день белого кролика

       БАМ! БАМ! Требовательный звонкий стук сменился более мощными отрывистыми ударами. БАМ! БАМ! БАМ! Звуки, пробивающиеся сквозь плотную хмельную пелену, начали действовать на нервы подобно назойливой дрели нерадивого соседа. БАМ! БАМ! БАМ! БАМ! И это окончательно сбило всякий настрой. Влажные следы поцелуев на коже испарялись, отзываясь неприятным холодком в коленках. Широкий диван перестал ощущаться таким уж удобным, а его мягкость оказалась обманчивой. Поясница, изогнутая на нём в неестественном положении, принялась тоскливо ныть. БАМ! БАМ! БАМ! БАМ! БАМ! БАМ! БАМ! БАМ! БАМ! Оба человека, замершие в горизонтальном переплетённом положении, уже ясно осознали, что ритмичный грохот доносится со стороны входной двери. — Да, блять… — протяжно выругался мужчина, со злобным присвистом втянув воздух сквозь сжатые зубы. В неуклюжей попытке встать он с силой надавил основанием ладони на плечо Рей, извлекая из неё хрипловатое возмущённое шипение. Он снова накинул на плечи пёструю полуспущенную рубашку, но попыток застегнуть пуговицы благоразумно не предпринял. Походка его была шаткой и растерянной, руки то и дело устремлялись к стенам и мебели, ища в них надёжные точки опоры. Тем временем к звукам увесистых ударов добавилась громогласная ругань, которая, проходя сквозь массивную дверь, превращалась в нечленораздельный фонемный шум. Лязгнул замок. Скрежетнула задвижка. Слова вошедшего обрели конкретную форму. — Какого чёрта?! — рокочущий голос ворвался в пространство квартиры, окончательно давая Рей понять, что ничего хорошего дальше не произойдёт и ей явно пора собираться. — Бля, подожди, ща… — пытался подобрать верные слова собеседник, но заплетающийся язык и алкоголь, потревоженный резкой сменой положения тела, явно ему мешали. Не желая дожидаться эскалации конфликта, Рей постаралась сфокусировать пляшущий взгляд на своих одеревеневших руках. Вцепившись непослушными пальцами в край задранной юбки, она вернула её назад на бёдра. Далее поправила съехавший с плеча топ. Затем, перекатившись на ковёр, Рей подцепила валяющийся на нём пиджак одной рукой, а второй схватилась за сумку и потянула на себя. Вот только не за ручку, а за дно. Вещей внутри было не много, но все они вмиг оказались на ковре. — Я тебе ключи оставил, чтоб ты тут вмазывался? — вопрос вряд ли был задан с целью получения ответа, но приглушённый запинающийся голос, явно пытался дать развёрнутое пояснение ситуации. То ли от нервов, то ли от криков, что стали резче и агрессивней, Рей замутило, а перед глазами всё снова пошло кувырком. Руки действовали отдельно от сознания, без разбора загребая внутрь распахнутой сумки всё, до чего могли дотянуться и считали хотя бы отдалённо похожими на личные вещи. — Знаешь что? Иди-ка ты отсюда! — тяжёлая дверь снова открылась с металлическим визгом. — Задрало слушать твой бухой лепет! Звони, когда проспишься. Замок снова лязгнул. В квартире наступила контрастная тишина. И она испугала Рей в разы сильнее, чем оглушающий ор, доносившийся минутой ранее. А приближающиеся грузные шаги и вовсе заставили подавиться судорожным вдохом и до боли зажать в ладони ребристую расчёску.