Возбудить директора?

      Следующая неделя протекала скучно и долго. Все дни были похожи друг на друга, что не сомненно расстраивало. С последнего разговора с Алексом прошло около восьми дней. За эти дни, я старалась избегать директора, хоть это и было почти невозможно, из-за преподавания им литературы у нашего класса. В основном, после окончания урока я пулей вылетала из класса, опуская голову, стараясь лишний раз не пересекаться с ним взглядом. Чувствовала, прожигающие насквозь глаза, останавливающиеся на моих губах. Да, профессор, я тоже помню что вы с ними делали.

***

Вторник начался как обычно, все тот же заигрывающий со мной в шутку водитель, не отлипающий Эд, который не упускал очередной попытки пригласить меня свидание. Безусловно мне льстило такое внимание со стороны парней, но не один из них мне по-настоящему не нравился, и я отчеркивала мысли, о возможных отношениях с ними. Или же, я просто слишком близко воспринимаю их подкаты, а на самом деле, это лишь физический интерес? Я слышала как моя подруга не раз говорила о том, что сейчас парням нравятся маленькие, невинные девочки. Всегда становилось смешно и жутко одновременно. Естественно может и Мистер Нильсен, хочет просто попробовать девочек по-младше? Да. Однозначно это так, инцидент у его кабинета, с раздвинутыми ногами одной из школьниц, меня успокоил. Я всего лишь развлечение, очередная девочка, которую он захотел трахнуть.       С улыбкой дьявола проходя по коридору школы, все-таки окончательно убеждаюсь, что мистер директор, явно не заботиться о собственной репутации. Он на публику, совершенно не скрываясь заигрывает с Эль, поправляя ее волосы, глядя на нее, совершенно другим взглядом. Та лишь, смущенно хихикает, и вдруг замечает меня.Так и знала, что нужно было обходить этих двух.       Выбора у меня особа нет, так что, с улыбкой поправляю собственные волосы, направляясь к парочке, еле заметно закатив глаза. Девушка совершенно не замечает моего отвращения, бежит ко мне, и начинает обнимать. Боже. Она думает мы подружки? Слегка скрываю свое пренебрежение, но все-таки сморщив носик от приторно-сладких духов Элины, начинаю чихать. Твою мать, аллергия. — Как я рада тебя видеть, Агата! — пищит одноклассница, уже успев повиснуть на плече директора. Я думаю у этого человека либо железные яйца, или стойкий пофигизм. Скорее всего второе. — Ты уже сделала доклад что задал нам историк? Мне вот помогает Мистер Нильсен, — она наклоняется к его шее, и нехотя прослеживаю за ней, пытаясь сдержать очередной чих. Зажмуриваю пальчиками свой носик, но все-таки чихаю, чертова аллергия. Чертов Нильсен. — да, Александр? — еле заметно облизывает его своим языком, а я уже заметно напрягшись, не понимаю, все это происходит на самом деле, или мне кажется? На моих глазах, и кстати говоря не только на моих, школьница (в прямом смысле) облизывает директора, который к моему удивлению не говорит ни слова. Кажется в данной ситуации неловко только мне. Парочка моих одноклассников хихикает за спиной, а одноклассницы фыркают, не скрывая зависти. Решаю, быстро ответить на ее вопрос, и поскорее свалить. Встречаюсь с голубыми глазами директора, что смотрят на меня не отрывно, и медленно, с всевозможным спокойствием, произношу: — О нет, пока что мой доклад находится в процессе. К сожалению, я не до конца разобралась в теме, но мне очень информативно и полезно, помогает Элек.— слегка делаю акцент на последнем имени, и рывком разворачиваясь, уходя в сторону пустой аудитории. Мне нужно переварить, то, что я видела. Но не успеваю захлопнуть дверь, как за мной влетает мужчина, и не церемонившись, закрывает аудиторию. Резким движением усаживает меня на одну из парт, впиваясь в меня взглядом. Хочу кричать, возмущаться, и надеяться что никто не видел, как он сюда заходил. Но Нильсен, явно наплевав на разговоры, ухватывает меня за талию, и огромной рукой сплетает веревочки на спине моего платья, тянет за них, заставляя слегка опрокинуться, раздвигает ноги, устроившись между ними, и рычит мне на ухо: — Чем ты занимаешься с историком, что так улыбаешься при упоминании о нем? — Докладом. — Докладом? — он сильнее тянет за шнуровки платья, заставляя полностью лечь на парту, и обдает горячим дыханием живот, еле заметно покусывая ткань, оттягивая ее. — Я повторю вопрос. — поднимая голову, пристально смотря на меня, снизу вверх и проводит рукой по моему бедру, вызывая огромное количество мурашек. — Ты на дополнительных занятиях с ним? -интересуется, с едва сдерживаемым презрением. — Да, — лгу. Нахожу в себе силы побороть подступающий комок возбуждения, от его прикосновений, но не могу сдержать тихий стон, когда его пальцы проводят по уже мокрому белью, находя клитор. — Господи… Возможно, я бы оттолкнула его сразу же, наплевав на него, пригрозив статьей о развращении несовершеннолетних. Но мой организм явно требует снятия стресса, и моя неудовлетворенность, уже проснулась, крича уже намокшему белью, и умоляя о ласке. — Я не позволю тебе заниматься с ним наедине.- твердо произносит Алекс, а я не понимаю от чего лопну быстрее, от его рук, или возмущения. С одной стороны, я могла бы проигнорировать его просьбу, а с другой он в открытую зажимался с школьницей, у меня на глазах. Он не имеет право что-то требовать, просить у меня. Мы не встречаемся, и уж тем более не трахаемся. Так ведь? Мужчина медленно надавил большим пальцем, на самую чувствительную точку, задержав долгий взгляд на мне. Он пристально смотрел в мои глаза, не упуская ни единой эмоции. Мне становилось неловко от этого взгляда, и я, смутившись опускаю глаза, замечая сильную хватку сзади, и медленно поднимающуюся руку, требуя поднять назад свою голову. Он сильно тянет их вызывая еле заметную боль в перемешку с возбуждением, клитор все сильнее пульсирует, требуя к себе как можно больше внимания. А руки, что три минуты назад сжимали парту с ужасной силой, сами по себе тянуться к груди. Александр, замечая мои неумелые попытки помочь себе, мягко отводит мои ладошки от груди, и едко посмеиваясь, произносит: — Это очень мило Мисс Харрис, но давай я сам. Полностью всем своим телом, он наклоняется ко мне, полностью укладывая на парту. Задирает платье одним резким движением, подцепляя пальцами низ, и вздергивает до самой груди. Не сдерживаю очередного мягкого стона наслаждения от языка на своем теле, что исследует меня от шеи до груди. Мужчина втягивает сосок, и с пошлым чмоком, выпуская, смеётся: — Сейчас, ты мне пообещаешь кое-что. — он снова втягивает сосок, а потом игриво прикусывает его. — Ты, — обводит ореол языком, — больше не будешь с ним оставаться наедине, — кусает меня, — Агата. Только. Занятия. В школе. — поднимает на меня свой серьезный взгляд, без намека на смех.  — Ты поняла? — спрашивает строго. Его рука очень медленно касается моей плоти, мягко водя по клитору, никак не переходя на более быстрый темп. Не в силах сдерживаться начинаю уже умолять мужчину, умоляя о разрядке. — Ты не кончишь, пока я не услышу ответ. — Пожалуйста… я поняла тебя, да, хорошо. — хнычу, шипя от ноющей боли в низу живота. Получаю едва заметный кивок с ухмылкой хищника, получивший свою жертву. — Умница. Он отводит белье в сторону, и проводит по уже заметно влажной точке, немного входя в меня пальцем, едва заметно вздрагиваю от немного неприятных колющих ощущений, и натыкаюсь на вопросительный взгляд Нильсена. — Ты… что? — останавливается, убирая палец, но продолжает медленно ласкать клитор. — Да. Полностью притормаживает, пристально смотря на меня, мимика мужчины не говорит мне не о чем, кроме удивления, и… восхищения? Что? — Удивлен Харрис, думал ты встречаешься с тем парнем. — меня слово парализует от такого высказывания, то есть он был уверен, что я бы стала заниматься подобным, имея молодого человека? — Ты… то есть Вы, серьезно считаете что у меня есть парень? И при этом пытаетесь меня сейчас… — О нет, до этого бы не дошло. — строго произносит Александр и разворачивается, поправляя свою рубашку. — У меня есть девушка, вообще-то. Столбенею от таких слов, пытаясь сначала сдержать себя чтобы не заплакать, а потом уже не засмеяться. Надеваю привычную для себя маску, совершенно никак не реагируя внешне, на слова мужчины. Резко соскакиваю с парты, поправляя платье, и приглаживая растрепавшиеся волосы. Мужчина наблюдает за мной, не говоря больше ни слова. Мысленно становиться до безумия больно от всей ситуации, и от игры этого человека со мной. Зачем ему это вообще? Если ему плевать на меня, плевать на мои чувства, плевать на моего «парня», зачем озвучивать, ставить ультиматумы, для чего ему эта игра? Хочет самоутвердиться за счет несовершеннолетних девочек? При этом трахая свою, как он выразился — девушку? Являясь уважаемым человеком. Занимая должность директора школы, будучи грамотным человеком, профессором мать твою… Играя в игры для семнадцатилетних неуверенных себе мальчиков. — Отныне я не позволю обращаться таким образом со мной, не позволю, вообще подходить ко мне, завтра я сообщу родителям, о переводе в другое учреждение Мистер Нильсен. Всего доброго. Анализирую сказанные мной слова, думая что поступаю глупо, отказываясь от престижной школы, ради какого-то ненормального человека. Но я уже сказала это, а свои слова я всегда сдерживаю.