Мой золотой голос

…- Кто следил за вами, отвечай, щенок! – грозно нависал над ним ваки Дэвид. – Кому ты проболтался, кому посмел пожаловаться на свою жизнь? - Никому не говорил, Дэйв-сама, никому! Как я мог? Я никому ничего не говорил! - Ничтожный червяк, мелкая сволочь! Умереть хочешь? – удары хлыста сыпались один за другим, больно царапая спину. – В наказание получишь сегодня по полной! А если еще раз Джонни заметит слежку, одним телом не рассчитаешься, гаденыш! Забыл, что ты моя собственность, и я могу в любой момент уничтожить тебя? Забыл, мелочь неблагодарная? Боль пронзала измученное тело, но куда сильнее терзал стыд и обида, а также полное бессилие и невозможность что-то изменить и вырваться из этого кошмара на свободу - туда, где свет и солнце, где мир красивой музыки и удивительные, завораживающие и странно волнующие глаза Ватанабе Дайске. - Выкинь его из моего дома! На улицу! – рычал Дэвид. – Выкинь немедленно! - Джонни грубо схватил за локоть и потащил к двери… но вдруг что-то изменилось, и его прикосновения стали ласковыми и бережными. Мао успел удивиться, с чего бы это Дэвидову быку так нежничать с ним, но в следующую секунду почувствовал, что его подняли на руки и положили на что-то мягкое и теплое, и он тихо застонал, качаясь в тихом и приятном нереальном безвременье. Потом пришли новые ощущения - такие же странные, незнакомые и удивительные. Его опозоренное изломанное тело тихо качала и успокаивала теплая вода, и он не противился ее тягучим ласкам, полностью расслабившись и ничего не боясь. Чья-то мягкая рука бережно поддерживала его плечи; кто-то гладил и трогал шею и грудь. Эти прикосновения были легки и приятны, впервые в жизни вызывая не стыд и страх перед предстоящей болью, а чувственную дрожь и робкое желание близости. Мао потянулся навстречу, в ожидании новых чудесных касаний, но ему хотелось посмотреть, кто же этот волшебник? Кто так трогательно ласков и нежен с ним, кто вызывает в сердце неведомые дотоле нежные чувства? Невероятным усилием приподняв веки, он различил слабый свет, стильную ванную комнату, слабое колыхание воды и близко, совсем рядом – красивое лицо Ватанабе Дайске, который смотрел на него, не отрываясь, любящим восхищенным взглядом. «Чертов Дэвид, накачал меня какой-то дрянью. Но какие реальные фантазии! И почему в моих бредовых видениях вдруг появился Ватанабе-сан?» *** Мао проснулся и некоторое время просто лежал, не открывая глаз. Не хотелось ни шевелиться, ни вставать с постели, ни начинать новый день, притворяясь веселым и беспечным парнем, у которого все хорошо, и никаких проблем. Всплыли мерзкие воспоминания, тело саднило и покалывало, в ушах шумело. Обычные ощущения, всякий раз испытываемые им после ЭТОГО, а вчера вака еще и вколол ему какой-то дряни, «чтобы был поласковее со мной, и не зажимался», как он ехидно изрек, противно посмеиваясь и пощипывая Мао, наслаждаясь бегущими по его голой коже мурашками. Сквозь пелену мути и неприятных ощущений до мозга пробилось осознания чего-то непривычного. Проснулось обоняние, реагируя на незнакомые запахи, пальцы ощутили нежный шелк дорогого одеяла. Мао непонимающе потрогал свое тело, постель, на которой лежал, открыл глаза и часто захлопал длинными ресницами, изумленно и испуганно глядя в потолок. Где это он? У ваки Дэвида обстановка совсем другая. И он совершенно точно помнил, что ночью его вышвырнули оттуда, и Джонни грубо запихнул его на заднее сидение и повез домой. Как же он попал в чужой дом? Кто здесь хозяин? Неужели вака не насытился вчера его страданиями и продал его еще какому-то извращенцу? В сердце пойманной пташкой забилась паника, дыхание сбилось. Осторожно скосив взгляд, Мао незаметно осмотрелся. Большое красивое помещение, стильная изящная обстановка, ничуть не похожая на безвкусно-навороченные богатыми штучками апартаменты Дэвида. На нем мягкий махровый халат, приятно ласкающий обнаженное тело. Кто-то раздел его, приготовив к сексу, значит, его подозрения верны, и скоро боль и унижения начнутся снова. Парень обреченно вздохнул, стараясь унять поднимавшийся изнутри ужас. А если новый мужик еще больший садист и извращенец? Что он захочет от него, каких диких способов удовлетворения животной похоти, как долго будет терзать и мучить? Сбоку открылась дверь, запахло свежим кофе и какой-то едой… рисом, а еще рыбой. Давно позабытый, уютный домашний запах. Значит, сначала накормит, а уж потом начнет домогаться? - Проснулся, соня? – весело спросил знакомый голос. Мао повернул голову и застыл истуканом, широко раскрытыми глазами глядя на вошедшего в комнату Ватанабе Дайске? Растерянно захлопал длинными ресницами, сжался в комок. Сон это, галлюцинация или реальность? – Вставай, выпей кофе, и поешь немного. Правда, повар из меня весьма посредственный, но я очень старался, и смею надеяться, что эти блюда вполне съедобны. Дайске подошел близко, присел рядом на кресло. Поставил на журнальный столик небольшой поднос, на нем чашка кофе, две тарелки. В одной рис, в другой рыба - идеальный японский завтрак. Мао судорожно сглотнул, не в силах справиться с сильным замешательством, хотел подняться, но запнулся за одеяло и начал падать. Теплая рука поддержала, усадила в подушки, не сразу отпустив из надежного крепкого захвата. Почему-то вернулось недавнее приятное ощущение из полусна-полувидения, которое Мао тут же прогнал, и со страхом глянул в лицо Дайске. - Ватанабе-сан… п-почему я здесь? – от шока Мао почти не мог говорить, отодвигаясь вглубь дивана как можно дальше. - Как я оказался в вашей квартире? Зачем я здесь, Ватанабе-сан? Что вы хотите со мной сделать? - Накормить и отправить домой отдыхать, чего же еще? – мягко улыбнулся Дай. – А ты что подумал, малыш? Настолько не привык доверять людям, что не ждешь от них ничего хорошего? Послушай, я уважаю твою личную жизнь и могу понять твое нежелание делиться со мной своими проблемами, но сейчас ты мой партнер, близкий коллега, и я отвечаю за тебя и твое благополучие. Прошу, позволь мне помочь тебе. С тобой ведь что-то случилось, верно? - Простите, Ватанабе-сан, я хотел спросить совсем другое, – стыдясь своей несдержанности, прошептал Мао, заливаясь пунцовой краской стыда. – Скажите, почему я здесь? Я… мне неловко. Вчера я… выпил лишнего и отключился. Я не любитель спиртного, и редко пью, поэтому я… ничего не помню. - Не надо, Мао, - Дай взял его руку и вложил в нее палочки. – Ешь, пока не остыло, а то все мои старания будут напрасны. Если не хочешь говорить правду, лучше не говори ничего, но не надо лгать мне, ладно? Вчера ты упал прямо под колеса моей машины, а когда я вышел посмотреть, в чем дело, ты лежал на земле без сознания, поэтому я привез тебя к себе и вызвал доктора, чтобы узнать, что с тобой, и оказать медицинскую помощь. Мияги-сенсей первоклассный специалист и очень деликатный человек, он свято чтит врачебную этику, но я бы соврал тебе, сказав, что ничего не понял о причинах твоего состояния. - Ватанабе-сан, пожалуйста, - Мао отвернулся, больше всего желая сейчас провалиться сквозь землю или немедленно умереть, настолько больно и стыдно было осознавать, что лучший на свете человек все узнал о его позорной никчемной жизни, и теперь, конечно же, презирает его, такого жалкого, грязного и испорченного, - простите, что не рассказал правду, скрыл… мне правда очень жаль. Я не должен был приходить на прослушивание, но… я совсем не думал и не надеялся, что вы выберете меня, и поэтому… - Послушай меня, Мао, - Дай взял его голову в обе ладони и мягко повернул к себе, - я твердо верю, что в жизни не бывает бесполезных встреч. И я очень рад, что ты пришел на прослушивание, потому что ты очень нужен мне, и не только твой золотой голос, но и ты сам, очень важен для меня и нужен. Пожалуйста, давай попробуем довериться друг другу, просто довериться, ни о чем не сожалея и не оглядываясь назад. Я понимаю, что это нелегко, но все же соберись с духом и расскажи мне, как ты вляпался в это дерьмо? Я попробую помочь тебе и сделаю все, что в моих силах, чтобы изменить твою жизнь. Если нужны деньги, или… - Где моя одежда, Ватанабе-сан? – сдерживая рвущиеся наружу слезы, горько прошептал Мао, с сожалением освобождаясь от ласковых надежных рук и пряча от Дая глаза. – Моя жизнь вас не касается, и я не должен был соглашаться работать с вами. Если вы скажете мне уйти из проекта, я сделаю это немедленно, и… - Выпей кофе и поешь немного, - повторил Дай, кивнув на поднос. Тяжело и разочарованно вздохнул, поднялся с кресла. – Я был бы рад оставить тебя здесь, но ты вряд ли согласишься, поэтому я вызову такси, и ты поедешь домой. Отдохни и соберись с силами, а завтра приходи в студию, как обычно. Ты прав, твоя жизнь меня не касается, но ты связан со мной контрактом, и поэтому обязан закончить работу. Твоя одежда в пакете, хочешь, постирай, хочешь, выброси, а пока я заказал тебе новую. Вот, только что доставили из магазина, и не делай такие глаза, здесь все недорогое и самое обычное - именно то, что ты носишь: джинсы, майка, белье. Ванная там, я не буду тебя смущать, ешь, переодевайся и уходи. Да, вот еще: заживляющий лосьон и мазь от синяков: ночью я смазал этими штучками твои боевые шрамы, тебе осталось повторить процедуру еще два раза, и будешь как новенький. - Ватанабе-сан, я не могу… - Можешь, Мао, можешь и должен. Ты уверял меня, что не связан с криминалом, и что моей группе ничего не грозит. Но сексуальные скандалы – не менее лакомая пища для папарацци, и если они раскопают про тебя нечто пикантное, то такие новости негативно отразятся на многих людях. Проект уже запущен, в него вложены средства и задействованы специалисты, так что я не могу отказаться от сотрудничества с тобой. Единственный разумный выход из сложившейся щекотливой ситуации - придумать какой-то фокус и оставить твою личность в тени, но тогда вся слава достанется кому-то третьему, скорее всего актеру, который согласится сыграть для публики твою роль. У тебя нет выбора, Мао, ты должен согласиться с этим и не требовать большего. - Я согласен на все, Ватанабе-сан, - тихо ответил Хамао. – Я сделаю все так, как вы скажете. Я запишу с вами альбом, и навсегда уйду из группы. *** - Что этот парень делал у тебя дома так рано утром? – удивленно воскликнул Като-семпай, входя в гостиную. – Только не говори мне, что он ночевал тут! Дай, ты с ума сошел? Что ты носишься с ним, как с ребенком? Нет, тебе точно пора жениться и завести пару симпатичных резвых ребятишек! Да что ты мечешься, как подстреленный? С тех пор, как в нашей команде появился этот Хамао-кун, я не узнаю тебя, ты словно переродился и стал совсем другим человеком! Да сядь же, наконец, не мелькай перед глазами, голова от тебя кругом! Можешь мне толком объяснить, что случилось? - Мао, похоже, влип в историю. Насколько я понял, он игрушка для сексуальных утех какого-то извращенца. Возможно, какой-то денежный долг или другая зависимость, не знаю причины, Мао ничего не сказал мне. И, что самое плохое, думаю, что этот мужик связан с якудзой. - Что? – Като вскочил с места, как ужаленный. – Якудза? Дай, ты должен немедленно разорвать с парнем все контакты! Немедленно, Дай, прямо сейчас! Представь, что будет, если репортеры разнюхают про эту сторону его жизни, и какие громкие заголовки появятся в газетах! Разразится невиданный скандал, и твоей карьере, да и всей группе придет конец! - О Мао никто не знает, так что крах нам не грозит, - спокойно возразил Дайске. –Мы запишем альбом, не отступая от графика, но его личность оставим в тени. Подберите опытного симпатичного актера, семпай, он сыграет роль моего партнера. С ним проведем весь фансервис - встречи, конференции, фотосессии, снимем постер и все прочее. - Это несложно, но Дай, ты уверен, что действительно хочешь продолжить работу с этим парнем? Его видели многие, и всегда есть вероятность, что информация просочится в нежелательную сторону. - С репортерами я справлюсь, семпай. Голос Мао слишком уникален, чтобы отказаться от него, просто по причине того, что у парня не все гладко и безупречно в жизни. Кроме того, я очень надеюсь, что он сможет переступить через себя и довериться мне, рассказать, как он влип в эту историю. Если я буду знать больше, то смогу что-то сделать для него, может быть, договориться с тем типом и выкупить Мао. - Дай, ты ненормальный? Как ты думаешь договариваться с якудзой? Тебе что, жить надоело? Да стоит ли этот парень того, чтобы ради него рисковать всем, в том числе и самой жизнью? - Насколько я знаю, они тоже люди, и у них есть свой кодекс чести, - спокойно сказал Дай, - а что касается Мао, то я готов ради него рискнуть чем угодно, лишь бы вытащить из той трясины, в котором он оказался. Ты бы видел его лицо, когда он проснулся сегодня утром в моем доме! Бедный парень так испугался, словно увидел призрака, видимо решив, что попал в лапы очередного извращенца! - Но что мы можем, если даже не знаем предыстории отношений парня с этим гангстером? Вдруг мы только навредим ему непрошеным вмешательством? Подумай, Дай, прежде чем делать опрометчивые шаги! Возможно, парня все устраивает, и он ничего не хочет менять в своей жизни? - Он боится людей и никому не доверяет, но я чувствую, что ему очень плохо. Думаю, он просто не хочет втягивать меня в свои проблемы и стыдится своей жизни. Его понять можно, но и я не могу просто оставить все как есть, и уйти в сторону. Надо нанять толкового детектива, и я кажется даже знаю, кто может мне в этом помочь. Когда он все выяснит, можно будет детально продумать план действий. - Ты свихнулся, Дай, точно свихнулся! – простонал менеджер. – Ты слишком много работаешь, и тебе нужен отдых. Зарубежная поездка, турне, что угодно - главное увезти тебя из Токио! Отвлечься, сменить обстановку, перевести дух! Ты певец, композитор, твое дело сочинять и петь песни! Якудза, детективы… ксо, это чистое безумие! Как бы ни был талантлив этот мальчишка, ему всегда можно найти замену! Дай, тебе точно нужен доктор! Надо срочно пригласить Мияги-сенсея, чтобы вправил тебе мозги, иначе всем нам придет крышка!