Soul of a broken doll

Creation — $lothboi, razegod.

Minding my time I create my own spaces What a rush Till I die This might kill me but this death is fine Ima go out immortal in minds And this path might kill me but this path is mine Everyday Feel the same Existential dread got me in waves Break the lane I can't relate. Новый день, ужасная дождливая погода, лужи и уебищное настроение Хан Джисона. Утро выдалось отвратительным и даже мысли о Минхо его не спасают. Парень собирается впопыхах, куда ехать понятия не имеет, но знает одно, через полтора часа у него встреча. За окном мокрый асфальт, сырость и куча спешащих куда-то людей и скоро Хан пополнит их ряды ещё одним недовольным лицом. Все было бы радужней, если бы ему не пришлось менять локацию, но это единственное место, в которое ещё не приезжала полиция, если и это вынюхают, то ему придётся ехать за три пизды от города каждый раз, когда в его знаниях снова кто-то будет нуждаться. Обматерив все на свете, даже выключатель и дверной замок, в котором Хан никак не мог прокрутить ключ, он наконец-то выходит на улицу и понимает, что припарковал свой байк рядом с домом и тот промок. Ему конечно не страшен дождь, но сидеть весь день с мокрым задом Хан не собирается. Спустя 4 минуты недовольных чертыханий, парень закидывает ногу и стадится на свой мотоцикл кавасаки ниндзя, заводит и уезжает на место назначение. Хан конечно парень смышлёный, но навигатор лишним явно не будет, потому женский голос переодически слышится в наушниках, направляя агрессивного парня на правильный путь. Небо, затянутое серыми тучами нагнетает всеобщее раздражение и только лишь те, кто находит в подобной атмосфере успокоение собственной души не торопясь гуляют, наслаждаясь запахом недавно прошедшего дождя и мокрого асфальта. Джисон один из таких, просто утречко не задалось, но сейчас, когда он на всех парах мчится на мотоцикле, а перед глазами мелькают быстро сменяющиеся картинки его окружения, в нос бьет запах природы, смешанный с бензином, его разум мгновенно смягчается, пальцы уже не сжимают руль так сильно, а где-то в животе нет того противного чувства тревожности. Хан любит свою работу, просто потому что она даёт ему то, что никогда не давало окружение. Заинтересованность в нем, да, людям нужен не он, а информация, которую он знает, однако самообман штука хорошая, да и не будь Джисона, не было бы и информации, а значит, он все таки полезен. В школе никто не интересовался им, родителям вообще было плевать, инициатором всегда был сам Джисон, пока в его жизни не появился Минхо, от чего то решивший, что его обязанность — научить Хана стрелять, драться и отстаивать свои права. Минхо как учитель, наставник, который в один момент не досмотрел за своим подопечным, осекся, тем самым позволив ученику такое чувство, как любовь. Джисон это понимает и несмотря на события вчерашнего дня все ещё думает, что старший поступает так с ним из жалости. Из мыслей Хана вывел звонок. Помяни черта... на экране белым по чёрному высветилось четкое «любимый». — Надо как-нибудь переименовать его, — думает Джисон. — кринж какой-то. — и отвечает на вызов. — Привет Хани. — слышится сладкое мурлыкание старшего. — Йоу, хён. — О, куда мчишь? — На работу. — четко отчеканивает Джи. — Разве у тебя не выходной? Как ты мог оставить своего хёна одного в такой трудный момент, мм? Мелкий совсем поник, я один не справлюсь. — Господи, Минхо, ты что, выпил? Что за гадости ты.. — Хан, ты дурак? Я про Феликса, он никак отойти от ситуации с Чанбином не может, зарылся в подушки и плачет, о чем ты думаешь? Ай-ай-яй Хани.. — перебивает старший. — А..Феликс.. кхм, я постараюсь приехать пораньше. — Хорошо, любимый, мне купить чего-нибудь? Хан аж поперхнулся и глаза расширил. — Кто!? — переспросил Джисон, не веря своим ушам и все так же широко раскрыв глаза, что веки почувствовали дискомфорт, когда длинные реснички Хана зацепились за кукую-то деталь шлема. — Что? Я не могу так тебя называть? Люби-и-и-и-мый~ — тянет Ли. — ты все таки мой парень. — Я знаю, но..мне так не привычно.. — Привыкай, дорогой, в один прекрасный момент ты будешь на какой-нибудь важной встрече, а я захочу побесить тебя, позвоню и помурлычу в ушко, могу и постонать, если захочешь и да, я щас тебе подмигиваю, просто ты не видишь. — хихикает старший. — Господи.. — Могу прям щас? Мм.. — ЧЁРТ, ХЁН, ИДИ В ЗАД С ТАКИМИ ШУТКАМИ!! — резко кричит Хан. — Только если в твой, любимый. — все так же злобно хихикает Минхо. — Я отключаюсь, иди лучше пытайся Феликса подбодрить, брат называется! — Иду иду, мы тебя ждём, Сони. — тараторит Ли и завершает звонок. Джисон вздыхает тяжело, отчего то легкие сковало, он не привык к такому вниманию, особенно от Минхо, но ему..нравится? Он пока не понимает, но в животе чувство такое странное, тревожное, но приятное. Спустя пол часа парень наконец приезжает в какое-то захолустное место, на вид безлюдное, но он знает, что завернув в первый же переулок, наткнется например на нарика, интересно, какова вероятность, что кто-то из этих зомбаков под кайфам клиент Чанбина? Надо спросить, интересно же! Минут 15 Хан потратил на обустраивание своей мини базы, наконец усевшись, и разблокировав телефон и стал ждать своего заказчика. Клиент не заставил Джисона долго ждать. Незнакомец был одет в обычные темно-синие джинсы с дырками на коленях, чёрную футболку и чёрную кожанку с шипами на воротнике и плечах. Погода была не из лучших, это выдавало не только температура воздуха, но и замызганные слякотью белые конверсы, которые так любит Джисон, даже на нем самом сейчас самые любимые конверс ран стар хайк. Хан лишь оценивающе покосился на стоящего рядом человека, в голове перебирая мысли о том, что хотел бы узнать такой безобидный на вид паренёк. — Белка? — изгибает бровь незнакомец. — Фу как противно, квокка я, белка слишком грубо, ладно, что тебе нужно? — Нас точно никто не подслушивает? — Нет. — Не внушаешь ты доверия, белка, вдруг как только я заверну за переулок меня повяжут? Джисон театрально вздыхает, потирая переносицу. — Слушай, парень, если бы тут действительно были копы, то на тебе уже были бы наручники, ибо сам факт того, что ты приперся на встречу с информатором, явно не для того, чтобы чай попить, остаётся фактом. Акт зафиксирован и на допросе у тебя даже алиби не будет, по тебе видно, что ты ещё сопляк. Парень в кожанке растерялся, аж глаза забегали, его что, настолько легко читать? — Так ладно, квокка, мне нужно знать нет ли сейчас в твоих кругах каких-нибудь банд, которым требуется оружие? Я занимаюсь торговлей и перепродажей. Возможно есть террористические организации, которым требуется спонсорство? Хан в голос рассмеялся. — Ну ты даёшь парень, чем торгуешь? — Да всем, что только есть, от пистолетов Российского и Итальянского производства до снайперских винтовок и крупнокалиберных пулемётов. — Каких годов? — До 2000. — четко отвечает паренёк, будто это он информатор. — Неплохо, неплохо. Ну, террористических организаций в Корее на пальцах счесть можно, их очень мало, увы, но и в спонсорах они не нуждаются, уж тем более в спонсорстве от земляков, уж больно они осторожные, а обычные организации.. есть такая, недавно говорил с их лидером, они что-то планируют и им не помешали бы пушки, я напишу тебе номер, звякнешь, и не забудь вначале сказать, что ты от меня, иначе он тебя даже слушать не станет. Организация называется «Аврора» главный штаб находится на юге Кореи, в Кванджу. — Джисон протягивает листочек с номером. Парень в кожанке довольно кивает, расплываясь в улыбке жмёт руку Хану, расплачивается с ним и тактично сматывается куда-то за угол. На лице Джисона скользнула хитрая ухмылка, а в глазах появились огоньки, когда он с удовольствием начал пересчитывать все купюры с общим номиналом в семьсот восемьдесят девять тысяч девятьсот двадцать одну вону. Хан даже подумал, что купит Феликсу тортик по дороге, а себе захватит какую-нибудь крутую брендовую шмотку, а потом вспомнил про существование магазинов косметики и внёс в планы скупить один, затем вспомнил про существование ювелирных магазинов и даже подумал купить им с Минхо парное украшение. Загоревшись последней мыслью Хан поехал в самый любимый магазин золота в центре Сеула. Выключив разум Хан Джисона и включив на минуточку Ли Минхо, он остановил выбор на двух парных колечках в виде кошечек, колечки слиты из желтого и розового золота, что выглядело мило, минималистично, аккуратно и безумно красиво, а то, как переливались на солнце грани кристалликов сваровски — сводило его с ума и он уверен, что Минхо тоже оценит такой подарок. Прихватив по дороге три тортика из кондитерской с не менее сладким названием «Пинки Пай» парень поехал по адресу, которого ещё позавчера не знал. Дом семейства Ли все ещё пугал своими размерами, к тому же, Джисону почему то постоянно кажется, что если он однажды позвонит в звонок, то ему ответит например Миссис Ли, то Сон скончается на месте от страха. Он никогда ее не видел, но представляется она безумно роковой женщиной. Все эти странные представления не останавливает даже осознание того, что семья Минхо находится за границей. Что же.. час пробил. Сон скрещивает средний и указательный пальцы за спиной, нажимает на звонок и молится всем богам, чтобы ответил Хо. — Да. — слышится чёткий, слегка грубый голос из динамика. — Слава пушистым белочкам, это не твоя мама! Открывай.. — выдохнул Хан. Пока Минхо не понимал, с чего вдруг ответить должна была его мать, Джисон уже прошёл в холл и оглядываясь, пытался додумать, где вероятнее всего находилась бы комната Феликса, ведь в прошлый раз Джисону даже осмотреться не дали, а потащили сразу.. в покои дьявола. — Ммм, тортики, шоколадный и...? — Шоколадный, тирамису и фруктовый, подотри слюнки, это не тебе! — Как это? — дует губы старший. — Я тортики Феликсу купил. — А, я понял, сладости Феликсу, а моя сладость это ты? — язвительно процедив слова, Минхо словно кот обвил Хана, забирая пакет и оставляя его на барной стойке. Руки старшего потянулись к талии, притягивая младшего со спины и утыкаясь носом в шею. — Ты вкусно пахнешь, Ханни. У Джисона уши покрылись румянцем. Беспредел средь бело дня, что творится то? Ладошки вспотели, а в животе бабочки разбушевалось. Этот черт ещё и в шею уткнулся! — Хён, в чем подвох? — застыв в одном положении, спрашивает Хан. — Какой подвох? — Ты обычно так себя не ведёшь. — Как не веду? — Не строй из себя дурочка! Ты никогда не был таким добрым и любвеобильным, никогда не подпускал меня близко, а теперь сам жмёшься, будто я смысл твоей жизни, что с тобой? У тебя температура? у тебя жар? Мы в омегаверсе и у тебя течка? ЧТО С ТОБОЙ, объясни мне. — Начнём с того, что будь мы в омегаверсе, альфой был бы я, не путай. А закончим тем, что вообще-то, со вчерашнего дня ты официально мой парень, а значит я могу всю свою любовь выплескивать на тебя и вообще, разве не ты влюблён в меня чуть ли не с пелёнок? Что за выходки? — все ещё не понимает Минхо, не выпуская Хана из крепкой хватки. — Хен, учишь меня жизни, а сам даже парня своего не понимаешь. — в разговор влезает Феликс, спускающийся по лестнице. — Он влюблён в тебя давно, вот и поверить не может, что наконец получил то, что хотел, ещё и в таком объеме. — пожимает плечами светловолосый. —Феликс! Вот кто реально меня понимает! Мое ты солнце, скрывшееся за тучками! — Если он солнце, то я тогда кто? — недоброжелательно спрашивает Ли старший. — Вредный котяра! — отрезает Хан. —Эй! Да что я делаю не так?! — вновь обижается Хо. — Да шутит он, при мне просто не хочет милашничать. — продолжает Феликс. — Я тут подумал, почему я люблю тебя, а не Ликса? Он в отличии от тебя во всем меня понимает! — Я подсыплю вам яда в кофе... — обиженно цедит Минхо и скрывается в одной из комнат. Джисон и Феликс заливаются смехом. — Ты сильно его обидел, не пойдёшь к нему? — Пойду, как только ты съешь кусочек тортика! Хэй, Фел, ты как? Минхо говорил, совсем расклеился. — Более менее, залипаю на общие видео с Чанбином и реву. — Феликс вытянул губы бантиком и показал знак «пис» после своих слов. — я как та девочка из Гарри Поттера..Миртлл, кажется? — Она самая, не хочешь поговорить с ним? — С кем, с Чанбином? Ты что, совсем с ума сошёл? Ага, поговорить и выслушать речи о том, что Хенджин хен с Сынмин хёном могут мне понравится, спасибо, не надо. — Ну как хочешь, ешь давай! Джисон с Феликсом просидели в холле около тридцати минут, обсуждая личную жизнь Феликса, словно те самые крыски-подружки. Хан пытался всячески подбодрить друга, в ход шли даже предложения напиться до беспамятства и разбить Чанбину машину, например. Ликс на это, конечно, выпучил свои и без того большие глаза, да стукнул Джи по затылку за такие мысли, со словами «Минхо тоже машину когда-нибудь разобьешь? Это мой ему подарок, только посмей! Целое состояние за неё отвалил!» Внезапно телефон Ёнбока завибрировал, а на экране высветилось яркое «Алкохёнджинлик». Пообещав приготовить что-то вкусное, Феликс велел Хану идти к Минхо, а сам направился в свою комнату, набираясь смелости ответить на звонок Хёнджина. Пожимая плечами старший направился в комнату своего обиженного парня. Рассматривая всевозможные коридоры и развилки этого сложно устроенного особняка. Иногда Джисону кажется, что на самом деле он Белла Свон из сумерек, а Минхо Эдвард Каллен под прикрытием и это просто огромное имение его клана. Весь путь от холла до заветной комнаты освещался лишь подсвечниками вдоль стен, подвешенными примерно на расстоянии в полтора метра друг от друга, отчего создавалось довольно таинственная атмосфера. Наконец перед парнем нарисовалась та самая дверь из красного дуба. Из личного опыта Хан знает, что стоит одна дверь как его почка, а может и вовсе как две. Джисон топчется на месте некоторое время, думая, ему постучаться или зайти без стука, словно он не боится умереть? Можно ещё с фразой «мне стены шепчут, ты убиваешься по мне?» Благо мозги Хана ещё не вытекли до конца из-за постоянного потока разнообразной информации и он сразу же откинул план по самоубийству, тихо отворив дверь. — Хоя, чем занят? — ответа не последовало. Спит?— подумал Хан. — Минхоя.. — младший подходит ближе и замечая закрытые глаза хёна, аккуратно садится на край кровати, поглядывая на умиротворенное лицо и изредка подрагивающие длинные ресницы. Он сидит так от силы минуту, ладонь сама тянется к запястью Минхо, бережно поглаживая большим пальцем. — Такой милый, когда не издеваешься. — шепчет тот, с тёплой улыбкой на лице. Джисон ещё пару минут сидит так, переваривая происходящее и, наконец смирившись с таким неожиданным исходом, ложится рядом, утыкаясь в спину Ли. Со временем тепло и запах Минхо совсем затуманили разум бедного мальчика, он жался как только мог и не понятно, ему холодно, страшно или что-то ещё? Хан не ворочается, но его веки часто дергаются, пальцы переодически подрагивают, а из уст вырываются тихие всхлипы. Минхо просыпается от непонимания. Глаза видят мутно, будто глазницы залиты мыльной водой, Ли трёт глаза, пытаясь сфокусироваться на комнате и чувствует тепло сзади, почти сразу узнавая в жмущемся комочке Джисона. — Ханни, просыпайся, — теребит за плечо старший. — Хана, это кошмар, просто открой глаза, я рядом. Джисон лишь сильнее хнычет. Старший замечает, как вспотел Джи. Парень тянет руку к лицу, убирая намокшие прядки, затем берет щёчку в ладошку, продолжая просить открыть глаза. — Хана, хён здесь, проснись, ты в безопасности. Джисон еле-еле разлепляет влажные от слез глаза, испуганно смотря на Минхо. Более менее приходя в себя, младший накрывает своей рукой руку Ли и льнет навстречу. — Что тебе снилось? — Джисон молчит. — Хорошо, можешь не говорить. — шепчет Минхо и обнимает Джисона, ложась на уже остывшее место рядом. Хан ничего не делает, просто лежит уткнувшись в грудь хёна, пока тот с нежностью смотрит и поглаживает плечо. Джисон пришёл сюда извиниться и шутливо замолить свою маленькую шалость, переступить через свой страх и впервые первым поцеловать Ли, зная, что теперь можно. Но судьба штука злая, он уснул вместе со старшим и в итоге произошло то, чего не должно было произойти, учитывая эмоциональное состояние Хана, паническая атака обычно не случалась при таких обстоятельствах. Это настораживало и один лишь дьявол знает, чем бы закончилась эта ночь, не будь рядом Минхо. — Паническая атака. — шепчет Джи. — Что? — Паничка.. — чуть громче говорит тот. — Черт, ты серьезно каждый раз справлялся с таким сам? Это ужасно, Хани..ты..очень сильный, я даже не представляю, что тебе приходится переживать каждый раз. — И хорошо, что не знаешь, ты не заслуживаешь всего этого. — на лице студента появляется слабая улыбка. Минхо зарывается рукой в слегка влажные волосы Хана и ерошит их, тыкаясь носом о нос. — Сладкий. — Я мокрый, не жмись так ко мне, тебе разве не противно? — смущаясь, Джисон пытается отстраниться. — Шутишь чтоли? Да хоть обмажь меня собой, я буду только рад! — Как же, черт возьми, непривычно..быть твоим парнем.. — Сони, давай так. Сегодня, этой ночью, ты оставишь все своё смущение здесь, хорошо? Я понимаю? Ты не очень доверяешь мне, учитывая мое отношения к твоим признаниям, но увы, причина настолько глупая, что пока я не готов ее рассказывать, но поверь, как только все станет на круги своя, я расскажу тебя, а сейчас, пожалуйста, просто доверься мне. — Я доверяю тебе, хён. — Да? Тогда я могу сделать это? — Сделать что?? — удивляется Хан, плотнее закручиваясь в одеяло. Минхо смотрит хищно, ухмыляется своей самой хитрой улыбкой, которую только может показать, в глазах черти заплясали, да так, что аж искорки видны. Ли располагает руки по бокам своего торса, хватаясь за подол футболки и снимает ее. — Ты-ы-ы что делаешь? — пугается Джисон. — Не не не не нет, не подходи, я не готов! — пинается тот. Минхо прыскает в кулак, заливаясь смехом. — Чего смешного!? Я щас к Феликсу уйду! Принуждение против воли! — Хан, апхпахаах, мне просто жарко, я ничего не собирался с тобой делать, ахахха, боже, вот значит какие у тебя мысли? — Не правда! Я ангел! Кыш отсюда, разделся тут, и холодно вообще то, смотря на тебя, мне становится ещё больше холодно. — Джисон показательно потёр предплечья. — Да? Но дома тепло, — Ли берет ладонь Джи в свою. — Ты не ангел, ты труп! Накрывайся, заболеешь ещё, руки холодные. Минхо и Джисон снова ложатся на кровать. Старший утыкается в телефон и проверяет сообщения от поставщиков, а младший, пытаясь согреться, просто лежит уткнувшись в голую спину хёна. Как не странно, думает он сейчас далеко не об учебе или чём-то подобном. Все мысли парня заняты оголенным торсом Ли. Да, он впервые увидел такого Минхо, обычно он не позволял Хану увидеть то, что не предназначается для обычных людей, но сегодня он увидел то, что долго было скрыто. Джисон лежит ещё минуток пять, думает и думает, совсем выпадая из реальности. Мысли приводят его к решению не совсем подобающему ему, хотя.. учитывая зависимость парнем напротив, уставший мозг Хана подал довольно ожидаемый сигнал. Рука Джисона потянулась к оголенной спине. Аккуратно и совсем невесомо, студент коснулся указательным пальцем слегка выпирающего позвонка, затем полностью расположил ладонь, ведя к левой лопатке. Тело парня более менее согрелось, потому и руки все ещё холодные. Минхо молчит, напрягшись, но виду не подаёт, лишь глаза сосредоточенно смотрят в одну точку. Хан поглаживает плечо, опускаясь к талии и останавливая путешествие в этой области. У Ли мурашки пробежали, когда холодная рука Сона добралась до его талии. — Хён? — М? — напряжённо мычит Хо. Джисон ничего не отвечает, на локтях поднимается чуть выше и чмокает область чуть ниже шеи, ждёт пару секунд и чмокает шею, за ухом, мочку. — Черт, Ханни.. — не выдерживает собственного молчания старший, резко разворачиваясь и непонимающе смотря на Джи. Хан заглядывает в эти бездонные глаза, в которых готов тонуть вечность и даже больше. По всему телу от сердца разливается поток чего-то тёплого, а подушечки на пальцах будто пропускают электрический ток. Студент понимает, что этот жест очень неожиданный, но это его мало волнует, он перекидывает одну ногу через Минхо, усаживаясь чуть выше паха, наклоняется и накрывает чужие губы своими. Долгожданный поцелуй, который Хан может назвать официальным. Минхо не отстраняется, не отталкивает, не называет Джисона противным и даже не матерится, уходя вымещать злость на ком то другом, втрахивая в кровать чужой квартиры или своего же клуба. Он отвечает, бережно, но мокро, словно поцелуй двух безумно влюблённых друг в друга людей, что не виделись около десяти лет. Парень располагает свои руки по обе стороны головы старшего, чтобы держать равновесие и не свалиться всем весом из-за переизбытка эмоций, а Минхо лежит на спине, совсем позабыв о том, что не он один сейчас в культурном шоке, наконец вспомнив, он потянул руки к талии Сона, почти вцепившись, крепко и грубо, но так младший точно не упадёт. Тишину в помещение нарушают звуки причмокиваний редкие вздохи и мычания Хана. Кислорода стало категорически не хватать и младший отстранился от таких манящих губ, вновь заглядывая в полюбившиеся глаза-омуты. Хан замялся, осознав всю абсурдность ситуации. Он обидел хёна своими шутками, пришёл извиниться, уснул, словил паническую атаку и почти изнасиловал его, а теперь сидит на голом торсе. — Черт, хён, прости, но ты такой горячий с этого ракурса. — Только с этого? — Минхо резко подрывается, и опрокинув Хана на кровать, нависает над ним. — А так? — Так..тоже..нно, я чувствовал себя смелее сидя на тебе. — отводит глаза младший. — Хорошо, ты можешь снова сделать так, мне в общем то тоже понравилось. У Хана глаза заблестели. — Тогда встань пожалуйста и.. необязательно же было ставить колено между моих ног? — все ещё смущаясь, Хан снова усаживается на Ли. — Машинально вышло. Давай лучше поговорим вот о чем. Ты же принимаешь меня как своего парня? — Честно говоря я все ещё не верю, но думаю завтра я расцарапаю лицо любой, кто попросит твой номер, даже если по бизнесу. — Ох, Хани, поверь, за все время, что мы знакомы, я не встречал никого, такого же придурковатого как ты. — старший поглаживает бедро Джисона. — Не думаю, что с твоей то насыщенной половой жизнью ты не нашёл того, кто понравился бы тебе. — Разве тебе не больно говорить о таком? Ты уверен, что хочешь продолжить? — Ты прав..ну, ладно, зато у тебя теперь есть я, да? — мальчик почти ложится на Минхо, обвивая шею. — Конечно, Хана, теперь у меня есть ты. — Ли перевёл руки с бёдер на ягодицы и слабо сжал. — Эй! Что за дела!? Ну Минхо! — негодует Хан, как со стороны двери послышался резкий стук. — Блять, чуть в штаны не наложил! — На тебе шорты, дурак. — цедит Минхо. — Феликс? Заходи. В дверном проеме появляется поникшая белая макушка. Вовсе игнорируя такую неоднозначную позу старших. Хан первым замечает красные от слез глаза и подрывается к Феликсу, Минхо встаёт следом, но остаётся сидеть на краю кровати. Джисон сразу понял, что дело в разговоре с Хёнджином, ведь он не мог просто так позвонить ему. Феликс пересказал все слова Хвана, не переставая громко и надрывисто рыдать, глаза были опухшими, а губы искусаны почти в кровь. Джисон обнял его, позволив хорошо проплакаться на плече. — Я..правда..это я во всем виноват.. я виноват в том, что.. — Феликс, не говори глупостей! Ты ни в чем не виноват, не ты затеял весь этот цирк! — Не я, но я отказал, я заставил его делать все это.. — Так, Ликс, я все понимаю, но блять, включи мозги, ты не заставляешь Чанбина бухать и убивать свою печень! — вмешивается Минхо. — ты лишь высказал свою позицию, и на данный момент я полностью тебя поддерживаю, я не был в подобной ситуации, но Чанбину тоже не легко, он разрывается меж двух огней, Феликс пойми, он очень тебя любит, но к Хвану у него так же есть чувства, тоску по тебе он заглушает алкоголем и это исключительно его выбор! — Если бы меня не было, то и он бы не страдал! — Ли, черт возьми, Феликс! — кричит Джисон. — А ты не страдаешь? Не ты ли убивался по этому упырю столько времени? Не ты ли все время поддерживал его? Ты не виноват в его пьянках, если ты действительно хочешь все прояснить, то встреться с ним и расставь все точки над и, ну не дело это, пойми. Ты не достоин всего этого дерьма, если все станет понятно, то и ты поймёшь, двигаться тебе дальше или что блять. — Но.. Хёнджин хён с Сынмин хёном не будут его ревновать? — Звёздочка, хоть раз, подумай о себе. — четко говорит Минхо. — Х..хорошо.. — Так, раз у нас такая неоднозначная атмосфера, предлагаю сделать эту ночь ещё более странной и испечь кекс? Брауни! Поднимаем жопки! Хан, ты упадёшь от того, насколько Брауни Феликса вкусный, обещаю! — воодушевился Ли старший. — Я только за! Даже помогу, нет.. даже посуду помою! — кричит Джисон. Феликс слабо засмеялся и, направляясь на кухню, похлопал по плечу брата и Джисона.