Ледоктябрь

      Маккачин забежал в комнату вслед за Юри.       — Эй, Маккачин, тебе сюда не надо, — сказал Кацуки, пытаясь вытолкнуть пса за дверь.       Пудель залаял, облизал протянутые к нему руки и, обогнув человека, пробежал внутрь комнаты.       — Только аккуратнее! — испуганно воскликнул Юри, видя, что пес приблизился к полке.       Пудель оглянулся, остановился, сел. Юри подошел и положил руку ему на голову.       — Это Вик-чан, мой пес, — тихо сказал парень, второй рукой показывая на фотографию на полке. — Он… умер. Ровно три года назад.       Маккачин заскулил.       — Ты как будто понимаешь, о чем я, — грустно улыбнулся Кацуки. — Отойди чуть-чуть, пожалуйста.       Он отодвинул пса и опустился на колени. Маккачин постоял, глядя на притихшего человека, затем гавкнул и выбежал из комнаты.       Когда Юри вышел, Маккачин уже был с Виктором. Оба ждали его.       — Пойдем, — ласково окликнул его Никифоров, и Юри поспешил к ним.       Они направились к берегу. Ветер гнал по небу рваные клочки облаков, на горизонте виднелись темные тучи. Юри поднял воротник и крепче прижался к Виктору. Тот бросил короткий взгляд на жмущегося к нему Кацуки и, улыбнувшись, набросил на него свой шарф.       Вдруг Маккачин залаял куда-то вверх. Виктор и Юри тоже подняли головы, но не увидели ничего, кроме облаков.       — Что ты там увидел, мальчик? — спросил Виктор и потрепал пса по голове.       Маккачин гавкнул, снова посмотрел наверх.       Он видел то, что люди не видели. У них, у собак, свои связи.       С облаков на него смотрела его точная, только маленькая, копия.       «Береги их», — гавкнул старшему брату Вик-чан.       «Обязательно!» — ответил пес, залился звонким лаем и бросился к хозяевам, радостно повизгивая и заставляя их улыбаться.