Джокер

Чонгук нервно грызёт кончик карандаша. Сверлит листок, вглядываясь в символы, ища в них скрытый смысл. Да только на ум ничего не приходит. Ему известны только два имени из четырнадцати. Это ни мало, ни много. Одного останавливает вечное молчание, а другую вывести на разговор будет крайне тяжело. Сразу после того, как альфа и омега объединились для совместного расследования, должен был быть визит к Чон Лине. Но та со своим женихом отправились на уикенд в Германию. Так некстати. И сейчас вместо того, чтобы слушать учителя, он чёркает в тетради, подбирая комбинации из имен. От Намджуна уже неделю ничего не слышно. Младший прекрасно понимает, что такое дело может занять немалое количество времени. Волнения каждую минуту одолевают его, мысли, что поздно он спохватился и большинство сведений ускользнуло из рук, омрачают душу. Шум с задних парт отвлекает его, и он прислушивается. Одноклассницы обсуждают какую-то актрису, точнее то, что она умерла. — Говорят, пожар был ночью. — Вилла семьи Юн была ближе всего к пляжу, поэтому кто-то из туристов вызвал пожарных. — Говорили еще, что она была замешана в каких-то махинациях с директором «F+S». Омега хмурится и, поворачиваясь, тихо спрашивает. — О ком вы говорите? Девушки хлопают глазками, не ожидавшие, что Чон внезапно присоединится к разговору. — Новости что-ли не смотришь? Популярная актриса Яримару погибла вместе с младшими братьями в пожаре. — Её настоящее имя Юн Ярим, — объясняет девушка. Чонгук кивает и отворачивается. В блокноте он ищет совпадения с инициалами и находит в пятой строчке. «Не может быть всё так легко» — думается парню, но он всё равно начинает печатать сообщение старшему альфе.

Кому: Ким Намджун Тема: Одна из подозреваемых Под пятым номером может быть Юн Ярим. Актриса, умершая в прошлом году. Проверь её пожалуйста.

Через пару минут приходит ответ. От: Ким Намджун Понял Омега довольно вздыхает и откидывается на спинку стула, поднимая взгляд и встречаясь со взглядом темных злых глаз. — Чон Чонгук, я смотрю, тебе очень интересно на моем уроке! Парень тут же тушуется, от прошлой крохотной радости не осталось ни следа. — Простите мистер Ким. Старший фыркает, что-то щебеча о неискренности слов, но продолжает читать материал. Чонгук вздыхает и, несмотря на недавнее замечание, складывает руки на парте и укладывается на них. — Старый хрыч, — тихо шепчет и прямо за спиной слышит такое же тихое хихиканье. — А что? Это правда. — Не спорю, — отвечает мелодичный голос. Омега впервые за долгое время не испытывает дискомфорта от общения с кем-то, пусть даже это и были пару маленьких фраз. На большой перемене Чонгук в компании своего скудного обеда скрывается на лестнице перед выходом на крышу. Неплохое местечко, особенно если редко кто сюда приходит. Но не успевает парень и куска откусить, как в поле зрения появляется девушка. — Хей, Чон, куда так спешил? Еле догнала тебя, — и в этом голосе он узнает девушку что с ним на пару комментировала занудного учителя. — А зачем бежала-то? — спрашивает он, замечая в её руках две упаковки с молоком. — А, вот, на, — и протягивает одну коробочку, ту, что со вкусом банана. Глаза Чонгука выдают его интерес, и он с благодарностью принимает угощение. Омега, это Чон понял по нежному запаху корицы, присаживается рядом и начинает тихо посёрбывать свое молоко. Парень долго рассматривает одноклассницу, отмечая её необычную красоту: светло-каштановые волосы нежными волнами обрамляют овальное личико, вздёрнутый аккуратный носик и кукольные глаза медового цвета. Только узкий разрез глаз выдает в ней родословную азиатки. Чон смотрит на свой недоеденный бутерброд, после протягивая его, тем самым как бы говоря, что готов поделится. — А, нет-нет. Спасибо, но я на диете. Омега пожимает плечами, мол, как хочешь, и продолжает трапезу. Молчание прерывается тихими звуками ветра, звучащими из-за закрытой двери. — Тебе, — начинает было Гук, — нравится обедать здесь? Девушка удивлённо смотрит на одноклассника, после отрицательно вертит головой. — Да нет. Просто вот, решила составить тебе компанию. — Понятно. А ты… — Скажи, ты наверное и имени-то моего не помнишь. Я перевелась относительно недавно, но уже могу прочувствовать атмосферу в классе. И ты вроде не особо общительный малый. Нравится одиночество? Или ты рыбка одиночка? Чон выслушивает её предположения и наверное впервые серьезно задумывается о теме, которую старательно избегал на протяжении долгого времени. Но неужели он и правда так выглядит в глазах окружающих? Страх и отчаяние загнали его в угол, и теперь он, подобно маленькому зверьку, влечёт жалкое сосуществование с миром. Но он не хочет показывать что ему тяжело, хватит с него жалости. Те, кто никогда не терял близкого человека, не смогут в полной мере прочувствовать горе чужого человека. Он, как и его мать, стойко выносили все жалостливые взгляды и высказывания. Но как же хотелось, подобно глупому ребёнку, крикнуть им в лица — верните нам Сынмина! А убийца даже наказание не сможет понести за своё тяжкое преступление. Его смерть стала ещё одним ударом. Гад мёртв, но от этого ничуть не легче. Кошки продолжают царапать старые раны. Одиночество никогда не было хорошим выходом. Оно создано для отдыха тела и души. Никто не обязан запирать себя в одинокой клетке, тем самым ограничиваясь от жестокого мира. Чонгуку было проще запереть себя в ней. И теперь, как оказалось, в ней нет никакого смысла, страх и неуверенность запрещают несмелому выйти из укрытия такой удобной клетки. Парень так сильно ушёл в свои мысли, что не заметил, как нос неприятно защипало из-за подступающих слез. Вот так? Обычный вопрос про одиночество довёл его? И для этого потребовались всего две вещи: одиночество на протяжении двух лет и маленькая коробочка любимого бананового молока. Девушка с пониманием заглядывает в чужие глаза и нежно улыбается. Сейчас её присутствие буквально сдерживает Чона, чтобы не расплакаться прямо там, в школе. Маленькая ручка ложится на плечо и слегка тянет на себя, заставляя парня повернуться к себе всем корпусом. — Всё хорошо, — её нежная улыбка и понимающий взгляд ещё больше теребят душу парня, и, не сдерживая всхлипа, он роняет горькие слезы на свой жалкий обед, настолько же жалкий, как и он сам. — Хей, ну ну, ты чего? Девушка за плечи подтягивает омегу к себе и заключает в теплые объятия, которых так не хватает в холодные октябрьские дни. Когда холод застилает не только улицы, но и сердца людей. — Боже, кто бы подумал что Пак Дали* будет кого-то утешать, — смеётся омега и треплет Чона за мягкие волосы. Её руки перемещаются на лицо парня, и он может почувствовать их мягкость и тепло. — Ну? И чего ты расплакался? — Я не плакал, — быстро придумывает отговорку Гук, а на поднятую бровь Пак отвечает тихим сопением. — Просто пыль в глаза попала. — Да-да, допустим, поверю, — и ловко смахивает чужие слёзы платком, взявшимся откуда ни возьмись. На самом деле Дали уже наслышана о семье Чона. Трагическая участь старшего сына, разбитость семьи, кого угодно такое доведет до нервного срыва. А Чон на удивление хорошо держится. Вернее держался, а сегодняшний короткий разговор со сверстником выдавил из него больше эмоций и размышлений, нежели все приёмы у психолога. Не то, чтобы подростки открыто сторонились Гука, напротив — они всеми силами старались проявить знаки дружбы. Да только не особо общительный омега после пережитого закрылся еще сильнее. Учёбу бросить хотелось всеми фибрами души, было невыносимо терпеть вечные взгляды сожаления и слышать такую гадко-пошлую фразу «нам очень жаль». Пак некогда тоже старалась завести обыденный разговор с Чоном, да только парень настолько был погружён в свои размышления, что девушке ничего не оставалось как бросить свои никчёмные попытки. Сегодня она решила попробовать снова, после совершенно маленького диалога во время урока. И сейчас, сидя и обнимая, кажется уже будущего друга, Дали понимает, что не зря купила утром две упаковки молока.

И завтрак, и обед, и ужин — всё это можно разделить с другом.

***

Альфа чувствует подступающую головную боль, когда на очередной строчке важного документа его виски начинают пульсировать. Он работает без отдыха уже четыре дня. Четыре дня недосыпаний и буквально безвкусной еды. Аппетит и сон помахали ему ручкой, а спокойствие сбежало сразу после встречи с одним невероятно настырным омегой. Альфа и сам не понимает, почему так хочет помочь Чону. Наверное потому, что с недавнего времени его светлую головушку гложет страх и сомнение. Сомнение, что омега сам справится с этим, что практически невозможно без связей. И страх за то, что ждёт парня в конце выбранного пути. Справится ли он с этим грузом? Выдержит всю тяжесть правды? И найдёт ли вообще желанную правду? Истина горче, чем может показаться на первый взгляд. Уж кому кому, а Киму это известно. Намджун отгоняет нахлынувшие воспоминания ровно в тот момент, когда в кабинет входит заместитель, его лучший друг и просто замечательный человек — Ли Феликс. Омега, показавший наилучший результат во время работы стажёра и своим усердием и самоотдачей заслуживший пост замдиректора фирмы. Лицо Феликса не выражает ни единой позитивной или же наоборот негативной эмоции, до того, как папки не ложатся на стол директора, и он довольно хмыкает. — Ты удивишься, что я смог нарыть. Альфа вздёргивает бровью на неформальное обращение, но решает как всегда не придавать особого внимания выкрутасам младшего. Всё равно на людях он ведёт себя как подобает работнику младшему по статусу. — Ну что ж, удиви меня, — проговаривает Ким, открывая первую папку и обращая внимание на фото. — Все данные, что мне удалось собрать на Юн и Чона. Но это, — омега позволяет себе отнять папку и, пролистав немного, кивает, протягивая обратно, — новый персонаж, что ранее никак не фигурировал в истории. Взору предстаёт фото на котором изображена актриса под руку с незнакомцем. Так, по крайней мере, написано в вырезке из газеты. — А это — совместное гулянье Чон Лины и Юн Ярим, — второе фото изображает двух молодых девушек на каком-то пляже. — Кто этот таинственный незнакомец? — А это самое интересное. На него не удалось нарыть ни единого документа, кроме этого фото, — Ли протягивает третье изображение. На нём сама актриса посередине, как будто просто позирует, по правую сторону Чон Сынмин, точно такой же как описывал его Чонгук: сильный взгляд и совершенно чистый дух, что чувствуется сквозь года просто смотря на фото. Третьим оказывается также альфа с пронзительным глубоким взглядом, смуглой кожей. Легкая улыбка играет на губах, и альфа хмурится. Юноша кажется слишком знакомым. — Такое чувство, что я где-то его видел. — Уверен? Ни с кем не путаешь? — Удивляется Феликс, на что старший не отрывая взгляда кивает. — Но где ты мог с ним столкнуться? В резиденции Чона? — Нет, — отстранённо отвечает, как будто отвечая даже не другу, а самому себе. В голове начинают всплывать воспоминания с мероприятий, которые довелось посетить Киму. На одном из таких ему представилась честь познакомится с человеком, обсуждаемым чуть ли не всей Кореей. Хриплый голос, слегка смуглая кожа, улыбка, походящая на мягкий квадрат, пленяющая всех на вечере. Молодой человек, который буквально олицетворение слов «из грязи в князи». Руководитель перспективной фирмы «F+S». — Это Ким Тэхён. Омега дёргается от неожиданного громкого голоса и во все глаза смотрит на Кима. — Тот, про которого ходило столько слухов? Альфа не отвечает, лишь всматриваясь в фото и находит только подтверждения своим догадкам. Они виделись всего пару раз, на некоторых мероприятиях. Ким Тэхён третий из тайных королей? Неужели они уже у цели? Намджун отрывается и серьёзно смотрит на Феликса, а тот только и ждет каких-либо ответов или указаний. — Назначь мне встречу с этим человеком. — А, да, хорошо, — теряется на секунду, но быстро возвращает профессиональное спокойствие. — На когда организ… — Чем быстрее — тем лучше, — перебивает альфа, доставая телефон и начиная печатать сообщение. Но омега не решается спросить и кинув тихое: «будет сделано босс», покидает кабинет.

Кролик приведёт к своей норе, а упорность к победе.