Возбудить директора?

— Эй, подождите… — паника и чувство странной тошноты вмиг накрыли с такой силой, что ноги до сих пор удерживаемые директором, затряслись, а руки уперлись в сильную грудь в попытке оттолкнуть. — Тише, не бойся меня — тихо произнёс мужчина, стараясь успокоить меня. — Таа-ам мама с папой… — стараюсь придать голосу хоть какой-то стойкости и уверенности, но выходит однозначно плохо. Голос то и дело дрожит и сходит на еле слышный шёпот. — Я знаю. — Алекс, нет. — говорю уже более уверенно, и руки упираются в плечи, отталкивая уже более действенно. Мужчина отодвигает руку и подхватывая за бёдра, передвигает ближе к себе, придерживая второй рукой за шею. Наклоняется, и собственнически впивается в меня своими губами. Давая почувствовать ту близость, и чувство единения тел. Даже не успеваю понять, что произошло, как покалывание внизу живота усилилось с такой силой, что чувствую влажность, что так сильно обволокла интимные места. Его язык скользит грубо, но в тоже время бережно вылизывая весь остаток самоконтроля с моих губ. Грязно, порочно, но так сладко проходится по небу. Мужчина как будто доказывает самому себе, что все к чему он прикасается — его. На секунду отрываясь от меня, и немного отстраняясь, увеличивает расстояние между нами, и рукой начинает поднимать подол моей юбки. — Ты осознаёшь вообще, что я собираюсь сейчас с тобой сделать? — рычит на ухо, игнорируя собственные руки, которым плевать, что он вообще спрашивает. Он будто знает, что сделает, точно сделает. — Потерпи немного, пожалуйста, просто дай мне… Сейчас, Агата… Опускает взгляд до уровня талии, ниже… находя кромку белья и чулки. На секунду даже пожалела о том, что надела их. Взгляд становится туманным, и я совершенно забываю о родителях, которые находятся в нескольких метрах от нас, за стеной. Преподаватель, не разрывая зрительного контакта, рывком снимает с меня нижнее белье, оставляя в одной юбке, приподнятой до уровня талии. Разум совершенно покинул меня, оставляя взамен лишь нереальную похоть, и желание поскорее ощутить его в себе. Игнорирую при этом все, что происходит вне кабинета. Алекс опускается на колени, устраиваясь удобнее в районе моих бёдер, резко и максимально сильно, насколько позволяет моя растяжка раздвигает ноги. Стыд, смущение  — первое что я ощущаю, и эти чувства даже немного отрезвляют меня, снижая возбуждение. Пытаюсь прикрыться, отодвигаясь от мужчины, и сново свожу ноги, недовольно смущаясь. — Тише… — сильнее впиваясь в бедра своими огромными ладонями, не давая сместится и на сантиметр от него, и свести ноги. — Не сейчас, пожалуйста — произношу уверенней, но все так же краснею, сливаясь с вон той папкой слева, идеально красного цвета. — Ты сейчас смущаешься, или не хочешь чтобы я тебя выли…- не даю закончить, резко вскакивая со стола, нервно поправляю одежду. С такой же скоростью света меня возвращают на то же место, и теперь уже полностью снимают с меня юбку, вместе с нижним бельём. — Ну уж нет, ты не выйдешь от сюда пока я не оттрахаю тебя, — он сново возвращает свой взор на мои коленки, медленно поднимая глаза на мое самое интимное место. — и не только трахну… Алекс наблюдал за моими нелепыми движениями, и попытками вырваться и отползти от него, с усмешкой. Его заводила моя неопытность, а меня пугала моя реакция на него. Чувство гордости покидало меня, хотя буквально день назад я ненавидела этого человека. Он растоптал меня, унизил, и показал мою ничтожность перед ним. А сейчас сидит на своём кресле в паре сантиметров от меня и пытается склонить к сексу, прекрасно зная, что за стеной мои родители. Он ненадолго задержался взглядом на моем клиторе, рассматривая меня. Облизнувшись, мужчина наклонился к промежности, и шумно вдохнув, с не скрываемым наслаждением зарычал. Он ещё раз попросил меня расслабится, и опустил ноги на свои плечи. Ртом отчетливо прошёлся по самому чувствительному бугорку, вырисовывая непонятный узор. Сильнее прижал меня к себе, теперь уже усадив в более удобное для него положение, и продолжил вылизывать меня с таким удовольствием, что казалось мужчина сам скоро кончит не прикасаясь к самому себе. Нильсен коснулся члена в презервативе, что до сих пор покачивался из стороны в сторону, ожидая внимания. Я не сумела сдержать очередного громко стона, когда язык мужчины проник в меня, причиняя небольшую боль. Она контрастировала с наслаждением такой степени, что перед глазами все чаще все расплывалось, а коленки сами по себе подгибались по направлению к его лицу. До разрядки оставались считанные минуты, но что-то внутреннее не давало мне ее получить. Напряжении возрастало, и мне становилось невероятно неловко. Мужчина непонятливо свёл брови к переносице, выдавая своё состояние. Оторвался на пару сантиметров, и немного привстав смотрел в мои глаза будто спрашивая что не так. Воспользовавшись замешательством мужчины я мигом спрыгнула со стола отыскав одежду, и находу натягивая юбку, слышала лишь гневное слегка удивлённые рычание мужчины, но мне было плевать. Я не хотела ничего слышать и уж тем более выслушивать этого человека. Он мгновенно оказался рядом и больно схватив меня за руку, почти срываясь прокричал в лицо: — Что не так? — кажется я слышала как крошатся его зубы, от силы, с которой он сжимал на данный момент челюсть. Если убрать из воспоминаний все его унижения, и использования меня в качестве своей игрушки, то совершенно все так. Какой же он индюк, если не видит очевидных вещей, и моей реакции на его глупыше вопросы. — Все не так. Отпусти. Сейчас же.