Ain't This Life So Sweet

Существовало так мало вещей, которые могли бы заставить Йена снова переступить порог «Феюшки», заведения, которое вызывало слишком много темных воспоминаний и тяжелое чувство неуверенности в себе, но Тим и Сэм были именно тем, ради чего он готов был это сделать. Присутствие Микки рядом с ним, когда он вошел в клуб, как и много лет назад, сделало его возвращение более приятным. Он вовсе не думал об этом месте только в негативном ключе, в конце концов, случались и хорошие моменты, каждый из которых был таковым из-за Микки. В первый раз, когда брюнет появился в клубе, Йен был в маниакальной фазе и под кайфом — ужасное сочетание, которое заставляло его чувствовать, будто он существовал в отдельных снах, а не был целостным человеком, существующим в реальном мире. Было просто невероятно, что он провел годы после произошедшего, намеренно возвращаясь в это место. Тем не менее, он все еще помнил, каково было видеть Микки после Светланы, армии, тех потерянных месяцев; все еще помнил, как его сердце колотилось от любви и гнева. Черт, он был так зол на себя, на Микки, на Терри, на всех и все. Он помнил, как разочарование сменилось страхом, когда он терся о колени своего будущего мужа — страхом, что Микки никогда не полюбит его так, как Йен любил его. Как же он ошибался. — Ты в порядке? — поинтересовался Микки, положив руку на поясницу рыжего, когда они направились к бару. — Все хорошо, — заверил его Йен с мягкой улыбкой, которую, как он знал, его муж будет видеть еще долгие годы. — Мы можем просто свалить и потусоваться с ними в другой раз в каком-нибудь другом месте, где об их стаканы также будут тереться членами, — предложил Микки, остановившись как вкопанный. — Мы можем развернуться прямо сейчас. В этом нет ничего страшного Йен покачал головой. — Мы уже здесь. Давай останемся. — Ты никому ничего не должен доказывать, придурок, — нежно сказал Микки, протягивая руку, чтобы взъерошить рыжие волосы. — Ты всегда знаешь, как меня умаслить, — поддразнил Йен, хотя это и было правдой. Самые поэтичные вещи, которые говорили ему другие мужчины, никогда с такой точностью не ударяли его в самую грудь, как простейшие фразы Микки. И черт возьми, если бы его острый на язык муж иногда не умел выражать свои чувства так, что у Йена перехватывало дыхание. — Я в порядке, — пообещал он, глядя в обеспокоенные голубые глаза. — У нас праздник. — Вот вы где! — воскликнул Сэм, когда Йен и Микки подошли к бару, который Тим обслуживал с момента их первой встречи. Вместо того, чтобы стоять за ним, разливая напитки, как он обычно делал, бармен сидел на табурете, потягивая коктейль, в окружении друзей. — Я так рад, что ты пришел, — сказал он, обнимая Йена, а затем повернулся к Микки и небрежно улыбнулся. — Здорово, что ты тоже пришел, — Сэм злобно рассмеялся, заключая в свои сильные объятия лишенного всякого энтузиазма Микки. — Чувак, я пытался сдержаться, но не могу устоять перед тобой. — Эй, эй, — ощетинился Микки, отмахиваясь от друга. — Ты мне больше нравился в те две секунды, когда вел себя нормально. — Он уже выдохся, — поддразнил Тим, протягивая свою ладонь, чтобы пожать руку брюнета. — Ты скорострел, Сэмми? — пошутил Йен, получив салют средним пальцем от смеющегося мужчины рядом с ним. — Если бы это было так, я не думаю, что Мо решился бы выйти за него замуж, — заметил Микки, забирая напиток прямо из рук Тима и делая глоток. — Угощайся, Мик, — невозмутимо произнес Тим. — Ты ведь помнишь Люка, Джо, Эша и Рика, верно? — Микки кивнул в знак признательности, когда Йен тепло поприветствовал мужчин. — Ни хрена себе! Как дела, Рыжий? — воскликнул Анджело, протискиваясь сквозь небольшую группу гуляк, чтобы обнять Йена. — Прошло столько времени. — Так и есть, — согласился Йен. — Как у тебя дела? — Отлично. Я имею в виду, намного лучше, чем было. С тех пор как Марти ушел, дела здесь идут все лучше и лучше. Воспоминания о компрометирующем положении, в котором Йен застал Анджело с их бывшим боссом много лет назад, скрутили его желудок. Если бы дерьмо с Марти случилось, когда сам он был в возрасте Анджело, Йен знал, что тоже оказался бы на коленях. — Реально рад это слышать, — искренне сказал Йен, обращаясь к Анджело и остальным парням из клуба. — Все женятся, — надул губы полураздетый танцор. — Вы, эти ребята, — вздохнул он, указывая на них с Микки и на Тима с Сэмом. — Когда моя очередь? — Ох, мелкий, — цыкнул Тим, дружески похлопав Анджело по пояснице. — Мелкий? — ухмыльнулся Эш. — Похоже, это половина проблемы, — заявил Микки, привлекая внимание дежурного бармена. — А что за вторая половина? — с любопытством спросил Анджело. Микки уже собирался ответить, когда Йен подавил смех и похлопал мужа по заднице. — Тссс. — Это хуевое прозвище, — задумчиво произнес Микки, делая еще один глоток напитка Тима в ожидании своего. — Ты еще очень молод, — сказал Сэм Анджело. — У тебя есть время. В ответ на это Анджело только пожал плечами и, попрощавшись, ушел. — Ты должен найти ему кого-нибудь, — сказал Тим, отталкивая Микки локтем. — Ты же свел нас с Сэмом. — Оказывается у нас тут сваха, да? — впечатлено воскликнул Люк. — Мы рассказывали тебе эту историю, — сообщил Сэм своему другу. — Ты и еще несколько других, — ухмыльнулся Джо. — Блядь, — проворчал Микки. — У вас двоих слишком большие рты, вы в курсе? — он осушил свой стакан, как только бармен протянул его ему, и постучал по барной стойке, показывая, что хочет еще. — Все, что я хочу сказать, так это то, что сегодняшний день ни за что на свете не сравнится с великолепием твоего мальчишника, — заявил Сэм. — Он войдет в историю как один из самых горячих вечеров в моей жизни. — Я не знаю, что это говорит о нашей сексуальной жизни, детка, — пошутил Тим, улыбаясь, когда жених поцеловал его. — У нас все хорошо, у нас все хорошо, — рассмеялся Сэм, прежде чем сосредоточиться на остальной части вечеринки. — Честно говоря, Микки не знал, что, черт возьми, происходит, — начал он. — Они уже сказали, что слышали это, — перебил Микки. — Им не нужно слышать это снова. — Ну у нас нет никаких возражений, — произнес Рик, как можно осторожнее оглядывая Йена. — Вы даже можете устроить историческую реконструкцию, и мы не будем жаловаться. — Я уверен, что ты, блядь, не стал бы, — ощетинился Микки, успокаиваясь, когда Йен положил руку ему на плечо. — Это наш мальчишник, и мы хотим вспомнить, — сказал Тим. — Позволь нам это простое удовольствие. Закатив глаза, Микки отхлебнул свой напиток и обнял Йена за талию. — Итак, Микки был злым как черт, потому что Йену не было разрешено находиться на мальчишнике с ним. Его сестра настояла на том, что их вечеринки должны быть раздельными, и он думал, что все дело в Йене. Боже, он был таким раздраженным, правда? — спросил Сэм Тима, и тот кивнул в знак согласия. — Внезапно мне стало интересно услышать больше, — ухмыльнулся Йен, игриво толкнув мужа бедром. — К тому времени, когда раздался стук в дверь, Микки был самым пьяным белым парнем, — объяснил Сэм, вызвав хриплый смех у остальных парней. — Что это вообще значит? — хмыкнул Микки. — Самый пьяный белый парень? — он посмотрел на Йена, который, не сдержавшись, рассмеялся и сильно шлепнул его по заднице. — Так или иначе, — продолжил Сэм, отмахиваясь от вопроса Микки. — Йен вошел, и его глаза… — Засветились, — вставил Тим. — Он смотрел на Йена, как на солнце, луну, звезды, космос, всю чертову галактику. Одержимый. — Ладно, ладно, — простонал Микки. Наклонившись, Йен прижался своими губами к губам мужа, наслаждаясь привкусом апельсинового сока, который ощущал на языке. — Что ж, вы пиздец какие милые, — проворковал Джо. — Разве мы не должны говорить о вас, ребята? — спросил Йен Сэма и его жениха, которые, казалось, думали, что идея сменить тему была весьма забавной. — Итак, Йен начинает танцевать… — вновь продолжил Сэм. — Ты ведь здесь работал, не так ли? — перебил его Эш. — Да, — кивнул Йен. — Приходил и уходил время от времени. — Ты, должно быть, сколотил здесь состояние, — заявил Джо, заработав прищуренный взгляд от Микки. — Итак, он начинает танцевать, — повторил Сэм громче, чтобы его друзья обратили на него должное внимание. — И Микки был готов упасть замертво. Он выглядел таким возбужденным, что я думал, он воспламенится. — Да ладно, — упрекнул его Микки. — Я трахаюсь с этим парнем полжизни, так что могу держать себя в руках. Йен поднял брови, когда остальная часть группы скептически посмотрела на Микки. — Ага, продолжай себя убеждать в этом, — рассмеялся Тим, а затем посоветовал Сэму «рассказать им о шортах». — На Йене были эти маленькие, обтягивающий зад шорты, — продолжил Сэм. — О, я забыл тебе сказать, чувак. Нам нужно достать их, чтобы повесить здесь на стену. Официально признать тебя самым ценным работником за всю историю, — поддразнил Тим. — Ты просто хочешь надеть их в свой медовый месяц, — пошутил Эш. — Неплохая идея, — промурлыкал Сэм, кивая. — Очень даже неплохая идея. — Только в твоих мечтах, — игриво упрекнул Тим. — В буквальном смысле, — подтвердил Сэм. — Эти шорты просто великолепны. — Хорошо. На этом закончили, — решил Микки. — Мы не будем сидеть здесь и говорить о величественном члене моего мужа. — Никто ничего не сказал о моем члене, — прошептал Йен с усмешкой. — Кроме тебя. Ты только что это сделал. — Именно это они и имели в виду. Не так ли? — спросил он, свирепо глядя на Сэма. — Хм? — Скорее сам дизайн шорт. Как они могут так эффективно держаться, будучи тонкими, как бумага, — не согласился Сэм. — Это чудо в одеждостроении. — Одеждостроении? — рассмеялся Джо. — Ты теперь придумываешь слова, Сэмми? — Он придумывает на ходу, чтобы Микки не надрал ему задницу, — усмехнулся Тим. — И судя по тому, как выглядит мой мальчик, Сэм не очень хорошо справляется с этой задачей. Прочистив горло, Сэм поднял руки в притворной капитуляции. — Как насчет того, чтобы поговорить о том, что вы, милашки, женитесь через две недели, — предложил Люк. — Потому что я, например, не могу уже дождаться! — Это будет здорово, — добавил Йен, радуясь смене темы не только потому, что верил в это, но и из-за своего угрюмого мужа. Разговор переключился на все, что касалось предстоящей свадьбы, который Микки молчаливо слушал, пока не наклонился поближе к Йену и, прикоснувшись губами к мочке уха мужа, прошептал: — Ты всегда не давал мне возможности держать себя в руках, — Йен улыбнулся, когда зубы Микки впились в его мягкую кожу. — Всегда заставлял меня разваливаться на кусочки из-за тебя. Опустив подбородок, чтобы посмотреть в глаза Микки, рыжий произнес: — А ты всегда заставлял меня хотеть держать себя в руках. И по сей день продолжал это делать.