Глава 39. Бегство от реальности
17 августа 2021 г., 21:53
— Возьми меня за руку, — попросил Том.
На Ноктюрн аллее была непроглядная тьма. Было уже далеко за полночь, и не было видно даже силуэтов зданий. Тонкий слой снега был на земле, а на Лондон опустились непроглядные облака, заслоняя звезды и луну. Они стояли на улице со всеми своими вещами, готовые покинуть страну. Однако Гарри не сказал бы, что станет скучать по этому месту…
Странное, тихое и отстранённое состояние Гарри не осталось незамеченным для Тома, хотя он и не решался никак это прокомментировать. Теперь, когда они стояли на промерзшей улице, Гарри увидел, что Том внимательно изучает его. Казалось, что тот гляди и выдаст трогательную речь…
— Ты в порядке? — спросил Том.
— Вполне, — автоматически ответил Гарри.
— Если это все слишком для тебя, то ты можешь сказать мне, — тихо сказал Том, ни на секунду не поверив Гарри. — Я не должен был позволять тебе присоединиться ко мне…
— Я правда в порядке, Том, — повторил Гарри. Он не был рассержен, смущен — в какой-то степени он сам уверовал в это.
— Я бы предпочел, чтобы ты сказал мне, если что-то не так, — настаивал Том.
— Я бы тебе обязательно рассказал, если бы было что, — ответил Гарри, отводя в сторону взгляд.
Гарри знал, что Том скорее всего ему не верит. Он и сам не был уверен в своих словах. Они должны быть в Албании через несколько часов, и тогда-то Гарри наконец-то отдохнет. Он чувствовал, что это пойдет ему на пользу. На их чемоданах покоились две метлы. Им нужно было аппарировать на юг Англии, после чего лететь во Францию, перелететь границу с Италией, и наконец аппарировать через нее и полететь в Албанию.
Это был единственный способ, которым бы их не отследило ни одно министерство, а сделать это казалось почти невозможно, особенно за одну ночь. Хотя Гарри был уверен, что Том, несомненно, сможет вывезти их из Англии, Франции и Италии, будучи непойманными и без особой борьбы.
Том не стал напирать на Гарри, хотя позже им непременно придется это обсудить. — Ты готов?
— Да, — честно и коротко ответил Гарри.
Том взял его за руку, и они с сильным хлопком растворились в воздухе. После минуты страданий, похожих по ощущениям, будто тебя проталкивают через толстую резиновую трубу, они оказались на твердых камнях пляжа моря. Здесь не было песка, лишь галька.
Гарри увидел красивую набережную, по которой снуют прохожие, и красивый пирс, уходящий в море. Люди на пирсе смеялись и веселились, едва ли они могли их обнаружить. Парни стояли во мраке пляжа. — И где мы?
— Брайтон, — ответил Том. Его взгляд остановился на пирсе. С минуту они стояли молча.
— Сейчас там маггловский театр, — тихо сказал Том. — Раньше был еще один пирс, но он был разрушен во время шторма в 1823 году. В очень удобное время для магглов, его все равно хотели снести…
Гарри не знал, почему Том решил поделиться с ним этой информацией. — Откуда ты это знаешь? — спросил он, когда на них повеяло морским бризом.
— Я был тут однажды, когда был ребенком, — объяснил Том. — Однодневная поездка с детским домом…
— О, — это все, что мог ответить Гарри. Интересно не тут ли находится та пещера, в которой Том впоследствии спрячет медальон. Хотя вид не казался ему знакомым, так что он отбросил эту мысль, да и вряд ли он бы спрятал хоркрукс в таком людном месте.
— Нам пора идти, — сказал Том, отворачиваясь от пирса, чтобы посмотреть на Гарри, а затем на его сундук. Он начал отвязывать свою метлу, которая лежала на задней части чемодана, Гарри последовал его примеру. На их метлах были ручки для чемоданов, и они немедля закрепили на них свои вещи. — Насколько хорошо ты умеешь летать? — не затейливо спросил Том.
Гарри даже сбил столку подобный вопрос. — Я стал ловцом в одиннадцать, — ответил он.
— Ты занимался спортом? — спросил Том, замечая, как распрямляются плечи Гарри.
— Ну да, — ответил Гарри, быстро выдумывая как должно было проходить его прошлое. — Э-э… Для нас важно было заниматься спортом и Квиддичем, это укрепляет командный дух… А может, потому что взрослым нужно было чем-то занять детей.
Том слегка улыбнулся, снова проверяя как закреплен чемодан.
— А ты когда-нибудь играл в Квиддич? — спросил Гарри. Оба парня были готовы к полету.
— Нет, — ответил Том, на его лице снова появилась улыбка. — Но это не означает, что я плохо управляюсь с метлой… Ты готов?
К этому моменту Том уже был на свой метле, паря примерно в футе от земли. Гарри не знал почему, но улыбнулся, взбираясь на свою метлу. Он, как и Том сделал свой багаж легче, чтобы проще было лететь. — Готов, — сказал он.
Они двинулись на юго-восток, Том шел впереди. Они мчались по морю, Англия медленно, но, верно, отдалялась от них. Эта метла не была и вполовину так же быстра как Нимбус 2000, и не быстрее его старой-доброй Молнии, однако его радовало вновь оказаться в небе. Том был умелым летчиком, и наверняка смог бы построить отличную карьеру игрока в Квиддич, если бы захотел.
Они всегда были друг у друга на виду, высокие волны находились в десятках метров под ними. Казалось, апатия Гарри осталась в Брайтоне. Теперь он чувствовал себя более живым, и почти счастливым. Легко было забыть обо всем, путешествуя вот так с Томом. Убегая от любой опасности, от любого преступления…
Из Брайтона они отправились в Кале во Франции. Они не проводили много времени на суше, беря небольшой перерыв на перекусить, прежде чем аппарировать в Ниццу на юго-востоке Франции. Они вылетели в Сан-Ремо, на северо-западе Италии, и после еще одного небольшого перерыва аппарировали в Лечче на юго-востоке Италии. Полет из Италии в Албанию был длиннее по морю, чем из Англии во Францию, но Гарри решил, что так даже лучше. Когда они приземлились во Флёре, Гарри ликовал.
Они аппарировали еще раз в маленькую деревню, которая по словам Тома, находилась недалеко от маггловского городка по имени Берат или Берати. Они были недалеко от реки, а все дома были окрашены в белый, с мощеными дорожками и уникальными каменными конструкциями. Вероятнее всего, тут проживало не больше сотни волшебников, оно и к лучшему.
Гарри чувствовал себя намного лучше, когда они стояли на сельских улицах, которые разительно отличались от лондонских. Поскольку было начало зимы, на большинстве деревьев не было листвы, а вокруг лежал снег, но холода Гарри не чувствовал. Оба парня слезли с метел и теперь стояли в центре волшебного города. Том быстро окинул окрестности и остановил свой взгляд на Гарри, на лице которого засияла мягкая улыбка.
— Это было намного проще, чем я думал, — сказал Том.
— Что? Сбежать и сменить четыре страны за каких-то два часа, опасаясь, что нас схватит министерство? — улыбаясь, спросил Гарри. — Да что ты, пустяки.
Том, казалось, был рад такой перемене настроения Гарри, и на его губах тоже обрисовалась нежная улыбка. — Справедливости ради, нам с тобой далеко до среднестатистических волшебников… Мы на месте.
Они остановились у невысокого небольшого здания недалеко от центра деревни. Внутри горело несколько огней, вывеску этой гостиницы облепили пожухлые листья и цветы, а название было на албанском, которого Гарри конечно понять не мог. Том постучал несколько раз, прежде чем повернуться к гриффиндорцу: — Если тебе будет не понятно, что они говорят, то воспользуйся легилименцией.
Гарри кивнул, зная, что беседу все равно будет вести Том, так как тот знал язык. Они услышали шаги, дверь открыл сутулый пожилой волшебник с длинной седой бородой и с мутным взглядом, в котором читалась усталость. Волшебник сказал, что-то на албанском, и после короткой беседы с Томом, ласково улыбнулся и впустил их внутрь.
Они вошли в небольшой вестибюль с несколькими дверными проемами, ведущими в другие части здания и каменной лестницей слева от них. Пожилой волшебник продолжал разговаривать с Томом, ведя их дальше вглубь дома, закрывая входную дверь.
— A jeni vёllezёr? (Вы братья?) — спросил он Тома.
— Jo, — ответил Том, — ne jemi miq. (Нет, мы друзья.)
Все втроем они поднялись на второй этаж, левитируя за собой свои вещи. Том продолжал разговор с трактирщиком до тех пор, пока они не дошли до пустой спальни. Гарри поражало, когда это Том успел так хорошо выучить албанский. Их спальня была маленькой, с высокими окнами и множеством ковров на каменном полу.
Том повернулся к Гарри, когда они остались одни. Он выглядел довольным, оглядывая их комнату, высокие потолки, красно-коричневые ковры. — В конце концов, мы все же сбежали, — прокомментировал он.
— Мы не знаем наверняка, — разуверил его Гарри. — Мы довольно далеки от английских новостей.
Том улыбнулся, повернувшись к своему сундуку. — Я все еще веду переписку с Пожирателями, можно всегда спросить у них.
— Это, конечно, верно, — сказал Гарри, отвлекшись на Тома, тот уже начал распаковывать их вещи при помощи магии. — Но разве это не вызовет ненужные нам подозрения?
— Надеюсь, что вызовет, — ответил Том, закрыв уже пустой чемодан, — как-то же нужно подогревать их интерес.
— И когда ты планируешь собрать свою свору? — спросил Гарри, желая узнать не изменилось ли мнение Тома на этот счет.
Том призадумался, выглядя при этом безразличным. — Если такое и случится, то явно не скоро. Однако ничто не мешает нам изредка встречаться…
Гарри кивнул, но не стал это никак комментировать.
— А ты бы этого хотел? — с любопытством спросил Том.
— Не особо, — ответил Гарри.
— Они — надежная защита, — сказал Том, — и не смотря на их внешний вид, довольно сильная.
— Но зачем нам эта защита и сила? — обеспокоенно спросил Гарри, — да и вообще, я предпочитаю остаться вдвоем, хоть с ними и бывает порою весело.
— Хм, я уже и забыл, каким редким явлением стало остаться нам с тобой наедине…
Гарри улыбнулся и подошел к краю их кровати. Только сейчас почувствовал наконец усталость. Он потер лицо руками, прежде чем сказать: — Не могу поверить, что нам так быстро удалось ускользнуть. Кажется, будто прошло несколько недель с тех пор, как я последний раз был на работе…
— Полностью с тобой согласен, — сказал Том, садясь рядом. — Тем не менее, самые знаковые события в жизни всегда проходят стремительно и неестественно… говорю по своему опыту.
— Нет, я тебя понимаю, у меня тоже, — сказал Гарри. Ему стало даже интересно какое событие Том мог иметь в виду. Скорее всего ему вспомнилось поступление в Хогвартс и открытии для себя мира магии, если откровенно, то он и сам подумал об этом. — Хотя должен признать, что это касается и самых ужасных и кошмарных событий.
— Да, но как хорошо, что это приключение не стало для нас этим самым кошмаром, — заметил Том.
Гарри не мог не согласиться. Совершенно новая обстановка помогла ему отвлечься от того, что они совершили еще пару часов назад. И он был рад, что абсолютно ничего не напоминало ему об этом. Они сбежали от всего, и теперь наконец стали свободны.
Гарри прикинул сколько должно пройти времени, прежде чем тело Хильды будет найдено, учесть, что она была затворницей. Однако была еще старая эльфийка, которая могла связаться с министерством, хотя станет ли она рисковать, ведь она главная подозреваемая. Он не стал задавать Тому никаких вопросов, так как был уверен, что у того все схвачено.
— И все же подозрительно, что нам все так легко удалось, — тихо сказал Гарри.
— Что именно? — уточнил Том. — Убийство или побег?
Гарри попытался улыбнуться, но внезапно осознал, что попросту не может. Его стало пугать его спокойствие и счастье, уж лучше бы ничего не чувствовать… но он быстро отогнал эту мысль. Он слишком сильно устал. — Пожалуй, и то, и то. Ведь это два сопутствующих действия.
Том улыбнулся, но Гарри чувствовал, что тот начал за ним как-то пристально наблюдать. Неужели, он беспокоится за его ментальное здоровье? Если так, то Гарри был бы очень рад подобной новости… Может, Том смог бы помочь разрешить его дилемму, хотя пока они всеми силами избегают этого разговора. Неужели, он теперь безоговорочный преступник, но ведь все это случилось бы и без его участия.
— Уже поздно, — тихо сказал Том, все еще разглядывая лицо Гарри. Возможно, он и понял настроение любимого, но не стал это никак комментировать.
— Который сейчас час? — спросил в ответ Гарри, все еще глядя в пол.
— Около четырех часов утра, — ответил Том. — В Англии. Местное время на час позже.
Гарри не стал ничего отвечать, просто бесстрастно продолжил смотреть в пол. Он чувствовал, как тяжесть совершенного пытается настигнуть его… но, прежде чем он успел развить эту мысль, он почувствовал, как чья-то рука сжала его собственную.
— Ты как-то совсем притих, — сказал Том, переплетая их пальцы. — О чем ты думаешь?
— О сегодняшнем дне, об убийстве, в частности, — честно ответил Гарри.
Том расстроенно отвел взгляд в сторону. — Так и знал, что тебе не следовало идти со мной.
Гарри был рад, что Том не стал уверять его, что их не раскроют и не поймают. Ведь ему было все равно, даже если бы их объявили в розыск. Они в любом случае легко ушли бы от преследования, и тот факт, что именно он увяз в этом кошмаре, беспокоил его больше всего… а также что-то еще, чего он пока не мог понять.
— Со временем ты сможешь переварить это и просто забыть, — заверил его Том. — Это будет нелегко… но возможно.
Гарри очень сомневался в подобном исходе… но был благодарен Тому, что пытался хоть как-то его понять, пусть едва ли он сможет хоть когда-то осознать всю полноту его переживаний.
Том все еще держал его за руки, Гарри откинулся на кровать, утягивая за собой слизеринца, и тяжело вздохнул. Он был истощен, хотелось уснуть прям тут, не раздеваясь, тем более что Том был рядом. Неожиданно он осознал, что никогда не согласится сделать хоркрукс — убить кого-то лично просто не представлялось возможным.
Ни у одного из них не было ни капли энергии, менее чем через час они заснули в объятиях друг друга. Гарри снились сны, полные ужасных преступлений, подпитываемые чувством вины, раскаянья и страха. Отчего он проснулся в холодном поту, всего через час как уснул, что ни капли его не удивило…
***
Прошла неделя с момента их прибытия в Албанию. Гарри сидел у окна их маленькой комнаты и смотрел в даль чащи леса, что находился за их высокими окнами. Он и Том пару раз гуляли по округе, и в лесу поблизости, ища удивительных и интересных существ — волшебных и не только. Они продолжили их с Томом изучение Темных Искусств, и в последнее время Гарри стал чувствовать себя все хуже и хуже. Раньше он считал себя серым волшебником, но теперь уже не мог бы ответить так однозначно. Его угнетало находиться в такой мрачной деревушке, без возможности общаться с другими волшебниками. Однако он ни за что не оставил бы Тома, который старался окутать его заботой. Большую часть времени они проводили вместе. Гарри почувствовал, что Том тоже проснулся и повернулся к нему. Они обменялись коротким «доброе утро». Слизеринец подошел к нему ближе, обнимая сзади и целуя в шею, отчего Гарри закрыл глаза от столь приятной ему ласки. Спустя мгновение Том опустил свою голову ему на плечо и тоже начал любоваться видом из окна. — Сегодня снова идем в лес, — сказал Том. — Там довольно уютно в это время года, не находишь? — Ага, — бесстрастно ответил Гарри. Они не продолжили разговор. В последнее время, ему все тяжелее давалось вести милые пустяковые беседы. Поэтому он просто продолжил любоваться видом из окна. Солнечный свет слабо просачивался сквозь облака, освещая белые сугробы и темные деревья, покрытые им. Время от времени можно было засечь пару птиц, пролетающих над холодным пейзажем. В деревне стояла идеальная тишина, временами можно было ощутить запах горящего дерева из печей жителей. — Могла ли моя душа расколоться? — неожиданно спросил Гарри, тихим размеренным голосом. Он размышлял над этим последние несколько дней. Пусть не он был тем, кто использовал непростительное на эльфийке и не он заставил ее подмешать яду… однако он был там, все видел и никак не помешал Тому… Том внимательно обдумывал сказанное Гарри. — Я не знаю. Гарри понравился этот ответ — лучше, чем услышать ложь, в попытке поднять ему настроение. Интересно, предполагал ли Том заранее такой исход событий или тоже стал подозревать что-то подобное в связи с явной переменой настроения Гарри. — Как это было, когда ты убил своего отца? — Я чувствовал себя счастливым, — ответил Том, однако задумался на мгновение. — Не скажу, что это избавило меня от чувства ненависти внутри… но это была достойная месть. Гарри решил, что у Тома все же была какая никакая причина убить своего отца. Однако, что до него? Да, Том ненавидел Хильду, но разве это веская причина, чтобы желать её смерти? — Я думаю, ты бы смог меня понять, если бы убил Гриндевальда, — заверил его Том. — Особенно, если учесть, что быть заточенным пожизненно в тюрьме, явно недостаточное наказание для него — на мой взгляд. Гарри не стал это комментировать, чтобы не разрушать легенды о его ненависти к Гриндевальду. Честно говоря, его совсем не интересовала судьба этого волшебника… у него все еще стоял перед глазами этот стеклянный взгляд мертвой Хильды, смотрящей в никуда… — Расскажи мне, что ты чувствуешь по поводу всего этого? — попросил нежно Том. — По поводу Гриндевальда или Хильды? — И то, и другое, — на секунду задумавшись, ответил Том. Гарри подумал об этом какое-то время и ответил: — Я конечно никогда не прощу Гриндевальда, но честно, он меня совсем не волнует, пока гниет в тюрьме. А что до Хильды… то порой я не чувствую ничего конкретного. — Так разве это не прекрасно? — спросил Том. — Нет, — резко ответил Гарри. — Я совсем ничего не чувствую… ни раскаянья, ни вины и, определённо, никакого счастья… но что-то сидит внутри… — Но ты же чувствуешь что-то ко мне? — спросил Том. — Это физика, — не задумываясь, ответил Гарри. — Не всегда, — тихо поправил его слизеринец. Гарри не знал, что удивило его больше, свои слова или же реакция Тома на них. Наступила небольшая пауза. — Прости, я имел в виду прямо сейчас, — пояснил Гарри. Он почувствовал, нежное касание губ в шею и продолжил: — Я просто так и не решил, что же думать обо всем этом… — Тебе не нужно думать об этом совсем, — высказал Том, скорее предположение, чем факт. Гарри же наслаждался его присутствием, пусть это и не могло отвлечь его полностью. — Мы успешно оставили все позади… и мы продолжим бежать от этой реальности столько сколько потребуется. На мой взгляд, это самое простое и верное решение.
