КАНИКУЛЫ ЛЕДИ БАГ И КОТА НУАРА ИЛИ В ОТПУСК ПОНЕВОЛЕ

Глава 13

ДРОЖЬ СЕРДЦА

— Нуар, поставь меня, в конце концов! — придала Маринетт побольше твердости своему голосу, собравшись с силами, — Я ужасно выгляжу и вообще еще чувствую себя не в своей тарелке. Мне нужна хотя бы почва под ногами, чтобы более-менее что-то соображать! Кот выполнил ее просьбу, но тут же нашел что возразить: — Что тут соображать?! Тут и так все ясно! Мы будем жить вместе долго и счастливо! Но девушка нахмурилась и уточнила: — Чтобы жить долго и счастливо, одних чувств мало! Ну, касаясь продолжительности — это точно! Нуар, мы совершили «котострофическую», как ты говоришь, ошибку. Мы работаем вместе, наши взаимные эмоции делают нас уязвимее! Вдруг нас раскроют?! Нам нельзя было влюбляться! Говоря это, она распускала волосы и безуспешно пыталась вытряхнуть из них мокрый песок, чтобы хоть чем-то занять руки. Нуар решительно схватил ее за запястья: — Ты это брось, моя Леди! Влюбляться нам нельзя! Выдумала! Да и как нас раскроют? Ну, допустим, даже если мы снимем маски и начнем встречаться — ты посчитай, сколько людей в день в Париже влюбляются и становятся парой?! Где тут разглядеть Кота Нуара и Леди Баг?! Тем более, все давно уверены, что у супергероев любовь и ничего — живые же пока! Маринетт вздохнула и, закусив губу, неуверенно взглянула на Кота: — Может, ты и прав. Но, во время работы, никакого флирта! Обещай мне! Сначала дело, потом все остальное! — Торжественно тебе клянусь!!! — вытянулся по стойке «смирно» Адриан. И тут же попытался ее снова поцеловать. Но девушка отстранилась неожиданно быстро и ловко для Маринетт. — Подожди, пожалуйста, — молитвенно сложила она ладошки и потупилась, — Прости, но мне надо отмыться от песка и соли. Мне ужасно некомфортно. Понимаю, это кажется смешным, но они меня будут отвлекать, я буду рассеяна и при разговоре обижу тебя какой-нибудь мелочью. Лучше общаться, когда чувствуешь, что у тебя с головы до ног все в порядке! Кот рассмеялся и махнул рукой: — Ладно, так уж и быть, иди к озеру, я тоже потом пойду! Но только попробуй куда-нибудь улизнуть! Из-под земли достану и на морском дне отыщу! — шутливо пригрозил он ей, — Я только что узнал очень интересный факт и мне нужны подробности! Маринетт закатила глаза, вздохнула и торопливой походкой устремилась по дорожке к водоему. Нуар задумчиво посмотрел ей вслед. Улыбка стала едва заметной, взгляд — чуть печальным и серьезным. Маринетт — отвергнутая Адрианом. Помогающая ему наладить отношения с той же Кагами, и при этом любящая его. Пожертвовавшая всем, ради его счастья и даже самых простых удовольствий. Все, только бы его не расстроить. Как ей сейчас рассказать правду о том, кто под маской? Нет, нельзя. Пусть сначала Кот Нуар отнесет ее битое-перебитое благородное сердечко на вытянутых ладонях к небу, исцелит его, наполнит радостью и жизненной силой. И уже тогда можно будет начать ее потихоньку готовить… За полторы недели нужно управиться! В то, что раньше сюда никто не явится, он твердо верил. Прислуга заходит два раза в месяц, если никого из Агрестов нет в доме. А о наличии на острове Адриана никто не догадывается — хвала небесам и всем молниям в придачу! Маринетт, сотрясаемая нервной дрожью, сидела в комнате на кровати и интенсивно вытирала волосы полотенцем. Тикки пыталась ее успокоить: — Маринетт, не волнуйся! — Я и не волнуюсь!!! — Да, по тебе очень заметно… Леди Баг, сверкая глазами, торопливо зашептала своей квами: — Тикки, мне просто немного страшно! Я только что ему в любви призналась! О чем я теперь буду с ним говорить?! Мне ужасно неловко! Наши отношения уже никогда не станут прежними! Господи, да почему же все в этот раз так быстро?! Не успели по-настоящему крепко подружиться — уже влюбленные! — Да все нормально, — заверила ее Тикки, — Это только сначала немного не по себе. Потом привыкнешь, другие темы и дела найдутся, кроме любви. Дружить же вы не перестанете! У вас, между прочим, идеальный тандем! И кстати: почему мы говорим шепотом? Маринетт задумалась и честно призналась: — Не знаю… Ладно, сейчас я пойду на веранду, а ты отвлеки Плагга, нам надо наедине много чего обсудить! И предупреди Нуара, что я там, чтобы он меня долго не искал! — Хорошо, нет проблем! — Тикки покладисто вылетела за дверь, не дожидаясь, пока Маринетт ее откроет. Зной уже перевалил за полуденную черту и постепенно спадал. На веранде было дышать легче, чем в доме. Маринетт сидела на скамейке, которую вчера специально притащил из сада ее напарник, и смотрела на зеленовато-голубые волны за полосой золотого песка. Этот вид ее успокаивал, вселял какую-то особую уверенность в том, что все будет хорошо. Послышались шаги. Она обернулась и увидела широко улыбающегося Кота. — Можно присесть? — остановился он в паре шагов. — Конечно, а почему ты спрашиваешь? — удивилась девушка, радуясь тому, что голос не дрожит, — Неужели думаешь, что я могу тебе запретить? Юноша пристроился рядом и легко закинул руку на спинку скамейки позади нее. Поза непринужденная, но глаза остаются серьезными. — Моя Леди, я хочу тебя кое-о-чем попросить, — строго сказал он, — Никогда больше от меня не убегай! Для меня это невыносимо, хотя бегать я привык! Но лучше я буду за преступниками и злодеями гоняться, чем за тобой! Маринетт вспыхнула, вспомнив свой внезапный для них обоих кросс, и выдохнула: — Не буду. Я сама не знаю, как это получилось! Наверное, я переволновалась, и голова, как это у меня часто бывает, сработала не в ту сторону! Кот светло улыбнулся и кивнул: — Ладно, прощаю. Я и сам хорош: чуть ли не стряс с тебя признание! Но я так этого хотел, так долго ждал! У меня до сих пор ощущение, что я сплю и вот сейчас проснусь! — Сама в шоке, — согласилась она, потупившись и еще больше краснея, — Странно, но мне стыдно… Кот уставился на нее в глаза: — Милая, да за что?! Ты мне сказала неправду, потому что испугалась?! Нет?! А тогда почему? Маринетт судорожно вздохнула и призналась: — Понимаешь, я так быстро никогда еще никому не открывалась! Когда мне кто-то нравится, и я хочу ему об этом сказать, я в ступор впадаю! И так каждый раз! Я очень стесняюсь своих чувств, своей неловкости, боюсь быть осмеянной и вообще… Мне в итоге начинает казаться, что я для этого не создана! Мое призвание защищать жизнь до самой смерти? Вот и хорошо. Остальное не должно иметь для меня значения, а я постоянно срываюсь, теряю голову, места себе не нахожу! Адриан облегченно улыбнулся, обнял ее и прошептал ей в волосы: — Ну и каша же у тебя в голове! Да разве любить стыдно?! К тому же ты просто обязана испытывать это чувство! Именно потому, что ежедневно спасаешь множество людей! Нельзя быть стражем сердец и оставаться равнодушной, не пылать, не желать чего-то — не жить! Маринетт уткнулась лбом ему в плечо и с улыбкой в голосе сказала: — Нуар, ты — классный друг! Мне с тобой повезло на сто процентов! Помнишь, что я говорила об идеальных отношениях? — Помню, — усмехнулся Нуар, поднимая ее лицо за подбородок, — Но ты же понимаешь, что ролью только друга я теперь довольствоваться не смогу!.. Какие у тебя все-таки глаза удивительные! Как небо в сентябре в ясный день — когда смотришь вверх, оно такое прямо над головой. Ослепительный цвет, буквально впивается в зрачки! И все твои чувства отражают: не надо долго гадать, что у тебя на уме, мучиться! Замечательное свойство! Девушка польщенно улыбнулась: всегда приятно слушать правду о своих достоинствах! А Нуар, воспользовавшись паузой в разговоре, наклонился и поцеловал свою Леди, держа ее лицо в ладонях, бережно, точно хрустальную вазу. Маринетт казалось, что у нее сейчас сердце выскочит из груди или вообще остановится. И невероятно приятно, и в то же время ощущения, как на «американских горках»! От поцелуя Кота перехватывало дыхание, и голова шла кругом. Впору сознание потерять! И есть от чего: она только сегодня поняла, как любит его, тут же призналась, а еще успела подумать, что, если поцелуется с ним, то, наверное, умрет — и от счастья, и от осознания судьбоносности момента. Ведь для нее это оказалось сейчас самым важным в жизни! Столько всего сразу на нее свалилось! Нуар, видимо, тоже почувствовал опасность, ощущая, как обмякла в его руках девушка, и отстранился. — Моя Леди, да что же это такое?! — сокрушенно воскликнул он, — Ты бледная, как мел! Я же тебе ничего плохого не сделал! — Все слишком… быстро, — с трудом пролепетала Маринетт, — Дело не в тебе, а во мне. Адриан некоторое время смотрел на нее. — Да, слишком быстро, — согласился он задумчиво и тут же проказливо улыбнулся, — Быстро, говоришь? Ладно! А давай я тебе свидание назначу? Чтобы ты немного привыкла к мысли, что мы теперь можем быть вместе! И прекратила моих даже случайных прикосновений бояться, в конце концов! Он быстро коснулся губами ее иссиня-черной челки и добавил: — Я люблю тебя, моя Леди! И хочу, чтобы ты тоже была счастлива!