Monsun

Алекс посадил меня на диван в гостиной, а сам тем временем ушел на кухню, чтобы сделать чай. На данный момент мое одиночество скрашивал пушистый комок шерсти, имя которому, кстати, мы все еще не придумали. Да ему вроде и так неплохо жилось. Ну, мне так кажется. Я поднял котенка на руки и несильно прижал его к себе, чувствуя, как маленькие, но острые коготки царапают кожу и впиваются в нее. Эта несильная боль как будто возвращала к жизни. Физическая боль заглушала душевную. Я, конечно, мог спрыгнуть с крыши многоэтажного дома, чтобы причинить себе еще больше боли. И заодно приблизить смерть. Но нужно ли это было? Вряд ли. Пока Алекс делает мне чай, обнимает, что-то говорит, просто смотрит на меня, я чувствую, что еще кому-то тут нужен. Что я не бесполезный мешок из костей, мяса и крови. - Спускайся с небес на землю, - тихий голос, заставивший меня вздрогнуть. В следующую секунду Алекс осторожно забрал из моих рук животное и опустил его на пол, а мне вручил чашку горячего чая с кусочком лимона. Даже этот обжигающий горло, язык и нёбо напиток, казалось, согревает душу. Если это так и было, я готов выпить весь чай в мире. Сейчас я чего-то боялся. Чего именно? Наверное, потерять еще и Алекса. За то короткое время, что мы с ним знакомы, я успел к нему сильно привязаться. Успел влюбиться. Изнасиловать. От последней мысли по позвоночнику побежали неприятные мурашки. Колючие, даже острые. И холодные. Как тысячи тонких иголок. Наверное, теперь, каждый раз вспоминая самую ужасную ошибку в своей гребаной жизни, я буду на пару минут замыкаться в себе, пытаясь не дать эмоциям выплеснуться огромной волной, способной затопить все на своем пути. Волной боли и отчаяния. Ну почему именно в моей жизни случилось столько дерьма? Почему именно моего лучшего друга посадили за решетку в то время как другие, не менее опасные люди, сейчас разгуливают по городу или сидят в своей квартире и пьют текилу? Столько вопросов и ни одного ответа. Ни одного намека. Даже самого крохотного, микроскопического. Ничего. Абсолютно. Всепоглощающая пустота. - Эй, ты как? – и снова этот тихий голос. И снова я вздрагиваю, пугаясь неизвестно чего. Псих. - В порядке, - голос охрип. Я как будто уже часа три не говорил. А может и больше. - Не похоже. Где мой улыбающийся Бирсак? – «Мой». Это слово ласкает слух. Ушной оргазм почти. Я сделал пару глотков уже немного остывшего чая и поставил полупустую чашку на стол, после чего лег и положил голову на колени Алексу, рассматривая рисунок на его футболке. Вблизи выглядит немного пугающе, но ведь это просто рисунок. Это, кажется, подобие лица. Или, точнее, его остатков. Вот зубы, а это, похоже, нос. А вот и глаза. Мультяшный скелет. Милая футболка, кстати. Я ее пару раз с него безуспешно пытался снять. Он бы позволил это сделать, если бы на дороге не было столько машин. - Энди, ты не заболел случайно? Я лишь покачал головой, прикасаясь пальцами к «глазу» скелета на его футболке. Зачем я это сделал? Идиот. Я поспешно убрал руку и вновь принял сидячее положение. - Пошли спать, милый. Отказ не принимается. Я послушно поднялся на ноги и, взяв Алекса за руку, пошел в его комнату, где он попросил подождать. Я уже подождал один раз, больше не хочу. Он обещает, что ничего не случится, крепко обнимает и быстро выходит из комнаты, вновь оставляя меня тут одного. Я опасливо оглядываюсь по сторонам, боясь, что кто-то может выйти из темного угла. И убить. - Я тут. И ничего не случилось. - Да. Алекс протянул мне стакан с водой и пачку успокоительного. - Две таблетки. Не больше. Я кивнул и, сев на пол, поставил стакан рядом с собой. Открыв упаковку, я достал две таблетки и, кинув обе в рот, быстро запил их водой, так как почувствовал горечь на языке. Ненавижу таблетки. Это зло. Самое ужасное на свете. Способное убить. Поймав себя на мысли о смерти, я издал странный звук, похожий на всхлип и писк одновременно. - Я спокоен. Все отлично, - я посмотрел на Алекса и улыбнулся ему уголками губ. Удивительно, но даже мысли о том, что все хорошо, помогали немного отвлечься. Самовнушение? Или как это правильно называется… А, впрочем, неважно. Я поднялся на ноги, держа уже пустой стакан в руках, после чего протянул его Алексу. Тот усмехнулся и покачал головой. - Самообслуживание, милый. Ноги есть. Руки есть. Топай. А то привыкнешь еще, что я все за тебя делаю. Вздохнув, я медленно пошел в сторону кухни, чтобы оставить там стакан. Естественно, задержался я там надолго. Чем лучше мне становилось, тем больше хотелось есть. Странно, что мой организм отказывается принимать пищу, когда я нервничаю. Зато, когда я спокоен, как удав, могу есть вечно. - Ты где пропал? – голос Алекса оторвал меня от поедания печенья, которое я нашел в одном из шкафчиков. – О, кажется, к кому-то вернулся аппетит, - с улыбкой во все тридцать два произнес он, убирая пачку с остатками печенья. Поймав мой удивленно-обиженный взгляд, он лишь пожал плечами. Ах, да, он же заботится о моей фигуре. В частности о заднице. *** - Ты ведь собираешься спать, верно? – Алекс заботливо укрыл меня одеялом и лег рядом. Я ничего не стал ему отвечать. Не хотелось говорить, хотелось просто вечно смотреть на это сонное чудо, которое так и притягивает к себе, будто магнит. Я просто лег как можно ближе к нему и, обняв его, закрыл глаза. Тепло тела, поцелуй в лоб, тихое: «Спокойной ночи». И, кажется, большего уже не нужно.