к ему с пылкими признаниями и домогаться желанного серебряного тела. У них вся жизнь впереди.              «Я буду сдержаннее, — настраивалась она на правильные мысли, — а то и вправду по-дурацки себя веду. Надо мной уже смеются. Всё равно он теперь мой навсегда!»       Лава не забыла о прежней глупости Серебряного — плавать под водой без средств защиты, и твёрдо решила обучить жениха владению холодным оружием. С океаном шутки плохи, этот «гидрокосмос» непредсказуем и до конца не изучен, поэтому там легко нарваться на неизвестных хищников. В случае угрозы необходимо уметь себя защитить. Серебряный Дождь просто обязан владеть копьём, тем более мать его была охотницей, а дед — Старейшина, тоже в прошлом отважный охотник-воин. Этот удалец и сейчас запросто завалит Королеву Улья. Вроде старый, но рука ещё крепкая, да и богатого опыта хватает. Первый урок боевого искусства воительница собиралась преподать Серебряному уже завтра на берегу океана.       Она вопросительно заглянула в глаза самцу.              — Ты отправляешься в Сферу?              — Да, не скучай! Мне надо сплавать к скалам. Мы с коллегами должны там кое-что проверить, — весело мурлыкнул он в ответ.       Лава улыбнулась его манере всегда оставаться таким милым и ещё раз напомнила о совместных планах:             — Хорошо, любимый! Мне тоже есть чем заняться. Не забудь: завтра начинается твоё обучение боевым искусствам. Приходи рано утром на берег, я буду тебя ждать.       Серебряный в нетерпении блеснул глазами.             — Не забуду! Всё, побежал!       Но она никак не могла отпустить дорогого самца.             — Подожди! Ты кое-что забыл.       Серебряный спрыгнул с летающей платформы. Ему хотелось поскорее рвануть на берег.             — Да?       Лава обняла торопливого дружка. Он наклонился, зарылся жвалами в гриву невесты и мягко, протяжно заурчал.             — Вот так! Уже лучше! Теперь лети, — она довольно мурлыкнула и добавила: — А я тем временем пойду разомнусь немного, не то моя броня скоро заржавеет.

***

      Лава стояла на берегу океана в ожидании ненаглядного самца. В лучах восходящего солнца её начищенные до зеркального блеска доспехи сверкали как золото. Наконец Серебряный выскочил из подводного челнока. Он бежал к ней навстречу по берегу с широко раскинутыми в стороны руками, словно желая обнять всю Вселенную. Его радостное стрекотание сливалось с лёгким шумом волн.             — Лава, ты красавица! Тебе очень идут твои доспехи! — громко и весело кричал он подруге. — Я не опоздал? Ты не сердишься?       Боевая самка вынула из-за спины одно копьё и вложила в руки Серебряному, затем пристегнула ему наруч с запястными лезвиями. Следом достала второй комбо шест и приготовила для себя.             — Теперь будь внимательным, мой дорогой, и очень осторожен. На тебе нет брони, ты можешь запросто пораниться. Кстати, надо заказать доспехи, хотя бы неполные, но маска обязательно должна быть у тебя. Смотри: копьё раскладывается так, — привычным движением пальцев Лава надавила на середину комбо шеста. Из него с двух сторон выскочили острые длинные концы. — Понял, как делать? А это запястные лезвия, — охотница слегка повела запястьем и что-то там быстро нажала: из наруча со звоном выскочили два зазубренных острых клинка. — Вжик-вжик! Делаешь так, и голова с плеч долой.       Лава выполнила несколько ловких движений с опасным оружием, в прыжке сделала сальто и на лету поразила цель копьём. Серебряный никогда раньше не видел, на что была способна его подруга в боевой обстановке, а теперь имел некоторое представление о её умении. Что ни говори — в избранницы ему досталась бравая вояка! Интересно, чем же всё-таки он её привлёк? Ну не своим же унылым видом и вечно задумчивым взглядом. Да уж, самочки всегда умудрялись оставаться загадкой, они так непредсказуемы… Совсем не такие, как эти примитивные самцы. И он тоже в том числе.             — Всё понял? А теперь давай покажи, на что ты способен. Руку сюда, держать так, сильно не сжимай, легче, плавнее заводи лезвия.       Серебряный в точности повторял пассы с зазубренными клинками. Это оказалось не таким уж сложным делом. Главное — быть внимательным и собранным, а то можно запросто отрезать у себя что-нибудь очень нужное.             — Так, отлично! — Лава с довольным видом похлопала самца по плечу. — С лезвиями ты всё понял, спрячь их. А сейчас разложи копьё. Остриё должно смотреть вперёд. Не тряси рукой. Так-так, молодец! Ноги упри в песок сильнее, колени чуть согни. Кисть не напрягай, немного разверни корпус. А теперь — нападай на меня!       Серебряный чётко следовал инструкциям воительницы. Сначала не получалось, но потом пошло-поехало, как по маслу. И вдруг он ощутил свой первый настоящий боевой азарт! Копьё в руке словно ожило и превратилось в её продолжение. Вот он уже свободно и вполне уверенно держит смертоносный комбо шест в крепкой ладони, блокируя натиск Лавы. Взмах лезвиями — охотница подпрыгивает и со звоном отбивает атаку. Копья замелькали в воздухе. Выпад, блок, поворот, уклонение, защита. Лязг скрещённых лезвий, искры, скрежет зазубренных клинков. Серебряный вошёл во вкус. Ученик замечал все свои ошибки и понимал, что Лава дралась вполсилы, намеренно уступала, пропуская удары. Ну ничего, уж теперь-то он научится у неё многому, ещё покажет себя доблестным воином, достойным сыном отважной матери!             — Всё! На сегодня хватит, — воительница сложила копьё. Затем не спеша принялась расстёгивать доспехи и по одному сбрасывать на песок. Серебряный отбросил комбо шест и разом отстегнул запястные лезвия. С непривычки во всём теле чувствовалась усталость, но зато в душе осталась благодарность славной воительнице за полученный замечательный опыт! Самец стоял в расслабленной позе и спокойно смотрел на Лаву. От яркого солнца он слегка прищуривался и мягко улыбался кончиками максилл. Его взгляд и улыбка неодолимо притягивали и манили Лаву совершать любовные безумства. Вдруг ей страшно захотелось сейчас же всё бросить, упасть с любимым на песок, и пусть весь мир подождёт, а она займётся с желанным самцом делами поважнее. Какой же он невыносимо соблазнительный…             «Ох, как же ты рискуешь! Лучше не улыбайся так, а то мигом попадёшь в мои острые когти», — живо промелькнуло в голове у Лавы.       Боевая самка неторопливо подошла к ученику и молча остановилась напротив. Её голова от удивления склонилась набок, а внимательные глаза смотрели с интересом. Она заново открывала для себя Серебряного: он неожиданно повернулся к ней своей незнакомой, прежде неизведанной стороной. Да и что, в сущности, она о нём знала? Если быть честной с самой собой — ничего. А ведь Серебряный далеко не слабак! С первого раза освоил основные приёмы владения холодным оружием. Обычно этому искусству воины учатся с детства. Ну а что здесь удивляться? Серебряный Дождь — молодой самец, физически прекрасно развит, мускулатура накачана длительным плаванием под водой и тверда, как железо. Движения гибкого тела быстрые и уверенные. Оставалось только вложить в его крепкие руки оружие и показать, как правильно держать. Умник сразу всё понял, ну а ловкости ему не занимать. Плюс ко всему, он унаследовал очень хорошую генетику. Если регулярно заниматься, тогда из этого самца точно выйдет настоящий охотник-воин!             — Молодец! Ты воин в душе! Зря не полетел в детстве к деду Старейшине и не захотел стать охотником. Мы бы с тобой обяза-а-ательно встретились, — Лава лукаво подмигнула огненным глазом. — Тебе нигде-е от меня не спрятаться. Я чую тебя на расстоянии.       С хитрой улыбкой наставница положила ладони на грудь ученику; тот в ответ приветливо мурлыкнул, не подозревая никакого подвоха. Как вдруг она резко подпрыгнула и неожиданной подсечкой уронила его на песок. Лихо уселась ему на живот, склонилась к лицу и начала пристально всматриваться в бездонные, будто сам океан, глаза. Серебряный спокойно лежал и с любопытством ждал, что же дальше предпримет эта ловкая особа. Лава замерла и неотрывно, со змеиным коварством завораживала жертву долгим пронзающим взглядом. А как только самец расслабился, медленно-медленно провела по его шее длинным языком сверху вниз и тонким кончиком осторожно проникла в жабры. У Серебряного от такой изощрённой ласки по коже пробежала дрожь. Не в силах больше это вытерпеть, он резво вскочил, подхватил Лаву на руки и прыгнул с ней в волны океана с крутого берега.       Сплетаясь языками в страстном поцелуе, молодая пара всё глубже и глубже погружалась под воду. Вскоре Лава ощутила нехватку воздуха. Стоило немалого труда выскользнуть из мускулистых рук Серебряного — какой же он всё-таки сильный! В его крепких и властных объятиях легко потерять голову, саму себя и даже жизнь. Просто взять и утонуть в океане от жарких поцелуев любимого. Наконец, знойная парочка вынырнула на поверхность. По старой привычке Лава распласталась на сильной спине самца, и тот, словно дельфин, катал на себе подругу. Как же им было хорошо вместе! Они искренне радовались безмятежному счастью, смеялись и играли в океане. Лава осталась довольна собой, ведь ей удалось подобрать ключик к Серебряному. Он сам! Именно сам её целовал. Теперь она поняла, как приучить желанного самца к себе: надо подыскать с ним общее занятие! Тогда медленно и постепенно растает лёд в сердце любимого, и оно вспыхнет в ответ тем же огнём, что пылал в её груди. Жизнь открывала Лаве свои секреты, и чтобы постичь эти уроки, охотнице предстояло превратиться в прилежную ученицу.

***

      Прошёл месяц. Их большой просторный дом построили. Солнце приветливо светило в широкие окна. С радостными трелями молодая хозяйка обустраивалась на новом месте. Мебель и вещи она подбирала сообразно собственному вкусу. Получалось просто замечательно! Нужно всё продумать до мелочей, ведь здесь предстояло жить и растить детей. Первые основные уроки воспитания будущие отпрыски получат в этих стенах. Охотница любила детёнышей и всегда о них мечтала. Мать Лавы некогда тоже состояла в клане, поэтому судьба дочери была определена с самого рождения. Однако в своих снах Лава видела себя обычной самкой рядом с супругом и целым выводком мальков. Вот только все её прекрасные стремления разрушала знаменитая клятва клану не создавать семейных уз. Зато теперь охотница свободна от всяческих зароков и сможет осуществить заветное желание. Уж она постарается народить побольше детёнышей от горячо любимого самца и в этом обрести истинное счастье!       Под детскую заранее выбрали уютную, светлую комнату и полностью оборудовали всем необходимым для удобства маленьких непосед. В мечтах Лава уже видела Серебряного с сыном на руках. Она закрывала глаза и живо представляла картину:             «Вот крошечные пальчики детёныша играют с отцовской длинной гривой. Шалун заливисто смеётся и пробует на зуб золотые наградные кольца. Отец пытается его отвлечь, и сын ласково обнимает тонкими ручками шею родителя. Серебряный с нежностью прижимается лицом к хрупкому тельцу малька».       О, что может быть прекраснее и важнее в жизни, чем детёныш от любимого самца! Эта умильная сцена растрогала Лаву до слёз. Её сердце затрепетало от прилива горячих чувств к Серебряному и к ещё не рождённым малькам… Вообще, что-то в последнее время воительница совсем расклеилась. Куда только подевался её прежний боевой дух? Но всё равно это радовало, ведь она так стремилась превратиться в обычную самку.       Хозяйка неторопливо обошла дом, заглянула в каждую комнату, не забыла самый маленький уголок уютного жилища. В спальне уже разместилась крепкая семейная кровать. Лава довольно улыбнулась: «На этом широком ложе зародятся наши многочисленные потомки. Но для этого придётся хорошенько постараться и не позволять Серебряному отлынивать от самцового долга».       Лава и Серебряный Дождь терпеливо дожидались доктора Ветра, когда он вернётся с Яутжа-Проксимы и узаконит их отношения. Только после официального оглашения супруги проведут первую брачную ночь. Чтобы не подвергать себя соблазну и сделать любимому сюрприз, Лава пока не пускала Серебряного в новый особняк; она поселилась здесь одна и продолжала обустраиваться с ещё большим комфортом. Самец ночевал в старом домике или в Сфере. По соседству в их отдалённом районе обосновалось несколько семей.       

***

      Лава резко проснулась. Вокруг царила тишина, но интуиция подсказывала: сейчас произойдёт что-то страшное. Даже при всём усердии превратиться в обычную самку, Лава продолжала оставаться воительницей. Каждая мелочь, на первый взгляд — мелкий пустяк, постоянно привлекала внимание отважной амазонки. Ратные навыки, полученные за годы сражений, никуда не делись и часто о себе напоминали. И вот чутким ухом она начала улавливать пока ещё неясный отдалённый шум, который неудержимо нарастал и с каждой минутой звучал всё громче и сильнее. Уже явно доносились хриплые крики, похожие на лай, улюлюканье и вопли множества глоток. И вот мигом сработала многолетняя привычка: Лава внутренне подобралась, настраиваясь на предстоящий бой. Схватила копьё и уверенным чётким движением защёлкнула на руке запястные лезвия. Таким образом подготовившись, она проворно подбежала к двери и осторожно выглянула наружу.       Из леса сплошным потоком хлынуло целое полчище полуголых туземцев. Яростно потрясая каменными топорами и копьями, дикари собирались сокрушить всё, что попадётся на пути. За считаные минуты они покрыли весь участок между одинокими строениями. Подобно бешеным монстрам, с громким рычанием туземцы выскакивали из каждого угла. Казалось, от этих страшных тварей не будет спасения: они не уйдут, пока не уничтожат всех мирных жителей. Уже слышались крики и предсмертные хрипы застигнутых врасплох несчастных жертв. Лава едва успела опустить на окна металлические ставни и заблокировать вход в дом, как сразу же в крепкую преграду стали ломиться враги, ударяя в неё, как тараном, толстым бревном. Захватчики прилагали немало усилий, пытаясь одолеть трудное препятствие. Наконец, им это удалось: дверь рухнула под их настойчивым напором.       И тут же первые дикари наткнулись на остриё копья воительницы. С неукротимой энергией Лава наносила молниеносные удары, её ловкие запястные лезвия разили с чёткостью настоящей машины убийства. Боевая самка устроила яростную бойню, стремясь сурово наказать агрессоров. Только и раздавались чавкающие звуки холодного оружия, что, как живое продолжение руки воительницы, смачно вонзалось в голую плоть туземцев острым зубом наконечника. Реки красной крови вперемешку с кучами подрагивающих внутренностей заливали и заваливали крыльцо нового дома Лавы, но дальше варвары не прошли: всей оравой они полегли на месте. Десятки дикарей были убиты сразу, многие оказались тяжело ранены. Воительница крутилась и вертелась как заведённый волчок, то здесь, то там, умело отражая сильные, но неуклюжие атаки. Свою работу Лава выполняла легко и почти играючи. Туземцы же, наоборот, проявили себя неумелыми вояками. Но, к несчастью, врагов нагрянуло слишком много, чтобы одолеть всех враз. Нападавшие всё-таки ухитрились ранить Лаву в бок каменным топором. Да только она не сдавалась и по-прежнему несла смерть смелыми ударами, хотя те постепенно становились слабее. Не ожидая получить такой жестокий отпор, дикари не выдержали и спешно отступили от неприступной крепости.       Победительница уверенно стояла на пороге жилища с крепко зажатым копьём в руке. Повинуясь внезапному порыву, она нанесла себе на лоб один ритуальный символ. Всего один — знак Чёрного Воина, написанный красной кровью врагов. Иероглиф означал: дело героя правое — встать грудью на защиту родового гнезда. Никто не смел покушаться на дом семьи Лавы. Так есть и так будет всегда!       Тем временем дикари врывались в соседние жилища и подчистую уничтожали поселенцев со зверской жестокостью. Не щадили никого. Жадными руками хватали всё подряд, но когда агрессоры вдоволь потешили свою жажду убивать, они внезапно схлынули, подобно океанской волне, утаскивая за собой награбленное добро. На улице, между постройками, в кустарнике — везде лежали трупы мирных обывателей: самцов и самок с детёнышами. Несчастные преодолели огромные расстояния, чтобы безмятежно жить на этой далёкой планете, строить дома, растить детей в любви и радости, но судьба их сложилась несправедливо и трагично.       Серебряный Дождь вбежал в свой новый особняк. Лава лежала на кровати: сбоку на теле подруги белела заклеенная пластырем рана. Воительница потеряла много крови, но осталась жива.       На общей сходке те немногие уцелевшие после нападения поселенцы решили обратиться в Совет Старейшин и потребовать карательные отряды охотников-воинов для расправы над туземцами.