To break down barriers

После того инцидента прошло пару недель. Ганнибал иногда задумывался о своём ученике. Но не слишком, чтобы это можно было счесть за влюблённость. Скорее лёгкая заинтересованность. На занятиях Лектер вёл себя как обычно по отношению к Уиллу. Ругал за очередной испорченный котёл. И настоятельно рекомендовал сделать что-то с причёской. Один слизеринец тогда хихикнул, но тут же заткнулся под суровым взглядом. Уилл стал более спокойный, конечно, ему было далеко до былого спокойствия. Но, по крайней мере, он перестал шугаться профессора. Тот небольшой поцелуй надолго врезался в память. Какой гладкой была щека под губами, какие крепкие плечи и насколько, оказывается, Уилл ниже Ганнибала. Это должно было напугать его, но дало ощущение реальности, ощущение того, что Лектор тоже человек. Уилл понимал, что его чувства неправильные, но каждый раз накладывая заглушающее заклинание на порог кровати, он вспоминал только ярко очерченные губы, и возбуждение пробирало его. Грэм нашёл новую подругу. И это его радовало, так сильно, что он иногда не мог заснуть представляя, как они будут проводить вечера. Беверли была с Гриффиндора, но их факультеты не мешали дружбе. Они рушили стереотипы друг друга и других людей. Беверли узнала, что слизеринцы не мрачные засранцы, а милые кудрявые парни, которые обожают рыбачить. Уилл узнал, что не каждый гриффиндорец это синоним к словам «честь и отвага», а супер насмешливые и дерзкие ребята. Ну и конечно, люди увидели странную дружбу двух факультетов. В один тёплый денек ребята проводили время во дворе школы. Уилл лежал на скамейке и позволял ветру обдувать себя. Беверли расположилась рядом облокотившись спиной на стол и глядя вдаль. Им было спокойно молчать друг с другом. Точнее говоря, спокойно было Грэму. Беверли как любая девчонка влюбилась в лучшего друга и ничего не могла с этим сделать. Её друг совершенно не воспринимал её, как девушку. Конечно, Беверли сама изначально поставила себя в это положение. С самого начала сказала, что они только друзья. И действительно была рада дружбе. До поры до времени. Сейчас их дружба причиняла ей боль. Катц глянула на, лежащие около неё, бедра соприкосались друг с другом. Уилл закрыл глаза, свесил одну руку вниз и был максимально расслаблен. — Хей, Уилл, — тихонько позвала его Беверли. Тот ничего не ответил только глубоко вздохнул и растекся по скамейке, как кот на солнце. Беверли поняла, что Уилл заснул. В её голове роились мысли, подобно улию. Девушка осторожно опустила руку на кудри. Пригладила и удивилась мягкости волос. Грэм никак не реагировал и Беверли только больше осмелела. Она опустила руки ниже, на щеку и скулу. Мазнула пальцем по нижней пухлой губе. И оставила там палец. Глубоко вздохнула. Оглядела пустой двор вокруг. И резко сократила расстояние до заветных губ. Её будто прошибло током от их мягкости и податливости. Нежно и легко целуя Уилла она будто обретала крылья за спиной. Уилл проснулся от чьего-то вздоха прямо над ним. Сначала почувствовал, что это запах Беверли и успокоился. А потом почувствовал, что его губы в плену. И только тогда пришло осознание поцелуя. Уилл вскочил как ужаленный и, не рассчитав сил, свалился на землю. Его шокировало и даже напугало поведение Катц. Уилл считал её не более, чем подругой. И сейчас, глядя на полные слез глаза напротив, он не мог ничего сказать. — Беверли, нет, — произнёс Уилл твёрдо, — нет, мы с тобой друзья и не более. Либо так, либо никак. Грэм сам дивился себе. Он не ожидал, что сможет так осознанно ответить девушке. У Беверли будто рушился целый мир. Выбор. Тяжкая дружба или свободная влюбленность. Её пугали оба варианта. — Друзья, — выдохнула Кац. — Мне нужно побыть одному, — бросил ей Уилл и стремительно вернулся в здание школы. Конечно, никто из них не видит Ганнибала наблюдающего за ними. Никто не видел, как самодовольно он улыбается. Никто не знал, что он решит заполучить Уилла Грэма себе, несмотря ни на что. Никто не знал, что Беверли показала ему как прекрасен этот юноша. И уж точно никто не знал, что профессор Лектор не терпит соперников в любом деле.