Мракоборец из Слизерина

      Будильник – это зло.       Будильник врывается в сны, прерывая их мягкое течение, и разрушая все надежды досмотреть самое интересное.       Тяжело вздохнув, Наташа протянула руку, чтобы выключить противный звук. Это утро ей не нравилось заранее, потому что начиналось с травологии, а продолжалось историей магии. А после обеденного перерыва в расписании значилась сдвоенная трансфигурация с гриффиндором. Такая перспектива подталкивала к соблазну сказаться больной и остаться в тишине слизеринской спальни хотя бы до обеда.       Но противный внутренний голос напомнил, что в её списке ЖАБА есть оба этих предмета, так что, пролежав ещё с полминуты, Наташа встала и направилась в душевую.       Что ж, утро оправдало все её ожидания: душная и влажная теплица подпортила не только идеально вычищенную и выглаженную одежду, но и волосы теперь неуместно пушились. За перерыв все эти непотребства устранить не удалось, поэтому между обедом и душем с новым комплектом школьной формы выбор был очевиден.       На трансфигурацию Наташа не опоздала, но в аудиторию пришла последней.       Особого внимания на неё не обратили, кто был занят классической перепалкой зелёных и красных, а кто читал учебник, не желая вмешиваться. Как Ванда, например.       – Ты выполнила задание? – роясь в сумке, спросила она.       Наташа оцепенела. Ошеломлённая, она посмотрела на подругу, надеясь, что та шутит, но не тут-то было.       – Нет?       Девушка уже набрала воздуха, чтобы ответить, но кто-то писклявым голосом выкрикнул заклинание, да так громко, что у Наташи зазвенело в ушах. Она захлопнула глаза и выдохнула, решив промолчать. Ванда, поняв ответ, оглянулась посмотреть, что случилось в аудитории.       Рыжие волосы Айрин О'Доэрти превратились в змей, отчего среди гриффиндорцев прошлась череда смешков. Девушка безрезультатно пыталась привести волосы в порядок, что вызывало волны уже неприкрытого смеха.       Наташа подумала, и как эти люди будут сдавать экзамены в этом году, они же ещё как дети, кто первый пошлёт заклинание, тот и прав...       Профессор МакГонагал одним своим появлением установила тишину в классе. Когда же она увидела шевелюру Айрин, поджала губы. Ей не хотелось верить, что это сделал один из учеников её факультета, поэтому она коротким движением палочки привела волосы в порядок и справедливо вычла у Гриффиндора 5 очков. Что ж, чего ей не занимать, так это справедливости, перед ней все ученики равны.       – Прежде, чем мы начнём, я бы хотела услышать ваши эссе.       Вот поэтому Наташа и не любит сидеть на первых партах. Что ж, пока не определён отвечающий, можно морально подготовиться к двум сочинениями (одно на тему «Трансфигурация неживого предмета в живое существо», а второе на тему «Почему важно выполнять домашние задания по Транфигурации на седьмом курсе»), вычету нескольких очков у Слизерина и отработке после уроков. МакГонагалл уже открыла журнал, но тут раздался нехарактерный стук в дверь, и в аудиторию зашёл профессор Снейп.       Наташе не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это именно он, достаточно было бархатного голоса:       – Профессор, могу я забрать студентку моего факультета на несколько минут?       МакГонагалл подняла строгий взгляд на Снейпа и ответила:       – Конечно, если это важно.       Декан Слизерина ничего не ответил на это замечание, он проговорил:       – Мисс Морган.       Наташу сковал холод. Что могло случиться такого важного, что он отрывает её от урока? Она медленно встала, виновато опустив глаза, и прошла мимо остальных студентов в коридор.       – Следуйте за мной.       Профессор резко развернулся и пошёл в сторону лестниц, хотя «пошёл» – слишком медленное слово, его мантия развевалась как на ветру. Девушке было трудно поддерживать такой темп на высоких каблуках, не срываясь на бег, а ей не хотелось доставлять ему удовольствие осознанием того, что она вынуждена за ним бежать, чтобы не отстать. Так что она заметно отстала.       – Мисс Морган, а вам известно, что существует обувь, в которой люди ходят?       «Так я и иду» – подумала Наташа, но всё же постаралась идти на грани с бегом. Правда, через время она снова отстала, и раздражение Снейпа заметно усилилось. Он махнул палочкой, и каблуки вмиг исчезли. Потеряв равновесие, девушка чуть не упала навзничь, но была бесцеремонно подхвачена им же. По спине прошёл разряд тока. Сам Северус Снейп дотронулся до студентки? Но Наташа не успела обдумать последнюю мысль, ведь теперь была просто вынуждена не отставать от профессора. С таким темпом они достаточно быстро оказались в больничном крыле.       У Наташи зародилось нехорошее предчувствие.       – Ваш брат имел неосторожность попасть под шипы Колючего репея, – пояснил профессор зельеварения перед тем, как открыл дверь. Его голос оставался сухим, будто он говорил, какое зелье сегодня готовили третьекурсники.       Девушка быстро вошла и опустилась на табурет возле кровати, где лежал Денис.       – Что случилось?       – Не знаю, всё произошло как-то.. очень быстро.       Его дыхание не понравилось Наташе, оно было каким-то отрывистым, к тому же парень всё время ёрзал на кровати, как будто в любом положении ему всё равно было больно. Хотя при этом он не стонал и не выказывал никаких других признаков болезни.       – Куда шипы попали? – Наташа размышляла, что сами по себе эти шипы неопасны, хотя и по размеру больше похожи на наконечник стрелы, чем на колючку кактуса.       Денис, поморщившись, откинул одеяло, показав перетянутый тугой повязкой бок, с правой стороны повязка немного потемнела.       – Ваш брат не сказал главного. Сейчас у этого растения период брачных игр, и если распущенные шипы можно назвать случайностью, то распыление яда на них – нет.       Наташа изумлённо обернулась на профессора Снейпа, его взгляд оставался серьёзным.       Потом она повернулась к брату, надеясь, что её догадка не подтвердится. Денис никогда не стал бы раздувать из царапины сильное ранение, как, например, Драко Малфой, поэтому он мог дождаться конца урока и самостоятельно прийти сюда.       – Надеюсь, ты сразу сказал профессору Стебль о ранении, – протянула она, оттягивая момент, когда ему нужно будет ответить.       Но парень молча отвернулся.       – Так ты ещё стоял и терпел?! Ждал, когда урок закончится?       Денис поджал губы и снова не ответил. Но продолжал резко вдыхать.       – Мистер Морган, в данном случае ваша храбрость совершенно неуместна, – Снейп казалось, хотел сказать что-то ещё, но подошла мадам Помфри и протянула парню кубок.       – Вот, держи, это противоядие. Механическое повреждение от Колючего репея не так страшно, как его яд.       – Мадам Помфри, у него не задето лёгкое?       – Нет, дорогая, его дыхание – это реакция на яд. Сейчас я могу только облегчить его состояние, потому что яд уже начал действовать, пока ваш брат продолжал стоять в теплице, ожидая конца урока, – в её голосе звучал укор.       Наташа понимала, что лекарства, которое остановит уже действующий яд, нет в Больничном крыле Хогвартса, Дениса нужно будет доставить в Больницу Святого Мунго, благо, там с этим справятся за один день.       – Его можно будет доставить в Больницу? – Наташа обратилась к мадам Помфри.       – Не сегодня. Желательно вообще не транспортировать его, чтобы лишними движениями не разгонять яд по организму.       – Мисс Морган, – голос Снейпа будто перестал быть сухим, – поговорим наедине.       Наташа скрыла удивление, и чтобы не привлечь внимание к своей растерянности, строго обратилась к брату:       – Указания мадам Помфри хотя бы исполнять точно!       Девушка вышла вслед за своим деканом в коридор.       – Я могу приготовить противоядие, и вашего брата не придётся перевозить.       Наташа опешила:       – Профессор… я не могу вас просить о таком.       – Начнём с того, что не вы меня просите, а я предлагаю. Мистер Морган быстрее пойдёт на поправку, если обезвредить яд в ближайшие сутки.       – Но ведь противоядие готовится от двух до трёх дней, – не то, чтобы Наташа сомневалась в его умениях, просто искала повод для отказа. Она не знала, чем сможет отплатить за такую услугу.       – Мисс Морган, я смогу сварить его за один день, – весомо произнёс он. – А ваша нерешительность может плохо сказаться на состоянии брата.       – Я очень ценю ваше предложение, но чем в таком случае смогу отплатить вам? – девушка заглянула в его глаза и с неудовольствием отметила, что пальцы начали дрожать.       И ей показалось, или она увидела улыбку в его чёрных глазах? Такая мимолётная, едва уловимая, она даже не коснулась и краешка губ. Будто мысль о том, что девушка останется перед ним в долгу, была ему приятна.       – Сделайте мне одолжение, начните снова дышать.