Наследница Гарри Поттера и Наследник Драко Малфоя

— Марине-етт! Маринетт, вставай! Не то опоздаешь! — Да мам, конечно, ещё пару минут... Ах... Так не хочется идти в школу... — Чего? Во-первых, я не твоя мама, а во-вторых, тебе не в школу а на поезд! — Ах да-а-а, конечно... Стоп!... Что?! Маринетт, едва подняв голову с постели, ужаснулась от того, что сейчас с ней разговаривала вовсе не её мама, а то самое существо, которое ещё вчера она выбрала в качестве своего питомца. — Ты... разговариваешь? Квами посмотрела на неё настолько мило, насколько это возможно: — Да, однако, я могу говорить только с тем, кто является моим хозяином. Другие не слышат моего голоса и не понимают меня. В голове девушки пронеслось воспоминания о вчерашнем дне: о том, как после закупки всего необходимого для Хогвартса Эклипса выделила ей небольшой отель – разумеется маггловский. Причём, деньги магглов на временное проживание также хранились в её шляпе. Со стороны могло показаться, будто у этой женщины в шляпе есть всё на свете – даже то, чего нет. Маринетт вздохнула с облегчением: — Ф-ф-фухх, а я уж подумала, что... — Что все эти чудесные вещи, которые происходили с тобой были лишь сказочным сном, я права? – пробомотала квами, словно прочитав мысли своей хозяйки. Маринетт с трудом сглотнула накопившуюся слюну: — Да... Сама мысль об этом уже вгоняет меня в глубокую тоску. Я больше не вернусь к прежней жизни! Квами ехидно улыбнулась: — Как будто тебя кто-то спрашивает... Маринетт собрала все свои необходимые вещи на столько быстро, насколько это было возможным и бегом направилась к выходу вместе со своей квами. До вокзала "Кингс Кросс" они добежали очень быстро, так что у них ещё оставалось предостаточно свободного времени. Маринетт, едва добежав до вокзала, стала лихорадочно искать и высматривать ту самую легендарную платформу 9¾. Но её всё нигде не было... Девочка встала возле 9-й платформы и всё ещё пробегалась глазками по всей округе, но нужная платформа так и не попалась ей на глаза. – Натаниэль, сынок, поторопись! Ты же не хочешь вместо волшебной школы, оказаться в маггловской? Вот и я не хочу! — вдруг послышался голос женщины, которая второпях провожала своего сына, который был, судя по всему, ровестником Маринетт. Паренёк был рыжеволосым с изумрудно-зелёными глазами, весьма симпатичной наружности. Что касается его мамы, то она была с длинными каштановыми волосами и карими глазами. Цвет её кожи был немного смуглый, тело – вполне стройным, как и у сына. У мальчика была точно такая же тележка с вещами для Хогвартса, как и у неё самой, поэтому она решила, что разумнее в данный момент будет следовать за ним и за его мамой. Маринетт подошла к ним чуть ближе на несколько метров и стала наблюдать, что же будет дальше и каким образом они собираются попасть на необходимую платформу. – Ну, что ты застыл? – переспросила женщина своего сына. – Давай же, смелее! Мальчик неуверенно разогнался и... Прошёл сквозь красную кирпичную, слегка запылившуюся стену между платформой 9 и 10. Для Маринетт это было весьма незабываемым зрелищем. – Эй, ты, должно быть, новенькая, да? – вдруг обратилась к Маринетт мать того рыжеволосого мальчика. – Я Гермиона Грейнджер-Уизли. А тебя как зовут? Мари немного смутилась и слегка замялась: – Я... Ма-ма-м... Маринетт. Маринетт Дюпэн-Чэн. Глаза женщины заметно округлились от удивления: – Маринетт? Неужели! – Гермиона тут же подошла ближе к юной брюнетке и крепко обняла её. – Дорогая, сколько лет-то прошло! Какой ты стала взрослой и... – Грейнджер начала внимательно рассматривать её с ног до головы, – ... и такой красивой! Ты просто чудо! Клянусь всеми книгами заклинаний Хогвартса, Гарри будет счастлив познакомиться с тобой спустя столько лет! – С-спасибо... Вам миссис... Грейнджер-Уизли, – девочка почувствовала, что начала задыхаться от таких крепких и душевных обнимашек. – П-простите я... Не могу... Дышать... – Ох. Прости меня дорогая за ненужные сентименты, – извинилась перед ней колдунья. – Тебе пора на поезд. Просто пробеги через стену между 9-й и 10-й платформой. Маринетт засомневалась: – А это... точно безопасно? Вдруг стена меня не пропус... – Но-но-но! – перебила её Грейнджер-Уизли – Не вздумай отступать назад! Честно, я тоже раньше боялась, ведь я тоже далеко не из волшебной семьи. Главное – верь в себя. Однако, если тебе страшно, то лучше закрой глаза. Маринетт решила, что последний совет был куда более разумным, чем предыдущие и она так и поступила. Чуть разбежавшись, она зажмурила глаза и пустилась вперёд. Примерно секунд через десять, она распахнула глаза и увидела совершенно другой – чудесный волшебный мир, который был для неё, как родной. Кругом были загадочные волшебники в пёстрых мантиях, и каждый из них провожал своих детей школу черодеев. Она обернулась на 108 градусов и увидела тот самый знаменитый и легендарный "Хогвартс-Экспресс", который стоял возле той самой платформы 9¾. Пробираясь через очередь, девушка почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд из-за чего сердце немного затрепетало от волнения. Повернув голову влево, она заметила высокого светловолосого мужчину, глаза которого, не отрываясь, смотрели в её сторону. На вид ему, как и Гермионе было около тридцати, однако, скорее всего, он был старше, чем казалось. Тонкие черты лица, угрюмый и серьёзный взгляд, ухоженные волосы , собранные в аккуратный конский хвост и классически чёрный костюм, облегающий его статное телосложение создавало вокруг него ауру аристократизма и величественности. Внезапно левая рука, на которой была молния у Маринетт, начала пульсировать, затем больно покалывать, словно тысячи иголок проткнули её насквозь. После этого рука затряслась – это было похоже на трэмор, когда человек не спит несколько суток, после чего возникает подрагивание конечностей. Пытаясь остановить такой недуг, Маринетт коснулась другой рукой своей молнии и... всё произошло так внезапно, что она не успела понять, что происходит. Её как будто унесло волной в другое время и пространство. Начались какие-то расплывчатые видения и прозвучали чьи-то диалоги: "Это Крэб, а это Гойл. А я Малфой. Драко Малфой..." "Твоего мнения никто не спрашивал, поганая грязнокровка..." "Хорошо, пап, я больше никогда не буду с ней общаться..." "Как ты смеешь, вонючая грязнокровка..." "Знала бы она, что я к ней чувствую на самом деле..." В глазах поплыло, потемнело, голова закружилась, как после бешеной карусели. Ноги стали ватными и Дюпэн-Чэн, потеряв равновесие, упала на асфальт прямо перед вагоном. — Хах, ну и дела... Тебя что, родители дома не кормят? Падаешь в обморок среди бела дня, — прозвучал с насмешкой глубокий и низкий голос. Маринетт еле-еле приоткрыла глаза в которых почти всё расплывалось, не считая чьей-то протянутой руки. Немного прищурившись, она заметила, что рука принадлежала тому же мужчине, который только что смотрел на неё. Девушку немного смутил этот жест с его стороны, ведь обычно, когда она попадает в подобные ситуации, прохожие только смеются над ней, а родные родители, наоборот, помогают, а тут... Всё в одном флаконе! И помощь, и издёвка одновременно. Странное сочетание. — Ты будешь давать руку? Или же предпочитаешь валяться на дороге? — снова усмехнулся он. Дюпэн-Чэн подала ему левую руку, которая всё ещё немного дёргалась, и незнакомец помог ей подняться на ноги. — С-спасибо, что пришли мне на помощь мистер... — Малфой. Драко Малфой. — представился ей блондин, всё ещё держа за руку Маринетт, что смущало её ещё больше. Драко Малфой... она ведь только что слышала это имя в своём видении. Но почему вдруг? Что бы это могло всё означать? Каким образом он связан с ней? — Какой интересный символ, — взглянув на её запястье, с ухмылкой произнёс Драко. — Ты мне кое-кого напоминаешь. Эти слова окончательно довели Маринетт до крайнего смущения и появления горячего румянца на щеках. Она резко убрала руку от соприкосновения с его ладонью и, ничего не сказав, развернулась и ушла в противоположную сторону. — Хотя, в отличие от него, ты не побоялась и согласилась протянуть мне свою руку, — тихо сказал ей вслед Малфой...