Мракоборец из Слизерина

      Зал галдел: гриффиндорцы возбуждённо объясняли, что стряслось с Полной Дамой.       – Быстро все по спальным мешкам! – крикнул Перси. – Никаких разговоров. Через десять минут гашу свет.       И пока все разбирали пухлые фиолетовые мешки, Наташа была занята мыслями, как бы улизнуть из Большого зала. Ей, конечно, не внове было доставлять неприятности своим неподчинением, но сейчас это приобрело особую актуальность.       Профессор МакГонагалл и профессор Флитвик закрыли все входы в Большой зал, оставался только главный, возле которого сейчас стоял Седрик. И это была единственная возможность, чтобы выйти из зала, потому что потом его должна была сменить Пенелопа Кристал. А пока народ занят жарким обсуждением происшествия с Полной Дамой, ей удастся незаметно выбраться и прогулятьcя по замку, как она иногда делала в приступах бессоницы.       Стараясь идти медленно, Наташа лавировала между учениками разных курсов, не делая акцент на том, что идёт к выходу, и когда до цели оставалось каких-то десять футов, путь ей преградил Перси Уизли.       – Вы куда-то собираетесь, мисс?       Как же противно звучит этот высокомерный тон… Наташа взглянула ему в глаза, уже собираясь высказать всё, что она думает о его замашках в этой должности. Но высокая тёмная фигура позади рыжего Уизли переключила внимание девушки на себя.       Перси тоже повернулся, когда увидел, что Наташа смотрит не на него.       Надменное выражение лица декана слизеринцев требовало объяснений.       – Профессор, студентка вашего факультета собиралась покинуть Большой зал! И..       Но Снейп не дал ему продолжить:       – Вы правильно заметили, что это моя студентка, мистер Уизли, думаю, мне будет легче найти с ней общий язык. А вам следовало бы заняться остальными учениками, в зале стало слишком шумно.       Перси коротко кивнул и ушёл вглубь зала, делая замечания особо говорливым студентам.       А Снейп сохранял молчание, при этом с совершенно, на первый взгляд, бесстрастным выражением лица. Вот только Наташа уже видела эти искорки в его глазах, так что сейчас ей не составило труда их снова уловить. И опять возникло то неприятное ощущение – будто он всё равно на шаг впереди.       – Хотела уйти вопреки запрету? – его голос звучал надменно-холодно, но будто с насмешкой.       Чёрт, да он опять над ней смеётся!       – Вы первый нанесли удар, – она понизила голос достаточно, чтобы эти слова не услышали окружающие.       И не сомневалась ни секунды, что он прекрасно поймёт, что она имеет в виду.       – Сейчас речь идёт о безопасности. – А вот эти слова прозвучали уже без тени насмешки, которую Наташа либо придумала, либо действительно уловила.       Вот только её это разозлило.       Она не ребёнок, и нянька ей не нужна!       Что за глупости вообще! Человек, знающий что его ищут, не стал бы оставаться в замке! Да, он сильный маг, если одним заклятьем разом убил тринадцать человек – и то, если это правда, а не репортёрская утка, – но здесь таких же сильных минимум четверо! Зная, что его будут искать, он не стал бы здесь задерживаться!       – Так значит, вас волнует моя безопасность? – Наташа приблизилась на шаг к Снейпу, уперев руки в бока.       Что-то неуловимо изменилось в его лице.       Угроза была бессловесной, но звучала громче крика грифона.       И у Наташи внутри что-то холодно и липко шевельнулось.       Опять захотелось сжаться в комочек, как в ту ночь у него в кабинете.. признавая свою слабость перед его силой… Но она – успешно, как ей хотелось верить, – подавляла эти непонятные ей чувства, и не отступила ни на шаг.       – Вы останетесь здесь, мисс Морган. И я лично за этим прослежу.       Этот скачок обратно на “вы” хлестнул, словно пощёчиной.       Но уж что слизеринцы умеют делать хорошо, так это прятать истинные эмоции, ведя себя достойно даже в унизительной ситуации.       “Угу. Чего не скажешь о твоих побегах из его кабинета” – снова встрял внутренний голос.       Зацепившись за раздражение на колючую правду, Наташа выпрямилась, гордо мотнула прядью волос и ушла в сторону, где расположился седьмой курс. Словно это было её решение, а не его приказ.       Опустившись на фиолетовый мешок, Наташа фыркнула, а сидящая рядом Ванда не успела ничего спросить, как послышался голос Перси:       – Гашу свет! Всем забраться в мешки и не разговаривать!       Свечи погасли. Только слабо серебрились привидения, ведя разговор со старостами, которым, предстояло дежурить всю ночь, да на волшебном потолке мерцали созвездия, повторяя рисунок звёздного неба.       Наташа обняла ноги и положила подбородок на колено.       – Ты будешь спать? – шёпотом спросила Ванда.       – Надеюсь, что да, – тихо отозвалась она.       Подруга, поняв что Наташа не договаривает, не стала задавать вопросы и спряталась в мешке с книжкой и люмосом.       В зале ещё некоторое время шелестели голоса, но со временем их становилось всё меньше.       Наташа уже понимала, что сегодня снова не уснёт, потому что опять разнервничалась – а это первая предпосылка к приступу бессоницы. К тому же, в зале всё время что-то происходило, – то старосты тихо переговаривались между собой, то преподаватели время от времени заглядывали в зал – проверить, всё ли в порядке.       А вот часа в три ночи, когда уже почти все уснули, пришёл Дамблдор, и поискал взглядом Перси. Тот расхаживал по залу и выговаривал болтающим ученикам. Директор подошёл к нему, а Наташа вся обратилась в слух.       – Нашли его, профессор? – прошептал Перси.       – Пока нет. Тут никаких происшествий?       – Всё в полном порядке, сэр.       – Хорошо. Пусть остаются здесь до утра. Я нашёл для гостиной Гриффиндора временного стража. – Дамблдор окинул взглядом спящих. – Завтра уже будут ночевать в своих спальнях.       – А что с Полной Дамой, сэр?       – Прячется на карте Аргиллшира, на третьем этаже. Она, видимо, не пускала Сириуса Блэка без пароля, он и напал на неё. Очень перепугал. Вот придёт в себя, и мистер Филч отреставрирует её холст.       Дверь Большого зала хлопнула, послышались шаги. Наташа вздрогнула, не желая даже себе признаваться, что всё время именного этого хлопка и ждала.       – Господин директор, четвёртый этаж обыскан, – отрапортовал Снейп. – Его нигде нет.       – А в обсерватории смотрели? В кабинете профессора Трелони? В совятнике?       – Нигде нет.       – Хорошо, Северус. Впрочем, я и не думаю, что Блэк станет прятаться в замке.       – Как он, по-вашему, сюда пробрался, профессор?       – Не знаю, Северус. У меня много догадок, одна невероятней другой.       – Помните, профессор, наш разговор перед началом учебного года? – спросил Снейп едва слышно и покосился на Перси, он явно хотел продолжить этот разговор наедине с директором.       – Помню, Северус, помню. – В голосе у Дамблдора прозвучало предостережение.       – Едва ли Блэк проник в замок без посторонней помощи. Не зря меня насторожило назначение...       – Никто в замке не стал бы помогать Блэку, – оборвал Снейпа Дамблдор не допускающим возражения тоном.       Вот уж вряд ли они говорили про Хагрида. Девушка нахмурилась, пытаясь понять, чем же ещё Люпин мог насолить этому надменному зельевару?       – Пойду к дементорам, сообщу им о результатах поисков. Я обещал им сообщить, когда всё будет осмотрено.       – Они предлагали свои услуги, сэр? – спросил Перси.       – Предлагали, – нахмурился Дамблдор. – Но пока я директор, ноги дементора в школе не будет.       Перси смутился, кажется, он впервые видел директора в таком раздражении, как, впрочем, и Наташа.       Дамблдор повернулся и неслышным шагом стал стремительно уходить, но остановился напротив Наташи, когда увидел, что она не спит.       – У вас всё хорошо, мисс Морган?       Она взглянула на директора, и это было отличным оправданием, чтобы перевести взгляд на подошедшего следом Снейпа. В темноте его силуэт еле угадывался, но Наташа отчётливо видела блеск в прищуренных глазах.       – У меня… – она замялась, не решив, хочет ли говорить правду.       – Бессонница, – закончил за неё Снейп.       Это было удивлением для всех, Дамблдор как-то странно на него посмотрел, а Наташа нахмурилась, пытаясь вспомнить, в какой из случаев ночного бдения она могла это ему озвучить.       – Я освобождаю вас от утренних уроков, Натали, попробуйте хоть завтра немного поспать.       Она сдавленно кивнула, но промолчала, не зная как реагировать на такую заботу.       Дамблдор повернулся и неслышным шагом стремительно покинул Большой зал.       Снейп тоже ушёл, оставив Наташу бодрствовать теперь до самого утра наедине со своими мыслями.