Планета Океан

            «Шура, я вставлю себе золотые зубы и женюсь. Ей-богу, женюсь! Честное благородное слово!»       И.Ильф и Е.Петров       «Золотой телёнок».

***

      В городе учёных царило радостное оживление: Герой нации, Первый из Четвёртой касты, Серебряный Дождь завтра вступает в союз со своей избранницей! Улицы и площади запестрели разноцветными лентами с поздравлениями, вымпелами и цветами. Хозяева уличных кафе и закусочных расставляли дополнительные столики. Для множества посетителей в большом количестве готовилась еда. Все должны быть сыты до отвала и выделывать ногами кренделя, захмелев от крепких напитков и нектаров. За здоровье молодых!       Сегодня Серебряный Дождь и Лава встречали на космодроме долгожданного доктора Ветра, который стал одним из Старейшин Совета. Межзвёздный крейсер с гостями и подарками вот-вот обещал появиться в вышине, и наконец — дождались! Звездолёт плавно опустился на посадочную площадку. Раскрылся шлюз. Первым по трапу сошёл улыбающийся доктор Ветер. Он крепко обнял Серебряного, похлопал его по спине и, выпустив из объятий, бодро воскликнул:              — Выглядишь молодцом! Так держать! Завтра ты станешь семейным самцом, и тебе будет не до шуток, — потом повернулся к Лаве и приветливо к ней обратился: — Счастлив видеть тебя, Лава! В вашем доме всего хватает? Я привёз вам массу вещей для устройства быта, мини-роботов, интересной дизайнерской мебели. Позже разберёшь всё сама.       Рядом с учёным стояла его дородная супруга — пожилая рослая матрона с тёмно-серой крапчатой кожей. Серебряный хорошо знал эту дружелюбную, приятную в общении самку ещё со времён своего проживания в поместье доктора Ветра на Аттуре.       Максиллы госпожи радостно топорщились в улыбке, а глаза так и сияли от удовольствия. Она живо спросила:             — Лава, твой наряд уже готов? Я привезла тебе чудный гардероб, всё самое модное! — и с восторгом закатила глаза, прижимая руки к груди. — Ткани такие воздушные, тонкие, просто прелесть! Самых нежных расцветок! Ну, ты сама увидишь. Сейчас начнётся разгрузка, багаж вам доставят на дом.       Сразу после своих слов она с воодушевлением предложила:             — Хочешь, я помогу тебе выбрать платье к завтрашнему дню? Ой, извини… — пожилая самка осеклась на полуслове. — Мы не познакомились. Я знаю твоё имя, а ты моё нет.       Она тепло улыбнулась и представилась:             — Меня зовут Ласка.       В ответ Лава вежливо кивнула и весело сказала:             — Мне очень приятно, Ласка! Рада нашему знакомству! — и тут же в смущении развела руками: — Да, в самом деле, мне нужна твоя помощь. Я не подготовилась к завтрашнему дню. О наряде так вообще не думала. Ведь я по-настоящему хорошо разбираюсь только в доспехах.       Ласка обняла Лаву за плечи и одарила её ободряющим взглядом:             — Хорошо, моя дорогая! Я всё для тебя сделаю! Будь уверена!       Пока они так разговаривали, по трапу спускались гости. Вдруг Серебряный увидел Янтаря рядом с немолодой особой. Братец аккуратно придерживал самку под локоть. Она в растерянности озиралась, словно кого-то искала. Вот её взгляд остановился на Серебряном и мгновенно вспыхнул безграничной радостью. Незнакомка отрывисто вскрикнула, протянула к удивлённому самцу руки, но тут же вновь притиснула их к груди. Ноги пожилой особы разом ослабели, она пошатнулась и схватилась за Янтаря. Стараясь её поддержать, охотник плотнее прижал самку к себе.       Серебряный Дождь пристально вгляделся в спутницу Янтаря и неожиданно узнал в ней матушку Лиру. За долгие годы разлуки она изрядно изменилась: отцвела, похудела. Её грива, когда-то чёрная как смоль, теперь казалась намного светлее, но добрые жёлтые глаза оставались всё теми же, знакомыми и бесконечно дорогими. С громкой ликующей трелью Серебряный кинулся навстречу матушке и подхватил её на руки. Лира смотрела ему в лицо ошеломлёнными глазами, не отрываясь, и в смятении чувств никак не могла поверить, что это именно сыночек Серебряный сжимает её в объятиях.       Молодой самец отнёс матушку на мягкую траву, аккуратно усадил возле дерева, а сам устроился рядом. Подошёл Янтарь и тоже примостился сбоку. Лира оперлась спиной о ствол и трепетной ладонью осторожно дотронулась до лица Серебряного. Её руки слегка дрожали от пережитого волнения, ей с трудом удавалось с собой справляться.             — Мой дорогой сыночек, мой дорогой сыночек… — повторяла Лира сквозь слёзы. — Это в самом деле ты?             — Да, милая матушка, — проурчал в ответ Серебряный хриплым от испытанных эмоций голосом и бережно взял руки Лиры в свои. — Это действительно я, твой сын, Серебряный Дождь.       Лира потянулась к приёмному сыну. Серебряный привлёк её к себе и с нежным мурлыканьем принялся покачивать в тёплых объятиях и, стараясь утешить, ласково поглаживал по голове. Растроганная мать тихонько заплакала у него на груди.             — Успокойся, милая матушка, я жив и здоров, — проурчал Серебряный вполголоса. — А ты? Как твоё здоровье? Всё ли у тебя хорошо?       Он мягко прикоснулся к лицу Лиры, приподнял его ладонью и ласково заглянул в заплаканные глаза.                          — Пойдём в наш новый дом, там хорошо, спокойно. Тебе необходимо отдохнуть. Родная, не беспокойся! Я теперь от тебя никуда не денусь. Мы потом с тобой подробно обо всём поговорим. Я тебе всё-всё расскажу, что ты только захочешь обо мне узнать.       Матушка с благодарностью улыбнулась и поглядела на Серебряного сквозь слёзы. Он заботливо вытер ей мокрые скулы.       Лира привстала на колени, приложила ладони к лицам своих сыновей и медленно перевела лучистый взор с одного на другого. И вдруг только сейчас до прозревшего разума самки дошла очевидная мысль, что прежних малышей больше нет, а рядом сидят два взрослых, сильных молодых самца. Они выросли, её сыночки… В сердце матери взрослые дети навсегда остаются малышами.       Бережно поддерживая Лиру под руки, названые братья уселись в городской мини-челнок, устроили матушку между собой и полетели к новому дому Серебряного. Янтарь выглядел странно смущённым. На все вопросы он всякий раз отводил взгляд в сторону, а в ответ лишь угрюмо молчал. Как будто сердился или мучился от неприятной мысли.             — Знаешь, Серебряный… — наконец буркнул Янтарь и в начале фразы запнулся. Затем шумно вздохнул и в нерешительности выдал: — Может, нам с матушкой устроиться в другом месте, не в вашем новом доме? У вас с Лавой завтра такой важный день, а потом будет ночь…       После этих слов Янтарь совершенно стушевался. Необычное поведение брата совсем не вязалось с его грозным видом охотника-воина в доспехах и с копьём за плечами.             — В общем, вам будет лучше остаться в доме одним, наедине друг с другом, — добавил он упавшим голосом.       Серебряный печально улыбнулся: всё понятно, Янтарь до сих пор грустит о Лаве.       И гостеприимно предложил:             — Ну хорошо, Янтарь. Если тебе неудобно, тогда приглашаю вас с матушкой в моё старое жилище. Это такой небольшой комфортабельный домик. Уверен, вам там понравится.       На том и порешили.       Когда Серебряный Дождь привёз в своё прежнее жилье Лиру с Янтарём, он засобирался уходить.             — Дорогая матушка, если я тебе понадоблюсь или просто захочется поговорить — позвони, и я мигом примчусь, — мурлыкнул на прощание Серебряный.       По старой привычке он подмигнул названому брату.             — Янтарь — увидимся!       Серебряный Дождь поспешил обратно на космодром, где доктор Ветер вместе с группой единомышленников ждали молодого коллегу. В приятном общении все увлеклись интересной беседой. Учёный позвал друзей отметить встречу в новом доме. Этот великолепный особняк с большим тенистым садом и бассейном специально возвели к прибытию важной персоны — Старейшины Совета. Строители отлично постарались! Горожанам выпала большая честь жить рядом сразу с двумя знаменитостями!       Также приглашали и Янтаря с Лирой, но они вежливо отказались, сославшись на усталость.       Через несколько минут Серебряный прилетел на место встречи. Легко выпрыгнул из мини-челнока и бегом бросился к ожидающим его товарищам. Шумная компания расположилась на двух широких подвижных платформах и отправилась к особняку Старейшины. Вскоре весёлые научники любовались интерьером прекрасного дома. Спустя немного времени радушная хозяйка пригласила гостей в столовую отведать угощения и напитки. Всех порадовал приятный сюрприз: круглые столики буквально ломились от редкостных деликатесов и крепких нектаров на любой вкус. Гости с энтузиазмом принялись за еду. Отовсюду слышалось их одобрительное урчание.             — Наша дочь Весна задумала сделать дорогим друзьям подарок, взяла и организовала этот фуршет, — довольным голосом сообщила мать. — А вот и она!       В зал вошла Весна в стильном, ниспадающем до пола одеянии. Она держала за руку высокого темнокожего самца. Её спутник выглядел странно отрешённым, как будто что-то сосредоточенно обдумывал на ходу. Шурша сиреневой юбкой, Весна сразу же направилась к Серебряному. При этом она полностью проигнорировала Лаву, словно охотницы не существовало вообще. Лава, наоборот, с любопытством оглядывала самочку, ведь эта эффектная цыпочка несколько лет жила с Серебряным в одном доме.             «Вот бы узнать, в каких отношениях были эти двое?» — от неприятной мысли охотница ощутила резкий укол ревности.             — Оу, Серебряный Дождь! Очень-очень рада с тобой встретиться! А ты изменился, возмужал, стал ещё красивее! — восторженно защебетала Весна. — А помнишь, как интересно и весело мы жили в нашем доме на Аттуре? Как ранним утром вдвоём гуляли по саду… — с многозначительной паузой она бросила на самца томный взгляд. — Я ничего не забыла…             — Весна! — воскликнул Серебряный. — Я тоже рад нашей встрече! Вот это неожиданность! — и оживлённо застрекотал: — Я не видел тебя среди прилетевших. Как поживаешь?       Весна кокетливо дёрнула максиллами.             — Я там присутствовала. Просто ты меня не заметил, сильно был занят.       Она взяла Серебряного под руку и, умильно заглядывая ему в глаза, участливо спросила:             — К тебе прилетели родные? Наконец-то ты с ними повидался! Ах, я просто счастлива! — от восторга она прижала ручки к груди.             — Спасибо, Весна! Брат привёз нашу матушку. Мы с ней очень давно не виделись.       Серебряный Дождь ласково улыбнулся давней приятельнице, и этого хватило, чтобы в пылкой душе самочки вновь всколыхнулось заснувшее было чувство. В груди тут же сладко заныло, остро захотелось прыгнуть Серебряному на шею и сильно-сильно прижаться к его стройному телу.       Весна перевела взгляд с желанного самца на своего долговязого спутника, и тот ей сразу показался неуклюжим и смешным. А ведь она собиралась стать супругой этого зануды! Нет, сегодня же надо ему отказать. Она резко вырвала руку из ладони жениха. Задумчивый самец слегка вздрогнул и внезапно очнулся от заоблачных мыслей. Медленно моргая, он раздвинул максиллы в растерянной улыбке и неуверенно стрекотнул:             — Весна, ты что-то сказала?             — Да, Бриз, — ответила самка с явным раздражением. — Познакомься, это Серебряный Дождь. Он Первый из Четвёртой касты.       Затем, кокетливо играя глазами, она мурлыкнула Серебряному:             — Серебряный Дождь, рядом с тобой Бриз, один из лучших молодых математиков, очень перспективный учёный.       Самцы обменялись приветственными жестами. Бриз моментально оживился. Уважительно взглянул на Серебряного и радостно выпалил:             — Очень, очень приятно познакомиться с Героем нации!       Вслед за тем математик по-дружески положил руку на плечо новому знакомому и предложил:             — Пойдём в сад, расскажешь мне подробно, как проходил эксперимент, — и, продолжая восторженно стрекотать, Бриз утащил Серебряного за собой.       Проводив самцов взглядами, самки остались стоять рядом. Весна с напускным дружелюбием повернулась к Лаве. Особе из высшего общества всё-таки не подобает пренебрегать этой дикой охотницей, хотя вояка явно лишняя в избранном кругу аттури. Для знакомства одна представилась другой. При этом соперницы не забыли обменяться притворными улыбками. Ведь каждая из них имела интерес к одному и тому же известному самцу.             — Лава, тебе нравится этот дом? Не правда ли, он очень хорош! — промурлыкала Весна, начиная светскую беседу.             — Особняк добротный, — нарочито грубо рыкнула Лава. — На такой большой участок запросто влезут две Пирамиды с Ульями жёсткотелых и Матками в придачу.       Весна возмущённо уставилась на Лаву. Какая бестактность! Ну разве можно сравнивать прекрасный особняк с какими-то страшными Пирамидами? Какое бескультурье! Опомнившись, воспитанная самочка продолжила ворковать непринуждённым тоном.             — Ах, как мы прекрасно жили в нашей усадьбе на Аттуре! Там такой замечательный сад и дивные цветы, прозрачный чистый воздух. Помню, ранними утрами мы гуляли с Серебряным в саду. Мой друг — прекрасный рассказчик! Я так смеялась над его очаровательными шутками. Ах, он сама непосредственность! Он так мил! — Весна закатила глазки и мелодично застрекотала.       Глядя исподлобья на соперницу, Лава недобро усмехнулась. Так бы дать хорошего пинка этой сладенькой дурочке, чтобы задницей все ступеньки на лестнице пересчитала. Ещё смеет мечтать о Серебряном. Да пусть только попробует к нему пристать! Живо испытает когти охотницы на своём невинном личике! Лава хоть сейчас готова подровнять негодяйке жвала, чтобы не разевала их на чужих женихов!       Весне же хотелось позлить эту выскочку, грубую воительницу, пиявку, которая уже завтра станет избранницей. И кого? Её, до сих пор любимого самца! Самочку тянуло нагрубить Лаве, отхлестать по лицу, оттаскать за гриву, сделать что-нибудь такое отчаянное, чтобы завтра желанный самец не ласкал это чучело в жарких объятиях и не прижимал её к груди. О-о-у-у… У Весны появилось желание выть! Да как смеет эта вояка лезть в избранный круг аттури? Она чужая приблудная хамка, только и знает, что размахивать копьём да размазывать кишки жёсткотелых по стенам Пирамид.       «Ф-и-и… Какая гадость! Как мог такой утончённый самец, как Серебряный Дождь, связаться с этой дикаркой?» — пронеслось в голове у расстроенной светской особы.       Весна плохо умела скрывать чувства. Лава легко догадалась по её лицу, какие переживания кипели в душе наивной самочки, и тут же успокоилась: ничего серьёзного не было у любимого привереды с этой глупышкой. Иначе бы Весна так не страдала, когда он глядел на неё равнодушными глазами. А она уже завтра станет законной супругой Серебряного!       «Пусть побесится! Может, от зависти лопнет!» — с ехидством подумала Лава и с откровенной насмешкой посмотрела на Весну. Самочка с усилием улыбнулась, вздёрнула повыше подбородок и проворковала:             — Было очень приятно с тобой познакомиться, Лава. А сейчас, к сожалению, я вынуждена тебя оставить. Мне нужно пообщаться с другими гостями.       Вежливая особа подобрала подол шуршащей юбки и с гордо поднятой головой, грациозно покачивая бёдрами, продефилировала в другой конец зала.

***

      Ранним утром Лава пробудилась ото сна, как обычно, одна в новом доме. Повсюду стояла тишина. В лесу не пели пернатые создания, только ветер шумел в кронах лесных великанов. Охотница неподвижно лежала на широкой кровати и отрешённо смотрела в пространство перед собой ничего не видящими глазами. Неужели сегодня она станет супругой так долго и мучительно ожидаемого, горячо любимого самца… Лава настолько привыкла думать о Серебряном как о недостижимой мечте, что сейчас ей не верилось в возможную реальность. Просто трудно представить, что уже завтра они вдвоём проснутся на этом ложе. Серебряный останется с ней и никуда не уйдёт. Отныне так будет всегда — год за годом, всю жизнь до самого конца. Самочка не позволяла дальше разыгрываться воображению, предпочитая всё получить предстоящей ночью.       Не в силах опять заснуть, она встала и отправилась посмотреть на красивые наряды, которые аккуратными рядами висели в просторной гардеробной комнате. Домашние роботы уже успели разобрать весь багаж и распределить по местам новые вещи хозяев. Лава открыла отделение, увешанное одеждой Серебряного, и взяла одно одеяние в руки. С тихим урчанием она уткнулась лицом в гладкую ткань: сердце сразу наполнилось сладкой истомой. Эта белая туника повторит изгибы тела любимого самца, окутает и согреет его мягкими складками. Для Лавы всё, что относилось к Серебряному, всегда считалось особенно дорогим. Когда молодая хозяйка перебрала одежду и прошлась по дому, от нечего делать она снова прилегла на постель и не заметила, как неожиданно крепко уснула.       Лава вздрогнула спросонья: кто-то упорно трезвонил в дверь. Пришлось вставать и открывать — не то выломают створки! Тотчас с радостным стрекотанием в дом ворвалась Ласка с тремя молоденькими самочками за компанию. Увидев заспанное лицо невесты, она от удивления всплеснула руками.             — Лава, скоро полдень, а ты спишь беспробудным сном. В такой-то день! Ты случайно не забыла, какое важное событие ждёт тебя сегодня? Пора одеваться, а наряд до сих пор не выбран! — пожилая самка от досады прищёлкнула.       Лава повела помощниц в гардеробную. С шутками и весёлым смехом товарки принялись энергично перекидывать пышные наряды, с увлечением разглядывая и обсуждая все их достоинства и недостатки. Работа вовсю закипела.             — Так-так, Лава, посмотри на эти три платья.       Ласка держала в руках что-то очень тонкое, пышное и ажурное: одно розовое одеяние походило на лепестки весенних цветов; другое — голубое, словно небо, а третье переливалось перламутром.       С кислой миной охотница начала прикладывать к себе платья и разглядывать их в зеркале. Ну, нет у неё привычки интересоваться самочьими одеждами. Вот если бы ей предложили новые доспехи — тогда другое дело, а здесь бесполезные пёстрые тряпки… Вся эта излишняя суета нагоняла сплошную тоску. Но раз собралась превратиться в обычную семейную самку, значит, надо приучаться. Лава покорно вздохнула.             — Ну как? — Ласка с нетерпением посмотрела на Лаву. — Ты уже решила, что наденешь?       Охотница протянула руку к разноцветному вороху весёленьких одёжек и подала первое, что попалось ей в цепкие когти. Добычей оказался розовый наряд. Помощницы враз оживились, одобрительно застрекотали и принялись аккуратно на нём расправлять застёжки и мелкие оборочки.             — Лава, у тебя великолепный вкус! Это платье тебе изумительно подойдёт! Оно очень эффектно подчеркнёт твою прекрасную фигуру. В этом наряде ты будешь выглядеть как прелестный весенний цветок! — восторженно затараторила пожилая самка.       Лава в ответ благодарно кивнула.             — А сейчас, — Ласка придвинула к её ногам низкую скамеечку, — вставай сюда. Мы начинаем тебя наряжать.       Лава послушно делала всё, что от неё требовалось: поворачивалась то одним боком, то другим, поднимала и опускала руки, становилась на цыпочки, чтобы проверить, не слишком ли длинна юбка или, наоборот, коротка. Потом невесту усадили перед зеркалом и что-то стали вытворять с отростками её густой гривы. За одним аккуратно подвели глаза, хотя на угольно-чёрных веках могло получиться не очень заметно. Но чудесная краска светилась, и от этого очи самочки казались загадочными и необычайно выразительными. Умело сделали прекрасный маникюр с педикюром. Однако совсем срезать когти Лава не позволила — тогда атрибуты охотницы слегка обточили, которые стали лишь острее и приобрели красивую форму. Не прошло и трёх часов, как будущая избранница Серебряного Дождя полностью подготовилась. Суженая-ряженая подошла к зеркалу и просто себя не узнала: с гладкой поверхности глазами любви на неё смотрела очаровательная фея, окутанная розовым облаком лёгкого флёра. Отростки гривы украшали белые живые цветы, чередуясь с крупными жемчужинами. На грудь спускалось драгоценное ожерелье, а глаза таинственно мерцали, отражаясь в матовом стекле. Невеста выглядела прелестно! Лава довольно улыбнулась своему отражению.             — Лава, ты дивно хороша! — воскликнула Ласка, прижимая руки к груди и в восхищении закатывая глаза. — А теперь быстро-быстро, нас уже наверняка заждались, — засуетилась пожилая самка.       У дверей дома их дожидался мини-челнок, разукрашенный цветами и лентами. Осторожно, чтобы не помять наряды, самки разместились в салоне и полетели к берегу океана.       На побережье тоже полностью подготовились к торжеству. Длинные ряды белых столов буквально ломились от угощений. Гости в радостном нетерпении оживлённо переговаривались друг с другом. Серебряный вместе с доктором Ветром стояли рядом с матушкой Лирой и Янтарём. Они высматривали, когда же прибудет Лава со спутницами? Серебряный Дождь выделялся из толпы гордой осанкой и элегантным нарядом. По его внешности сразу было ясно, кто здесь жених. Белоснежная туника с красным узором по низу, мягкими складками спускалась до колен, подчёркивая красивые линии гибкого тела. Чёрные отростки гривы увивали серебряные и золотые нити. Жених прекрасно выглядел!       Все вокруг смеялись и радовались. Только одна Весна с кривой улыбкой на лице чуть не плакала. Бедняжка понимала, что сегодня окончательно потеряет для себя Серебряного. Хотелось забиться в угол, чтобы ничего не видеть и не слышать. Особенно раздражала радость этой выскочки Лавы… Но светские приличия необходимо соблюдать, если ты воспитанная самочка, да к тому же дочь Старейшины. Поэтому Весна решилась прийти на праздник.       Наконец, Лава в сопровождении подружек прибыла! Серебряный галантно подал руку своей прелестной невесте. Мягко коснувшись его ладони, Лава подняла на самца затуманенный взгляд. Весь вид самочки выдавал непривычную робость и затаённое желание долгожданного счастья. Серебряный ей ободряюще улыбнулся, поскольку впервые видел Лаву в таком очаровательном смущении. Жених подвёл невесту к помосту, на котором возвышался доктор Ветер. Гости встали вокруг.             — Друзья! Сегодня мы отмечаем важное событие! Серебряный Дождь и Лава соединяют свои судьбы, чтобы в любви и счастье создать крепкую семью и вместе пройти по жизни! — радостно провозгласил доктор Ветер, затем посмотрел на Серебряного и спросил:             — Серебряный Дождь, ты готов задать Лаве самый главный вопрос?       Молодые стояли рядом, держась за руки.       Серебряный повернулся к Лаве и обратился к ней с нежной трелью:             — Лава, ты согласна стать моей избранницей?       Невеста медленно подняла глаза, в которых затаилось недоверие. Она молчала… Ей вдруг показалось, что она спит и видит прекрасный сон. И надо лишь проснуться, чтобы дивное наваждение исчезло без следа…       Серебряный, желая поддержать невесту, ей ласково мурлыкнул.             — Да, я согласна… — наконец, после неловкой заминки робко выдохнула Лава.       Доктор Ветер ободряюще улыбнулся и продолжил вопрошать:             — Лава, а ты готова задать Серебряному Дождю самый важный вопрос?       Она опять чуть помедлила, ещё больше смутилась и неуверенно спросила:             — Серебряный Дождь, ты согласен стать моим избранником?             — Да, я согласен стать твоим избранником, Лава, — бодрым тоном ответил жених.       Миниатюрная самочка в белом платье поднесла на золотом блюде два кольца, украшенных мелкими драгоценными камнями.       Доктор Ветер спустился с трибуны по ступеням и церемонно прикрепил символы брачных уз на гривы молодым. Затем вновь поднялся на прежнее место и торжественно объявил:             — Отныне Лава и Серебряный Дождь — супруги. Засвидетельствовано мною и всеми присутствующими.       Гости враз громко застрекотали. В честь молодой пары грянул хор юных самочек с хвалебной ликующей песней. Стоя напротив друг друга, Серебряный Дождь и Лава держались за руки. Ласковый ветерок развевал лёгкие одежды новобрачных. Взгляд избранницы мерцал мягким светом, и она, не отрываясь, смотрела в глаза желанному супругу. Лава ощущала себя невероятно счастливой: наконец-то её заветная мечта осуществилась! Со всех сторон молодых осыпали цветами, красными и золотистыми шариками. На побережье поднялся радостный, невообразимый шум и гам. Все вокруг ликовали и с весёлой трескотнёй выкрикивали поздравления. Гости ели, пили, танцевали, кричали, завывали, стрекотали — кто во что горазд.       Вскоре к бурному веселью присоединилось большинство жителей города. На берегу развернулось массовое народное гуляние. К вечеру, когда стемнело, над океаном начали взлетать сверкающими звёздами ракеты и фейерверки. В воздухе проплывали голограммы драгоценных кристаллов и сказочных существ. Молодых подняли на руки и посадили на открытую подвижную платформу, увитую гирляндами удивительных растений, красивых листьев и разноцветных лент. Новобрачные низко пролетали над улицами и площадями. Отовсюду раздавались восторженные пожелания; сыпался дождь душистых цветочных лепестков. Супруги летели в новый дом у леса, где их ждала первая ночь любви. А праздник на берегу океана всё больше набирал силу: гости и горожане собирались веселиться до утра.