Две души

      Кайлин беззвучной тенью скользнул в комнату и замер. Диннэлар спал, тревожно хмуря брови. Рейнджер понимал, что жизни Арьона ничего не угрожает, но просто уйти не мог. Жгучее чувство вины съедало его душу. Он не смог защитить короля, не смог уберечь Динна. Он подвел их обоих. Пока он семь лет скитался по лесу, Арьона терзали и рвали те, кому он доверял. Кайлин должен был остаться в замке и умереть за своего правителя, но наивно понадеялся, что тот теперь в безопасности. Воин осторожно опустился на колени перед кроватью. Сможет ли Арьон и впредь доверять ему? Вряд ли. Кайлин понимал, что виноват перед братьями и богами, и перед тем, как добровольно уйти, хотел лишь в последний раз взглянуть на того, кто был ему дороже собственной жизни. Рейнджер долго стоял перед спящим Арьоном, а когда солнце заглянуло в приоткрытое окно, поднялся, решив, что пора уходить.       – Кай? – у самой двери его остановил голос Динна.       – Да, Ар-Диннэлар, – замер Кайлин, не оборачиваясь.       – Далеко собрался, капитан?       – Я ухожу.       – Да я уж заметил. Чего приходил-то? – Динн выбрался из постели, потягиваясь, натянул сапоги. Раздеть его никто не удосужился, так и спал в грязных лохмотьях.       – Прошу простить за дерзость.       – Кайлин, посмотри на меня.       Воин обернулся.       – Брат разрешил мне служить у тебя. Назначил младшим рейнджером. Так что я теперь у тебя на побегушках и почти готов сесть в седло.       – Аран восстановил меня в звании? – Кайлин от удивления даже растерялся.       – Конечно. Тебя снял Совет, а не Аран. Брат вернулся, и все указы Совета, не подтвержденные Араном, отменяются. Я не хочу начинать службу с нытья, но все-таки хочу попросить дать мне хотя бы день. Я семь лет не мылся и не ел нормальной еды. А завтра обещаю навсегда отказаться от своего титула и встать под твое командование.       – Я не понимаю, Аран и вы доверяете мне?       – А ты дал хоть один повод усомниться в твоей верности? – Динн подошел к воину и замер перед ним, глядя в глаза.       – Я предал вас обоих. Не смог защитить.       – Когда на брата напали, ты был со мной и не мог защитить его физически, а меня вроде смог. Ты ведь настоял на том, чтобы мне сохранили жизнь.       – Но я позволил им мучить вас.       – Тебя изгнали, Кайлин. И ты не смог бы защитить меня в любом случае. Встань ты на мою защиту, тебя бы просто убили.       – Это был мой долг.       – Сдохнуть просто так?       – Я давал клятву Арану.       – Ну, так и послужи теперь ему. Живой ты принесешь больше пользы. Брат доверяет тебе, а это главное.       – А вы?       – А я тебе больше не Арьон. Я твой подчиненный. Голодный и грязный младший рейнджер, который мечтает о том, чтобы его капитан перестал доставать его всякими глупостями и разделил с ним обед.       Кайлин вдруг осознал услышанное. Динн теперь равен ему. Он отказался от титула, и это подтвердил Аран. И пусть в Диннэларе, как и прежде, течет королевская кровь, для Кайлина он теперь воин.       – А ванную с тобой не разделить, рейнджер? – усмехнулся Кай, глядя на лохмотья, в которых все еще пребывал эльф.       Динн улыбнулся, отвернулся от воина, направляясь в уборную, но остановился на пороге.       – Ванную разделим в другой раз. Я пока не готов, – и скрылся за дверью, оставляя Главного рейнджера с отвисшей челюстью.       Ниран спал, обессиленно разметавшись по широкой кровати. Аран ушел, оставив их наедине, как и обещал. Ардар осторожно, чтобы не потревожить сон друга, коснулся пальцами тыльной стороны его ладони, по каплям вливая силу. У них с Эйве ее было столько, что можно с десяток магов накачать под завязку. Ресницы Нира дрогнули, он медленно открыл глаза.       – Ари, – тихий шепот сорвался с его губ.       – Я здесь, – некромант вздохнул, убирая руку.       – Он отпустил тебя?       – Да, Эйве спит, Аннэлар ушел. Мы можем поговорить спокойно.       Ниран сел, глядя на друга сверху вниз. Тот подниматься не спешил.       – Ты ведь полностью овладел той силой, что заключил в это тело? – спросил Нир.       – Да. Мой план сработал. Я создал свое совершенное орудие.       – Я не хочу, чтобы кто-то погиб. Надеюсь, ты сможешь вывести нас из Эллириона без жертв?       – Ты вроде теперь гость здесь. Тебя выпустят и без боя.       – А ты? – Ниран тут же напрягся.       – А я должен остаться.       – Значит, я останусь с тобой.       – Поговори с Араном, думаю, он позволит тебе это. Ты помог ему.       – Я ему жизнь спас.       – Тем более.       – Ладно. Тогда мне надо будет добраться до своего убежища. Надеюсь, твое тело не погрызли мыши за эти семь лет, – Ниран пытался шутить, хотя вид друга ему и не нравился.       – А ты сохранил его? – Ардар поднял взгляд, пряча ухмылку.       – Конечно. Не бойся, оно в полной сохранности. Заклятия хватит еще лет на сто пятьдесят минимум.       – Ты молодец, Ниран.       – У меня был отличный пример для подражания, – Ниран улыбался, глядя на друга. И пусть он выглядел сейчас чуть по-другому, но его душа была здесь, а остальное не важно.       Маг очень осторожно провел ладонью по волосам друга, убирая с них грязь, возвращая блеск и шелк. Благо силы от Ари он получил более чем достаточно.       – Так лучше, – тихо проговорил он.       – Да уж. Бороду тоже убери. Я их никогда не любил.       Ниран кивнул, медленно, едва касаясь прошелся по щеке друга, затаив дыхание, боясь выдать себя. Обычное очищающее заклинание. Простейшее, но в этот миг он мог касаться его. Спустя минуту перед ним уже был совсем юный молодой человек. Ниран смотрел на него и поражался, как же они похожи. Эйве был практически полной его копией.       – Словно снова в Академию вернулся, – мягко улыбнулся Ниран, убирая руку от лица друга.       – Прости меня, Нир.       – За что?       – За то, что не сказал тогда. Про Эйве.       – Уже не важно. Скажи, когда ты собираешься назад?       Ардар снова опустил глаза, и Нир заметил в них нечеловеческую тоску.       – Ты ведь уже нашел способ, как разделить вас?       Некромант не ответил, еще ниже склоняя голову.       – Ардар? Как ты собираешься вернуться в свое тело?       – Прости, Ниран. Это невозможно.       – Ариман! Тебе что, придется всю жизнь делить свое тело с сыном?       – Это его тело.       – Да без разницы. Ардар, ты хоть понимаешь, что Эйве влюблен в Арана? Ты понимаешь, что эльф не станет мириться с твоим присутствием?       – Я в курсе, Нир. Делить не придется.       – В таком случае, остаться здесь у нас не выйдет.       Ардар молчал, и до Нирана медленно начало доходить, что тот задумал.       – Ари, ты же не серьезно?       – У меня нет выбора.       – Есть! Мы уйдем. Плевать на эльфов.       – Я не смогу уйти. Эйве хочет быть здесь с ним.       – А ты?       – А я умер. Двадцать четыре года назад.       – Чушь! – Ниран вскочил на ноги, едва не зацепив так и оставшегося на полу друга. Быстрым шагом прошелся по комнате. – Мы не это планировали. Я не для этого твое тело все эти годы хранил.       – Прости, Нир.       – Ты обещал мне мир? Помнишь?       – Мне жаль. Я не должен был тебя втягивать. Прости.       – Хватит извиняться, – Ниран резко обернулся к темному, но замер, увидев его сгорбленную фигуру. – Ардар. Ты ведь хотел убить Малара, захватить Дратас. Ты ведь почти исполнил свою мечту.       – Я все испортил. Я неудачник. Я сломал твою жизнь.       – Еще можно все исправить. У тебя есть сила.       – Я должен уйти. Это тело принадлежит Эйве. Я здесь лишь случайный гость.       – Пусть уйдет он!       Ардар впервые с начала разговора поднял глаза и поймал взгляд Нирана.       – Я не могу! Пойми, он мой сын.       – Я что-нибудь придумаю. Пусть пока поспит. Мы найдем способ разделить вас.       – Я искал. Его просто нет. Я хочу, чтобы мальчик был счастлив. Хотя бы он!       – А ты? Ты не заслужил счастья?       – Я был счастлив. Когда ты был рядом. У меня был лучший друг на свете.       – А я? – понизив голос едва ли не до шепота, проговорил Ниран.       – У тебя еще вся жизнь впереди.       – А на хрена она мне нужна? – маг отступил на несколько шагов, упираясь спиной в стену. Ноги не держали.       – Ниран, пойми, – Ардар поднялся, осторожно подошел к другу, – я должен так поступить. Мне жаль, что я испортил тебе жизнь, что ты из-за меня теперь в бегах. Я наобещал тебе слишком многое, но не сдержал обещаний. Но ты можешь попытаться остаться здесь. Я могу уговорить Арана позволить тебе жить в землях эльфов. Он послушает меня. Не меня, так Эйве. У тебя еще все будет.       – Тебя не будет, – едва слышно пробормотал Нир.       – Ты сохранишь нашу дружбу в памяти, – Ардар попытался улыбнуться, привычным жестом убирая выбившуюся прядь волос Нира.       – Не нужна мне твоя дружба! – маг хлестким ударом откинул руку некроманта. – Собрался сдохнуть?! Твое право. Я отправлюсь за тобой! Думаешь, я все еще слабак? Не смогу сам себе сердце разорвать? Ошибаешься! Я владею магией жизни не хуже тебя. Я владею некромантией и магией Слова. Для меня не составит труда убить себя. К Ариману все. Я всю жизнь молчал, боялся оттолкнуть тебя. Хватит. Решил умирать, знай – я люблю тебя. Любил всегда. И буду любить. И мне плевать, что ты теперь обо мне думаешь. Считаешь ли извращенцем. А теперь умирай! Мне уже все равно.       Он почти доплел свое последнее заклятие. Почти сдержал слезы, все же сорвавшиеся с ресниц. Почти успел разорвать свое собственное сердце. Чужие губы захватили его, лишая сил. Последние слова застряли где-то внутри, не успев лечь в сеть заклятия. Ниран распахнул глаза, не веря в происходящее. Он ожидал чего угодно. Того, что Ардар оттолкнет его, проклянет, сам отправит к Ариману. Но никак не того, что тот поймает его лицо в ладони, накроет его губы своими, вовлекая в нежный, но все же настойчивый поцелуй, лишая сил, дыхания, жизни.       – Ари? – Ниран с трудом заставил себя вдохнуть.       – Зачем ты признался? – Ардар уткнулся лбом в плечо Нира. – Я ведь теперь не смогу уйти.       – Не уходи.       – Я должен, – надрывный шепот, и чужие руки обнимают, прижимают ближе. – Почему, Ниран? Почему ты раньше молчал? Отталкивал меня?       – Ты называл меня братом.       – Ниран, я сотни раз признавался тебе. Я ради тебя отрекся от всего мира. Я убивал ради тебя. Лишь бы ты мог жить и дышать. Лишь бы ты был счастлив и был рядом.       Маг не ответил. Как же он боялся ошибиться. Ведь Ардар прав, он всегда был рядом и был открыт. А Ниран боялся сказать, боялся, что принимает за любовь то, что ей не являлось. Из-за собственного страха потерял все. Потерял Ари! Лучше бы молчал до самой смерти.       – Ардар…       Дверь в комнату распахнулась. Некромант с большой неохотой отпустил Нира, отстраняясь, и Ниран заметил в его глазах муку, невыносимую боль и отчаяние.       – Хватит, – скривился Аран, глядя на магов. – Успеете еще.       – Я просил дать мне немного времени, – Ардар с раздражением отошел от друга, поворачиваясь к эльфам.       – Благородная смерть отменяется, – рядом с Аннэларом появился его брат, хотя одет он был в форму рейнджеров. – Найдется ненужное тело?       Ардар беспокойно метался по комнате, не находя себе места. То, что рассказал эльф, было выдумкой, лишь древней легендой, но как же это было близко к тому, что годами изучал темный маг. Способ вытащить душу из одного тела и переместить в другое. Он пятнадцать лет пытался освоить эту науку, научиться управлять душами, найти способ вытаскивать их из мира Ярина или Аримана, не важно. Но ответов не было. Семь лет, что он висел в цепях и терпел пытки, он искал способ вырвать свою душу из тела Эйве. Ему бы подошел любой, мало-мальски одаренный магией. Но способа просто не было. И теперь Арьон заверяет, что древняя эльфийская легенда хранит в себе ответы на все его вопросы. Поверить в это было страшно, но так желанно.       – Дай мне поговорить с Эйве, – прервал его метания Аннэлар.       – Когда твои воины вернутся с Нираном и моим телом?       – Очень скоро. Они уже в эльфийских землях.       – Разбуди меня, как только они появятся.       – Не смей указывать мне, – Аран скривился от дерзости мага.       – Я имею на это право. В твоих же интересах как можно быстрее провести ритуал.       Аннэлар не ответил, с трудом сдержав внутри гнев. Человек был нагл и дерзил, плевав на титулы. В целом, его бы устроил первый вариант – некромант убивает свою душу, и это тело остается в полном и единоличном распоряжении Эйве. Но Динн настоял на ритуале. Аран не сильно верил в его успешность, к тому же магам не сказали главного – вырвать душу из тела Эйве они смогут, но вот смогут ли запихнуть ее в другое тело, оставалось под сомнением. Ну, в крайнем случае, Аран подарит этому дерзкому магу посмертие. А дальше пусть сами разбираются.       – Аннэ? – позвал его человек, и эльф сразу понял, что перед ним уже не некромант, а его Эйве.       – Я с тобой, – Аннэлар подошел к юноше, но заметил в его глазах страх. – Что случилось?       – Ты ведь не сделаешь этого?       – Чего?       – Ты не убьешь Ардара?       – Конечно нет. Я хочу помочь ему и тебе.       – Ему страшно. И мне страшно, – юноша прижался к эльфу, ища защиты в его объятиях.       – Не бойся, с тобой ничего не случится. Скоро все закончится.       Эйве кивнул и, кажется, успокоился. А Аннэлар решил, что мальчику тоже не стоит знать лишнего. Если ничего не выйдет и некромант исчезнет, он простит его. Поймет, как это здорово жить без захватчика, и будет ему благодарен.       Едва рейнджеры внесли тело некроманта в большой зал, Аран побледнел. Тот, кто лежал перед ним мертвый, бледный, был просто копией его Эйве. Точнее, копией был Эйве. Проклятые маги не просто взяли любого попавшегося ребенка и запихнули в него душу умирающего некроманта. Они создали его. По образу и подобию темного мага. Его тело не было настоящим, его душу не примет Ярин, потому что его душа ненастоящая. Да и есть ли вообще вторая душа? Может ли Эйве быть лишь отголоском души Ардара, просто живой силой? И что с ним будет, когда душа некроманта покинет это ненастоящее тело? Не растает ли «душа» Эйве?       – Ритуала не будет, – остановил он воинов, укладывающих тело некроманта на алтарь.       – Что? Почему? – первым от шока отошел Диннэлар.       – Ты не видишь очевидного? – Аран повернулся к брату. – Эйве не обычный человек, они создали его.       – Это неправда! – Ниран едва сдерживался, чтобы не заорать на идиота-эльфа. – Эйве – человек.       – Человек, как две капли воды похожий на того, кто его создал? – Аран резко обернулся к магу, и воины без команды выхватили мечи.       – Он мой отец, – Эйве чуть коснулся плеча Аннэ. – Если он и создал меня, то лишь так, как все отцы создают своих сыновей. У меня была мать, которая родила меня.       – Ты не можешь этого знать, – голос правителя стал тише, но все еще был тверд.       – Я знаю. Я прожил с ним в одном теле двадцать четыре года. Я видел все его мысли и воспоминания.       – Это правда. Эйве – сын Ардара, – подтвердил слова парня Нир, хотя и сам был поражен услышанному. То, что мальчик знал все об Ардаре, поражало.       Аннэлар долго думал, сомневался, но в итоге согласился. Эйве «ушел», уступая место некроманту. Братья близнецы заняли свои места, велели всем отойти. Ритуал был сложным, к тому же раньше проводить его не пытались. Диннэлар волновался, но верил, что они родились и встретили Эйве и Ардара не случайно. А значит, Ярин присмотрит за ними.       Ардар чувствовал обволакивающее тепло, слышал распевные голоса эльфов, читавших заклятие. Понять его и усвоить Ардар не пытался, сосредоточившись лишь на том, чтобы вернуться в свое тело. Ведь его ждал Ниран. Постепенно голоса слились в тихий гул, он уже не разбирал слов. Тело стало легким, словно пушинка. Его подхватил теплый поток, и Ардар не сопротивлялся, просто отдаваясь магии, несшей его.       – Здравствуй, сынок, – тихий, забытый голос наполнился грустью.       Ардар открыл глаза – перед ним стояли двое: мужчина и женщина. Совсем еще молодые.       – Ты так рано пришел к нам, – с тоской проговорила женщина.       Маг оглянулся, но вокруг не было ничего. Лишь мягкий свет и теплота.       – Мне не место здесь, – отмахнулся от людей Ардар. – Я должен вернуться.       – Это невозможно. Еще никто не возвращался, – снова заговорил мужчина. – Идем с нами, сын.       Темный маг видел грусть в их глазах, но также там была и радость от встречи. Он понял, что родители, умершие, когда он был совсем крохой, рады видеть его, хотя и грустят оттого, что встреча состоялась так рано и их сын совсем не успел пожить. Они протянули к нему руки, и Ардар колебался лишь мгновение. Он жалел лишь о том, что так и не попрощался с Нираном. Он протянул руку и шагнул к ним, тем, кто ждал его.       Эльфы читали заклятие, и с каждым словом Ниран мрачнел все больше. Он был одним из тех немногих, кто мог читать практически любое накладываемое заклинание без особых усилий. И в этот раз он четко видел слова, вплетаемые в сеть. Близнецы своей силой извлекали душу Ардара. Мягко, словно ребенка из утробы матери, бережно, слово хрупкую драгоценность. Осторожно и безболезненно отделяя ее от души Эйве. Только, извлекая душу Ари, они не возвращали ее в его родное тело. Это древнее заклятие было способно разъединить две сросшиеся души, но не вернуть одну из них в другое тело. Ардар просто уходил в посмертие. В царство Ярина или Аримана, уж какому из богов захочется принять к себе душу темного мага. Эльфы замолчали, а Эйве, глубоко вздохнув, сел. Ниран видел, что грудь Ардара не дрогнула, его губы не шевельнулись. Его тело, как и все предыдущие годы, не реагировало ни на что. Он снял с него заклятие колыбели времени, и теперь оставалось лишь предать его огню. Его Ардар ушел навсегда, туда, откуда ни он сам, ни Ниран так и не нашли способа вернуться. Он медленно сполз по стене на пол, силы оставили его.       – Где он? – тихо спросил Эйве, едва придя в себя. – Я его не чувствую.       – Так и должно быть. Некроманта больше нет, – Аннэлар с трудом переводил дыхание. Заклятие было столь выматывающим, что теперь он с трудом стоял на ногах.       – Ты обещал, что не убьешь его!       – Я обещал, что ты будешь в порядке.       – А как же Ардар? – юноша ловко спрыгнул со своего алтаря и подошел к телу отца.       – Я подарил ему посмертие, пусть радуется уже этому.       – Он мой отец! – Эйве с вызовом обернулся к Аннэ, не понимая, почему тот так жесток.       – Он использовал тебя. Проводил над тобой опыты. Ты был ему безразличен! Некромант всегда преследовал личные цели, чтобы утолить свою жажду власти!       – Ардар не такой, – Эйве не верил своим ушам. Как Аннэ может так говорить о нем? Он ничего не понимает! – Он никогда и ничего не делал ради себя. Все, что он делал, он делал ради него, – парень махнул рукой в сторону сжавшегося у стены Нирана. – Ты не представляешь, какая это мука видеть, как тот, кого ты любишь больше жизни, медленно умирает на твоих руках, а ты не в силах ему помочь.       Нир слышал мальчишку и боялся вздохнуть. Ари делал все ради него?       – Это не отменяет того факта, что он использовал тебя, родного сына, чтобы создать оружие.       – Смерть забрала у него родителей, ходила по пятам за любимым. Его самого в любой момент могли поймать и убить. Он понимал, что один не справится. Не сможет бороться со всем миром. Ему нужен был помощник. Сильный помощник. Дать своему ребенку силу – не значит использовать его. Еще когда меня не было в этом мире, уже тогда он любил меня. Охранял мою мать от напастей. Он убил ее мужа, потому что тот поднял на нее руку. По его воле в их маленькой деревне был богатый урожай, скот плодился и давал молоко, а хищники обходили ее за милю. Ардар никогда не мечтал вырастить из меня убийцу. В его планах я должен был добровольно помогать ему, защищать Нирана и найти способ победить смерть. Ему просто не дали шансов осуществить их.       – Ты не можешь знать этого, – севшим голосом проговорил Аннэ.       – Могу. Я семь лет делил с ним одно тело. Пока он брал на себя все страдания и боль, он вспоминал. А я подсматривал. Ардар думал, что я сплю, но я видел все. Не чувствовал, что делают с нашим телом, но видел и понимал абсолютно все. Его мысли стали моими мыслями, его мечты стали моими мечтами. Его жизнь стала моей жизнью. А ты забрал его.       – Эйве, я не могу вернуть его. Никогда не мог. Он ушел по собственной воле. Это был его выбор.       – Я с ним не согласен.       Эйве вдруг выгнуло, его глаза закатились, и он стал заваливаться на пол, но Аннэлар успел подхватить его. Прижал к себе юное тело и понял, что тот не дышит.       Ардар уже сделал свой шаг, почти коснулся рук родителей, когда услышал окрик. Громкий, приказывающий остановиться. Маг обернулся и замер. Перед ним стоял Эйве, его сын, только он был словно не здесь, его образ дрожал и расплывался.       – Отец, умоляю, вернись! – разобрал он слова мальчишки.       – Тебе здесь не место, – нахмурился Ардар. Мальчика должны были спасти. Ритуал эльфов должен был аккуратно разделить их души.       – Тебе тоже. Вернись, умоляю.       – Я не могу.       – Можешь, – Эйве протянул ему ладонь.       Темный маг заколебался. Обернулся к родителям, но те лишь ждали его решения. Не звали, но и не отталкивали.       – Отец, умоляю. Он ждет тебя, – Эйве настойчивее потянул руку к магу. – Я жду тебя. Вернись к нам.       Ардар уловил в глазах своего отца капельку облегчения и легкий кивок матери. Они тоже ждали, но готовы подождать еще. Обернувшись к парню, Ари, больше не мешкая, шагнул к нему и крепко вцепился в ладонь сына.       Эйве резко открыл глаза и услышал, как надсадным кашлем зашелся на алтаре Ардар.       – Эйве, – Аннэ с нескрываемым облегчением прижал к себе парня. – Ты ненормальный.       – Я знаю. Я учился у своего отца.       Аран вновь прижал мальчишку и перевел взгляд на некроманта. Ниран уже был рядом, придерживал его, помогая тому прийти в себя.       – Ари, что произошло? – тихо спросил Нир, когда Ардар немного отдышался, а его душа наконец-то «устроилась» в родном теле.       – Я все-таки создал свое совершенное орудие, – усмехнулся темный. – Мальчик вытащил меня из царства Ярина. Я видел родителей.       – Это же невозможно! – Ниран опешил. Они столько лет бились над этим, а Эйве, неопытный юнец, смог играючи вернуть душу? – Он не обучен.       – В этом его плюс, – Ардар перевел взгляд на сына. – Он не боится. Нельзя вызвать душу с того света, оставаясь на этом. Эйве не побоялся сходить за мной лично. Не трясся за свою шкуру, не раздумывал. Он просто пошел за мной.       Эйве выбрался из объятий эльфа и поймал благодарный взгляд отца.

***

      Уговорить Арана позволить некроманту и магу жизни остаться в землях эльфов оказалось не просто, но против своего возлюбленного Ар-Аннэлар устоять не смог. Мальчишка за прошедшие семь с половиной лет, что провел один на один со своим отцом, сильно изменился. И не сказать, что Аннэ эти изменения не нравились, скорее они его пугали. Эльф все время боялся, что активный, любознательный и подвижный юноша не захочет сидеть в замке и вскоре сбежит. Сначала боялся, что Эйве уйдет к брату, но тот с головой погрузился в Айремар, а вскоре до него вообще дошли слухи, что старина Кайлин добился-таки расположения бывшего Арьона и между ними даже зародилось крепкое чувство. После он боялся, что затеявшие с его милостивого одобрения строительство магической академии Ардар и Ниран сманят мальчишку в свои дела. Боялся, что во время обучения Эйве найдет какого-нибудь юного мага и останется с ним, но Эйве всегда возвращался к Аннэлару. Юноша рос, взрослел и с каждым годом становился все спокойнее и ближе. Он уже успел объездить с отцом весь материк, даже побывал в Дратасе, где ему категорически не понравилось. Архимага Малара к тому моменту уже сняли с должности, обвинив в попытке разжечь войну с эльфийским народом. Немалую роль в этом сыграл Диннэлар. С позволения брата он отправился на встречу с людьми. Постепенно возобновились торговые связи. Позднее магические академии начали обмениваться сначала преподавателями, потом студентами. С Ардара и Нирана сняли статус изгоев, и они смогли уже беспрепятственно появляться в землях людей. По молодости Эйве часто сопровождал отца в поездках, но с годами практически перестал покидать Эллирион, все больше времени проводя рядом с Аннэ. Его магический потенциал был настолько огромен, что за столетие сын некроманта освоил все известные миру виды магии. Он был умен, как отец, любознателен, как ребенок и уверен в себе.       Аннэ часто замечал, как его мальчик становится взрослее. Хотя на его внешности это почти не отражалось. Он так и оставался мальчишкой, но взгляд его выдавал возраст. В глазах можно было увидеть и ум, и рассудительность, и спокойствие, и знания. Но больше всего Арану нравилось видеть в них любовь и верность.       Ардар подошел к Ниру со спины и прижал к себе, заглядывая через плечо в окно с видом на Айремар.       – Красиво у них здесь, – нежно проговорил бывший темный маг, ныне Архимаг Академии Авелон.       – У нас, – по привычке поправил его Нир. – Это место теперь наш дом.       – Не спорю. Но все равно красиво.       – Именно поэтому я выбрал это место.       – Ты выбрал это место, потому что наш Ар-Аннэлар снисходительно нам его выделил.       – Ну что ж поделать, зять у тебя не самый послушный. Даже Эйве его порой переубедить не может. Но место я выбирал все же сам.       – Как скажешь. Мне любое место подойдет, если ты рядом.       Ниран улыбнулся, глядя в окно на раскинувшийся на горизонте волшебный лес. Ардар был, как всегда, прав. Любое место сгодится, лишь бы вместе. Они и так потеряли столько лет, едва не лишились друг друга. Но ни о чем не жалели. Ведь скажи Ардар тогда своему другу, что влюбился в него с первого взгляда, стали бы они рваться к вершине? Родился бы в этом случае Эйве? Появилась бы в землях эльфов своя академия? Наладились бы отношения между двумя народами? Скорее всего, нет. А Ниран и в мыслях не мог допустить иного исхода. Когда Ардар встречался с сыном, Нир замечал, как тот расцветает. А лишить любимого этого счастья Ниран не мог даже в мыслях. Поэтому он ни о чем не жалел. Ни о годах скитаний, ни о боли разлуки. Ни об одном прожитом дне. Их жизнь сложилась именно так, как должна была. Они подарили этому миру сильнейшего мага и гарант того, что пока он ходит по этой земле, жителям Иврэсса ничего не грозит. Ни война, ни чума, ни другие напасти.       А Ниран теперь может спокойно прижаться к своему Ардару и полной грудью вдохнуть его запах. Они так много времени потеряли, но ведь у них впереди целая жизнь, и она только начинается.       Конец.       

Ноябрь 2011 – Август 2020