Song Inspired Shorts Collection

На самом деле меньше всего Куай ожидал увидеть Ханзо на пороге своего дома в три часа ночи, и все же он больше не удивлялся, когда это случалось. Дождь лил как из ведра, и он промок до нитки, но даже дождю не удалось смыть пятна крови. Куай колебался, прежде чем, наконец, впустить его в свой дом. Он не стал спрашивать, что случилось. Он так делал, когда они только познакомились и начали встречаться, но каждый раз он сталкивался с различными причинами, почему он не мог получить ответ на этот вопрос. Тем не менее, он загнал Ханзо в ванную комнату, сделав короткую работу по поиску аптечки, в то время как Ханзо начал снимать свою одежду. Теперь это была просто рутина. Просто потому, что это было рутиной, не означало, что он должен был чувствовать себя комфортно в этой ситуации. Несмотря на свое разочарование, он все еще осторожно промывал раны Ханзо, сидя верхом на его коленях. На этот раз все было плохо, раны явно были нанесены пивной бутылкой, которая, казалось, была брошена в него, разбившись и оставив осколки, вонзившиеся в его кожу, как большие, так и маленькие. Он не высказал своего беспокойства, просто схватил пинцет и попытался вытащить его так осторожно, как только мог. Сосредоточившись, он почувствовал, как рука Ханзо дотянулась до его лба и мягко убрала несколько прядей волос. Куай изо всех сил старался не обращать на это внимания, особенно когда рука, скользнувшая вниз по его торсу, нашла низ майки и начала медленно поднимать ее. Он не вздрогнул, когда рука Ханзо нашла синяки, которыми были усеяны его ребра, но он не смог сдержать вздрагивания, когда на них надавили. — Я сожалею, — пробормотал Ханзо, как будто он был тем, кто вызвал их. — Что случилось? — Разве это не я должен спрашивать? — проворчал он, когда ему удалось вытащить последний осколок из раны и потянуться за спиртом. — Может быть, — хмыкнул Ханзо, совершенно лишенный чувства юмора. Хасаши слегка пошевелился, провел рукой по боку Куая, нащупывая еще больше синяков, которые покрывали его бок. — Господи, сколько же их там? Куай не ответил. Эти синяки было трудно объяснить даже тому, кого он так сильно любил. Ханзо не давил на него, но было что-то в том, как он смотрел на Куая, что, казалось, говорило о том, что он воспринимает молчание Куая как некую форму мелкой мести за свое собственное молчание по таким вопросам. Куай потянулся за какой-то ваткой, приложил ее к ране и обернул вокруг нее бинты, чтобы сохранить ее в безопасности и, надеялся он, надавил достаточно, чтобы остановить кровотечение. Рука Ханзо пробежала по его боку, все еще обводя синяки на коже Куая. — Ты же знаешь, что я всегда вернусь к тебе, — пророкотал он, глядя, как Куай заканчивает свою работу с бинтами. — Разумеется, — подтвердил Куай. Ханзо удовлетворенно хмыкнул и наконец убрал руку с раны Куая. Вместо этого он смахнул еще больше волос Куая и нежно поцеловал его в лоб. Решив, что Ханзо больше не нуждается в медицинской помощи, Куай наклонился вперед и положил голову ему на шею. Руки Ханзо обвились вокруг него, защищая, как будто он пытался предотвратить еще одно несчастье, которое могло случиться с другим человеком. Может быть, когда-нибудь он расскажет Ханзо, как он получил эти травмы, и в тот же день Ханзо объяснит, как он продолжает получать свои. Я так не думаю. Мрачно подумал Куай, даже слегка растаяв от того, как Ханзо начал втирать круги в его бедра.