«Твой верный Пятый...»

Вот и начался новый день. На часах было примерно 8 утра. Айседора, которая на данный момент пока не заметила того, что она неожиданно очутилась на кровати, сонно тянула руки вверх и пыталась открыть глаза. Ещё минуту полежав в кровати, девушка осознала, что чудным образом проснулась не там, где надо, она, стараясь делать так, чтобы кровать не скрипела, бесшумно села и посмотрела на пол. Там она застала спящего Акселя. Шатенка сначала взглянула на него, а затем и на себя, смущённо заулыбавшись. «—Он такой милый, когда спит...» –пронеслось в мыслях у Харгривз, когда она встала с кровати, присев на корточки. Восьмая стала разглядывать Шведа, который сладко спал, свернувшись калачиком. Она протянула к его голове свою худенькую руку и осторожно поправила разлохматившиеся белоснежные волосы, ласково глядя на него. Затем девушка поднялась и тихо пошла на кухню готовить завтрак на всех. Айседора старалась и тут сильно не шуметь, ведь она хотела, чтобы все трое проснулись в хорошем настроении и с довольной улыбкой на лице сели за стол. Девушка умылась, помыла руки и подошла к холодильнику, открыв его. Там её ждал сюрприз... Прямо на первой полке морозильной камеры лежала отрубленная голова женщины, шатенку это ни капли не удивило, она уже давно поняла, что Шведы работают наёмными убийцами. «—Ох уж эти киллеры!» –подумала она, усмехнувшись и закрыв дверцу к морозилке–«Что бы такое приготовить...» Айседора погрузилась в размышления, начав внимательно осматривать кухню, затем ей в голову пришла идея и она тут же полезла в кладовку, затем из шкафчика достала муку и прочие ингредиенты. Полтора часа девушка возилась на кухне с приготовлением пищи, и всё не зря, вскоре запах готовой еды разнёсся по всему дому, и это заставило Шведов проснуться, ибо голод–не тётка. Проснулся вместе с братьями и Аксель, на часах уже полдесятого утра, и все трое сбежались на кухню, к источнику манящего запашка. Мужчины выстроились в линеечку перед почти накрытым столом. Айседора, заметив, что тройняшки уже тут как тут, ласково им улыбнулась и, поставив на стол тарелки с наложенной туда едой, сказала: —Уже проснулись? Чудно, я решила вам сделать сюрприз... Я приготовила вам Картофель «Айдахо» и Банановые панкейки! Радостный тон Харгривз внезапно сменился на девчачье хихиканье. Аксель, стараясь не подавать виду, что сильно удивлён, озадаченным взглядом посмотрел на девушку, а затем на то, что она приготовила. Блюда выглядели очень аппетитно, к тому же пахли просто замечательно. Мужчина убедился в том, что не зря всё-таки оставил её в живых, теперь он знает, что Айседора не только хороший собеседник, но и отличная хозяйка. —Ну ладно, садитесь за стол, а то скоро всё остынет! –вновь произнесла Восьмая, махнув Шведам рукой, чтоб они скорее приступили к трапезе. Те переглянулись между собой и дружно сели за стол, пока шатенка смотрела на то, как они за обе щёки уплетают свой необычный завтрак. Девушка тоже начала есть и вскоре, дождавшись когда доедят остальные, помыла за ними посуду. После завтрака Отто и Оскар сразу же ушли с кухни, а вот Аксель ещё остался сидеть, наблюдая за тем, как Харгривз хозяйственно протирает стол за всеми. Затем, положив тряпку на место, она присела рядом с мужчиной, говоря: —Аксель, ты… ты извини меня за вчерашнюю выходку... Я правда не хотела тебя злить, но... Пойми, что я действительно за вас волновалась, я думала, что вы потерялись или хуже того, погибли, это испытывает каждый человек... Даже тот же самый ты, ведь ты сказал мне оставаться в фургоне, чтобы со мной ничего не случилось... —Ты не виновата... –ответил Швед, начав отводить взгляд–Я слишком погорячился... Извини... Айседора вздохнула, нежно погладив Акселя вдоль плеча, а затем сказав: —Думаю, мы оба виноваты... Но всё-таки, вы хорошие ребята, мне бы не хотелось лишиться вас, вы приняли меня в дом как свою, спасибо за это... —Ты наша кровь, мы не могли тебя не принять... Я заметил, моим братьям ты понравилась–сказал Аксель, впервые улыбнувшись девушке. Та, словно боготворив его белозубую чудесную улыбку, промолвила: —Знаешь, твоя улыбка –это именно то, ради чего ещё стоит пожить Мужчина смущённо прикрыл глаза, произнеся: —Ты это говоришь, чтобы меня задобрить или от души? —Я всегда делаю людям комплименты искренне, от чистого сердца. Мне нравится потом смотреть на их счастливые лица, это даёт надежду на то, что человечество всё же повернётся в нужную сторону –выдала Харгривз, не спеша встав из-за стола и продойдя к дверному проёму. Швед же, опустив взгляд, проделал то же самое и пошёл следом за девушкой, тайком любуясь на её лёгкую походку и покачивающиеся из стороны в сторону бёдра. Айседора шла в их комнату, выпрямив спину, от чего её ягодицы казались больше своего истинного размера и манили мужчину, идущего сзади. Тихо хмыкнув, Аксель выбежал вперёд и открыл дверь перед Восьмой, которая удивлённо взглянула на Шведа, но ничего не сказала и молча зашла в комнату, нагнувшись и начав копаться в тумбе с вещами прошлой хозяйки дома, отрубленная голова которой покоится на первой полке морозильной камеры... —Как тебе предложение прогуляться? Можем взять Отто и Оскара, чтобы они не скучали одни–неожиданно спросила Харгривз, найдя интересную футболку в одном из ящиков тумбочки. Блондин, оперевшись боком на стену, пожал плечами и вышел, направившись к братьям. Девушка, посмотрев на пустое место, воспользовалась временем и быстро сняла с себя ночнушку, оставшись в бюстгальтере и трусах, затем шатенка надела футболку, а потом, не заметив как в комнату вновь вернулся Аксель, стала натягивать свой комбинезон. —Я спросил, они не-... –резко остановился Швед, смотря на Айседору, пытающуюся со скоростью света надеть несчастные штаны–Я видимо не вовремя?... —Что?... Ох, не обращай внимания, я всего лишь одеваюсь, ничего особенного... –на ходу ответила Харгривз, торопившись не понять куда и уже пытаясь застегнуть молнию сзади. Акселю стало «больно смотреть на мучения» Восьмой, поэтому он гордо зашагал к ней, встав сзади и резко схватив девушку за талию, говоря: —Будешь дёргаться –будет больно. Айседора встала смирно, словно домашняя собачонка, выполняющая команды хозяина. Затем, глуповато улыбнувшись мужчине, она сделала глубокий вдох и смущённо отвела взгляд, когда Аксель уже помог ей застегнуть ту зловредную молнию сзади. —Спасибо... –тихо выдавила из себя шатенка, чувствуя, как её сердцебиение заметно участилось. Девушка пыталась успокоится, но вдруг она вспомнила про свои «волшебные» руки, которые могут заискриться разрядами молний в любой стрессовый момент. Эти мысли только подливали масла в огонь. И дойдя до предела, по телу Харгривз вновь пробежались молнии, буквально за считанные секунды превратив голову Восьмой в пушистый одуванчик. Айседора передёрнулась от неприятной колющей боли в руках и стиснула зубы, резко зажмурившись. Швед пошатнулся в сторону, нахмурив брови и глазами бегая по частям тела девушки, от удивления, чуть ли не заставившего сердце остановиться, блондин не смог произнести ни слова по этому поводу. Тем временем как шатенка виновато улыбалась, сжав правую руку, с которой, собственно, всё и начинается. —Прости если напугала... У меня такое случается, когда я сильно волнуюсь или злюсь... –извинилась она, сжавшись как виноватый щенок. Аксель вскинул одну бровь, стрельнув взглядом в «подружку». —Ох... Нет... Я не... Я не злилась на тебя, наоборот, спасибо, что помог, просто... Я-я никогда не подпускала мужчин к себе настолько близко, чтобы они мне помогали застегнуть молнию и всё такое... Хотя... Хреновое оправдание вышло... –добавила Айседора, кивнув несколько раз, а затем хлопнув в ладоши–Так! Что было, то было! Собираемся на прогулку! Растянувшись в хитрой улыбке, лицо Харгривз добавило в её и без того торчащую изо всех щелей харизму нотку усиления, от чего можно было подумать, что оптимизм девушки выходит за рамки. Шатенка, быстро выбежала из комнаты, спиной прильнула к стене в коридоре, выдохнув с комом страха в горле и почувствовав дрожь в коленях, от предстоящих последствий. Но тут на её глаза попался малыш Оскар, который маленькими шажками подходил к Восьмой, сверля её своими очаровательными васильковыми глазками. —Господи, Оскар... –прошептала Айседора, посмотрев на потолок, будто отблагодарив бога за что-то, а затем, набрав воздуха в грудь, продолжила–Oscar, hej, vad gör du här?(Оскар, привет, а что ты тут делаешь?) Младший из Шведов ничего не ответил, лишь стеснительно улыбнулся, подойдя к шатенке почти вплотную. —Ой, погоди-погоди, такого в планах не... –не успела закончить предложение Харгривз не заметив того, как оказалась в его объятиях–Ох... Так ты просто хочешь обнимашек? Ну ладно, от этого я никогда не откажусь... Айседора обхватила руками Шведа, положив свой подбородок ему на плечо и поглаживая его по спине. Вдруг он отстранился, на ломаном английском сказав: —Я рад, что мы вместе идти гулять Показав своё умиление, Восьмая приложила ладонь к месту, где находится сердце и склонила голову набок, сказав: —Gud, vilken älskling du är ...(Боже, какой же ты лапочка...) Вскоре из соседней комнаты вышел уже более серьёзный и грозный Отто, по-прежнему сверху глядя на невысокую Айседору и своего младшего брата, который перебрасывал взгляд с новой подруги на Отто. А тут и появился Аксель, одетый как истинный аристократ, он коротким, но внимательным взглядом окинул всех собравшихся, а потом, вновь посмотрев на шатенку, до сих пор не отлипнувшую от стены, огласил ей: —Нам нужно зайти кое-куда, для тебя это будет, скажем так, сюрприз... —Хорошо, я не против–радостно ответила Восьмая, одарив своей улыбкой троих братьев, которые уже стали для неё семьёй. Каждый из них был по-своему хорош, Аксель – хладнокровный, но и в то же время добродушный, Отто – серьёзный, а Оскар –милый и чувственный. Все трое симпатизировали Айседоре одинаково, ей бы хотелось, чтобы и её семья была такой же дружной, как Шведы, чтобы они прожили хотя бы один день без ругани и скандалов, но без взаимопонимания крепкие семейные отношения не построить, к этому нужно долго идти... Но как у тройняшек получилось жить в мире и понимать друг друга? Этот вопрос стал терзать Харгривз ближайшие пару часов до полудня, даже в то время как они уже вовсю разгуливали по Далласу. Четвёрка довольно сильно выделялась на фоне обычных прохожих: во-первых, они шли, выстроившись в линеечку, никто не шёл ни спереди ни сзади, все шли чуть ли ни в одну ногу, во-вторых Айседора была самой низкой из них, ибо её рост –169 сантиметров казался совсем крохотным, по сравнению с ростом Шведов, который у них был чуть ли ни под 2 метра. Да и взгляд у мужчин был холодный как сталь, пронзал душу и внушал непонятное чувство тревоги, зато на фоне всего этого Харгривз шла в припрыжку, с улыбкой поглядывая то на Акселя, идущего слева и будто выискивающего себе жертву, то на Оскара и Отто, идущих справа. Людей было много, все как тараканы разом повылазили на улицу, чтобы пойти по своим делам или же просто проветриться. Неожиданно в толкотне какой-то грубый на вид мужчина случайно, а может и специально задел Оскара плечом, да так сильно, что тот пошатнулся и оглянулся назад, думая отомстить обидчику. Скорей всего тот мужик сделал это умышленно, так как никакой разумный и воспитанный человек не станет просто так толкать кого-то на улице, чтобы расчистить себе дорогу, а просто вежливо попросит пропустить. Швед остановился, попятившись назад, в то время как его компания тоже затормозила и оглянулась, выискивая взглядом младшего, который уже успел слиться с толпой. Грубиян далеко уйти не успел, Оскар догнал его, встав колом перед ним и пытаясь взглядом сказать ему, что он ещё не на того нарвался. —Слышь, тебе мало того раза было? Может повторить?! –возмутился мужчина, с новой силой оттолкнув киллера, который, не удержавшись на ногах от сильного толчка, упал на асфальт. Народ, ходящий вокруг, ахнул и встал в круг, создав своеобразную рингу для двоих. Но Оскар не сдался, парень встал на ноги и замахнулся кулаком на обидчика, а затем треснул ему по челюсти, от чего тот разозлился ещё больше. Сплюнув кровь, он рассвирепел словно бык и в ответ ударил Шведа в челюсть. Айседора увидела всё издалека и заволновавшись за друга, стала разминать запястья, быстрым шагом направившись к месту драки. Аксель же, поняв, что девушка затеяла что-то явно выходящее за рамки приличия последовал за ней вместе с Отто. Шатенка хотела уже ворваться в круг и как следует надавать по морде мужику, но её за руку схватил старший из Шведов, притянул к себе и сказав: —Ты же не собираешься рисковать собой и лезть туда, верно? Немного помямлив Харгривз ответила: —Аксель, Христа ради, пусти меня! Я должна помочь Оскару! —Нет уж, стой тут я сам разберусь! —Ты мне не доверяешь? —Нет, я... —То есть ты сейчас серьёзно стоишь и уговариваешь меня остаться, пока твоего брата бьют? Не проще было бы отпустить мою руку, чтоб я глаза тому мужику на задницу натянула? Швед перевёл взгляд на разгорающуюся драку, где бедный Оскар еле уворачивается от ударов, чаще всего ловя их на себе. Пару секунд и он отпускает руку девушки, кивнув ей, а она, послав блондинку воздушный поцелуйчик, вошла в круг со словами: —Эй! Эй ты, шпиц! Я вижу кулаки у тебя чешутся? Громила посмотрел на Айседору и, подойдя к ней, ответил: —Ты кого шпицом назвала, шлюха? —Ууу, кого-то по губам отшлёпать? –в шутку возмутилась Восьмая, сделав шаг вперёд –Ещё раз прикоснёшься к Оскару –побываешь в Вальгалле. —Проваливай отсюда и катись к своей бездомной семье, шавка! —Бездомной говоришь? –тихо переспросила девушка, не справляясь с нахлынувшими воспоминаниями об матери, отце и Пого и сжав кулаки, а затем почувствовав, как на её руках заиграли молнии–Может тебе пора сваливать? А то мама дома ждёт, небось переживает... А какое для неё будет разочарование, когда она узнает, что её сынуля сдох. Ах, какая досада, что это так... От переизбытка негативных эмоций глаза Айседоры засветились синим цветом, волосы стали колыхаться на ветру, а на ладонях образовываться маленькие шаровые молнии, соединив которые, можно получить одну большую со смертельным разрядом. Страх сдавил нахалу горло, он не мог ничего произнести, лишь медленно отступал назад, да и люди стали потихоньку отходить, боясь, что дар Харгривз заденет и их. Шведы же, раскрыв рты, смотрели на происходящее, не решаясь влезть и что-либо предпринять, пока Восьмая будто дикая кошка, не спеша, надвигалась на свою "добычу", прохожие тихо молились и прятались куда попало, но всё равно выглядывали, ибо интрига и любопытство брали верх. Вот девушка уже вплотную стоит к мужчине, с пламенем ярости в глазах смотря на него, и дождавшись момента, Айседора твёрдо сказала: —Передай привет Биллу Джонсону, сукин сын... Затем крепче сжав кулак она ударила обидчика Оскара в ту же челюсть, но удар пришёлся необычный... Маленькая шаровая молния стала терзать лицо мужика, сжигая его, пока тот издаёт мучительные крики и дёргается словно в припадках, лёжа на земле. Люди, стоявшие рядом замерли от ужаса, кто-то отворачивался, кто-то ушёл, а кто-то не мог отвести взгляд, ибо шок парализовал его. После мощного удара шатенка сама отшатнулась назад, будто её насильно отпихнули от жертвы. Аксель подбежал к ней, придержав её сзади руками, чтобы она совсем не упала. Айседора, сама того не ожидая, стала задыхаться и хвататься за сердце. Начались панические атаки... Оскар, который уже поднялся с асфальта, заметил это и мигом кинулся к подруге, нагло отпихивая Акселя, чтобы тот не мешал. Младший Швед сначала схватил девушку за плечи, а затем прижал её к себе, благодаря за спасение и успокаивая. Старший тут же прервал столь драматичный момент и жестом показал брату, что всё в порядке и что он сейчас приведёт её в норму. От частых вдохов и выдохов у Айседоры сильно закружилась голова и стало темнеть в глазах, через пару минут она потеряла сознание, а братья решив прервать прогулку, отнесли её домой. Спустя час она очнулась, правда не сразу, Харгривз пыталась продрать глаза, словно после крепкого сна. Сначала всё ей казалось таким мутным и размытым, Восьмая не могла разглядеть ничего, но через какое-то время у неё всё-таки получилось. И только тогда девушка заметила, что лежит с тряпкой на голове на кровати Акселя, а тот, собственно, сидит рядом с ней, смотря вниз и рассматривая какую-то бумажку в руках. Шатенка тихо, но протяжно застонала, пытаясь встать, но Швед силой положил её обратно, строго сказав: —Лежать. —Боже, Аксель, мне уже лучше! Я очнулась, видишь? Значит мне можно встать! –надулась Айседора, размахивая руками. —Тебе нужно лежать, ты потеряла много сил, и может объяснишь мне, что это было на улице? –ответил мужчина, посмотрев на вредную шатенку. Она замялась, не зная как начать свой рассказ, но вскоре выдохнула и ответила: —Я... Я не могу это контролировать... Это случается у меня при сильных эмоциях и переживаниях и... Это у меня с рождения... Я пытаюсь свыкнуться и адаптироваться, но всё мои попытки напрасны... Я не могу... Хотя очень хочу... Аксель отвёл взгляд, тихо промолвив: —Ты убила того парня... Айседора слегка подняла голову и посмотрела на Шведа мокрыми глазами, с которых должны были вот-вот рекой потечь слёзы. —Так, Айси, только не плачь! Он это заслужил!–начал пытаться успокаивать Восьмую блондин, взяв её за пальцы. Но стоило ему произнести имя девушки, а именно ту форму имени, по которой братья и сёстры звали её, как Харгривз замерла, словно её окатили ведром ледяной воды, а потом почти шёпотом спросила: —К-как ты меня сейчас назвал?... Айси? Молча кивнув, Швед отодвинулся на стуле назад, боясь, что шатенка разозлится. Но всё случилось совсем по-другому. Она отвернулась и, прижав к себе одеяло, согнулась полумесяцем, вспомнив свою семью. А сердце Акселя при виде Айседоры снова начало биться чаще, мужчина, не став долго думать, осторожно прилёг к ней на кровать, погладив её по плечу, а потом приглушённо сказав: —Со мной ты можешь быть собой... —Что? –переспросила девушка, повернувшись лицом к Шведу. —Ты можешь доверять мне... Ты спасла моего брата, и пускай ты убила того человека, но если бы не ты, то я не знаю, что бы делал... –ответил мужчина, положив руку под голову. —Аксель, ну конечно же я тебе доверяю, и доверяла с самого нашего знакомства, я знаю, что ты хороший человек, как и твои братья. Мне нравится проводить время с вами, ведь вы стали мне семьёй, не такой, что была у меня до этого... Блондин озадаченно посмотрел на шатенку, по его взгляду можно было прочитать фразу «а вот с этого места по подробнее», он поправил прядь волос Айседоры, зачесав её ей за ухо, и сказал: —Если хочешь, можешь поделиться со мной своими переживаниями —Я рада, что можешь и хочешь меня выслушать... Именно из-за этого вы мне кажетесь примером идеальной семьи, вы слушаете друг друга и в итоге сходитесь в едином мнении, но в моей семье царит хаос и разногласие, никто там тебя не выслушает и не поймёт, а если и поймёт, то ему скорей всего будет насрать на тебя и твои проблемы. Я 20 лет не была рядом с ними, а когда выпал шанс встретиться, то я поняла, насколько сильно время меняет людей... Боже, я так по ним скучала... Не могу описать те эмоции, которые я испытывала, когда обнимала каждого из них... Но после моего похищения они все меня забыли... Это я поняла, когда увидела своего старшего брата, он меня вообще не узнал... Моя семья приняла меня за погибшую, но спустя столько лет я нашла способ вернуться, как и мой ещё один брат... Мой любимый братик, с которым я часто проводила время, мы играли вместе, выполняли задания вместе, папа не мог нас рассадить по комнатам, ибо брат начинал докапываться до него с просьбой разрешить нам побыть вместе... Хотела бы я вернуть то время и не выходить в тот день на улицу... —А что случилось в тот день? –спросил Аксель, нахмурившись. —В тот день... –жалобно посмотрела на него Айседора –Меня похитили... Банда киллеров, они увезли меня в Швецию, на Родину, там меня тренировали, развивали мои способности, мой папа хотел меня туда отправить, но он и представить не мог, что это случится так рано... Брат сказал мне, что отец потерял надежду на моё возвращение, но я считаю, что он верил в меня до конца, он знал, что я жива, и пускай в моей комнате стоял портрет с чёрной ленточкой, пускай мои братья и сёстры подумали, что я мертва, папа знал, что я как-нибудь выкарабкаюсь, и вот... Спустя 20 лет я вернулась, а отца уже нет в живых... —Ну что ж, думаю, нам так или иначе суждено было встретиться–ухмыльнулся Швед, довольно улыбнувшись. —Наверное–ответила девушка, в ответ одарив мужчину девчачьей улыбкой. —Хочешь прогуляемся вдвоём? Отто и Оскар побудут дома, чтобы снова не найти себе приключения на пятую точку–предложил Аксель, встав с кровати. —Конечно–Айседора встала следом, и пошатнувшись вцепилась в руки блондина–О-оу, п-прости, не удержалась на ногах. Швед ничего не ответил, лишь тихо посмеялся с девушки, посмотрев на тумбочку, на которую положил бумажку: —Там твой рисунок? —Да... –ответила шатенка. —Он просто замечательный–промолвил мужчина, заглянув в счастливые глаза Айседоры. —Правда? –спросила она с ноткой удивления в голосе. Аксель кивнул и Харгривз, не сдержав свои эмоции запрыгала от радости и кинулась к блондину в объятия, встав на носочки: —Я-я очень рада, что тебе нравится! Теперь он твой! Я рисовала его специально для вас. Девушка смущённо заулыбалась, её тёмно-карие с янтарным оттенком глаза заблестели, в них можно было утонуть. Швед улыбнулся шатенке в ответ, не отрывая от неё взгляда. Зрачки её заметно увеличились, когда она рассматривала голубые глаза блондина. И снова этот будоражащий взгляд глаза в глаза, оба не могли остановиться, им хотелось любоваться друг другом вечно, но в какой-то момент их как будто ударило шокером и они отстранились. —Идём? –спросил Аксель, галантно подав руку Айседоре. —Идём. –ответила она, вновь подойдя к мужчине и взяв его за руку, а затем направившись вместе с ним к выходу... Вот они оба снова гуляют по улице, только вдвоём и без всяких драк и ссор. Только Аксель старался держать Восьмую как можно ближе к себе, чтобы с ней ничего не стреслось, проходя рядом с людьми, Швед приобнимал девушку за плечо, аккуратно прижимая её к себе, а та никак не могла понять, почему он так делает. Но отпустив бесполезные мысли по поводу этого, шатенка продолжила идти бок о бок с мужчиной, попутно рассматривая магазины, мимо которых они проходили. Внезапно Аксель затормозил, заприметив что-то вдали, он медленно отпустил Восьмую и направился в сторону магазина с одеждой, продолжая сверлить его взглядом. Харгривз, поняв, что тот хочет уйти, быстро остановила его, спросив: —Эй, ты куда? —Подожди меня здесь... –ответил Швед, покинув девушку. «—Прекрасно, опять слился...» –мысленно возмутилась она, облакотившись на деревянный столб, стоявший на самом краю тротуара, на границе между дорогой для машин и дорогой для людей. От скуки смертной Айседора принялась разглядывать автомобили, проезжающие мимо неё. Смотреть на них было таким себе развлечением. Всё были как одна, одного цвета, разве что отличались друг от друга оттенками, какая-то была светлее, какая-то темнее, одна форма, и одни и те же барахлящие старые двигатели Вскоре совсем заскучав, девушка стала рассматривать водителей, практически у всех были открыты окна, ибо на улице стояла жара, нехарактерная для ноября месяца. С таким раскладом можно было заполнить лицо какого-нибудь водителя машины и когда-нибудь совершенно случайно встретить его, и в голове в этот момент автоматически всплывёт мысль: «Надо же, мир тесен!», появится глупое, но забавное ощущение победы в чём-то, мол, «Да! Я видел этого человека! И вот я его снова встретил!». Но вдруг среди многочисленных чужих лиц на глаза Айседоры попалось до боли знакомое лицо. Рыжебородое, рыжеволосое. Девушка узнала в нём Лютера... И она тут ринулась к нему, совсем не обращая внимания на бранящих её прохожих, которые, строя из себя интеллигентных и воспитанных граждан, делали обезумевшие глаза размером с пятирублёвую монету и прикладывали руку к груди, глупо возмущаясь. Шатенка, проскакивая через толпу, набрала в грудь воздуха и закричала: —Лютер! Тот, услышав родной зов, припарковался около тротуара и, выйдя из машины, направился в сторону сестры, слыша её голос и крича ей в ответ: —Айси! И вот, оттолкнув последнего прохожего, что стоял у неё на пути, Айседора подбежала к брату и кинулась в его объятия, зажмурившись и цепляясь за каждую складочку на его одежде и шепча: —Б-боже... Лютер... Ты цел... Слава богу... —Всё хорошо, сестрёнка, всё хорошо... –ответил Первый, спокойно выдохнув и лицом потеревшись о плечо Восьмой. Они посмотрели друг другу в глаза и, не сдержавшись, оба рассмеялась от счастья. —Что ты тут делаешь? –спросила девушка, вскинув брови. —Я проезжал мимо, узнал адрес Эллисон и решил поговорить с ней. —Стой, погоди, и Эллисон здесь? —Да, кстати, тут неподалёку несколько минут назад была какая-то вспышка, ты случайно не видела, что там произошло? —Я... –замялась Харгривз –Вообще-то... Но Первый перебил сестру и случайно посмотрел на её руки, которые покраснели и были в еле заметных шрамах: —...Постой, что с твоими руками? Почему они…красные? Ты... У тебя есть скрытая способность? Только не говори, что... —Да... Та вспышка... Вообще-то это моих рук дело... Это... Это всё моя выработка электричества за счёт скорости, я-я не могу это контролировать... Я не смогла научиться сдерживать это, папа не успел меня научить этому... Даже когда меня похитили я не смогла научиться управлять своей силой, поэтому я использую только свою скорость... –с печалью призналась шатенка, кивая и показывая что-то руками. Мужчина опустил взгляд, переведя тему и снова спросив: —Л-ладно, проехали... Так, что ты здесь делаешь? —Я прогуливалась с другом, он отошёл ненадолго, попросил подождать его, а тут ты и... Вот–ответила девушка –Мы знакомы с ним пару дней, он и его братья приютили меня, честно признаться, они настоящая семья, приняли меня как родную и, сегодня мы укрепили наши отношения, решив пойти погулять После того, как Лютер услышал слово «отношения», на его лице нарисовалась восхищённая улыбка, и он посмотрел радостными глазами на сестру, спросив: —Так у тебя появился ухажёр? —Что? –удивилась Айседора–Не-е-ет! Лютер, ты не так всё понял, мы не встречаемся, мы... Просто друзья, мы знакомы лишь пару дней, забудь про отношения... Я не собираюсь их заводить... —Почему же? —М-м-м... Понимаешь, сейчас очень напряжённая ситуация, второй апокалипсис и так далее... Я не хочу к кому-то привязываться, чтобы потерять как Форда и потом ходить и страдать... Вдруг у нас опять ничего не выйдет и всё пойдёт коту под хвост? Первый со страхом взглянул на Восьмую и дрожащей рукой коснулся её плеча, промолвив: —Нет, не говори так... Мы-мы справимся... Мы Харгривзы, мы одно целое! Девушка посмотрела себе на ноги и обернулась, увидев, как Аксель уже вернулся и идёт к ней, она вновь повернулась лицом к брату, сказав: —Прости... Мне нужно идти... Передавай Эллисон «привет» от меня... После этих слов она развернулась и ушла к Шведу, который с пакетом в руках шёл к ней навстречу, он широкими шагами подошёл почти вплотную к Харгривз, взволнованно, но твёрдо спросив: —Кто это? —Это... Ох, он просто спрашивал дорогу... Не переживай, всё хорошо... –успокоила мужчину шатенка, поджав верхнюю губу нижней и виновато улыбнувшись. Аксель недоверчиво зыркнул на Лютера, а затем, прихватив Айседору под ручку, пошёл с ней домой. По дороге девушка ещё несколько раз оборачивалась в сторону брата и мысленно просила у него прощения, за что – сама не знала, просто у неё в душе висело чувство вины перед несмышлённым Лютером, который мог воспринять слова сестры слишком близко к сердцу. Швед заметил, что Харгривз совсем поникла, как завядший цветок алой розы. Он немного наклонился, взглянув на её лицо, и спросил: —Всё хорошо? И только спустя несколько секунд молчания со стороны Айседоры, дождался ответа. —Я? Ах... Д-да... Конечно... Всё в порядке... –заикаясь, сказала девушка, пытаясь отвести взгляд, чтобы не вызвать подозрения. —Ты какая-то хилая, не против выпить? –внезапно предложил Аксель, на что словил на себе удивлённый взгляд Восьмой, которая, нахмурившись, тихо пробормотала: —Я думала вы не пьёте... —Значит неправильно думала. Все Шведы пьют, и ты, вижу, тоже, раз так отреагировала. К тому же, какие из нас Шведы, если мы не можем позволить себе выпить по рюмке водки и по бокалу вина? —Надо же, узнаю о тебе всё больше и больше... Хотя кто-то вчера утверждал обратное, признай же, что попался в мои сети... —С чего ты взяла? —Ну как с чего... Сам рассказываешь о себе, болтаешь со мной, хотя ты обычно молчалив, как рыба. Что тут гадать? И так всё ясно... Швед вскинул бровь, как бы задавая вопрос «и что же ясно?». —К примеру то, что мы стали друзьями, а я считаю, что это уже достижение. —Нет... —Да. Аксель, бросай привычку отрицать очевидное —Давай молча дойдём до дома, прошу тебя... —Вот видишь, уходишь от ответа!... Мне это нравится... Я всё больше и больше тобой интересуюсь... На этой ноте разговор Айседоры и Акселя оборвался, оставляя лишь гадать, чем бы он закончился, если б не молчание Шведа. Но и тут девушка не оставила мужчину в покое, когда они зашли в дом, она рассказывала ему какую-то историю, а тот с уставшим лицом слушал её, по взгляду блондина можно было прочитать фразу «боже, угомоните кто-нибудь эту занозу в заднице». А Оскар и Отто, которые уже давно ждали забавную парочку, с любопытством и еле сдерживаемым смехом наблюдали за тем, как их старший брат терпит болтливую Айседору, которая то смешно шутила, то жаловалась на наглость людей. Братья-Шведы уже принялись делать ставки, выдержит ли Аксель это или сорвётся, как в прошлый раз. Он пока держался, за спиной девушки жестами показывая братьям как ему надоела эта болтовня и что он хочет втихаря придушить шатенку. И наконец она замолчала. Старший Швед с облегчением выдохнул и присел на стул, закрыв лицо руками. А улыбающийся во всю ширину рта Оскар, задал вопрос: —Vad hände mellan er att Axel är så torterad? (Что же произошло между вами, что Аксель такой замученный?) —Din bror tror inte på vänskap (Ваш брат в дружбу не верит) –усмехнулась Харгривз, скрестив руки на груди. Аксель уже было хотел рявкнуть на неугомонную даму, но тут в дверь постучались. —Я открою. –уверенно сказала Айседора, подойдя к двери и открыв её. На пороге к её превеликому удивлению, стоял Лютер. Он неловко теребил свою кофту, поинтересовавшись: —Айси, можно тебя на пару слов? Девушка, посмотрев на брата, прикрыла дверь и сказала Шведам: —Мальчики, у меня появились дела, я отойду на некоторое время. Те молча переглянулись и не заметили как шатенка успела выйти. Она, уже находясь на улице, закрыла за собой дверь, спросив: —Ну и что же тебя тревожит? —Я... Просто вспомнил, как ты разозлилась на меня в день апокалипсиса и захотел извиниться перед тобой... –ответил Первый, за руку вытащив сестру с крыльца и выведя её на тротуар. —Господи, забудь уже! Пожалуйста! –стала возмущаться Восьмая–Зачем ты извиняешься передо мной, если ты виноват перед Ваней? Я всего лишь испугалась за неё, она моя сестра и я пыталась ей помочь! Но всё равно, подумай, если б ты её не посадил в тот сраный ящик, то конца света бы и не было! Боже... Сил моих больше нет... Неужели так сложно хоть раз включить мозги и обдумать своё решение... В глазах Первого можно было увидеть не то, что бы сожаление, а раскаяние. Он виновато отвёл взгляд, покачав головой, а затем, снова сказал: —И да... Мы виделись с Пятым, сказал, если встречу тебя, то попросил передать, чтобы ты к нему зашла, точный адрес не назвал, говорит, сама знаешь куда идти... —Ладно... Спасибо... Рада была увидеться, извини, что наехала, после того случая в центре настроение совсем упало. До встречи. –ответила девушка, кивнув и отправившись к Эллиоту. Ещё минуту Лютер стоял, смотря вслед сестре, он и не заметил, как на крыльцо вышел Аксель, грозно глядевший на Харгривза. Тут он позвал его свистом, Первый дёрнулся, посмотрев на Шведа и спросив: —Вы чего-то хотели? —Пошёл. Вон! –сквозь зубы и с паузой между словами прорычал мужчина, взглядом разъярённого волка сверлив с виду громадного Лютера, который тут же развернулся и ушёл как можно быстрей, чтобы не найти себе лишних приключений на пятую точку. Блондин ещё постоял на пороге и, убедившись в том, что тот ушёл, вернулся в дом... К тому времени Айседора была уже у дома Эллиота, она побежала на нужный этаж и стала нервно стучаться в дверь и ей открыли. И открыл ей сам хозяин квартиры, он смерил удивленным взглядом девушку, сказав: —Т-ты та самая Айседора, верно? —Здравствуй, Эллиот, да это я —О, уже пришла? –спросил сзади стоящий Пятый. —«Hej Gamle Man!» (Эй, старик!)¹ —Ты с ума сошла? Эта песня появится только через 7 лет! –сделал замечание мальчик. —К чёрту иди–молниеносно ответила Восьмая, нагло улыбнувшись. —Так, ну, заходи, твой брат ведь хотел о чём-то с тобой поговорить, встретил другого твоего брата и тот э-э-э... –начал разжёвывать Эллиот уже известную шатенке информацию, а та, даже не став слушать его, применив свою способность, проскользнула мимо него в квартиру, осматриваямь, будто в первый раз–К-как ты? Как ты так быстро, отсюда и туда?... —Эллиот, знакомься –моя способность, моя способность, знакомься –Эллиот. –пошутила Айседора. —Шутки шутками, сестрёнка, а разговор важный... –начал Пятый–Мы с Диего проникли в дом отца и обнаружили там кое-что, я нашёл в его кабинете приглашение на прием в генеральное консульство Мексики от некого Хойда Хелинкоттера. Завтра вечером состоится их встреча, не изволишь ли ты составить нам компанию? —Опять ты за своё? Я не собираюсь вмешиваться в дела папы, хватит его преследовать, мы не знаем чем это может обернуться!–стала переубеждать брата Восьмая, наотрез отказываясь принимать его задумку. —Айси, пойми уже наконец, ты нужна нам! Ты была ближе всех нас к отцу... Ты была единственной, кто называл его «папой» не потому что это синоним к слову «отец», а потому что ты и вправду его любила. Вернись к нам, умоляю... –говорил Пятый, чуть ли не коленях уговаривая сестру пойти с ними. —Пятый, я не могу... И кстати... Мне пора идти, меня ждут. –ответила та, уже развернувшись. —Стой! –схватил её за руку Харгривз –Побудь хоть немного с нами... Хочешь, можешь жить тут —Да, да, да! Можешь остаться, я не против–стал поддакивать Эллиот, подойдя ближе. —Я пообещала, что скоро приду, мне нужно ухо-... —Стоять! Кому ты пообещала? —А вот это тебя не касается! —Касается, так как я твой старший брат! —Друзьям пообещала! Которые меня приютили и стали мне семьёй! Пятый задумался, вскоре спросив: —А эти друзья случайно не тройняшки? —Тройняшки... –ответила Айседора. —А они случайно ли не Шведы? —Да, они самые... А что произошло? И откуда ты про них знаешь? —Ты долбанулась? Они убить нас хотят! Вчера ночью эти трое чуть не убили Ваню! Я спросил сколько их было, она ответила, что трое и кто-то четвёртый, а четвёртой уже была скорей всего ты! —Не ссы мне в уши! Они и мухи не обидят! Я тебе не верю! Доказательства есть? —Есть! Эти же мужики напали на Диего в психушке, чуть не убили его и его подружку! Вот скажи, ты называла им свою фамилию? —Нет —То-то же! Поэтому они и приняли тебя за свою! Они работают на Комиссию и им платят не маленькие денежки за то, что они убивают людей, не разбирая, хорошие они или плохие, и я тебе обещаю, настанет день, когда им поступит письмо с твоей фотографией, твоими именем и фамилией и приказом тебя убить, и они, не думая, это сделают, а точнее попытаются, потому что мы тебя в обиду не дадим! Тем более я! Пятый так долго доказывал сестре, что её дружба со Шведами не безопасна, но та утверждала обратное и говорила, что эти братья хорошие люди, приводя в пример вчерашний случай, когда за неё заступились Отто и Оскар. Их беседа затянулась до самого вечера, они спорили, обсуждали жизнь Айседоры, жизнь Пятого, а Эллиот невинно сидел между ними, переживающе поглядывая то на девушку, то на мальчика. Бывали моменты, когда шатенка вновь начинала нервничать, срываясь на крик и со слезами на глазах доказывая брату, что он не прав, её руки снова начинали искриться, но Эллиот и Пятый пытались её успокоить, чтобы не допустить ещё одного погрома. Хозяин квартиры переводил тему с мрачной на позитивную и для разряда обстановки рассказывал забавные истории из жизни. Но Айседоре уже не могло ничего помочь, у неё в голове образовалась каша и ей сейчас хотелось лишь вернуться к Акселю и поговорить с ним по душам, чем истерить из-за брата, который не понимает её переживания. В итоге девушка не стерпела и, вытирая мокрые глаза, встала с дивана, на котором сидела и пошла к выходу. Эллиот и Пятый переглянулись и мужчина спросил: —Она всегда такая нервная? —Просто было трудное детство, не обращай внимания, поплачет и успокоится–ответил мальчик, пиная воздух. Через несколько минут Восьмая уже была на подходе к дому Шведов. На улице было очень темно, хоть глаз выколи, ничего не было видно, кроме окон, в которых ещё горел счет. Девушка свернула к нужному дому и, открыв дверь, зашла в него, устало прислонившись спиной к стене в коридоре и закрыв лицо руками, жалобно шмыгнув носом. На приход шатенки среагировал Аксель, который до сих пор не спал, а сидел на кухне, ожидая прихода Айседоры. —Всё нормально? –поинтересовался он, увидев её в не лучшем состоянии. —Нет! Всё просто прекрасно, мать его! Как же я люблю свою чёртову семью и свою сраную жизнь! –с порога начала ругаться Харгривз, разувшись и быстрыми шагами пройдя на кухню –Обожаю тот самый момент, когда ты хочешь адекватно поговорить со своим братом без всяких конфликтов, но этот засранец специально выводит тебя, чтобы ты потом высказывала всё другу, который тоже тебя еле терпит! Швед сопереживающие посмотрел на Восьмую, которая была на грани того, чтобы вот-вот сорваться и расплакаться. Он медленно подошёл к ней, аккуратно взяв её за руки и тихо сказав: —Возможно, где-то ты и права... Мне не всё равно... Айседора резко подняла голову, заглянув в голубые глаза слегка улыбающегося блондина: —Да ты пьян. Ты бы в жизни мне такое не сказал... —Если пить, то только вместе. Я абсолютно трезвый. Говорю как есть, пока тебя не было, мы говорили с братьями на эту тему, они меня убедили. —Аксель...–в край растрогалась девушка, её розовые губы уже затряслись, показывая эмоциональную слабость Восьмой. —Айси... Не надо расстраиваться, у тебя есть мы, мы тебя всегда поддержим и не бросим. Так что не вешай нос, да и перестань пожалуйста плакать, такой красивой шведке больше улыбка к лицу, чем слёзы. От этих слов Харгривз немного полегчало, она выдохнула и смогла найти в себе силы, чтобы хотя бы выдавить их себя улыбку. –Пусть моя семья говорит, про тебя ужасные вещи, но знай, ты самый лучший человек на Земле, которого я когда-либо встречала... –с дрожью в голосе прошептала Айседора, и нежно обняла Шведа, прислонившись головой к его груди, прислушавшись к спокойному стуку его сердца–Твоё сердечко бьётся так... Умиротворяюще... Аксель приулыбнулся, погладив шатенку вдоль по спине и сказав: —Давай ты поужинаешь и мы поговорим? —Да... Конечно, давно пора. Восьмая ещё раз, но уже более уверенно улыбнулась и, наложив себе еду в тарелку, села за стол, пока мужчина, достав два стеклянных бокала, наливал обоим вино. Айседора, сильно проголодавшись, быстро управилась с поздним ужином и, помыв за собой посуду, вновь очутилась за столом, но с бокалом вина в руке. Медленно попивая алкоголь, девушка грустно поглядывала на скатерть и о чём-то размышляла. А Аксель смотрел на неё, ожидая, когда же она произнесёт первое слово и дальше затянет длинный рассказ. Как-то иронично получилось... Ещё днём Швед требовал полной тишины от Харгривз и вот, когда она настала, он с нетерпением ждёт, когда же Восьмая заговорит. Но пока она не находила слов, чтобы начать разговор, и только спустя несколько минут она открыла рот и, вздохнув, начала говорить: —Знаешь... Нам нужно хорошо провести это вечер... —Почему же? –спросил Аксель, нахмурив брови. —Я нашла свою семью... У моего вроде бы супер-умного брата есть план по возвращению домой... Мне придётся покинуть ваш дом... –ответила шатенка, поставив бокал на стол. —Но ты можешь остаться с нами, я не представляю себе Оскара и Отто после твоего ухода, они будут опечалены... –произнёс Швед. —Я понимаю, и я тоже буду по вам скучать... Я не знаю как так вышло, но я успела привязаться к вам... —Поверь, я тоже... Казалось, ещё вчера мы были друг другу чужими людьми, а сейчас уже вместе сидим и пьём вино. Айседора улыбнулась и, встав из-за стола и допив алкоголь, а затем помыв пустой бокал и оставив его на тумбочке, продолжила свою мысль: —Но всё же... Может я просто во всём запуталась или просто плохо соображаю под вечер... Аксель... Пока я здесь, сейчас, рядом с тобой, я хочу сказать... —Продолжай... –сказал Аксель, подойдя к Восьмой. —Ты стал единственным мужчиной, с которым я когда-либо была настолько близка... —Айси, но ты не обязана уходить... Останься с нами хоть на несколько дней.. —В любом случае мне надо будет уйти, может я ещё по живу с вами, но когда моя семья найдёт выход, мне придётся вас покинуть... Но... Прежде чем это случится, позволь мне кое-что сделать? –спросила девушка, а потом тихо запела: —«Дай мне ша-анс... Шанс дай мне-е... Я уйду-у через пару дней...» ² —И чего же твоя душа желает? –вздохнул мужчина, на лице которого расползлась хитрая улыбка. —Всего лишь тебя поцеловать... Айседора ласково взглянула в живые бегающие глаза Шведа и, трепетно прикоснувшись к щеке блондина, впавшего в ступор от необычного желания подруги, стала продолжать наплевать себе под нос. В доме было спокойно. Слабо горящая лампа на потолке, создававшая полумрак на кухне, изредка покачивалась от дуновения ветерка через приоткрытое окно. На столе эстетично красовался ещё не опустошённый Акселем бокал вина, который поблёскивал и отдавал желтоватый рефлекс от лампы. Атмосфера была переполнена романтикой и интригой, загадочная тишина, расползавшаяся по кухне, лишь заставляла ощутить мурашки, самовольно пробегающиеся по коже. Аксель и Айседора были только вдвоём и никто не мог им помешать свершить то, что, они думали, никогда не настанет. Харгривз, полностью расслабившись и уже не страшась ничего, медленно, но отчаянно встала на носочки и потянулась к лицу Шведа, перебросив свой взгляд на его незаметно дрожащие губы, которые словно хотели что-то сказать, но волнение не позволяло им это сделать. Сердце мужчины забилось в тысячи раз сильнее, он не знал, что делать, поэтому он молча стоял, казалось бы, спокойным взглядом смотря за действиями девушки. В ответ он лишь дрожащей рукой дотронулся до её талии, боясь, что она тут же возмутится и резко отбросит его руку, но Айседора этого не сделала, она лишь ухватилась за плечо блондина, соприкоснувшись с его губами и закрыв глаза. Тот зажмурился от неожиданности и, дёрнувшись непонятно от чего, завис в одном положении, пока нежный поцелуй сладостных уст околдовывал его, растапливая ледяное скандинавское сердце пламенем любви. Девушка, стараясь не отторгать от себя Акселя, а как можно больше привлечь его, обвила своими руками его шею, притянув Шведа ближе и начав ворошить его белые волосы. Мужчина поддался соблазну шатенки, ответив поглаживаниями, начиная от самой спины и заканчивая самими бёдрами. Но затем, мягко отстранившись, Айседора распахнула глаза, увидев перед собой расслабленного блондина, который, перестав неровно дышать, успокоился и так же медленно открыв глаза, взглянул на Харгривз так, будто витал где-то в облаках. Он не смог ничего сказать, эмоции переполняли его и не давали даже и выдавить ни звука, заставляя переваривать всё в голове. —Е-если тебе не понравилось, я могу уйти прямо сейчас... –заикаясь промолвила Восьмая, продолжая обнимать Шведа. Но тот затряс головой и снова занервничал, пытаясь убедить Айседору, что всё в порядке, он был настолько изумлён, что ему захотелось лечь спать и передохнуть, а на утро уже поразмыслить над произошедшим. —Я вижу ты сильно устал, может, пойдём спать?–задала вопрос девушка, поправив взлохмаченные ею волосы Акселя. Мужчина кивнул и направился в комнату, сделав перед этим глубокий вдох. Шатенка понимала, почему у него была такая реакция на поцелуй, для него это было в первый раз, в диковинку, понятное дело – он волновался, просто не знал, как реагировать, но в этой ситуации Айседора действовала сама, для неё было привычно видеть в фильмах как мужчина делает первый шаг, но тут всё случилось совсем наоборот, она отбросила лишние мысли в сторону и под воздействием вина набралась смелости, чтобы решиться на это. Зайдя в спальню, оба неловко переглянулись и стали переодеваться в вещи для сна. Девушка уже легла на кровать и, думая, что Аксель ляжет рядом с ней, обернулась и увидела, как он ложится на полу. Восьмая тут же сказала: —Эй, ложись со мной, на полу твёрдо и холодно... —Ты серьёзно? –спросил Швед, сделав удивлённое лицо. —Ну... Да... –ответила Харгривз, повернувшись лицом к нему и подняв рукой одеяло–Залезай Мужчина встал с холодного пола и лёг на кровать, укрывшись одеялом и ещё раз взглянув на Айседору, у которой уже закрывались глаза. Аксель ещё немного полюбовался ею и вскоре уснул, как и она... И воцарился покой...