Ничто не имеет значения, кроме нас

Многие, когда рассказывают о своей любви, начинают это со слов, похожих на друг друга, как две капли воды. «Я влюбился в него с первого взгляда», «Я знала, что люблю его, как только наши взгляды пересеклись, «Мы будто родственные души, что были предначертаны друг другу», «Я знал, что это судьба». Ванг Нан признавал, что звучало это красиво – хорошо смотрелось в книгах и в фильмах, да и в манге то, как двое персонажей в центре битвы кричали друг другу, что любят, выглядело эффектно. Возможно, ему даже хотелось, чтобы так было и по-настоящему. Вот только Башня, по которой он взбирался, не особо этому способствовала. Возможно, ты и влюбишься в кого-нибудь с первого взгляда, но потом окажется, что этот человек – твой соперник. Или вы просто окажетесь на разных Этажах. Или просто и бессмысленно умрете. К тому же у Ванг Нана была слишком опасная тайна – крошечное колечко, кровавый ободок, незначительная мелочь, но эта тайна способна поглотить его полностью, раздавить и сделать чужой пешкой. Его приходится прятать от чужих глаз, но оно постоянно теряется – сказывается его невероятная отрицательная удача. Когда его проклятое кольцо находит Кандидат в Убийцы FUG, Ванг Нан как-то обреченно усмехается про себя – все же похоже его жизнь оборвется именно на Двадцатом чертовом этаже. Для FUG знак Захарда на его кольце буквально как «черная метка» - ему нужно порадоваться тому, что ему не снесли голову потоком Шинсоо прямо на месте. - Это ведь твое, так ведь? – Голос у Кандидата мягкий и совсем не похож на голос того, кто способен устроить кровавую бойню. Его длинные волосы скрывали его глаза, и Джа Ванг Нан никак не мог понять, о чем он думал. - Да, мое, - отпираться было бесполезно. На одну единственную предательскую секунду Ванг Нану очень захотелось соврать – нет, это не мое, я вообще не знаю что это. Он мог бы сейчас отбросить от себя это проклятие, оставить его позади – но Ванг Нан не посмел. Он все еще был готов нести свою мечту. Джу Виоле Грейс протянул руку – Ванг Нан отшатнулся бы, но спина его уперлась в банные шкафчики. Бледные аристократически длинные пальцы Кандидата в убийцы взяли его за руку и раскрыли его ладонь – Виоле положил на нее кольцо и заставил Ванг Нана закрыть ладонь, пряча кровавый кружок. - Не теряй то, что для тебя так важно. Это опасный знак – не стоит его разбрасывать, где попало. Монстры и убийцы из FUG не должны себя так вести – Ванг Нан как-то отрешенно замечает это. Больше этого его взгляд привлекает покрасневшая от теплой воды кожа шеи – это выглядело так, словно грозный Кандидат в Убийцы нежно зарделся. Почему-то эта мысль заставила Ванг Нана издать смешок – он тут же закашлялся, стараясь его скрыть. - Д-Да. Спасибо, - он сжал кулак, чувствуя, как края широкого кольца впиваются в ладонь. Джу Виоле Грейс задержался буквально на мгновение – его глаз не было видно, но Ванг Нан чувствовал его внимательный взгляд. Возможно, они могли продолжить разговор, но вдалеке послышался резкий голос наследницы Семьи Йеон, и момент разбился вдребезги. Кандидат в Убийцы развернулся и ушел, словно убегая – Ванг Нан посмотрел ему вслед. Что же здесь произошло? Почему он не казался ему пугающим? Судьба вновь вильнула хвостом – Ванг Нан потерял милого, доброго Ниа, но приобрел целую команду, и Кандидата в Убийцы в придачу. Он вырвался вместе с остальными с Двадцатого Этажа – преодолел этот чертов рубеж, и внезапно понял, что никогда не думал что делать дальше. Не представлял, что сможет пройти дальше. Это опьяняет. Они с остальной частью команды все еще с опаской смотрят на Джу Виоле Грейса – это сложно, сразу начать доверять тому, кто был врагом буквально несколько дней назад. Но Ванг Нану почему-то очень спокойно рядом с Виоле – он кажется надежным. Возможно, он не желал с самого начала объединяться с ними – но теперь Кандидат в Убийцы не выглядит страшным. Просто одиноким. Ванг Нан хочет сделать небо немного ближе, а одиноких людей менее одинокими – так что он старается проводить с Виоле как можно больше времени. Не слишком навязчиво – просто где-то поблизости. Так, чтобы тихий Кандидат смог к нему привыкнуть – почему-то это напоминало то, как будто бы Ванг Нан пытался подманить дворовую, очень осторожную кошку. С каждым днем сокращая расстояние, подходя ближе – Виоле оглядывается на него периодически, но, кажется, привыкает. Время идет – и команда Кислый и Сладкий становится все больше похожа на семью. Семья внезапно оказывается тем, что нужно им всем – словно дышать становится легче. Ванг Нан улыбается, глядя за тем, как Виоле и Хорьяг осторожно помогают Мисенг испечь пирог на день рожденья Принца – длинные волосы Виоле подняты высоко, открывая его изящную высокую шею. Он расслаблен и спокоен. Даже спустя столько времени они с Виоле все еще кружатся вокруг друг друга – правда, уже немного по другой причине. Ванг Нану просто очень нравится находиться рядом – а Виоле привык оборачиваться и видеть лидера их маленькой команды где-то на краю зрения. Их осторожно, постепенное сближение друг с другом стало внезапно привычкой, от которой не очень-то и хочется отвыкать. По крайней мере, Ванг Нан этого совершенно не хочет делать. После всего, что им пришлось вместе пережить, они доверяют друг другу почти безоговорочно – их совместная работа становится похожа на танец. Если бы это была какая-нибудь романтическая манга, у них бы уже появились мысли о том что «это все наша особенная душевная связь». Но это настоящая жизнь, в которой нужно слышать и слушать, доверять и знать своего партнера по команде лучше, чем самого себя. Так происходит и дома – Ванг Нан знает, где находится Виоле, Виоле часто заглядывает проверить его, если они внезапно оказываются в разных комнатах. Акраптор кидает на них выразительные взгляды, явно наслаждаясь подобным небольшим представлением, длиной в несколько месяцев. На крыше они тоже часто оказываются вместе – сначала Ванг Нан старался присматривать за Виоле, чтобы он не сделал ничего глупого, потом привык и полюбил их ночные внезапные посиделки. Иногда они молчат, вглядываясь в фальшивое небо, которое все равно несет свою тихую красоту. Иногда Ванг Нан начинает рассказывать какие-то глупые, неважные и смешные истории, когда замечает, что тень грусти ложится на плечи Виоле – он никогда не улыбается широко и счастливо, но напряжение в его позе уходит. Иногда Виоле подходит ближе обычного и Ванг Нан осторожно обнимает его тонкие до безобразия плечи – словно Кандидат в Убийцы и не ест почти, сгорая. Виоле жадный до любой ласки, но ему тяжело даются любые просьбы. Ванг Нан учится понимать, что он сейчас хочет по его легким движениям – не смотря на всю свою дикую, страшную силу, Виоле до безумия изящный. Если Виоле склоняет голову и Ванг Нан чувствует его взгляд – тогда Кандидат в Убийцы зовет его с собой. Если он обхватывает себя руками, словно он мерзнет – ему плохо и одиноко, Ванг Нан стремится его обнять. Если едва заметно поглаживает место рядом с собой – хочет, чтобы Ванг Нан составил ему компанию. Ночь – это их общее время. Ванг Нан тайком от Госенг проносит сладости и подкармливает Виоле – есть что-то привычное и теплое в том, как грозный убийца торопливо поглощает сладкие палочки с мармеладной начинкой или долго тянет одну единственную лакричную конфету. Ночи становятся холоднее и Ванг Нан осторожно, но настойчиво кутает Виоле в теплый плед, прижимая его спину к своей груди. Длинный хвост волос виоле постоянно приходится закидывать ему через плечо, потому что пряди так и норовят обвить все пуговицы на рубашке Ванг Нана – но никто не жалуется. В темноте глаза Виоле похожи то на два золотых полумесяца, то на старые монетки, то на светящиеся острые кошачьи глаза. Ванг Нан иногда убирает пряди с лица Виоле, перехватывая их простой дешевой заколкой Мисенг – лицо у Виоле очень милое и даже немного детское. Он очень красивый – Ванг Нан каждый раз краснеет, осознавая это. Они привязываются к друг другу медленно, постепенно, без пожара и внезапного толчка осознания собственных чувств. Они все знают. Просто оба не спешат торопить события, оба не чувствуют в себе достаточно смелости и оба не знают нужных слов, как это описать. Виоле не доверяет словам, он человек действий, а Ванг Нан просто неуклюжий со своими чувствами. Поэтому они обмениваются незначительными взглядами, беглыми касаниями и объятьями на пустой крыше. У Виоле есть кто-то, до кого он хочет дотянуться - Ванг Нан постоянно помнит об этом и ему немного страшно. В глазах у Виоле – тоска глубокая, как то самое море на Двадцать Первом Этаже. Ванг Нан иногда наклоняется и зарывается носом в его темную макушку, пытаясь своим теплом отвлечь от грустных мыслей. Расстояние между ними сокращается до невозможно крошечного – Виоле учится просить объятий сам, приникает к Ванг Нану, укладывает ему голову на грудь. Сам же Ванг Нан прижимает его к себе крепче, старается понять всю злую истину Башни и стать, наконец, сильнее. Кровавое кольцо все еще хранит свои тайны, шепчет своим присутствием, что он Семя Короля – Ванг Нан обнаруживает, что идти вместе не так сложно, как карабкаться одному. Однажды они оба оказываются в постели Виоле, смущенно глядя друг на друга. Почему – они и сами не помнят, но Виоле скользит ладонью вперед, обхватывая руку Ванг Нана своей, нежно и аккуратно, как в первый раз. Его шея и ключицы пылают нежно-розовым – теперь это точно не от горячей ванной или пара. Ванг Нан фыркает, наполовину смешливо, наполовину смущенно, и протягивает руку, чтобы распустить тугой хвост Виоле и рассыпать темные шелковые волосы. Кровать Виоле одноместная, так что им приходится лечь так близко, насколько они могут – их носы практически соприкасаются. Почему-то их это смешит – Ванг Нан смеется, а Виоле лишь резко выдыхает, черты его лица смягчаются. - Ты когда-нибудь целовался? – Ванг Нан знает, что это глупый вопрос, но почему-то ему хочется спросить. Темные волосы шуршат, скользя по подушке – Виоле едва заметно качает головой. - Нет, Господин Ванг Нан. А вы? - Тоже. Так что скорее всего это будет неловко, - Ванг Нан немного двигается еще ближе и, жмурясь, наугад тыкается губами. С первого раза попадает только в щеку – кожа под его губами мягкая и теплая. Виоле слегка ворочается, пытаясь подстроиться к Ванг Нану – первые несколько попыток получаются не слишком удачными. Они целуют друг друга в нос, лоб, щеки и скулы, постоянно сталкиваются и ерзают. Ванг Нан набирается смелости и открывает глаза, угадывая момент – их губы наконец встречаются. Виоле смотрит на него из-под полуприкрытых глаз, это неловко, но сладко. Если бы это была книга, обязательно написали бы, что «его губы были на вкус как самое сладкое лакомство в мире». На самом деле это просто тепло и мягкость – они целуются неумело, просто тыкаются губами, постепенно прижимаясь ближе. Виоле верит только действиям, а Ванг Нан уже научился читать его движения – так, тихо и неторопливо, поцелуи становятся глубже. Виоле – хороший ученик, он повторяет каждое движение, тихо хрипло вздыхает, когда Ванг Нан переходит на шею. Она краснеет все больше под его губами – Ванг Нан чувствует это, чувствует тепло и пальцы в своих волосах. Он нерешительно скользит руками вниз, за резинку спальных штанов Виоле – тот лишь вздыхает и кладет свою руку поверх его собственной. Утро приходит неожиданно. Ванг Нан просыпается в путанице темных волос – Виоле сопит у него на груди, внезапно теплый, расслабленный и тяжелый. Он нерешительно проводит пальцами по макушке и Виоле тут же просыпается, словно по команде, и поднимает глаза на Ванг Нана. - Ой… Извини, что разбудил, - он говорит это почему-то шепотом. Виоле качает головой и приподнимается, целуя легко и нежно. Ванг Нан целует его в ответ и пытается приподняться – Виоле вздрагивает. Его длинные пряди спутались, обвили Ванг Нана, словно щупальца какого-то невиданного Шинхео, запутались на его рожках. Ванг Нан смеется, притягивая Виоле поближе – тот протягивает руки и, положив голову на плечо, распутывает волосы на рогах. - Знаешь, это показывает, насколько мы привязаны друг к другу. В прямом смысле. - Не привязаны, а связаны, Господин Ванг Нан, - со сна у Виоле голос хрипловатый и бархатный – Ванг Нан накидывает на них обоих одеяло, утаскивая Виоле к себе вниз. Многие говорят, что их любовь началась с первого взгляда. Но Ванг Нану кажется, что медленно привязываться к друг другу звучит намного слаще.